Стать бы ветром на мгновение

***

В машине тихо играет песня Ланы, а теплый, вечно летний, сингапурский ветерок приятно обдувает лицо, дневное солнце так сильно печет, Рери и не представляла, что с черными волосами будет так жарко, девушка уже утомилась, если честно. Воду они всю выпили, а из-за чертового, возможного, преследования они почти не могут останавливаться, Дженни говорит, что как только она получит документы у полицейских не будет никаких доказательств, и она сможет жить спокойно. По всему государству расклеены фотороботы и у Пак прям руки чешутся, чтоб посмотреть на них. — Долго еще? — конючит девушка, помирая от жары. — Ты спрашивала это три минуты назад, — спокойно говорит Браун, хотя сама не прочь остановиться где-нибудь. Рери закусывает нижнюю губу, смотря на украденный айфон. Черт, надо же что-то сделать. Она должна как-то сообщить Чонгуку, что она в порядке, но ебаный в рот Чон Хосок… Его предупреждение пугает Рери, она не хочет, чтоб ее парень бомжевал. Она понимает, мол лучше выбрать любовь, а не деньги, но извините, что им делать без денег? Помирать от голода, зато вместе? Это бред и полная хуйня, Рери считает, что лучше расстояние, но с Чоном будет все хорошо. Автомобиль заворачивает с шоссе в какие-то не элитные, но и недешевые дома, и останавливается у одной многоэтажке. — Приехали, — чисто для галки говорит Джен, и заглушает машину, отстегивает ремень, выходя, несильно хлопая дверью. Тоже самое повторяет и Рери, только еще жмурясь от солнца. — Напомни мне купить тебе кепку и очки. — просто на эти щуринья невозможно смотреть. Они заходят, на удивление, бездомофонный подъезд, в котором чистая прохлада, от которой темноволосая аж стонет, топ неприятно липнет к мокрой спине, ибо волосы, да еще и черные, только мешают из-за чего в такой жарище выжить кажется нереальным. У Джен хорошо, она волосы пусть и выравнивает, ибо она по природе своей как и все афроамериканцы с вьющимися волосами, и заплела их в тугой хвост. Поднимаются они на лифте до седьмого этажа и Дженни, со своими каблуками (у нее вообще есть другая обувь?) цокает до массивной, из дерева, двери, стуча ладонью. Но никто не открывает. — Вот же пьяная свинья, — цедит девушка, резко дергая за дверную ручку. Дверь открывается, но всего на пару сантиметров, а дальше ее удерживает металлическая цепочка. Но Браун, видимо, не по годам опытная, просовывает тонкую кисть в небольшую открытую часть, и снимает цепочку с крючка, благодаря чему дверь открывается уже полностью. Рери от всего этого безумства широко раскрывает рот, потому что немного неправильно вот так заходить в чужую квартиру. Но Джен лишь смотрит на нее, взглядом, ничего такого, я всегда так делаю, и заходит внутрь. — Фу, ну и вонь у тебя здесь, Билли, — реально воняет, у Пак аж глаза заслезились. Воняет какими-то вонючими носками, с ужасной смесью сладкого кальяна и чипсами. А еще веет запах алкоголя. — Какого черта, Дженни?! — вылетает хуй знает откуда толстоватый мужчина. — А ты че дверь не открываешь, ты помнишь, что должен мне? — сходу отчитывает его Браун. Тот замешкался, и начал натягивать свою оранжевую футболку ниже, везде накурено, виднеется легкий дым, а еще здесь темно, все окна закрыты плотными бордовыми шторами. Билли, как поняла Рери, странно начал на нее смотреть и девушку это напрягло. — Бля, да я забыл, позвонила бы хоть, предупредила, я б… прибрался, — смущается толстячок, забавляя Пак, а Джен смотрит на него, как на долбаеба, и не понимает, что за ересь он вообще несет. — Давай документы и мы пошли! — резко громко говорит афроамериканка, а Бил даже пугается. Парень идет в ту комнату из которой вышел и Дженни поворачивается к Рери, всего губами произнося «Sorry» за такую безответственность. Девушка в ответ лишь успокоительно улыбается, тоже говоря одними губами «All is well». Билли приходит быстро и аккуратно передает Джен конверт, наверно, с размером в А4 лист, который Браун резко выдергивает и забирает. — Это ей документы? — кивает подбородком на Рери Бил. — Это неважно, — чуть позже сказала Дженни, — ты нас здесь не видел, нас здесь не было. — дает последнее указания и они вместе выходят на свежий воздух, потому что там задохнуться, как нехуй делать. — Какого черта так воняет, — продолжает возмущаться Рери, даже не задавая вопроса, а просто идет и сама себе говорит, ибо Дженни ее как бы игнорит. Как только Пак видит машину, то ей резко становится плохо, почему Хосок выбрал именно Сингапур?! Чтоб она тут мучилась от жары?! Рери аж поплохело, но грозный взгляд ее онни заставил сесть в душный салон автомобиля. Дженни сразу же распечатывает конверт, выкладывая оттуда бордовый паспорт с гербом Сингапура. Быстро открывает его просматривая страницы на наличие якобы каких-то ошибок ведь этот Билли явно может что-то подобное вытворить. «Эмма Холдэн» «05.09.1996.» «Сингапур» — Ты ещё не связывалась никак с Чонгуком? — кивает на вспотевший в руках старый телефон девушка. — Нет, — раздосадованно произносит Пак, смотря тоже на телефон, на логичный вопрос подруги «Почему?» Рери быстро отвечает, — Хосок сказал что его бизнес полетит, если я с ним свяжусь. — Так… А как он узнает, что ты с ним связалась, если он даже не знает, как отследить твои телефонные звонки, он даже не знает где ты сама. — Мало ли на что он способен, — Рери предполагала такой исход конечно, не тупая же, но все равно ссыкатно. — У тебя есть социальные сети, почему бы не послать ему какое-нибудь сообщение? — молча заводит автомобиль и выезжает. Они будут пока прятаться в более надежном месте, а именно в отеле. — Он точно проверяет все соц. сети, это будет слишком опасно, — вертит головой девушка, — я не знаю, что делать, Дженни, — на глазах выступать горькие слезы от разлуки, ведь раньше ни на такой промежуток времени ни разу еще не расставались, а тут даже не слышав его голос около недели, Рери просто загибается. — Эй, — Дженни теряется, не понимая, что ей делать, ведь она ведет машину, а тут подругу еще надо успокаивать, — все будет хорошо, слышишь? — Да, — кивает и вытирает слезы, потому что Чонгук точно все так не оставит, но уже по любому ее ищет, осталось ему как-то только намекнуть, что Рери жива, и ее координаты. — Куда мы едем? — В один отель, Butterfly. — И откуда у тебя столько денег? — недоумевает Пак, потому что они только и скрываются в отелях, а эти машины... Эта уже вторая, меняет их, как перчатки. Но афроамериканка лишь ухмыляется и говорит, чтоб Рери наслаждалась, но это только настораживает.

***

— Мистер Чон! — врываются в кабинет два охранника, которые сейчас должны быть с Рери и охранять ее, потому что преследование — дело не шуточное. Чонгук сразу напрягается и встает, потому что паника в глазах двух бугаев ничего хорошего не сулит. — Госпожа Пак... — старается отдышаться Джо. Чон весь напрягается, боясь услышать всего два ужасных слова. — Ее похитили. — дополняет второй охранник, не менее запыханый. Ярость в глазах растет и карие радужки превращаются в красно-карие. Чонгук переворачивает огромные письменный стол, с компьютером и всеми бумагами. — Кто посмел? — оглядывает двух, но те перепуганы. Оно и понятно почему. Адским пламенем злость и ярость разжигается по всему телу, и через все круги этого огня Чонгук проведет похитителя Пак Рери. Лично превратит его в пепел. Ни оставит одним словом ничего. — Кажется кто-то потерял страх, — говорят одни из работников, когда узнали, что девушку самого Чон Чонгука похитили. — Черт, мне жаль его, — отвечает ему друг, — не повезет же. — Он его из-под земли достанет. — второй кивает и они обеспокоенно несут всю оставшуюся информацию в офис. Чонгук сидит уже за новым столом с скрещенными руками и дышит гневно, но виду не подает. Он мафия всей Южной Кореи, он на ровне с самим президентом. И какой-то выблядок посмел забрать у него Рери? Человека, который заново помог ему улыбаться, искренне, без эгоизма, без предстоящего ужаса, улыбаться, потому что хочется. Помогла показать, что не все потерянно, что все можно изменить и в его сердце есть место любви. Но видишь, как получилось, Рери, ты слишком добрая натура, а в такой сфере это не принятно. Чонгук таял под тобой, под твоим натиском, твоим характером, и дал слабину, в итоге что? В итоге, тебя похитили. С Чонгука хватит. Всех этих добрых мыслишек, Рери сильно въелась до мозга костей со своей добротой. Поэтому Чонгук возвращается в отдел, где следят за тем, чтобы отыскать его девушку. Работники о чем-то тихо переговаривают, заваривают себе чай, шутят, стоит шум и гам. Но как только в помещение входит разъяренный Чон Чонгук, все стихает. Стараются спрятать кружки и печенье, один парень вообще походу бессмертие обрел, ибо уснул и его напарник нервно будит, толкая. — Вы че, крысы, совсем ахуели? — начинает Чон, проходя к столу со всеми их вкусняшками. Обстановка накаляется, а работники даже в глаза смотреть боятся, — Если вы, нищеброды, не найдете Рери, я с вас шкуру лично скальпелем сниму, а потом жрать заставлю, вы поняли? — те нервно кивают и Гук лишь одним поднятием руки, цепляется длинными пальцами за стол, вторую запускает в карман, и переворачивает деревянное изделие, с кружками, электронным чайником, книгами, кроссвордами и прочим в общем. — У вас два дня, гниды. — и направляется вальяжно к выходу, — После этого дела вы будете все уволены, а ваши досье запятнаны так, что ни в одни дворники не возьмут, — и наигранно улыбается, выходя из пропахшего чаем с бергамотом помещение. Как же блять ахуенно. Корона сдвигом вновь обретает место на смолистой макушке. Чонгук чувствует себя победителем. Как же давно этого не хватало, черт возьми. Как он соскучился. — Что это? — подходит к уборщице, которая моет полы, — Швабра? — и смотрит, допытывая. — Д-да, господин Чон, — пугается женщина, потому что блять выродки работники разозлили начальника и все теперь пизда всем, ну чем она то ему не угодила?! Ноет внутри женщина. — А с каких это пор, — обращается в округе ко всем, кто мимо проходил, включая и других уборщиц, — вы швабрами полы моете? Хотелось бы ответить, мол, господин, наверно потому что швабры для этого и созданы, но Рери здесь нет, и люди, которые могут перечить Чонгуку, на ней и закончились. — Достаньте им щетки для барби и пусть драят полы ими, а про швабры — забудьте. — бросает господин и уходит в свой кабинет. — Чо за… Дела? — смотрит на то, как все порядочно и даже боятся дышать в офисе одним воздухом с Чоном, мало ли что ему не понравиться, выполняют свою работу, Мин Юнги в ахуе. — Давно такого не было, да? — светится ярче солнца Гук. — Да, — недоумевает Мин, — насчет Рери, — резко сбивает всю эту тему, переходя на важное. Чонгук тоже сосредоточивается, сразу обращая внимание, на бумаги. — Я тут в общем кое-что разузнал, потому что могу себе это позволи… — К делу, хен, — перебивает поток самолюбия Чон. — В общем… Дверь в кабинет резко открывается, и девушка вбегает, запыхавшись, в кабинет. — Что с Рери?! — орет она с порога, а у Юнги резко кончается воздух в легких. — С-Соен? — пиздец, да, Юнги? Вроде ж как и старался избегать бывшую, а она вон, сама бежит к тебе. — Привет, Соен, — здоровается Чонгук с девушкой, — сейчас не время говорить, мы заняты, покинь мой кабинет, будь добра, — бросает холодно он, возвращая взор на бумаги. А Мин Юнги залип. — Эй, — тыкает указательным пальцем хену в плече, — продолжай. — Но Чонгук, пожалуйста! — просит девушка, — Я хочу знать, что произошло, что с ней?! — Соен, — снова строго произносит Гук, — сейчас же выйди и подожди, пока я лично с тобой свяжусь. — Но… — Я непонятно сказал? — и смиряет девушку убийственными взглядом, который не терпит непослушанья. — Понятно, — поникает та, — извини за беспокойство. — тихо проговаривает она, выходя из кабинета, но разворачиваясь, все же говорит, — прошу, позвони мне, как будет что-то известно. Но Чонгук не позвонит. Это слишком опасно для Соен, а та, как ее подруга, несомненно захочет принимать участие в спасении, а этого он допустить не может, потому что Соен — близкая подруга Рери, если с ней что-то случиться, Пак будет винить себя. А Чонгук не будет, потому что Соен сама захотела. Но беспокоясь за любимую, не за Соен же, Чонгук не может такого допустить. — Почему ты с ней так? — прочищает горло Юн, возвращаясь мысленно к документам, делу и Чонгуку. — Сам знаешь. — Хотел услышать твою версию, — пожимает плечами старший. — Она ничем не отличается от твоей, не переживай. — Чонгук хочет скорее закончить этот бессмысленный разговор и начать разговаривать о действительно важных вещах, например, о спасении его девушки, потому что важнее сейчас нет ничего. Чонгуку даже неважно почему эти оба, Соен и Юнги, будучи парой даже не поздоровались, это неважно, неважно если они расстались, Гука это сейчас правда не волнует. — Знаю точно, что слежка, которую устраивали за Рери, непричастна к похищению, это два разных человека. Чонгук хмурит густые черные брови и задумывается. — Похититель воспользовался этим и похитил Ре. — делает итог Гук. — Если это два разных человека… И Юнги предполагает, что Чонгук скажет, мол, тогда можно и не искать его, а заняться полноценно похитителем, но нет. Чонгук выдает, то что поражает до глубины души. — Тогда его можно убить и не медлить. — и снова улыбается, так же как и раньше: без доли чувств, без счастья, одна лишь месть, и снова этот взгляд, как и три года назад, при смерти родителей. — Раз он не знает нужной нам информации, значит можно убить его, зачем ему тогда жить? — делает непонимающе лицо Гук, на сто процентов зная ответ. Но Юнги отговаривать не будет. Пусть младший делает так, как душе угодно. Хочет убить — пусть. . — Ну что там? — волнующее задает вопрос Тэ, видя грустную темноволосую девушку, которая выходит из огромного офиса. — Сказал, что сейчас не время и что свяжется со мной, как будет что-то известно. — Соен до жути страшно за подругу, вот как знала, что от этих мафий нет никакого добра! Одно радует: Чонгук ее ищет. Ему есть до нее дело, это ему небезразлично. — Чонгук найдет ее, чего бы ему это не стоило, — уверяет Тэ девушку. — Все будет хорошо. — Спасибо, — шмыгает носом Мин, благодаря за поддержку. Flashback — Вот черт, — проводив Рери до двери в квартире Джиена, и расстроившись отказом Ким Тэхена Соен конечно расстроилась. Девушка понимает в принципе, что сделала не так и за что отказ то, но все равно задает этот вопрос. Но на дисплее телефона виднеется вызов, который побуждает в себе интерес да и вообще неожиданно как-то. Звонит Тэхен. — Да? — уверенно отвечает Мин, но вспотевшие ладони вытирает об футболку. — Ну как? Было приятно получить отказ? — спрашивает азартным голосом Тэ. — Вообще-то не очень. И я все поняла, ты молодец, проучил меня. — сдается девушка. — Да, я молодец, — смакует эти слова на языке Ким. — Так что ты там попросить хотела? — Ты поможешь? — загорается надеждой Мин — Нет, просто интересно. — Что?! — визжит девушка, а на том конце басисто смеются. — Шучу, Соена, я помогу тебе. — мило щебечет Тэ. — Ну знаешь что, — закипает Со. — Эй, не злись, ты знаешь, что заслужила. Да знает она, в чем твоя проблема, Ким Тэхен?! — В общем… — как бы она не тренировалась у зеркала проговаривать эту фразу ей все равно очень неловко, — да блять. — тихо, почти шепотом говорит, раздражаясь от своей беспомощности, вот щас бы ей наглость и безразличие не помешали бы ей. — Чего? — не расслышал Тэ. — Ничего. У тебя все равно нет выбора. Начни сначала с объяснений, потом с жалости, а дальше озвучь просьбу. Отлично. — В общем… Я знаю, я не могу тебя о таком просить, мы вообще мало знакомы, да мы вообще почти не знакомы… Но у меня правда нет другого выхода, понимаешь, все так быстро закрутил- — Давай уже к делу, Соен. — поторапливает ее старший. — Можнопожитьутебя? — так быстро, как можно сказала Мин, лишь бы не чувствовать эту неловкость. Но все же неловко, потому чТО ЧЕРТОВ КиМ ТэХеН МоЛчИт. «Ну не молчи же. Скажи уже что-нибудь» — нервничает девушка. — Хм… И это чертово ХМ просто доводит до такой истерики, внутри Со аж мечется все, и она закрывает тааак сильно веки, что аж до боли, присаживается на корточки, сжимая волосы у самых корней. — Вместе веселее же, конечно, давай поживем вместе. — и Мин уверенна, что этот русоволосый парень широко улыбается. Сначала даже не верит в сказанное, а потом тихо пищит, вызывая смешок на том конце. — СпасибоспасибоспасибоСПАСИБО! — кричит девушка, чуть ли не прыгая. — Поможешь вещи перевезти? — резко успокаивается и задает не менее важный вопрос. — Помогу. — подобному соглашается Ким. — Спасибо, Тэ, спасибо!

***

— На заправке около дома Джиена обнаружены камеры, на которых заснято покушение на миссис Пак, так же видно номера машины. Буквально за пятнадцать минут весь персонал отыскал машину, и скоро они выйдут на их след. Чонгук внимательно слушает вести какого-то мужчины, просто он их не запоминает. — Поиски уже идут. — в заключение добавляет он, довольный своей работой. Но не Чонгук. — Поиски уже должны были закончиться. — специально делает глубокий и грубый голос, чтобы прибавить страха. — На стене должна весеть отрубленная голова Чон Хосока, а в комнате спать моя девушка, сечешь? Мужчина сглатывает, понимая, что его тут хвалить явно не будут. — Чтобы сегодня же выяснили, где Рери. «Чтобы я мог поехать следом за ней и забрать» Но в слух он конечно же этого не скажет. Мужчина кивает, делает поклон и удаляется на трясущихся ногах. Взгляд Чонгука устрашает, но еще большее они все боятся за свое будущее. Чонгуку как нехуй делать его испортить, но испортит ли? Предчувствие в рупор отчаянно кричит, что непременно испортит. Он слово свое держит.

***

— Ах, так намного лучше. — завязав наконец себе высокий хвост, девушка надевает очки, и все так же держит при себе телефон. Черт, даже нет вариантов как бы его предупредить… Девушка обеспокоена этим целый день, вообще как бы им нельзя так спокойно разгуливать по шикарным улицам Сингапура, но что поделать, если они по состоянию не могут долго находиться в душной машине. Они решили прогуляться по столь красивым местам, сингапурское солнце печет, и кажется Рери даже загорела, на небе ни облочка, синий купол абсолютно накрыл их, не давая надежды на хоть какой-нибудь дождь или плохую погоду. Красивые здания, архитектура, Рери завороженно наблюдает, как же здесь красиво, и уезжать невольно не хочется, правда если бы ее не преследовал ненормальный пацан с непонятно, какими намерениями, а в Сеуле не ждал бы Чонгук, Рери бы конечно осталась. Но сердце ноет, она не знает, что делает Чонгук, не знает его реакцию, не знает его действий, его состояние, может что-то случилось, а может с ним все в порядке, может он и не заметил, что девушки нет, а может уже ищет, может уже забыл и нашел другую, а может скучает и тоскует. Может быть все, что угодно. Но неизвестность пугает, тешить себя мечтами и представлениями нет настроения совсем, хочется просто увидеть его, но увидит ли? Пока Хосок не нашел ее, но может он прячется прям за этим кустом? Или эта милая продавщица мороженного его агент под прикрытием? Неизвестность та еще сука. Но они все же подходят к девушке, что продает мороженое и покупают два. Рери по случайности оборачивается на столб и… это что, объявление о розыске? «Мам, я популярна.» Возможно бы так и было и мама была бы рада за нее, если бы это конечно же не было объявление о розыске черт возьми! Девушка подходит ближе, желая рассмотреть все четче и приходит в ужас. — У меня не такой нос! Что за фигня! Дженни! — и уже хочет пожаловаться, как встречает две пары глаз, одни смотрят с неприкрываемой злобой, вторые с удивлением. — То есть… — Идем отсюда! Спасибо большое, — кидает девушке пару купюр, забирает мороженое и тащит за руку Ре отсюда подальше, пока девушка их провожает ахуевающим взглядом. — Извиниии, — стонет младшая, потому что у нее правда не такой нос! Кто вообще составлял этот фоторобот?! — Чем ты думала вообще? — бесится старшая. Она сует ей ее банановое мороженое и тащит хуй знает куда, но лишь бы подальше. — Мы в отель? — Да. И тут то Рери поникает окончательно, потому что пусть и в самом классном номере Сингапура, но сидеть в помещении вообще не комильфо, в такую погоду хочется гулять, но никак не сидеть в четырех стенах. Особенно по красивым сингапурским улицам, все же это реально красивое место и повод отвлечься от своих проблем, в номере она согнется от жажды увидеть услышать, да хоть унюхать Чонгука, черт.

***

В просторном, но полном всякой технике помещении слишком душно от того, как нагреты все компьютеры и приборы. Мужчина спокойно раскачивается на удобном стуле, следя за мелькавшим красным маячком. Это Рери. Точнее, специальный жучок, который он вшил ей под кожу, пока она спала. Да, жестоко, но как ещё за ней следить? Она думала, что сбежала, но Хосок теперь может отыскать ее в любой точки мира, сигнал жучка слишком хороший, чтоб понимали, он ее из-под земли достанет. Мужчина усмехается, определяя по координатам, где сейчас девушка, в каком номере, и на какой кровати спит. Кажется у них будет неожиданный визит.

***

Все же тоник и хорошая вещь, но когда принимаешь ванную, то вся вода в краске, с каждым принятием душа с волос смывается пробная краска, теперь Рери уже не особо то и с черными волосами. Скоро придется менять цвет. Сейчас они хотят сходить в бассейн, потому что черт жарко и даже эта кондишка в номере не спасает, ну если конечно на минимум занизить температуру, то конечно поможет, но охладиться в клевом бассейне тоже неплохо. Рери завязывает волосы в высокую гульку, ибо, повторюсь ещё раз, краска смывается с волос, пачкать бассейн...у нее нет денег на его чистку, у Дженни занимать…она и так ей многим обязана. Девушки надевают купальники, которые купили около этих же бассейнов с лавками «все для моря». Понакупали разных безделушек, в виде надувного круга, или шляп, полотенца, крема, все, что надо и не надо короче. Выходят из номера и Рери, довольная, что не загибается в просторном номере, шагает к лифту, чтобы спуститься и выйти к бассейну. Все слишком шикарно. Хотя Рери вполне привыкла к богатым апартаментам, но все же удивляться красоте никогда не было плохим занятием. Как и ожидалось — людей дохуя и больше. Свободных шезлонгов — ноль. А хотя…это... свободный? Рери сразу же гонится к последнему свободному шезлонгу, протискиваясь сквозь загорелых и горячих людей, которые кажется живут на солнце. Но как же... обязательно появится такая особа, которая видите ли тоже занимала этот шезлонг, и вот сейчас она стоит перед Рери и что-то доказывает на английском. — Извините? Но когда я подошла шезлонг был свободен. — объясняется ей спокойно Рери, на что та, на своем каком-то непонятном орет и возмущается, со стороны выглядит будто она Сатану призывает. Рери делает вывод, что баба конченая и просто расстилается дальше, пока женщина пыхтит, как паровоз. Ну как так, чтоб русские за границей и с кем-то не по ссорились? Не по-христиански это. — Уступила бы ей, — цокает Дженни, тоже пристраиваясь рядом. — Да щас, ага, — с сарказмом отвечает девушка, — я первая пришла, нехрен тут права качать с пустого места. Ну вы посмотрите на нее, вся в Чонгука, скоро убивать начнет. В общем с горем пополам, но искупнувшись пару раз в набитом полностью бассейне людьми, девушки направляются в номер. — Это было жестоко. За один раз задеть пять человек всеми четырьмя конечностями это писос. — полностью уставшие плетутся к лифту, нажимая на нужный этаж и поднимаясь к себе в номер. Рери сразу обессиленно валится на кровать, пока Джен сразу же идет в душ, ибо для нее чистоплотность в первую очередь. Она даже в номере убирается, хотя это должны делать работники этого отеля. Дальше, как обычно, идет в душ Рери, смывая с себя очередной слой краски и в приятном белом халатике выходит, видя, как уже на балконе устроилась Браун. Вытирая полотенцем волосы, девушка проходит к подруге, смотря чем та занимается. — Выпьем? — предлагает девушка, кивая, но только что принесённую бутылку красного вина. Рери соглашается, потому что они наконец свободны от побегов и слежек, наконец то отдохнули и Рери смогла отвлечься от ноющего сердца, но сейчас оно снова болит, снова скребет по ребрам в желании ощутить одного единственного, по которому так болезненно тоскует не только сердце, но и вся плоть Пак Рери. — Конечно. Кладет полотенце на кровать…блять…полотенце окрасилось от волос Рери. Вот так и перекрашивайся тоником! — Чееерт, — и сразу кидает белое полотенце в стиралку. — Ну где ты там? — зовет с балкона старшая и Рери быстро что-то клацает на машинке, бегом направляясь к подруге. Они так сблизились, Рери счастлива, что ее путь столкнулся с путем Дженни, что та помогла ей, спасает ее задницу, хотя она по сути ей никто. — Я тебе так благодарна, — уже пьяно говорит Пак, полтора часа втирая подруге, как она рада, что они познакомились, хотя между прочим Джен заснула еще на первых двадцатых минутах этого монолога. — Джни, ты ткая клсная, хочш я тбя пзнакомлю сИК НамджуномИК? Он тже хрший пцанИК. Замечая, что подруга уже храпит Рери добро и спокойно улыбается, идет в комнату за пледом, ну как идет, споткнулась о порог, запуталась в одеяле, потом снова споткнулась о порог и вот она собственно старается не упасть на спящую подругу, укрывая ее. Ночами холодно, поэтому Пак заботиться о состоянии подруги. — Спокойной ночи. — Ик.