Стать бы ветром на мгновение

***

Перемещая свое пьяное тело к огромной кровати, Рери даже не успевает толком прилечь как слышит стук в дверь номера. Интересненько, девушка сразу же открывает дверь, потому что кто ее вообще может беспокоить кроме обслуживающего персонала? Чон Хосок. Пак трезвеет моментально, глаза увеличиваются в размерах, в горле сохнет, сердце ебашит в груди, все, что успевает сделать девушка это толкнуть Хосока в живот и попытаться закрыть дверь. — Что за хуйня?! Не смей лезть ко мне, Чон Хосок! — кричит девушка, пока мужчина пытается открыть дверь, ведь Пак закрыла ее не до конца. Не успела. — Перестань сейчас же! — кричит Чон, сил у него больше и поэтому дверь полностью открывается. — Это ты перестань! Разбудишь сейчас мою подругу! — это все, что тебя волнует, да? Не то, что твой похититель у тебя на пороге. — Это ты начала орать, — шепотом говорит Чон и проходит в номер. — Да иди ты к черту, Хосок! — психует Рери, топая ногой. Джен начинает просыпаться, скидывая одеяло, задает сонно вопрос какого черта тут происходит. А что собственно сказать? Дженни, знакомься, мой сталкер, это я его к нам пустила. Старшая встает с плетеного стула на балконе, видя мужчину выдает: — Кто это? — Это он, Джен, — недовольно и абсолютно серьезно говорит Рери, — он пришёл за мной. Чон на этих словах только улыбается и засовывает руки в карманы. Единственное, что он упустил — Джен не пальцем деланная. Неожиданно для всех Браун организовано берет со стеклянного столика их выпитое вино за горлышко и разбивает бутылку об стену. Рери пугается громкого звука разбитого стекла и каплей красной жидкости, что эстетично, но реально стремно разлетелись по комнате. Дженни бросается на Хосока, лишь отдавая команду «беги отсюда». В одном халате, босиком и мокрой головой Рери втопила как только можно, потому что знает, что у Джен все под контролем, Хосок под ней дрыгается, скидывает худую афроамериканку с себя, но та уйти не дает. — Я все равно ее найду! — кричит Чон. — — Хрена с два! — цепляется за его дорогущий пиджак, пытаясь затолкнуть его на балкон и закрыть его там нахуй. Но слишком слаба физически, морально же сильна, чтобы пытаться снова и снова. Ради Рери. Пак бежит по этажам, не зная куда себя деть и что ей делать, абсолютно без вещей и денег, ей некуда податься. Что же за фигня происходит, как он ее нашел?! Все идет блять не по плану! План: 3. Найти где спрятаться в отеле.

***

Тусклый свет, Чонгук не спит ночами, слишком больно спать в абсолютно пустой холодной кровати, невыносимо. Еще хуже — ждать. Ждать новостей, ждать когда все сдвинется с мертвой точки. Глаза сухие и красные, тело пьянеет, прикрывает веки и, честно, желание выпилиться настолько огромно, что сил уже нет. Как это могло черт возьми произойти. Как он допустил этого. Мысли сжирают полностью, не оставляя живого места. Огромной черной змеей обвивает шею и высасывает остатки, шепчет на ухо «безысходность» и отравляет ядом свежую молодую кровь. Вспышки в глазах, на сердце шрамы, руки дрожат, за окном холодный ветер пробирается под рубашку и путает волосы. Сияние луны и отблеск пухлых губ. Без стука, деревянная дверь открывается в кабинет, отрезвляя разум Чонгука, мужчина, такой же уставший заявляет: — Нашли. Стул под ним падает, голова начинает разумно работать как вновь собранный механизм. Быстрыми шагами идет навстречу к Юнги. — Где она? Стук каблуков, Юнги ведет младшего в тусклую комнату где только компьютеры и пахнет кофе, где люди не спали точно так же, напряжение стоит дикое, словно дышишь свинцом. Подходят к одному компьютеру где на карте красная заветная точка. — Система защиты у Чон Хосока слишком сильная, но мы взломали его. — хрипло говорит старший. — Он отслеживает местоположение Рери с самого вашего знакомства. — Что? — хмурится Чонгук, не понимая как. — Вероятно, как-то смог провернуть это, — жмет плечами старший. — В любом случае, — поворачивается полностью к Гуку, — мы теперь можем отслеживать ее тоже. — и улыбается довольно. — Тогда выезжаем прямо сейчас. — полной решимости говорит Чонгук и направляется к выходу. — Я бы сказал вылетаем, — немного поправляет его Мин и идет следом.

***

Паника в груди, глаза бегают по помещению, может Джен уже его заперла в номере, а может он ее ранил? Мысли путают, сбивают с пути, бежать некуда. Сдаваться нельзя, нужно бежать на улицу, просить вызвать… кого-нибудь, черт возьми. Сбегая по лестнице, подворачивая ноги, дыхание сбивается, Рери наконец-то выбегает на улицу. . Стук алюминиевого подноса об чью-то голову. Вещи в беспорядке. Тяжелое дыхание. — И почему ты так сражаешься за нее, м? — отходя от удара, спрашивает Чон. — Да кто ты такой, чтобы понять меня — человека? — сквозь зубы шипит Джен на что Хосок хмыкает, вытирая кровь из носа. — Даже если я здесь, не значит, что она в безопасности. Джен застывает на месте и думает, что может вряд ли стоило Пак отпускать. — Что ты имеешь ввиду? — Датчик слежения у нее на лопатке, — дает себе время отдышаться мужчина, — я могу нажать всего одну кнопку на пульте и он самоуничтожится. — Что?! — Прям у нее под кожей. — Ты реально конченый. — шепчет девушка в полном шоке. За ней тоже были погони и слежки, но чтоб ТАКИЕ это просто дикий ужас. Хосок смеется. Смех психа. — Зачем ты это делаешь с ней? — Я ее- — Не задвигай про любовь! — кидает шикарную вазу в стену напротив Хосока, та разбивается с ужасным звуком слез мастера в паре сантиметров от его головы. — Никто не знает как сильно я ее люблю! Никто не понимает этого! — бесится также и мужчина, разрывая на себе галстук. — Но это ужасно! Это дико! — Я готов убить ее, чтобы она не досталась никому, если не станет моей. — жутко произносит брюнет и достает чертов пистолет из ремня на брюках. — Давай, псих, попробуй меня пристрелить, — бросает вызов девушка. . У Рери дрожат руки, накатывает истерика, на спине все эти дни что-то дико давит, щемит, боль становится сильнее и сильнее, горячие слезы обжигают щеки, идти на выход из отеля нет сил, опускается на колени проходя мимо бассейнов, пустых лежаков и закрытых зонтов. Сил нет, голова раскалывается. Девушка убирает мешающие волосы с лица, халат спадает с одного ее тонкого плеча, с окон ее номера слышен выстрел. Истерика. Шок. Страх. Рери кричит, срывая голос, вопрос: за что? Почему она и ее близкие? Почему это происходит с ней. Кожу на спине жжет, словно кто-то приходится по ней лазером, сдирает куски. Пак оголяет часть от халата, чтобы свежий воздух хоть чуть-чуть облегчил ее боль и страдания. Слышно стук каблуков мужских туфель, которые она слышала каждый день находясь в заперти с ним. Чон Хосок с разбитым носом и губой, порванным галстуком и дорогой рубашке, а в руках металлический пистолет. Направляется прямо к ней. Рери из последних сил встает на ноги, и собирается бежать, страх и боль в глазах, паника и в ушах не слышно ничего кроме выстрела. Под кожей словно взорвалась бомба, куски окон и железа въелись в каждый живой участок. Дыхание. Вдох. Выдох. Считай до трех. Вдыхай запах. Выдыхай боль. Тело Рери куклой падает в руки. Кровь хлещет алым водопадом, пачкая любой участок куда попадает. В голове шум, крики о скорой помощи и такой родной запах. Черт возьми как крепко держат руки, как знакомо. — Малыш, ты слышишь меня? Родная, все хорошо, — в серые глаза и сухие губы шепчут настолько мягкий голос. — Чонгук. — Да, любовь моя, ты в безопасности, — целует мягкие мокрые щеки, лоб, крошечный носик и любимые губы. — И кстати, брюнеткой тебе ничего так. Рери выдает что-то наподобие смеха. Но боль все еще остается. Никуда не делась. Девушку опускают на пол, врачи срочно пытаются спасти от потери крови и сделать хоть что-то с датчиком внутри ее тела. Люди Чонгука скручивают руки Хосоку и настоящая полиция надевает наручники. В номере 203 девушка теряет сознание от выстрела в ногу. Мигалки полицейских машин, холодный воздух по потному телу, стресс, дрожащие руки. Белоснежные халаты в крови.