Олень

Небо затянуто дымом. Палят костры. Искры снопом, как цветы, разлетаются, жаля Нежные листья, бутоны, побеги лозы, В страхе из нор своих звери и птицы бежали. Ярко пылали деревья, стонали, сжираемы алым, С треском ложились в неистово море огней. И только олень, в дыму задыхаясь кровавом, Сидел у подножия черных от гари корней. Гордо поднявши главу с золотыми рогами, Он понимал, что кончается время его. Больше ему уж не мчаться стрелой меж стволами, Больше не есть и зеленой травы луговой. Он вспоминал, как впервые увидел огромный, Ясный и звездный, прекрасный ночной небосклон. Запахи трав ощутил, встал на слабые ноги, Низкий отвесив земле плодородной поклон. Вспомнил, как юный совсем еще и тонконогий, Робко ушами ведя, наблюдал, как олениха, Чинно ступая, по берегу озера ходит, Самые сочные, сладкие травы ища. Сердце быстрее стучало, летели закаты, Пьяным и чистым восторгом нежно кружа. И через несколько весен, зеленых, крылатых, Он стал вожаком, а она родила малыша. Лето настало последнее, в жарком июле Дым поднялся и поплыл над вершинами сосен. Ветра порывы горячим и горьким дохнули, Стихло в момент всё лесное многоголосье. Первым почуял беду он, копытом ударил, Взвился на холм и оттуда увидел, как зарево Алое ширилось с треском и небо глодало, С криком ломались деревья, горящие заживо… Быстро как молния бросился он в эту сторону, Где на поляне метались олени пятнистые. Звал за собой и рогами ветвистыми в стороны Ветки горящие он раздвигал, мчась неистово. С грохотом рухнуло рядом стоящее дерево. Острый обломок от камня легко отскочил, Впился в бедро, и паленою шкурой повеяло. И оступился олень, захромал и рога опустил. Кровью след потянулся тропою изломанной. Шел олень, выбиваясь из сил, и огонь Вился сзади, как коршун жестокий, взволнованный Близкой добычей и кровью горячей, живой… Рядом ходила, не смея вперед забежать, Юности легкой подруга, и олененок, К боку матери жался, боясь убежать В темные заросли трав и молоденьких елок. Сил не осталось уже, и огонь подступал. Волей последнею вспрянул олень и рогами Прочь олениху свою и дитя оттолкнул, Наземь упал и остался лежать под корнями. Взглядом печальным она на него посмотрела, Прочь унеслась, уводя за собой малыша. Только протяжно и долго над лесом летела Песня, рыдая и плача, мешая дышать… Ярко пылали деревья, стонали, сжираемы алым, С треском ложились в неистово море огней. Вышел к оленю из пламени тяжко вздыхая Леса хозяин, больших повелитель полей. Раны на коже его проступили ожогом, Капала кровь с искривленных от боли губ. Рядом с оленем он сел и как в детстве далеком Обнял его, не щадя уж истерзанных рук. Алое маялось, билось с криком и стонами. С воплем плясало безумным, надрывным, глухим. Лес рассыпался могучий ветвями сожженными. Лес умирал. И олень вместе с ним.