Возлюбленный смерти

POV Ниллай (Никита)       Проснувшись на следующее утро обновлённым, я наивно решил, что истерика Дитриха мне примерещилась, но командиры пограничных патрулей, неловко мнущиеся у дверей моей спальни, быстро в этом разубедили.       — Та-а-ак, — с плохо скрываемым раздражением протянул я. Бывалые воины вздрогнули и попытались спрятаться за незнакомого парнишку, который в росте уступал даже мне, хотя я считал, что это невозможно.       — Ва-ва-ва… ваше, — заикаясь так, что вообще непонятно, что он там бормочет, начал невольный представитель войск. Нет, всё-таки пора завязывать со своими приколами, иначе раса светлых превратится в расу заик. Эх, лишь бы это по наследству не передалось.       — Смею предположить, что Тёмный Лорд усилил свои войска вдоль наших границ? — интересуюсь я, а подданные начинают быстро кивать головами. — Ещё какие-нибудь новости?       — Докладываю: в приграничных топях вчера был обнаружен отряд лазутчиков из Тёмного Континента, нарушители границ схвачены и отправлены на допрос. Конец доклада! — вдруг звонко отрапортовал тот самый мальчишка, вытягиваясь по струнке и щёлкнув каблуками. Хм, а он мне нравится. Что-то в этом парне есть.       — Имя, чин, возраст, — спросил слегка струхнувшего голубоглазого юношу я. Ведь наверняка он считал, что товарищи специально его так подставили.       — Рафаэль Ладентэ, командир четвёртого отряда пограничной части, пятьдесят шесть лет, — представился тот, всё так же демонстрируя мне превосходную военную выправку. А я сделал себе заметочку полюбопытствовать у наставника об особенностях взросления и длине жизни тёмных, потому что моя оскорблённая гордость просила слегка подуменьшить отпущенный Дитриху срок. Этот гад весь план мести Властелину Дикого Континента испортил! А у меня такая грандиозная идея была!       — Что ж, поздравляю Вас с повышением, командующий гвардейским взводом имперских войск Рафаэль Ладентэ, благодарю за содержательный отчёт, — по мере того, как я это говорил, глаза у рыцарей ползли на лоб и принимали форму идеального круга. А что? Изредка и я бываю добрым. Чего это они застыли каменными изваяниями? Угх, бесит. Без меня даже пошевелиться не могут.        — Всем спасибо. Все свободны, — произношу и ленивым взмахом руки разгоняю всю эту ошарашенную братию. Как только блестящая чешуя их доспехов перестает мозолить глаза, иду в свой любимый тронный зал, где меня уже ждёт Эрнард.       — Рад видеть Вас в добром здравии, — поприветствовал наставник и поклонился. — Сначала проведём урок или прежде займётесь государственными делами?       — Или, — выбрал я и обречённо вздохнул, — или может ну это всё?       Не то что бы меня это не интересовало, просто эта каждодневная рутина уже приелась. Хотелось чего-нибудь новенького, будоражащего и экстремального. Теперь-то я понимаю обезумевших от сидения в четырёх стенах правителей, развязывающих беспричинные кровопролитные войны.       — Вы помните, сколько лет вам будет, мой Лорд? — поинтересовался учитель.       — Двадцать, — звучно отозвался я, смутно припоминая, что на момент моей смерти в другом мире мне было столько же.       — А что у светлых начитается в двадцать лет? — задал вопрос он, возможно пытаясь проверить насколько я усвоил урок с прошлой недели.       — Эм… — глубокомысленно изрёк я. Мысли хаотично метались в голове. Я услышал, как зашевелились извилины в мозгу, рождая несуществующие знания. Так, соберись. Ты же физику на четыре сдал в школе! Всё остальное — фигня. Значит, у светлых сначала взрослеет тело, потом разум, достигая гармонического развития где-то к пятидесяти, и, возможно, поэтому многие юные соотечественники такие наивные и доверчивые. Первое совершеннолетие в сорок, второе в восемьдесят. А у аристократов есть третье — в сто двадцать. Продолжительность жизни среднестатистического гражданина — сто пятьдесят лет, а у аристократов почти в два раза больше. Сильные маги живут ещё дольше, до конца жизни оставаясь молодыми. А в двадцать-то что? Может…       — Переходный возраст? — выдаю ответ-вопрос, а наставник с довольным видом кивает. Но я тут же озвучиваю то, что меня сейчас больше всего интересует. — То есть я ещё вырасту?       — Да. Не волнуйтесь, мой Лорд, — уверяет меня он, а я непонимающе смотрю на него, пытаясь понять, зачем учитель затеял весь этот разговор.       — Ваши эмоции могут выходить из-под контроля. Магический фон так же будет нестабилен, поэтому ритуал обращения придется прервать. А ещё в этом возрасте всех тянет на подвиги во всех сферах жизни, — «обрадовал» меня Эрнард.       «Пи…ец» — лишь подумал я, и посочувствовал Тёмному Лорду. Но он сам виноват. Нечего было контракт разрывать!       И что-то мне подсказывало, что стандартный план с грозовыми тучами, смерчами, поднятием давно усопших и оживлением свеженьких трупов не сработает с Дитрихом, поэтому я решил действовать немного иначе. ***       В полдень, испортив Темному Лорду сладкий сон, в окно покоев врезался белый почтовый голубь. Под тяжестью грузной птицы тонкое стекло разлетелось вдребезги. Дитрих был не очень рад, когда нащупал в своей постели пернатого почтальона, устало засунувшего голову под одеяло. К лапке была привязана записка, которую удалось прочитать только с третьего раза и то лишь после спасительного бокала вина, слегка унимающего похмелье. Итак, письмо гласило:       «Доброго времени суток, уважаемый Тёмный Лорд!       Выражаю свои искренние сожаления и прошу меня простить, если посмел чем-то обидеть Ваше Темнейшество. Митлиус и другие его собратья несут Вам от моего имени тысячу извинений.

Искренне Ваш, Белый Король Ниллай Оурэл Вайт, Правитель Светлого Континента»

      Кто такой «Митлиус» и что за «собратья», мужчину не очень сильно волновало. После трёхдневного запоя Дитриху немного полегчало, но эти несколько слов, выведенные красивым ровным почерком, вновь вдохнули новую надежду в его сердце. «Искренне Ваш…». Как бы Лорду хотелось, чтобы Ниллай произнёс эти слова вслух и при других обстоятельствах.       Кровь мужчины бурлила, пробуждая давно сдерживаемые инстинкты тёмного создания. Его сущность вопила: «Мой! Моё! Не отдам никому! Украду! Околдую! Влюблю в себя и посажу на цепь!»       Не успел он опомниться, как в разбитое окно ввалился ещё один запыхавшийся откормленный голубь. К его лапке также была привязана записочка, но только с одним словом «Извините».       Вдруг солнце пропало за внезапно появившейся тучей. Чёрное облако быстро приближалось и слишком часто меняло свою форму. Казалось, что это нечто живое. Как только странное погодное явление приблизилось к замку, Тёмный Лорд осознал, что послание тысячи извинений это даже не угроза. ЭТО БЕДСТВИЕ! Дитрих только и успел прикрыть пробоину в окне занавеской, как по крыше застучали тяжёлые тушки, изредка слетая вниз к земле. Весь спящий замок вмиг встал на уши. Стражники организованно выбежали на улицу, готовясь защищать замок от нападения, и ужаснулись, увидев, во что превратилось это величественное строение.       Тысячелетний Черный замок после голубиного нашествия стал беловато-серым от помёта и попадавших на крыши, во дворики, на балконы белых птиц, часть из которых завалила некогда прекрасные фонтаны и декоративные кусты садовников Тёмного континента.       — Вот гад, — прошипел сквозь зубы правитель, но тут его отвлекло смущенное покашливание двух голых крайне растерянных мужчин, в которых он с трудом узнал командующих пограничными частями.       На спинке кровати противно каркнул чёрный ворон, выронив из клюва послание. Весьма раздосадованный подобной диверсией Дитрих развернул свиток.       «Договор о сотрудничестве был двусторонним, поэтому Вы, мой дорогой друг, не имеете права разрывать его, не посоветовавшись с другой стороной, то есть со мной. И, кажется, отряд ваших людей слегка заблудился, поэтому я взял на себя труд доставить их лично Вам в руки. Надеюсь, никто не пострадал физически за время путешествия. Остальное здоровье, к великому моему сожалению, я гарантировать не могу.

Приятного дня и счастливой генеральной уборки. Белый Король Ниллай Оурэл Вайт, Правитель Светлого Континента»

      — УБЬЮЮЮЮЮ! — прорычал Король Тьмы, комкая в руках злосчастное письмо.       Чувствуя настроение тёмного мага, настоящие грозовые тучи поглотили всё небо над замком, рождая в глубине своей раскатистый гром. Над главной башней устрашающе сверкнула бирюзовая молния и наконец хлынул ливень, грозивший растянуться на целые сутки.       А на другом конце моря Ниллай с предвкушающей улыбкой смотрел на стремительно темнеющий горизонт.       — Игра началась, мой милый друг, — нараспев произнёс Белый Король и ухмыльнулся, представив, в каком бешенстве сейчас должен быть Дитрих.