Стать бы ветром на мгновение

***

Чонгук и Рери едут спокойно и в тишине, потому что Чонгук не любит, когда его беспокоят, пока он занят, а у Ре, как раз, зависимость от этого, нравится ей, как люди выглядят, когда злятся и передразнивать их. Именно поэтому она включает музыку на всю и открывает окно со своей стороны.       — Доооонт крааай, — начинает завывать Ре припев и Чонгук уже, кажется, дышит пламенем, — ооовер мииии. — Да ты можешь перестать?! — не отрываясь от дороги говорит Чонгук. Рери секунду смотрит на него обезумевшими глазами, полными слез, и молча выключает музыку, отворачивается к стеклу, еле слышно всхлипывая. Чонгук чертыхается, потому что не знает, что делать. Он вроде ничего такого не сказал, да, он повысил голос, но это потому, что надо было перекричать музыку. — Хей, ну ты чего, — бегая глазами, то на обиженную Ре, то на дорогу, — перестань, я не хотел, правда, — от такого милого Чонгука блевать хочется и затискать сильно-сильно, поэтому Рери еще раз всхлипывает. Нет, ну вы посмотрите, как из властного альфа самца и мафии всея Кореи сделать милого зайчика, который так мило просит прощения. — Я больше так не буду, извини, прости, я не хотел, правда, — Чон сам не понимает, почему это делает, но он не хочет, чтоб она обижалась на него, не хочет ее расстраивать и хочет быть в ее глазах самым лучшим. Нахуя даже не спрашивайте. И тут феномен. Рери поворачивается, сверкая хитрой улыбкой. — Не будешь значит? Ты себя плохо повел, Чонгук-и, — все так же смотря на ошеломленного Гука, который открывает и закрывает рот, — мне тебя наказать? — все с такой же лыбой говорит Ре. — Ты… Ты притворялась? — удивляется Чонгук, его так подкололи, что хочется выбросить эту женщину из машины. — Правда хорошо получилось? — не может насмотреться на Гука Рери. — Да ты, — возмущается Гук, почти доставая с пояса заряженный пистолет, но вовремя себя останавливая. Во-первых, он за рулем, во-вторых, она девушка и ничего такого не сделала. Просто каким-то магическим образом заставила его извиняться. Фантастически. Еще чуть-чуть и Чонгук обвинит ее в колдовстве и сожжёт на костре, как ведьму. Инквизитор поганый. — Да ты такой милый, когда провинился, — тянет Рери, — о! Останови! — отвлекается девушка, смотря в лобовое окно и показывает пальцем на магазин игрушек, — Идем? — и снова улыбается. — Ч-что? Куда? — не успевает опомнится Гук, как Рери уже обходит машину, открывает дверь с его стороны и вытаскивает его с автомобиля. — Вон туда, — и тычет в магазин. Какого черта вообще происходит, это у нее припадки такие? Или это синдром ребенка?

***

Они едут в машине под негромкую музыку, Чонгук подавлен и смотрит на дорогу, а рядом счастливая Рери, которая разглядывает четыре водяных пистолета. — Может вернемся к морю? — предлагает Ре. — Что? Нет! — возмущается Чонгук, — Я с тобой больше вообще никуда не поеду! — не унимается. — Ну Гук-и, потом купим железного человека, хорошо? — успокаивает Рери и кладет руку на плечо Чону. — Нет, я хочу сейчас! — дуется Гук, на что они оба смеются, представляя, как это выглядит со стороны и Ре замечает счастливую кроличью улыбку. Невероятно прекрасен. Самый красивый мафия на этой планете. Во всей вселенной. — Чонгук, ты такой милый, — смущает Чонгука еще больше, чтобы подольше лицезреть эту улыбку Рери, Чон смеется и смотрит на дорогу. — На себя посмотри, — улыбается парень и смотрит на Рери. Их взгляды пересекаются и Чонгук начинает от чего-то смущаться, от чего фиг знает, и первый отводит взгляд, что не ускользает от Ре. — Ой, Гук-и засмущался? — подвигается вперед, с этим сокращением, господи, кто вообще мафиози называет ГУКИ? — Нет, — еле слышно говорит Гук. — Уруруру, какие мы милые, — и тянет за щеку. — Так, все, хватит, — унимается Чонгук, он все-таки взрослый мужчина, у которого свой бизнес, при чем очень криминальный, а он тут в детей играет. Достаточно он тут повеселился. Выходной конечно удался, спасибо странной иностранке с фантастическим именем. Но Чонгук тут же перестает так думать, когда они приезжают в его дом и Ре начинает стрелять в него с водяного пистолета, бросая на пол еще два и подталкивая ему ногой, будто в криминальном фильме. Чонгук принимает роль в этом фильме и разрешает себе расслабиться. День еще не окончен. Игры продолжаются. Он поднимает руки в жесте «сдаюсь» и опускается ниже поднимая пистолеты уже с водой. — Я не люблю трусить, Чонгук, и люблю справедливость. Давай сразимся? — заканчивает свою реплику Ре. Чонгук усмехается и берет два пистолета, у него в этом опыта побольше будет, а наблюдать, как полностью мокрая девушка просит его о пощаде, сразу возбуждает. Видит, что у Рери тоже два и направляет пистолет на девушку, но опомнится не успевает и глазом моргнуть, как струя холодной воды прилетает ему прямо в лицо. Вытерев рукавом пиджака моську, Чон видит, как Рери бежит по лестнице на второй этаж и прячется за перилом. Гук целится и попадает куда-то в ногу-руку-живот и девушка издает стон «боли», якобы, делая вид, что в нее попала пуля, а не вода. Парень усмехается и уже принимает свою победу, как ему в живот прилетает струя, а потом в лицо, в ноги и вот он уже весь мокрый. Пока Гук вытирал лицо, Ре повалила его на пятую точку и воспользовалась его шоком, забрала пистолеты из рук, брызгая в него из его же пистолетов. В своих вода уже закончилась, а у Чонгука они почти полные. Когда вода закончилась, девушка откинула от себя пистолеты смотря, как Гук «умирает от пуль». Тот включает актерскую игру и хриплым голос выдает: — Нравится справедливость? — Но хитрость никто не отменял, — в тон ему отвечает Ре и постепенно начинает улыбаться, а следом и Гук, потом они вовсе начинают смеяться. Снова набирают воды и играют роль будто, Чонгук сражался на поле боя и Ре прикрыла его от пули и умирает у него на руках. — Н-нет, — выдыхает Чон, дрогнувшим голосом, держа Рери, — нет, пожалуйста, нет, — и всхлипывает. Девушка приоткрывает веки и прикладывает руку к его щеке. — Впервые вижу, как ты плачешь, — Чонгук кладет, свою руку поверх паковской. — Не умирай, — молит Чонгук. — Я всегда с тобой, — и начинает кашлять, — я в твоем сердце, Чонгук-и, — и прикладывает руку к сердцу Чона, — Вот здесь, слышишь? — хрипло выдает Рери, на что Чонгук активно машет отрицательно головой. — Будь рядом не только там. Не отпущу. Не оставляй меня, — и падает на колени вместе с Рери, утыкаясь ей в живот лицом. Пак путает пальцы в его мягких волосах, блаженно выдыхая. Им бы в театре играть каких-нибудь Ромео и Джульетту, а не вот это вот все. — Я всегда рядом, всегда, — и прикрывает глаза. — Нет! Не умирай! Слышишь?! Не закрывай глаза! — кричит Чонгук, а девушка уже закрыла веки, — Неееет! — кричит парень, а охранники хрюкают в кулак, пытаясь сдержать смех, потому что грозного и строго Чон Чонгука таким впервые видят. Ре приоткрывает один глаз и Чонгук замечает это. Пак обвивает шею Чонгука руками и парень встает, поднимая вместе с собой тушку, они улыбаются долго друг другу смотрят в глаза и смеются. — Может, хватит? — предлагает Чон, заваливаясь на диван в гостиной. — Уже? — дует губки Ре, явно нехотя заканчивать веселую игру. — Мне, кажется, завтра мы оба заболеем, — улыбается совсем по-доброму, что аж охрана рты по-открывали и глаза стали протирать не веря в это, потому что Чон Чонгук улыбается? Серьезно? Человек, способный на самые ужасные поступки, так умеет улыбаться? Не с насмешкой, не со злобой, по-доброму и получая такую же улыбку в ответ? Охрана думает, что просто Рери не знает с чем столкнулась и с каким ужасным человеком сейчас находится в одном помещении. — Ну вряд ли, — садится рядом с Чонгуком на диван девушка, — Ладно, тогда я первая в душ. Чонгук только хотел возразить, но Рери убежала в другом направлении. Но потом резко вернулась. — А…Где ванная?