13
24 января 2017 г., 20:49
Холод. Лишь холод, и больше ничего. Везде: в руках, в ногах, в груди — прямо из сердца. Своего ли или Тони… Вот только сердце Тони ещё билось, едва-едва трепыхалось там, за рёбрами, из последних сил, собственное словно замерло от страха, боялось перебить чужое, заглушить его окончательно.
И бесконечное «Прошу-прошу-прошу»…
Кого? О чём?
Себя не свихнуться и не потеряться в отчаянии? Тони продержаться, сколько сможет, только бы не оставлял одного? Или какие-то неведомые силы помочь и ниспослать чудо?
Слёзы душили, не давали дышать, и только слабое чужое дыхание на плече поддерживало и не позволяло затухнуть надежде. Мысли быстро и судорожно метались и не находили покоя или какой-то точки опоры, мелькали отрывочные воспоминания, эхом проносились слова и фразы, сказанные не так, слишком грубо и колко, необдуманно. И, наоборот, слова, от которых что-то в груди будто раскрывалось и было готово объять весь мир. Искренние улыбки и взгляды глаза в глаза, неловкие случайные прикосновения и тепло. Всё смешалось и проносилось перед глазами, пока пальцы перебирали прядки тёмных волос, а губы шептали мольбы куда-то в душу.
Своё тело казалось каким-то монолитным, неподъёмным, неподвижным куском гранита, бездушным и пустым, как и молчаливый бетон под ногами. И не сдвинется оно, не отпустит Тони, даже если вечность так придётся держать, потому что только так он будет под защитой, только так будет в безопасности, укрытый ото всех бед и горя злого и жестокого мира. Никто другой не сможет больше уберечь.
Сдерживая крик, рвущийся из груди от бессилия, и слёзы, Стив пытался найти выход, способ выбраться и спасти Тони. Ничего не приходило в голову. Каждый вариант требовал достаточно времени и сил, и если с последним не было никаких проблем, то с первым… Время с каждой секундой ускользало, забирая с собой веру по крупице, беспощадное и глухое к мольбам. Оно стремительно летело вперёд, не оглядываясь, и как будто ехидно и мерзко посмеивалось оттого, что никому не под силу его усмирить и подчинить. И противным шепотком раздавалось: «Так тебе и надо».
Может, Стив тоже так думал, но Тони… Только не с ним.
Ноги начали болеть из-за впивающихся камней, спина затекла, но едва ли Стив обращал внимание. Все чувства обратились внутрь, в себя и прошлое, теряя реальность.
Он не сразу расслышал гул и шум, которые раздавались откуда-то из-за стен, глухо и едва различимо. Камень на полу мягко задрожал, а в сознание словно кто-то вклинивался, аккуратно и ненавязчиво ощупывая.
Стив знал только одного человека, способного на это, но не позволил надежде обуять в полную силу, боясь разочароваться, если догадка окажется ошибочной. Но сердце тем не менее забилось быстрее, подгоняло вперёд, от нетерпения горела кровь и дрожали пальцы.
Спустя мгновение голова опустела, а после сквозь стену напротив вплыл Вижен, в глазах которого ясно читалась тревога и беспокойство. Как только он заметил Стива и Тони, то тут же оказался рядом.
— Как давно мистер Старк без сознания? — спросил Вижен, прощупывая пульс Тони, и поднял взгляд на Стива. Тот едва сумел расслышать вопрос и прошептал, что не знает. Он и правда не знал, понятия не имел, сколько они вообще здесь находились, как давно у Тони начался приступ, казалось, вечность.
Вижен резко встал и с помощью камня Разума в стене, через которую появился, пробил дыру, достаточно большую, чтобы свободно пройти сквозь неё.
— Справа от вас по коридору будет лестница наверх, она ведёт наружу, — сказал Вижен, направляясь к броне.
Стив поднялся, несколько секунд потребовалось, чтобы справиться с головокружением и немотой в ногах, после он подхватил Тони на руки и пошёл прочь из подвала. Поначалу, из-за долгого сидения в одном положении, шаги были неуверенными, но с каждым новым шагом Стив шёл всё быстрее, боясь опоздать, и жадно глотал свежий, чистый воздух.
С одного удара снеся дверь с петель, он вышел на улицу, замечая рядом джет, а за ним ещё один, на котором они с Тони прилетели сюда, и бросился к нему, не слыша вопросов команды и не замечая никого. Краем глаза он заметил, как за ним следуют Наташа и Ванда.
Оказавшись в джете, он пытался найти контейнер, о котором говорил Тони. За его спиной Наташа раскладывала каталку и связалась с кем-то, сообщая, что Капитана и Старка нашли, но последнему нужна срочная помощь.
Аккуратно уложив Тони на каталку, Стив схватил контейнер, который лежал на одном из кресел, и пытался вобрать дрожащими руками содержимое ампулы в шприц.
— Нет, Стив, давай лучше я, — строго сказала Наташа и отобрала инструменты. — Что тут случилось?
Стив не отрывал взгляда от Тони, в естественном свете стало заметно, как побледнела кожа, а губы посинели. Отходя назад к креслу, он грузно опустился и сгорбился, опуская лицо на ладони.
— Я не знаю… Засада. Электромагнитное оружие, а потом взрыв, и… И у Тони начался приступ. — Он поднял голову и посмотрел, как Наташа, убирая шприц в сторону, закрепляет ремни на каталке, а после идёт к штурвалу и запускает двигатели. Через некоторое время шум усилился: Вижен погрузил костюм в другой джет и тоже начал взлетать. Стив наблюдал за Тони, но тот не приходил в себя. — Как вы нашли нас?
Сначала ни Ванда, которая будто ушла в себя, ни Наташа не отвечали, после Нат установила режим автопилотирования и подошла к Стиву, садясь рядом. Она пару секунд смотрела на Тони, а потом начала рассказывать:
— Мы арестовали тех, кто устроил подрыв на заводе в Буффало, уже заводили их в джет. Один из них много болтал, какую-то ересь, а потом упомянул тебя. Мол, мы успешно работаем и без Капитана, что очень хорошо, ведь он наверняка уже умер. Я сразу же попыталась связаться с тобой, но ничего, глухо. Рассказала ребятам, что и Тони полетел, тогда Вижен начал отслеживать местоположение брони. Последнее было здесь. Мы сразу же отправились сюда. Росс тоже в курсе ситуации, рвёт и мечет.
Стив едва мог уловить смысл её слов, полностью сосредоточившись на Тони. Тот дышал мерно и ровно, кожа начала приобретать естественный цвет, но он не приходил в себя. Возможно, что такая реакция нормальна, но паника не отпускала. Чёрт знает, что теперь могло случиться с ним после этого, ведь сыворотка, или что Тони колол, поддерживала жизнь, может, теперь, после тяжёлого приступа, она больше не будет работать.
— Я его едва слышу, — прошептала Ванда, поднимая взгляд на Стива. — Он всегда был громкий, даже если просто читал или ел, его мысли напоминали ураган. Мне не надо было концентрировать силы, чтобы слышать его. А сейчас я, даже прислушавшись, почти не слышу его. Как будто он… за стеной, — её глаза блестели от слёз, а голос дрожал, сама Ванда сжалась и поникла, будто винила себя в том, что случилось. И, снова поймав её взгляд, который так и кричал: «Прости», Стив понял: она всё знает. Знает, как много значит для него Тони, поэтому и просит прощения за то, что стала вестником плохого.
Понимание, что кто-то знает об этом, смутило, но тут же потерялось в тревоге и страхе. От слов Ванды что-то внутри подкосилось и обрушилось. Стив понимал, о чём она говорила: Тони всегда был сгустком энергии, стихией, которая не знает покоя. Он летел, гнался куда-то вперёд, снося на своём пути любую преграду. Неудивительно, что мысли хоть как-то отличались от их хозяина. Ванде наверняка приходилось в обычной жизни ставить блок или защиту, лишь бы не слышать Тони.
Стив всегда где-то в глубине души боялся, что однажды Тони угаснет. Просто случится что-то такое, что подломит его, и больше не будет огня, не будет неконтролируемого пожара, а только пепелище. Боялся и надеялся, что это лишь глупый беспочвенный страх.
Кто бы тогда сказал, что этим самым «пожарником» станет сам Стив.
— Стив, — Наташа легко коснулась его плеча, — он выкарабкается. Это же Старк, он всегда… — она закусила губу и посмотрела на Тони, громко выдыхая. Убрала руку и поднялась, говоря: — Он справится, старковское упрямство не позволит сдаться. — Лёгкая улыбка тронула её губы, и Наташа пошла к штурвалу, связываясь с базой.
Стив хотел ей верить, потому что и сам знал, на что Тони способен из-за этого упрямства, но не получалось. Он ни в коем случае не хоронил его, конечно, нет. Но и поверить, что всё с ним будет хорошо, не мог. Просто не мог. Как вообще может что-то стать хорошо, если кругом только холод и пустота? Как вообще можно во что-то верить в такой темноте, когда ни одного источника света нет?
В ангаре, как только джет приземлился, их уже ждали медики и сразу же увезли Тони в медотсек. Стив хотел пойти за ними, но понимал, что его просто не пустят. Им сейчас и без него хватало забот. И к тому же, скорее всего, сейчас предстояло отвечать за неподчинение приказам.
Было всё равно, каким станет итог, что станет с ним самим, только бы знать, что Тони пришёл в себя.
Смотря, как за углом скрывается каталка, Стив вздохнул и потёр лицо, собирая остатки сил, чтобы просто тут же не рухнуть на пол. Только сейчас он понял, как устал, как это всё вымотало, выпотрошило чувства, оставляя пустую оболочку. И этот забег борьбы с собой, попыток удержать в руках хоть что-то никак не кончался. А так хотелось минуты покоя и тишины, просто огородиться от целого мира и прийти в себя, перевести дыхание, после снова бросаясь в омут с головой.
Наташа подошла со спины и негромко сказала:
— Росс ждёт тебя через полчаса у себя, — затем покинула ангар. За ней неслышно прошмыгнула Ванда. Стив, простояв ещё минуту не двигаясь с места, направился в свою комнату отмыться от пыли и грязи и привести себя в порядок.
Попеременно горячая и холодная воды смыли болезненную сонливость и усталость, очищая рассудок от тумана, оставляя после только свежесть и чувство чистоты. Кожа дышала, а на зубах больше противно не скрипело.
Если бы и мысли можно было так же легко очистить.
Понимая, что есть ещё почти пятнадцать минут, Стив решил зайти на кухню, но после передумал. Не хотелось встретиться с кем-нибудь из команды. Просто не хотелось. Ни сочувствия, ни подбадривания, ни вопросов, ни ответов. А жажду утолить можно и обычной водой.
Набирая ледяную воду из-под крана в ладони, Стив жадно глотал, не обращая внимания на то, как сводило зубы и пальцы. Напоследок плеснув в лицо, он закрыл вентиль и посмотрел на себя в зеркало.
Красные белки глаз. Можно было это списать на пыль, но Стив знал, что не она стала причиной. Он вспомнил вкус отчаяния и тихой, затаившейся в глубине истерики и зажмурился. Ещё слишком свежими были эмоции и слишком ярким образ Тони на руках.
Почти физически ощутив тяжесть в ладонях, тепло и биение чужого сердца, он вытер лицо, грубо, до покраснения растирая кожу. Наспех одевшись в чистое, Стив вышел из комнаты, направляясь к кабинету Росса. Тот уже был там.
Постучав и получив разрешение войти, Стив прошёл внутрь и сел на стул. Ни страха, ни волнения не было. Вообще ничего, лишь пустота.
Росс ещё какое-то время перебирал бумаги на столе, а после, не удостоив и взглядом, начал говорить:
— Вы понимаете, что своими глупыми действиями подвергли опасности не только жизнь мистера Старка, но и всю операцию? — Его голос был спокойным и ровным, даже нотки негодования не промелькнуло. — И понимаете, что за это я должен вас отдать под трибунал? — он наконец оторвался от документов и посмотрел Стиву в глаза. — Возможно, в ваших глазах я выгляжу тираном, не способным на человеческие эмоции, но я прекрасно осознаю, что Уилсон ваш друг. Вот только в нашем деле подобные эмоции недопустимы и опасны, а вы как человек военный должны это понимать. И всё же трибунала не будет. — Стив удивлённо расширил глаза, не понимая, почему Росс, военный до мозга костей, отступает от устава. — Я просто отстраняю вас от оперативной работы, как только это дело будет закончено.
— Закончено? — хрипло спросил Стив. — Но ведь у нас нет никакой информации…
— Один из задержанных сообщил нам всё необходимое. Так что вы и команда отправляетесь через сорок минут, данные получите перед взлётом, — Росс снова опустил взгляд на стол. — Какие-то вопросы?
Стив уже хотел сказать, что вопросов нет, и уйти, но слова сами сорвались:
— Почему вы отправляете меня после того, как я… — «облажался», — почти сказал Стив, но промолчал.
— Потому что не хочу, чтобы вы ещё раз выкинули какой-нибудь фокус, Роджерс. А теперь можете быть свободны.
Выйдя из кабинета и закрыв за собой дверь, Стив привалился к стене, обдумывая услышанное. Подобное решение удивило, но не расстроило, в конце концов, он и сам собирался уйти, так что всё получилось не так и плохо. И всё же некое сомнение не отпускало, да и причина, по которой Росс поступил так, не давала покоя. Стив никогда не считал этого человека тираном, понимая, что тот просто старается следовать правилам и законам, чтобы сохранить равновесие в мире, который в последнее время пошёл ходуном. Но и добряком не считал тоже. А его решение выглядело посылом доброй воли. Хотя причина скрывалась, скорее всего, в том, что не судить Стива ему просто выгоднее с какой-то точки зрения. С неё же он и Тони оживил. Главное, чтобы эта причина не привела к проблемам куда хуже террористов и подобного.
Оставшихся минут вполне могло бы хватить, чтобы навестить Тони, но Стив удержал себя от этого. Почему-то сейчас, когда эмоции отпустили, вина рождала сомнение: а захотел бы этого Тони? Захотел бы видеть или чтобы кто-то другой, кроме Роуди и, возможно, Вижена, увидел его в таком состоянии? Стив подумал, что не вправе быть там, когда сам же и подверг опасности.
Только когда Тони придёт в себя и позволит…
Позволит ли? Или, может, вообще забудет о разговоре, и снова между ними разверзнется пропасть.
От этой мысли захотелось тут же отмахнуться, потому что Стив был уверен, что ему не почудилось, как там, в подвале, лёд треснул и сдвинулся. Тони не простил, но хотел. И после того разговора шанс наладить отношения был не призрачным, а осязаемым. А это то, чего Стив желал, но не ожидал получить.
Тряхнув головой, он оттолкнулся от стены и пошёл в сторону кухни. Если предстоит отправляться на задание, надо набраться сил и обсудить это с командой, извинившись сначала.
