Возлюбленный смерти

***

      Мириан до сих пор боялся сделать хоть вздох, посмотреть хоть одним глазком на прижавшееся к нему тело, пошевелить хоть единым мускулом. Его ладонь самопроизвольно скользила по спутанным волосам того, кого, как он считал, потерял навсегда. Только дракон вошёл в залу Медитации, как всё помещение озарил зеленовато-жёлтый свет и в воздухе появился портал, из которого вывалился его деревянный гребень, а следом и Никита... — Как... Как он мог так поступить со мной, — едва слышно пошептал Ниллай, но его слова не смогли ускользнуть от чуткого слуха дракона. По крайней мере не сейчас. Мириан прижал светловолосого парня ближе и успокаивающе погладил по вздрагивающей обнажённой спине. Слёзы слабости и отчаяния на лице Лорда Света он видел впервые. Новый Страж был ошеломлён, зол и полностью подавлен. Вначале он даже не поверил своим глазам, когда в зале Медитации появился его возлюбленный, кутавшийся в одну лишь простынь, в которую вцепился своими дрожащими руками и не отпустил до сих пор. — Никита... прости меня... прости, прости, прости... — тихо бормотал Аламир, не понимая, за что именно он извиняется. Единственное что он осознавал, это то, что случилось нечто ужасное. — Что слу... - начал было выяснять он, как Нил резко отстранился и, положив руку на живот, судорожно сжался. На гибком теле, пульсируя и меняя цвет с красного на чёрный, стремительно распространялась татуировка. Колебания магического фона подсказывали, что организм меняется, готовясь подарить жизнь новому существу. — Эрнард. Опоил зельем. Я не хотел. Я люблю тебя. Я... Дитрих, — дрожащим голосом пытался объяснить юноша, но у него это плохо получалось. — Дитри-и-и-х! Убью! — прорычал дракон, когда картинка событий полностью сложилась в его мозгу. — Нет! — неожиданно возразил Ниллай и всем телом прильнул к дракону, не давая сдвинуться с места. — Он не... не... его тоже... опоили... — невнятно пролепетал парень. Его веки слипались. Даже дракон не мог представить, сколько сил прилагал Никита, чтобы просто оставаться в сознании. — Нил? Никита! — забеспокоился ещё больше Аламир, когда возлюбленный закрыл глаза и обмяк в его объятиях. И только сейчас он обратил внимание на то, что по молочно-белым бёдрам юноши стекала кровь. — НИКИТА!!! — громогласный вопль разнёсся по зале, сотрясая её стены и волнуя воды Леосадара - мира, который дракон поклялся защищать. Но сколько бы клятв не давал Мири, всё равно важнейшим в его жизни оставался он - этот юноша, безвольной куклой лежащий в его объятиях. И что ему теперь делать? Радоваться, что они снова вместе? Но какой ценой?!       Однако дракон и не думал об этой мелочи. Он притянул бессознательное тело парня поближе и начал вливать в него свою магию, помогая исцелиться. Мириан ежесекундно целовал его мокрые щёки, холодный лоб, дрожащие плечи. Мужчина мечтал только об одном: чтобы, очнувшись, его возлюбленный смотрел на мир теми же глазами, что и прежде. Но Мири знал, что это невозможно. Такие как Ниллай, либо ломаются, либо становятся жестокими. Дракон был готов принять любой исход.       А Лорд Света вновь окунулся в свой кошмар с головой...       Всё произошло неожиданно, светловолосый юноша даже не успел всё толком понять. Этот полыхающий ярко-синим взгляд просто не мог принадлежать Дитриху - где-то на задворках подсознания Нил знал это, а привкус зверобоя и мяты на губах мужа только подкрепляли уверенность в этом.       Ниллай снова дёрнул руками и ногами, но путы только сильнее впились в его конечности, заставляя бессильно прошипеть от боли. — Отпусти! — попытался докричаться до сознания темноволосого мужчины юноша. — Ты понимаешь, что творишь?! — Да, — ответил Лорд Тьмы, стаскивая с себя одежду. — Я учу своего мужа послушанию. — Послушанию? Ты сбрендил?! Очнись! Тебя тоже опоили! Приди в себя, Дитрих! Не делай этого! — продолжал кричать Нил, изворачиваясь, чтобы уйти от рук мужчины, который с каким-то тёмным наслаждением продолжал рвать на нём одежду на мелкие кусочки. Этот фарс надоел Повелителю Светлого Континента, и тот попытался прочитать заклинание, но ничего не вышло. Путы не только сковывали его по рукам и ногам, но и блокировали магию. — НЕТ! — завопил Лорд Света, когда последний бастион ткани пал. — Не тро... Ай... нет! — продолжал сопротивляться он, несмотря на то, что Дитрих начал грубо сжимать горошины сосков, выкручивая их и оттягивая. Нил беспомощно скулил, мечтая о том, что через пару минут мужу надоест терзать его тело, ведь кому интересно тискать бревно? Но темноволосый мужчина так не считал, ибо ощущение контроля, полной власти над желаемым объектом, опьяняло его и без того помутнённый разум.       Между тем его грубые ласки становились всё медленнее и изощреннее. Грудь Ниллая полыхала огнём. Он ссутулился, насколько это возможно, и отвернулся, но бесполезно - это глупое действие вызвало лишь надменный смешок у мужчины. — Что такое? Не нравится? — прошипел Дитрих и стиснул в ладони отказывающуюся реагировать на подобное истязание плоть юноши. Нил запрокинул голову и закусил губу, не желая награждать своего мучителя стонами боли и слезами. — Может расскажешь, как тебя ублажал ОН? — гневно прорычал мужчина, продолжая мять яички парня. Но Ниллай упрямо молчал, пытаясь абстрагироваться от мучительных ощущений всеми возможными способами, однако это злило Короля Тьмы ещё больше. — Вот, значит, как? — немного смягчил свой тон, но не действия Дитрих. — Хорошо. Тогда я сделаю так, как нравится мне.       Его руки переместились выше и сжали беззащитное горло, на котором до сих пор виднелись следы страсти другого мужчины. — Кхах... отпус... ти... — сорвалось с губ светловолосого юноши, прежде он стал задыхаться. — Скажи, кто твой муж, — строго прошептал ему на ухо обезумевший Лорд Тьмы. — Т-т-ы... - прохрипел Нил, и мужчина тут же ослабил хватку. — Умница, — похвалил его тот и погладил по щеке. — За правильные ответы я буду тебя вознаграждать, а за неправильные... — мужчина вновь впился пальцами в начавшую наливаться синяками шею, — наказывать.       Это не продолжалось долго - вскоре Дитрих развёл его ноги в стороны и приставил свою возбуждённую плоть к судорожно сжавшемуся колечку мышц. — Нет! — злобно прошипел Ниллай, взглядом обещая муженьку «всех благ», если тот сделает это, но ответом стала тяжёлая пощёчина и жестокие, граничащие с брезгливым раздражением слова: — Неправильный ответ.       Грубое проникновение. Громкий крик. Размашистые сильные движения. Отвратительно громкий скрип кровати. Боль. Его руки на тонкой шее. Сдержанные хрипы. Звук пощёчины. Последняя попытка достучаться до здравого смысла мужчины. Бесполезно. Дитрих душит его сильнее, заставляя заткнуться и отчаянно хватать воздух ртом. Первый негромкий стон. Победоносная ухмылка. — Так-то лучше, — похвалил юношу Дитрих и удостоил того жестким властным поцелуем.       Ниллай больше не мог сопротивляться и контролировать своё тело, которое неадекватно реагировало на боль и потерю возможности колдовать. Он просто ощущал эту оболочку, как чужую, даже болезненные ощущения и чувство того, что нечто горячее разливается внутри него, казались какими-то далёкими, непонятными... чужими. Захотелось просто закрыть глаза, чтобы не видеть того, как его друг превращается в монстра.       Но новая болезненная пощёчина вырвала юношу из полузабвения, разрывая тонкую пелену, защищавшую его гордость. — Не смей терять сознание. Это только начало, — сладко пропел Дитрих, делая надрез на своём запястье. Кровь из ранки закапала на живот светловолосого юноши, расползаясь по коже замысловатым узором. — Что... ты... — сипло произнёс Ниллай и болезненно простонал, когда все притупленные до этого момента чувства разом нахлынули, без жалости раздирая нервную систему парня на кусочки. — А-а-а... а... — сорвалось с губ юноши, когда мужчина вновь вошёл в него, продолжая эту унизительную пытку. — Теперь ты будешь смотреть только на меня! Ты не посмеешь от меня уйти! Ты просто не сможешь... Ради нашего будущего ребёнка! — громко проговорил Лорд Тьмы, грубо вколачиваясь в напряжённое словно струна тело. — Развяжи... — прошептал тот, но Дитрих вновь отказал: — Нет. — П-по...жалуйста. — Нет. — Я... Я всё понял, — проскулил Ниллай. По его мраморно-бледному лицу поползли дорожки слёз, и парень бессильно захныкал. Это заставило мужчину замереть. — Что ты понял? — надменно поинтересовался тот, склонившись над рыдающим под ним юношей. Нижняя губа Нила дрожала, он пытался разомкнуть свои зубы, чтобы ответить на вопрос мучителя. Король Тьмы было потерял терпение, как из горла Нила вырвались сухие отчаянные слова: — Я твой. — Вот видишь, — мягко улыбнулся мужчина и погладил его по серебристым волосам, которые разметались по измятой белой простыне. — Урок послушания не прошёл даром.       Движения мужа стали нежнее и медленнее, он осторожно целовал его губы и невесомо оглаживал живот, вырисовывая на бледной коже ритуальные знаки. Ниллай только морщился от боли и негромко вздыхал, умоляя всех Богов о том, чтобы это унижение поскорее закончилось.       Наконец, Дитрих снова кончил в него, с наслаждением прорычав ему что-то на ухо. Рисунок на торсе Нила неярко засветился, оповещая о том,что ритуал прошёл успешно. Немного отдышавшись, мужчина накрыл холодные губы возлюбленного своими и начал целовать медленно, нежно, словно в первый раз, вот только юноша не оценил этой щедрости, разрыдавшись ещё сильнее. — Теперь они не нужны, — прошептал Лорд Тьмы и развеял коварные путы, после чего поцеловал Ниллая в щедро украшенную устрашающими синяками шею. Светловолосый парень было свернулся клубочком, продолжая рыдать, чтобы с головой отдаться своему отчаянию, как вдруг замолчал, уставившись на тумбочку, где лежал подарок от дракона.       Собрав последние силы, Нил отпихнул ничего не подозревающего мужа в сторону, и каким-то чудом утащив за собой простыню, схватил свой последний шанс на спасение и рассёк гребнем воздух. И всё вокруг закружилось. Яркий свет ослепил глаза. Всё закончилось. Наконец-то всё закончилось.

***

— Мириан, — выдохнул Никита и перевернулся на другой бок. Не сомкнувший глаз и в эту ночь дракон тут же подскочил к кровати и схватил возлюбленного за ледяную руку, но Ниллай продолжал беспробудно спать вот уже третьи сутки, изредка крича от собственных кошмаров. — Нил... Никита... Я здесь... Я всегда буду рядом... — прошептал Аламир и прижался губами к костяшкам его пальцев. — Я сделаю всё, что угодно, чтобы этот кошмар перестал терзать тебя. Я заставлю Дитриха встать перед тобой на колени...