Калькутта

- Билеты заказаны? - Да, всё как Вы просили, Шахрукх джи. Вылет через пол часа. - Спасибо. Выезжаем.       Шахрукх Кхан отдав последние указания прислуге сел в машину и направился в аэропорт Мумбая. Информация о том, что Каджол уже в пути в Калькутту, наконец, пришла и можно выезжать следом.       Идея такого неожиданного шага пришла Кхану буквально накануне. Когда он в очередной раз сидел перед монитором своего компьютера и смотрел на фото, которое опубликовал Аджай Девган в тот самый день. Удар достиг своей цели. Шахрукх понял, не хочет оставаться с Гаури и прочей тусовкой ни секунды, как только увидел злополучное фото. Только Аджай просчитался, если хотел этим рассорить или развести их с Каджол. Увидев публикацию, Шах хотел лишь найти Девгана и оторвать ему руки, но никак не срывать злость на любимой. Потому как знал, что вины Каджол в этом снимке не больше, чем его, Шаха, вины в фотографии с Гаури на Дивали. И Каджол в тот же день сама позвонила ему, и просила прощения, что не досмотрела, что не поняла мотивов Аджая, но от этого боль, сжимающая сердце, при виде фото не становится меньше, и Шахрукх каждый раз испытывал укол в груди, когда смотрел на изображение. Мазохистом он никогда не был, но этот снимок притягивал его каждый раз, как будто красная тряпка быка. И Кхан понимал, что с этим нужно что-то делать. Нужно ЕЁ увидеть, других вариантов нет, решил Шахрукх. Совершенно неожиданно Кхану прислали приглашение на фестиваль в Калькутту. Это ИХ место, и Каджол наверняка согласится поехать туда, если Аджай будет уверен, что его, Шаха, там не будет… И вот тогда ему в голову пришла эта гениальная идея.       Отследить момент вылета Каджол не представило трудности, и Кхан уже наготове сорвался в дорогу. В машине Шахрукх снова достал телефон, и руки сами потянулись к злосчастному фото. Но он, пересилив себя, закрыл глаза и представил возможную реакцию Каджол на его «маленький» сюрприз. Невольно на его губах засияла улыбка. Так то лучше, теперь осталось только воплотить этот план в жизнь. А с этим у Кхана проблем никогда не было.       Уже на посадке в самолет Шахрукх не долго думая, пишет сообщение в твиттер. Он уселся на своё место и улыбнулся. Теперь игра началась…

***

      На выходе из аэропорта его всё таки заметили фанаты. Что же, этого не избежать. Но Шахрукх хотел только побыстрее оказаться в отеле и не мог ни о чём думать, кроме как закинуть вещи в багажник, и мчаться словно на крыльях любви. Прибыв в отель Шахрукх уже надел парадный костюм и готовился к выходу, предварительно отправив Рави выяснить, где остановилась Каджол. Его сообщение в Твиттере уже абсолютно точно должно было достичь адресата.       Рави вернулся довольно быстро, оказалось их поселили на одном этаже и до заветной двери не более ста метров. Видимо эта информация отразилась на его лице, потому как все тот же Рави выглянув за дверь, обернулся и сказал: - Я проведу. У Вас есть ещё немного времени... Шахрукх молча пошел следом за ним и мог слышать только то, как бьется сердце. Наконец последние метры были преодолены Кхан смог перевести дух. Им не попался по дороге ни один журналист, что можно было бы считать чистой удачей, но Шах все больше слонялся к мысли, что это мастерская работа его людей. Все таки они с Каджол были обязаны Рави и остальным парням погроб жизни. Но стоило только Кхану приблизиться к двери, как всё волнение вернулось. Не задумываясь ни о чём, и отбросив все сомнения Шахрукх занес руку, чтобы постучать в дверь. Но тут она неожиданно отворилась сама и на него чуть не налетела Каджол. - Что такое? – только и успела пикнуть Каджол, как Шах автоматически поймал её в объятия и быстро затолкал обратно в номер. Дверь за ними захлопнулась мгновенно. - Шахрукх?! Откуда ты здесь взялся? - Разве ты не была в твиттере? - Господи, конечно я поняла, что ты приедешь, но я не думала что окажусь в твоих объятиях, едва выйду из номера. - Ты не рада? Я думал, ты будешь рада меня видеть… Кхан наконец выпустил её из объятий и отвернулся, изображая из себя обиженного ребенка. - Ты дурак, иди сюда! Да я безумно счастлива видеть тебя. Ты меня просто напугал! Каджол подошла к «обиженной» спине Шаха и развернув его к себе лицом, пыталась заглянуть в глаза. Шахрукх, всё продолжая изображать униженную гордость, вертел головой. Каджол, наконец, обхватила его лиц руками и заставила посмотреть в глаза. - Я очень рада, что мы снова смогли встретиться. И я безмерно горда и счастлива, что ты это сделал ради меня. И я готова отдать очень много, чтобы просто вот так стоять рядом с тобой и обнимать тебя до конца моих дней.       Шахрукх тяжело сглотнул и перевел дыхание, он сам не заметил, что не дышал на протяжении этих секунд. Снова посмотрев в глаза Каджол, он увидел, что она всё ещё ждет от него ответа, и он не нашел другого способа, кроме как прикоснуться к её губам своими. Всё таки Рави сказал, что у них есть ещё немного времени.

***

      На публику было решено идти отдельно, поэтому Шахрукх тем же путем благополучно вернулся обратно в своё номер и ожидал начала. Наконец, когда вместе с командой он спустился вниз, там уже собрались все приглашенные звезды, кроме Каджол. Баччаны как всегда были дружелюбны, и поприветствовав их, Кхан направился к Санджаю. Тот выглядел довольно неплохо, после тех невзгод, что ему пришлось перенести. Перекинувшись с ним парой слов, Шахрукх буквально почувствовал её взгляд на себе. Обернувшись, он встретился взглядом с Каджол и улыбнулся. Мгновенно забыв про всех вокруг, он подошел в ней и взял под руку. Каджол благодарно улыбнулась и обернулась к людям.       Казалось, все вокруг притихли. Даже организаторы перестали шептаться, дружно уставившись на пару. Каджол чувствовала себя не в своей тарелке и дернула Кхана в сторону Баччанов. Джая очень радужно обняла её и они рассмеялись над какой-то шуткой. Шахрукх мало слушал сбивчивый разговор женщин, он всё не мог оторвать глаз от Каджол. Она была настолько прекрасна, что отвести взгляд было просто нереально. Но всё же сделав усилие над собой он встретился взглядом с Амитабхом. Тот смотрел на Кхана весьма странно, будто замечая их с Каджол сблизившиеся отношения. В его глазах блеснуло понимание. Шахрукх поспешил отвести взгляд, он понимал, что Баччан в своё время пережил нечто похожее, но не думал, что у них с Каджол всё настолько очевидно. Что же, придется быть бдительнее, Амиту джи можно доверять, но что будет, пойми это другие. Хотя глядя на всё также притихшую публику, продолжающую поглядывать в их сторону очевидно, что не только Амитабх понял, что происходит.       Вздохнув, Кхан обернулся к Каджол и прислушался к разговору. Тут к ним присоединился Санджай, и тепло обняв Каджол поддержал беседу. Администратор фестиваля раздавал последние указания, и Шахрукх воспользовавшись моментом, спросил организатора, кто будет сидеть рядом с ним. Замявшись, парень не знал, что и ответить, тогда Кхан взяв его за плечо, отвел в сторону и стал что-то шептать.       Джая Баччан едва увидев Шахрукха и Каджол вместе на этом фестивале, поняла, что они, наконец, засияли счастливыми лицами. Она прекрасно помнила, как Каджол в течении года появлялась на публике в отсутствие Кхана, и как сам Шахрукх вглядывался в гостей на каждой премии. Она помнила, какими потухшими были их глаза в тот момент, и тем очевиднее было разительное отличие с тем, что она видела сейчас. Шах разве что кузнечиком не скакал вокруг Каджол, а та буквально светилась изнутри абсолютным счастьем. Если это не любовь, то Джая не знала как ещё можно назвать эти чувства. Но прекрасно зная об их положении, миссис Баччан могла только посочувствовать влюбленным. Слишком много на кону и нет права на ошибку для таких звезд как они. И всё же это счастье, обрести наконец такую любовь, которую они несомненно заслужили, решила Джая, глядя на Каджол, которая не отрывала взгляда от Шахрукха, который в свою очередь уже закончил разговор с администратором и вновь направлялся к ним. - Эти дети заслуживают того, чтобы быть счастливы. Они ведь столько радости принесли в каждый дом… - подумала Джая и взяв мужа под руку направилась на сцену, куда уже начали приглашать администраторы.       Каджол, выходя на сцену после представления гостей, даже не удивилась тому факту, что таблички с её именем и Шахрукха оказались на соседних стульях. Так вот о чем Кхан секретничал с администратором перед выходом. Взорвавшийся криками и аплодисментами зал на выходе Шаха не успокаивался ещё довольно долго, но Каджол, уже успевшая привыкнуть к такого рода сумасшедшему вниманию за время продвижения Дилвале, мало обращала внимания на постоянные выкрики и бесконечные вспышки фотоаппарата. Едва встретившись на сцене и усевшись на соседние стулья, Шахрукх и Каджол буквально выпали из реальности. Мало обращая внимание на то что творится вокруг, эти двое общались друг с другом непереставая.       Паринити Чопра уже не в первый раз была на такого рода мероприятиях и успела увидеть многое на сцене и за кулисами. Конечно, число приглашенных звезд на этом кинофестивале было немногочисленным, но их статус перекрывал этот недостаток с лихвой. Паринити было скучновато из-за отсутствия ровесников, с которыми можно было бы поговорить отвлечься, и она уже настроилась на то, что придется просидеть с вежливой улыбкой весь вечер. Однако, едва заняв своё место, она поняла, что рядом с ней сидят те самые Шахрукх и Каджол, которые появившись ещё за кулисами вызвали бурю эмоций у окружающих. С момента появления легедарной пары Паринити только и слышала смех и шепот на соседних стульях. Невольно залюбовавшись на этих голубков, иначе их назвать язык не поворачивался, она едва не пропустила вступительную речь.       Во время вручения подарков, активная фотосессия и безумное количество вспышек, вызывали желание немедленно одеть защитные очки. О чем и мечтала Паринити глядя на Джаю Баччан, уносящую свои подарки. Когда дошла очередь до Каджол принимать подарки, то совершенно неожиданно к ней подскочил Шахрукх, с уверенностью хозяина, забирающий ношу из её рук. Этот поступок не остался незамеченным для всех окружающих, и Паринити, может быть впервые в жизни, наблюдала выражение абсолютного удивления на лице Амитабха и большей части находящихся на сцене людей. А в зрительном зале, кажется, был небольшой взрыв и камеры защелкали с утроенной силой. Единственные, кто оставался невозмутимыми были сами Шахрукх и Каджол. Казалось, это было таким обычным для них делом, что они просто принимали одни подарки на двоих. Однако, внимание публики на этот инцидент было так заметно, и тут Каджол наклонившись что-то шепнула Шахрукху. Паринити пытаясь переварить происходящее, вышла к центру принять свою часть призентов, как совершенно неожиданно к ней подлетел Кхан с предложением помочь донести вещи. И не глядя Паринити в глаза, он подхватил коробки, мгновенно сгружая их возле стула девушки. Она заняла своё место, и когда Шахрукх опустился на своё место, до неё донеслась фраза, после которой она стала совсем по другому смотреть на пару, сидящую рядом с ней. - Довольна? Теперь врядли кто-то скажет, что я оказал внимание только тебе. - Ты мой герой! – прозвучало в ответ.

***

Шахрукх весь вечер не мог оторвать глаз от Каджол, сидящей рядом. Казалось, они вновь перенеслись в тот счастливый месяц, когда вдвоём путешествовали по миру и могли сутками находиться рядом. Он не переставая шутил и развлекал Каджол разговорами и они вместе, словно дети, смеялись над собственными шутками. Неоднократно Кхан ловил на себе удивленные взгляды Баччана и заинтересованные глаза Паринити, но, даже не задумываясь ни о чем, едва взглянув на Каджол, он вновь тонул в глубине её глаз и снова выпадал из реальности.       Когда пришло время для проведения обрядов, Шахрукх устроился напротив Каджол и наблюдал, как она поджигает свечи. Вдруг она, сказав что-то рядом стоящим людям, подняла свой взгляд на Кхана и её глаза блеснули задором. В ту же секунду Шахрукха окатило волной мурашек и он буквально усилием воли удержался на месте. Хотелось кинуться к ней и зацеловать до смети, и желание это было настолько велико, что сдерживать лицо было всё сложнее. Кхан краем глаза замечал, как отводят глаза люди стоящие напротив. Каджол, едва почувствовав состояние Шаха тут же отвела взгляд, но этой секунды было достаточно, чтобы вывести Кхана из равновесия. И кожей чувствуя его взгляд на себе, Каджол пыталась унять дрожь в руках и поджечь, наконец, эту проклятую свечку. Шахрукх всеми силами пытался вернуть себе прежний вид, но все его попытки терпели крах, пока он продолжал смотреть на Каджол. И только прикрыв глаза на секунду, он смог вернуть себе равновесие, внутренне уверив себя, что как только они окажутся в номере, он даст себе волю.       Остаток вечера Шахрукх помнил с трудом. После окончания официальной части всех гостей пригласили на ужин, откуда незаметно смыться удалось не сразу. Слишком много внимания и бесконечное количество фанатов очень усложняли планы Шахрукха. Каджол удалось удалиться раньше и вот теперь, Кхан, наконец оторвавшийся от толпы поклонников, журналистов и помощников, стоял перед дверью номера Каджол и уговаривал себя не кидаться на любимую с порога, как он это сделал днем. Но стоило ему постучать в дверь, как та отворилась и его дернули внутрь, захлопнув дверь. Каджол прижала Шахрукха к двери и вызывающе смотрела в глаза. Кхан, не ожидавший нападения, молча тонул в глубине её глаз, полностью подчинившись воле Каджол. Спустя минуту тишины, она медленно приблизилась к его лицу и прошептала, опаляя своим дыханием его губы: - Один – один. Шахрукх буквально слышал, как в его голове щелкнул механизм и отключился контроль над собой. Легкие заполнил её запах, а руки сами потянулись к родному телу. И отключив последний рубильник, Кхан с головой окунулся в океан эмоций, прикосновений и чувств, где его уже ждала Каджол.

***

      Шахрукх стоял у зеркала и наблюдал, как Каджол, только что вышедшая из ванны, сушила полотенцем волосы. Она была так похожа на Анжали, тогда, в беседке, которая так же расчесывала свои локоны под дождем. Кхан моргнул, прогоняя дежавю. Он провел взглядом по фигуре Каджол, отражавшуюся в зеркале. И тут она подняла глаза, ощутив его взгляд на себе, встречая своим. Мгновенно забыв о своём занятии она опустила руки и едва не выронив полотенце, для надежности прижала его к груди, наблюдая, как чернеют его глаза. Шахрукх потянулся к зеркалу и прикоснулся к отражению Каджол рукой, повторив тот путь, что совершил его взгляд. Каджол с замиранием сердца ощутила тепло его рук на своей коже. Это казалось нереальным, но она готова была поклясться, что чувствовала это. И судя по удивленному взгляду Шаха, он ощущал то же самое. Кхан в тот момент, забыв кто он, и где находится, продолжал водить рукой по отражению, ощущая под рукой бархатную кожу Каджол, которую уже не в состоянии спутать ни с чем. Не в силах оторваться от неё в зеркале, он продолжал гипнотизировать её взглядом. И она, будто поддавшись гипнозу, двинулась в его сторону. Каджол приблизилась к тому же зеркалу справа от Шахрукха и не могла найти в себе силы разрушить зрительный контакт. Тут Кхан подняв руку, провел большим пальцем по её щеке, отражавшейся в зеркале, и Каджол, почувствовав почти разряд током, закрыла глаза, судорожно вздохнув, а уже открыв, она увидела перед собой огромные глаза Шаха, абсолютно черные от страсти, приближающиеся с осторожностью хищника. Она протянула руки, в которых всё так же сжимала несчастное полотенце, и обняв наконец Шахрукха, прижалась к нему всем телом.       И тут раздался звонок.       Кхан чертыхнувшись, сжимая в руках Каджол, оглянулся на столик, и увидел что это её телефон. - Не бери. Каджол вздрогнув от звонка, будто падая с небес на землю, попыталась отстраниться. - Отпусти. Я не могу не взять. Может это Аджай… Признавая своё поражение, Шахрукх ослабил хватку, и Каджол отошла к телефону. Застонав от пустоты, образовавшейся рядом, он отошел к окну и отвернулся к пейзажу на горизонте. Пытаясь унять дрожь в руках, он сжал кулаки и сосчитал до десяти. Кто бы это ни был, на том конце провода, будь он неладен, думал Шах, с упорством рассматривая горизонт. Каждый раз, когда они с Каджол умудряются выкроить эти драгоценные часы, кто-то обязательно пытается их испортить. Кхан закрыв глаза замечтался, как однажды просто возьмет Каджол за руку и утащит куда-нибудь на Аляску или в пустыню, где не будет ловить этот телефон и останется там с ней на долгие месяцы.       Шахрукх замечтался и не услышал, как его зовет Каджол. И оглянувшись, он увидел слезы в её глазах. Подлетев к ней за секунду, он не успел и слова сказать. - Мы уезжаем. Срочно, домой. - Как? Сейчас? Так ведь ночь на дворе. В чем дело? - Нет времени объяснять, нужно возвращаться Шахрукх. Сейчас же. Кхан пытался поймать Каджол, метающуюся по всей комнате и собирающую вещи. Наконец, дотянувшись до неё на повороте, он прижал её к себе. - А теперь нормально расскажи, что случилось? Враз растеряв весь запал, Каджол обмякнув в его руках, задрожала и заплакала. - Аджай звонил. Он уже увидел всё наше представление сегодня. Он в бешенстве и требует, чтобы я немедленно вернулась домой. Он дал мне 3 часа. Если мы останемся здесь до утра, то он обещал рассказать всё прессе. Одному Богу известно, что он может спьяну наговорить журналистам. Нам нужно срочно ехать домой, первым же рейсом. Мне жаль…       Закончив свой монолог Каджол, и снова разрыдавшись, прижалась к Шахрукху. Кхан, что есть силы, обнял её, и проклиная про себя Аджая, попытался её успокоить. - Тише, малышка. Не реви, мы успеем. – прошептал Шах, обнимая Каджол и уже набирая одной рукой смс Рави. – С рейсом не будет проблем, за нами зайдут как только мы будем готовы выходить. Этот самолет не улетит без нас, обещаю. Каджол подняла на Шахрукха глаза и задала немой вопрос, который её волновал больше, чем самолет, время и Аджай, мечущийся как тигр в клетке. - Мы увидимся позже, как только окажемся в Мумбаи, и ты сможешь выйти из дома. И на этот раз об этом не узнает ни одна живая душа. И даже Аджай не сможет украсть наше с тобой время.       Шахрукх прижал её к своей груди и обнимая своё сокровище понимал, что в равной степени он говорит эти слова не только ей, но и самому себе, ощущая безмерную злость и разочарование от испорченного вечера. Аджай знает куда бить, и они с Каджол потеряли бдительность. Слишком открыто они выставили сегодня напоказ свои чувства, и «добрые языки» донесли куда нужно. Но дело сделано, и назад дороги нет и теперь его дело это довести Каджол в целости и сохранности. Шахрукх почувствовал вибрацию в руке, это пришел ответ от Рави. Можно выходить.

***

Из отеля выбираться пришлось практически боем. Толпа поклонников облепила их со всех сторон, и пешком выбраться было бы без травм практически невозможно. Поэтому Шахрукх с Каджол выезжали на «колесах». Со всех сторон щелкали фотоаппараты и снимали телефоны. Но это было привычными буднями Бадшаха, поэтому он уверенно сжав руку Каджол, без колебаний вывел её из толпы.       В самолете было тихо. Рави смог достать билеты на vip места, собственно в этом таланте помощника Шахрукх не сомневался. И вот теперь он сидел на своём месте рядом с Каджол, и не хотел больше никого видеть. Хотя бы на время полета. Ведь для них дорога каждая минута проведенная рядом. Кхан подал знак охране, чтобы их не беспокоили, и обернулся к Каджол. Она смотрела в иллюминатор, наблюдая, как самолет набирает высоту. В её глазах была такая грусть, что Шахрукх не удержавшись, протянул руку и провел пальцем по её щеке. Она обернулась на ласку и чуть улыбнулась. Но в глазах по-прежнему стояла тоска и даже какой-то страх. Едва он об этом подумал, как в голову пришла мысль, в каком же состоянии Аджай сейчас ждет Каджол. И что её ждет дома, тем более со страстью Аджая к спиртному. Образы, нарисованные воображением, заставили Кхана вздрогнуть. И Каджол, на щеке которой, по-прежнему лежала рука Шаха, почувствовала это. Взяв его за руку, она вопросительно на него посмотрела. - Аджай… Он угрожал тебе? Физически? – запинаясь, спросил Шахрукх. - Ох, нет. Не волнуйся. Я живу с ним не первый год и знаю как себя вести. Он прекрасно знает, что соверши он такую ошибку, с рук ему это не сойдет. – поспешила успокоить его Каджол.       Шахрукх чуть облегченно вздохнул, но ощущение тревоги за любимую его не отпускало. Прерванное свидание оставило сильный осадок в душе. И это не их с Каджол вина, хотя не будь они так откровенны днем, может быть, этого можно было бы избежать. Но слова «контроль» и «Каджол» это несовместимые понятия. Поэтому Шахрукх смело вычеркнул их из виновников случившегося. И тогда остается только безмерная ревность Аджая, от которой жить Кхану становилось всё тяжелее. И делить любимую женщину с кем-либо – это не та плата, на которую он готов. Нужно было предпринимать решительные действия. Шахрукх это прекрасно понимал, и также знал, что Каджол ждет от него именно этого. Первый шаг с его стороны дал бы обоим возможности для действий. И это та цель, к которой решил двигаться Кхан. Он вновь обернулся к Каджол и сильнее сжал её руку. Так, взявшись за руки, они и прилетели в Мумбаи из, уже ставшей такой родной, Калькутты.       Уже на выходе из самолета к ним подошел поближе Рави и шепнул новость, от которой Шахрукх едва не разнес дверь аэропорта. - Что она здесь делает?! – убитым голос спросил Шах. - Я не знаю. Гаури джи изъявила желание встретить Вас. Она ждет в машине. – проговорил Рави. – И ещё, нам кажется, Вам стоит выйти одному… - Без вас знаю! – огрызнулся Кхан. В его глазах плескался гнев и того и гляди грозился вылиться наружу. - Шахрукх, мне лучше уйти. Время идет. – подала голос Каджол. И Шахрукх, обернулся к ней. Гнев моментально куда-то испарился. Теперь в его глазах была только вселенская печаль. Всё окружение мгновенно рассредоточилось, оставив их, совершенно неожиданно, где-то в закутке, вдали от посторонних глаз. Их никто здесь не увидит, в этом Кхан не сомневался, поэтому нагнувшись, быстро чмокнул Каджол на прощание и крепко обнял. - Позвони, как только будешь одна. Я прилечу в любое время дня и ночи. Я буду ждать твоего звонка. - Я позвоню. Не переживай, со мной всё будет хорошо. И это был лучший мой день за много месяцев. Иди, и не убей там никого по дороге, хорошо? Шахрукх грустно улыбнулся. И оглянувшись, снова поцеловал Каджол. Отдалившись, она надела очки и развернувшись быстро пошла прочь. За ней последовала охрана. Кхан проводил её взглядом и выждав время, тоже пошел на выход.       С каждым шагом гнев в нём набирал обороты. Одна мысль, что там снаружи Гаури ждет его в машине, вызывала желание убить любого, кто попадется под руку. Шахрукх забыл даже надеть очки, что так часто использовал как прикрытие. Тут какой-то парень подскочил справа с желанием тоже сфоткаться, то ли взять автограф. Кхан не особо церемонясь, оттолкнул парня, чем вызвал недоумение у остальных фанатов. Возможно, это было слишком грубо, но Шахрукх сейчас был не в том настроении, чтобы думать об этом. Зато теперь никто ему не преграждал дорогу, Кхан смог быстро покинуть аэропорт.       Быстро сев в машину, Шахрукх, даже не обернувшись в сторону Гаури, дал команду водителю ехать. С упорством маньяка он всматривался в пейзаж снаружи, полностью игнорирую то, что творилось внутри салона. Так, в молчании доехав до дома, Кхан вышел из машины и пошел в сторону дома. Видя гнев хозяина, все старались не попадаться ему на глаза. Казалось, вот он дом, и можно, наконец, успокоиться, но слыша, как Гаури идет следом за ним и отставать не собирается, он обернулся. Гаури остановилась, и увидев вопросительный взгляд Шаха, сказала: - Неприятно, когда один простой звонок может испортить вечер. Верно? Тут у Шахрукха вдруг понял, в чем дело. Как он раньше не догадался? Гаури настолько полна желанием отомстить, что пошла на сговор с Аджаем. И окончательно добила его, Шахрукха, и так истоптанное самолюбие. Гаури злорадно улыбнулась, видя понимание в глазах Шаха. И удалилась восвояси. Шахрукх постояв столбом минуту, и не зная, куда выплеснуть гнев, схватил очередное творение Гаури и запустил его вслед ушедшему автору. Кхана колотило от гнева, и он не знал, как себя успокоить, метался из игла в угол, пока не обнаружил себя у двери комнаты Абрама. Было раннее утро и сын ещё спал. Поэтому Шахрукх тихо прокравшись внутрь, наблюдал за сыном.       Абрам спал сладким сном, обняв своего зайца, с выражением полного счастья на лице. Кхан грустно улыбнулся, увидев счастливого сына. Это был второй человек в мире, кто мог одним присутствием остановить гнев Шахрукха. Так, просидев у кровати Абрама до самого утра, он вспоминал те мгновения, что всё же успели они провести с Каджол. И даже, несмотря на этот сговор и удачную попытку прервать их идиллию, они получили намного больше, чем потеряли из-за козней Аджая и Гаури. Размышляя: «Как там сейчас Каджол, легла ли она спать, не смотря на выходки Аджая. Зная характер Каджол. Да, легла». Решил Шахрукх, и так и уснул, на кресле у кровати младшего сына.

***

      Шахрукх сидел за столиком в ночном клубе и смотрел, как развлекается молодежь. Всего пару минут назад он сам только отошел от танцпола, на котором сейчас «зажигала» Дипика Падукон с каким-то парнем. Да и не имело это никакого значения для Кхана. Как и то, что он сам не помнил как и с кем сюда пришел. На LuxGoldenroseawards было много знакомых лиц, но отвлечься всё равно не получалось. Кто-то предложил поехать в клуб, отметить встречу и некоторые, в том числе Дипика, согласились. Шахрукх был согласен на что угодно, только бы отпустило хоть не на долго. Ему было абсолютно всё равно куда и с кем ехать. Но ничего не получилось. Стоило немного протрезветь, как в голову снова лезли мысли, одна мрачнее другой. Каджол не уходила из мыслей ни на секунду. С момента возвращения из Калькутты Шахрукх ощущал дикую тоску по ней. Так же и сейчас, будучи среди шумной толпы и кучи поклонников он мог думать только о ней. Стоило закрыть глаза, как всплывал её образ, хотелось увидеть её немедленно. Но Каджол всё ещё не звонила, а значит «красный свет». Одному Богу известно, какого сейчас ей рядом с Аджаем, от этой мысли Шахрукх вздрогнул и снова огляделся. Вечеринка была в самом разгаре, а видеть никого уже не хотелось. Тут к Кхану подкатила девица «навеселе». Охрана готова была оттащить девушку, но Шахрукх дал знак, что всё в порядке. - Могу я познакомиться? Я Ваша фанатка с детства! Вы такой милый… - девушка явно не отдавала отчет своим действиям. Шахрукху стало её жаль, ведь она ещё так молода, но доводить себя до такого состояния явно не стоило.       Внезапно девушка рассмеялась, и этот звук резанул уши Шахрукха так, что он с трудом не отшатнулся. Смех очень напоминал Гаури в таком же состоянии. Перед глазами опустилась красная пелена, и Кхан сам не понял, как бесцеремонно вскочил на ноги и выбежал из клуба. Уже в машине к нему стало возвращаться осознание того, что он бросил свою компанию в клубе, ни с кем не попрощавшись. Но желания возвращаться не было никакого. Да и не было в клубе той, кого он хотел видеть сейчас, как никогда. Шахрукх дал сигнал водителю ехать домой и достал телефон. Звонить ему нельзя. Это одно из главных правил, которые они с Каджол придумали для себя. Он, конечно, мог набрать номер в крайней необходимости, но это не тот случай. А ставить Каджол под удар хотелось меньше всего на свете. Да и получить от неё самому за такую авантюру светило не слабо. Повертев телефон в руках, Кхан улыбнулся. Он разблокировал телефон и открыл видеозаписи. Всё-таки он мог увидеть её прямо сейчас, хотя бы так…

***

- Что ты делаешь, Шахрукх? – в кадре Каджол лежит на кровати и читает книгу. - Что я делаю? – Кхан за кадром в игривом настроении не перестает снимать Каджол, которая начала уворачиваться от экрана. - Ты снимаешь меня? – засмеялась Каджол, когда Шах стал щекотать её за пятки. Наконец устав бороться, она окончательно сдалась и накрыла лицо книгой. - Нет, это фото. Я просто хочу щелкнуть на память. – Шахрукх теперь пытался отобрать книгу и снова запечатлеть лицо Каджол. - Меня на кровати? Ах, как не стыдно! – засмеялась Каджол, всё же отпускаю книгу и улыбаясь Кхану. Её глаза светились счастьем и снимать со стороны было всё сложнее. - Тебя. И важно где, на кровати, на стуле, на столе… - Шахрукх всё же приблизился к ней свободной рукой и провел по её щеке. Каджол слегка прикрыла глаза, а когда открыла вновь, то её взгляд стал ещё ярче. От чего Шахрукх, смотрящий это видео по телефону, будто снова очутился там, рядом с ней. - Далеко же тебя понесло, мистер Кхан. – с замиранием сердца прошептала она, ощущая нарастающее напряжение. - Только когда рядом миссис Кхан. – в ответ прошептал за кадром голос Шаха, и Каджол, что была в кадре, грустно улыбнулась, вспоминая их съемки на МНИК, после чего она имела полное право называть себя «миссис Кхан», пусть и в контексте фильма. - Мы должны это сделать сейчас, Каджол. – видимо прочитав её мысли, Шахрукх стал изображать голос Ризван из того эпизода, который ему самому нравился больше всего. - Прямо сейчас? – Каджол рассмеялась и сделала удивленное лицо, тоже изображая Мандиру. - Сейчас. Сейчас. Сейчас! – Шахрукх всё же не выдержал и накинулся на неё, щекоча и снимая их со стороны. Каджол засмеялась с удвоенной силой и Кхан заслушавшись, перестал её щекотать. Засмотревшись на неё, он забыл, что всё ещё снимает и наклонившись поцеловал улыбающиеся губы Каджол. Тут к телефону потянулась рука Кадж и видео остановилось.

***

      Шахрукх, смотревший всё это видео, сидя в машине, всё ещё слышал смех Каджол у себя в голове, пребывая в тех воспоминаниях. Внезапно машина остановилась, и Кхан буквально вынырнул из воды, снова оказываясь в невеселой реальности. Водитель сообщил, что они приехали, освобождая машину, а Шахрукх всё ещё ощущая себя, словно рыба без воды, вдруг почувствовал влагу у себя на лице. Ещё раз грустно улыбнувшись, он заблокировал телефон, быстро вытер глаза и выбрался из машины. Гаури не было на горизонте, значит, он сможет спокойно добраться до своей библиотеки и устроить себе свидание с Каджол хотя бы таким нехитрым способом. - Благослови Аллах того, кто придумал телефоны. – подумал Кхан уже поднимаясь на лифте и закрывая за собой дверь библиотеки.

***

      Шахрукх проснулся от звука пришедшего смс. Голова раскалывалась и в горле была Сахара. Солнце уже давно встало, день был в самом разгаре, видимо он проспал достаточно долго. Аккуратно придерживая голову, он дошел до раковины и умылся холодной водой. Слегка полегчало, но голова всё также казалась тяжелее гири. Шахрукх побрел на поиски аспирина и вспомнил о телефоне. Вернувшись за гаджетом, он присел на диван и открыл телефон. Смс было от Каджол и Шахрукх забыл как дышать. «Ну как спалось? Хорошо развлекся вчера? Я надеюсь, ваша компания во главе с Дипикой хорошо скрасили твой досуг». В голове будто взорвалась бомба, и воздуха стало не хватать. Шахрукх понял, что не дышал всё время, пока читал смс. Забыв про боль, он рванул вниз, на ходу подзывая водителя. - Поехали! – крикнул Шах, запрыгивая в машину. - Куда? – спросил опешивший водитель. - Не знаю, пока вперед. – отмахнулся Кхан, заходя в твиттер. По всему сайту светились фотографии с клуба, было даже видео, как он танцует на танцполе. Теперь понятно, что взбесил Каджол. Шахрукх смутно помнил, что было вчера, помнил, что было тоскливо, а потом он смотрел видео с Каджол на телефоне… И дернул черт поехать в этот клуб. – в сердцах схватился за лицо Шах. - Поехали в Джуху. – сказал Кхан. Водитель молча посмотрел на хозяина в стекло заднего вида и покачал головой. Шахрукх вновь достал телефон и набрал ответное смс. Подумал пару минут и стер. Набрал новое, но через минуту снова стер. Кхан понимал, что бы он сейчас не написал Каджол, её гнев от этого меньше не станет. И этого всё равно его вина. Кто просил его идти в этот клуб и надираться там до беспамятства.       Тяжело вздохнув, Шах сделал селфи в машине и выложил его в твиттере с оправдательным комментарием. Хотя оправданием это трудно было назвать. Скорее он это сделал для того, чтобы показать Каджол, что он сейчас один, и что признает свою вину. Как только фото опубликовалось, Шахрукх быстро набрал смс и не дав себе ни секунды на размышление, отправил его.

***

      Каджол с самого утра не находила себе места. Стоило ей зайти в твиттер, как в ленте появлялись всё новые фотографии из этого клуба, где Шахрукх, явно не в самом трезвом виде, развлекался среди молодежи. Каджол пыталась себя успокоить тем, что это же Шахрукх и ему нужно немного расслабиться. Их последняя встреча закончилась не самым удачным образом, и им обоим было тоскливо. Последней каплей стало видео, которое появилось в сети. Каджол, увидев кадры пьяно танцующего Шаха в окружении девиц, отшвырнула книгу, которую безуспешно пыталась читать и, не задумываясь, отправила смс.       Облегченно вздохнув и почувствовав некое удовлетворение, Каджол вновь взяла книгу и начала читать. «Пусть ещё помучается, ему полезно. Будет меньше шляться по клубам» - промелькнуло у неё в голове, и она с чувством выполненного долга погрузилась в чтение.       Прошло около получаса, когда запищал её телефон, сообщая о приходе смс. «Прости. Я знаю, это не оправдание, но я хотел вновь оказаться в том клубе, в Дубае, где ты танцевала рядом, и я спиной чувствовал твоё тепло. Но тебя не было. Прости. Я сейчас в Джуху, и если ты выйдешь, то я смогу сказать тебе это лично». Вскочив с дивана, Каджол быстро отправила ответ, и перевела дыхание. Чем она думала, отправляя такое смс Шаху? Прекрасно зная его взрывной характер и ранимую натуру, она должна была предвидеть, что он сделает что-то подобное. «Не вздумай появляться возле дома! Аджай сейчас здесь и если он узнает, что ты был поблизости, то мы сможем увидеться не раньше чем через год. Считай, что простила. Мне не нравится, когда ты шляешься по клубам. И не нравятся, когда ты пьешь. Если ты хочешь увидеть меня лично, тогда придется тебе немного пересмотреть свои взгляды на эти вещи». Каджол чуть успокоившись, не став ждать ответа зашла в твиттер и увидела новый пост Шахрукха. Он смотрел с фотографии измученным взглядом человека, который в чем-то искренне раскаивается. Она прекрасно знала, что Шах сейчас где-то рядом и безумно хочет увидеться, так же как и она. Но Аджай не давал и шанса выбраться из дома. Новый фильм шел в прокате не самым лучшим образом и все дома ходили на цыпочках, чтобы не раздражать и без того нервного Девгана. Каджол чувствовала, что обижаться на Шахрукха просто не может, а когда он смотрел с фотографии на неё таким тоскливым взглядом, то всё сила воли превращалась в пыль, хотелось бросить всё и бежать навстречу Шаху. Она улыбнулась и написала второе смс. «В следующий раз я буду у тебя за спиной».

***

      Шахрукх сидел в машине в двух квартала от дома Каджол и переваривал её сообщение. Что же отказаться от походов в клубы это не самая большая жертва. Тем более что ему там, после их с Каджол похода в Дубае, теперь всё кажется чужим. И вчера он только подтвердил для себя, что даже там он теперь скучает по Каджол не меньше, а даже больше. Тут запищал телефон, это пришло второе смс от Каджол. Шахрукх прочитав его, улыбнулся и, закрыв глаза, вспомнил их ночь в Дубае. То ощущение теперь появляется каждый раз, когда он оказывается в клубах. Так было в Европе, так же и сейчас. И с этим бесполезно бороться, остается только принять как данность. И принять условия Каджол.

***

      Прошел день, с тех пор, как Каджол писала ему. Шахрукх уже который час метался по библиотеке. Сегодняшний день уже клонился к концу, вернее наступала глубокая ночь, а легче не становилось. Да и с чего вдруг станет легче, если в рабочем графике сейчас тишина и Гаури одним своим присутствием в доме выносит мозг.       Кхан вышел на балкон, доставая сигареты. На небе с невероятной силой светила луна, он была просто огромной, больше чем обычно. И это зрелище заставило остановиться и задуматься. В голове завертелось воспоминание, как на съемках Непохищенной невесты Шахрукх смотрел вот так на луну, вспоминая образ героини Каджол. Он вздохнул, в очередной раз жалея, что его отец не дожил до этих дней. Сейчас бы он подошел со спины и сказал: - Как зовут? - Каджол. В смысле… кого? - Её сынок, её. Ту, которую ты сейчас высматриваешь на луне. - Да ерунда. Это не для меня. … - А она красивая? - Очень… - Так иди за ней. - Она замужем… - Ну и что. Если она тебя любит, борись за свою любовь. Обняв Шаха, отец хлопнул бы его по плечу и исчез бы обратно в своей библиотеке. Шахрукх вздрогнул от холода и ощутил прикосновение. Он всё также стоял на балконе и держал сигареты в руках. Перед глазами сияла луна и ощущение присутствия отца не покидало его. Почувствовав невероятное спокойствие Шахрукх, не долго думая, сделал селфи на фоне луны и отправил в твиттер. Сейчас уже раннее утро и Каджол должно быть встала. На этот раз уверенность не покидала его не на секунду.       Через пару минут раздался сигнал о пришедшей смс. Шахрукх открыл сообщение и улыбнулся. Всего три слова, ради которых он был готов закричать на всю улицу. Но благо, здравый смысл взял своё и Кхан поспешил обратно в дом. А затем и на улицу. Уже подбегая к машине, Шах обернулся и ещё раз посмотрел на луну. «Спасибо, папа» пронеслось у него в голове, прежде чем запрыгнуть в машину. Усевшись на сиденье, Шахрукх ещё раз проверил телефон, чтобы удостовериться, не приснилось ли ему всё это. «На нашем месте» - всё также светилось с экрана. Удовлетворенно улынувшись, Кхан убрал телефон и погнал навстречу Каджол.

***

      Каджол ходила по номеру, в ожидании Кхана. Она сама пришла только минуту назад, но нетерпенье уже съедало её изнутри. Сегодня, промучившись всю ночь, она почти не сомкнула глаз. Может быть виной была эта невероятная луна, но если говорить по честному, то Каджол прекрасно понимала, что дело в Шахрукхе и их такой тяжелой разлуке. Чем бы она не занимала себя, все мысли всё равно возвращались к нему и не думать было всё сложнее.       Едва открыв глаза и посмотрев на луну в очередной раз, она перестала бороться с собой и встала. Подойдя к балкону, она почувствовала легкий холодок по спине и какая-то сила повела её наружу. Стоя на балконе Каджол любовалась луной и не могла оторвать глаз. Всё же красота природы поражала, она захотела сделать снимок этой луны, и тут в её руках телефон ожил, оповещая о обновлении в твиттере. Автоматически открыв вкладку, Каджол увидела фотографии Шахрукха на фоне этой же луны и сердце затопило тепло. Значит сейчас, где-то в километрах Шахрукх стоит на своём балконе и также глядит на луну. Каджол, глядя на фотографию, почувствовала, что безумно соскучилась по нему, и что если она сейчас же его не увидел, то просто умрет от тоски. Не дав себе передумать, Каджол тут же набирает смс и заходит обратно в дом. Причину внезапного отъезда она придумает, в конце концов, у неё тоже есть право побыть немного счастливой.       И вот теперь, меряя номер шагами, она ощущала легкое волнение и предвкушение. Прекрасно зная о безумстве Шахрукха и способности появляться, будто джин из лампы, она была готова ко всему. Но только не к тому, что когда откроется дверь, Кхан залетит в неё, захлопнув за собой, подбежит к Каджол и, схватив за руку, потащит к балкону. И, выбравшись наружу, он прижмет её к себе, рукой закрывая их глаза, как они это делали в фильме, когда загадывали желание. - Что ты делаешь, Шахрукх? – притихла Каджол. - Шшш. Загадай желание, там сейчас горит самая большая звезда. Через минуту, когда Шахрукх всё же опустил руку и позволил Каджол повернуться, она посмотрела в его глаза. - Что загадала? - Нельзя говорить, а то не сбудется ведь. - А я и так знаю. - Откуда ты можешь знать? - А вот и знаю, хочешь, поспорим? – в глазах Шахрукха запрыгали беснята. - А давай. Только на что? – не сдавалась Каджол. - Если я угадаю, то ты останешься тут со мной на весь день. - Идет! – не особо соображая, что делает, согласилась Кадж. Тогда Шахрукх склонившись, целует Каджол, сжимая её в своих объятиях и прижимая к перилам. - Угадал? – едва отдышавшись, спросил Кхан. У Каджол хватило сил только на то, чтобы утвердительно кивнуть. - Ну всё, на сегодня ты только моя! – засиял Шахрукх заводя её обратно, и закрыв дверь балкона, исчезая с ней в темноте комнаты.

***

      Каджол стояла у окна, и смотрела, как к закату клонится солнце. Она так и не смогла отказать Кхану и осталась на весь день с ним в номере. Да и не стала она сопротивляться, захотелось хоть на один день почувствовать себя слабой и ведомой. И наконец, счастливой. Хоть на день… Это ведь не так много, но для них, это больше чем год друг без друга.       Позвонить Аджаю и сказать, что у неё встречи по поводу завтрашнего интервью, и съемок на студии Мехбуб, и ещё куча всяких дел, включая макияж, укладку, шопинг и много чего ещё, оказалось не так сложно. Да и Девган не желая вникать во все эти женские процессы, просто дал добро на все её дела. Откуда ему знать, что всё это можно провернуть дистанционно, не выходя их дома. Этот маленький секрет она решила утаить от Аджая. И Шахрукх, слушавший весь этот разговор с другого конца комнаты и пытавшийся сделать вид, что совершенно не слышит ничего, только улыбался, хитро посматривая на Каджол. Едва она положила трубку, сообщив Девгану, что её дела могут затянуться допоздна, а то и до завтра, как тут же попала в объятия Кхана, который набросившись со спины, прижал её к своей груди, попутно отобрав потухший телефон и отбросив его куда-то, в сторону журнального столика. Припав к её уху, он прикусил мочку и прошептал: - Не думал, что ты решишься на моё условие. - Договор дороже денег, помнишь? – закрыв глаза и почувствовав слабость в ногах, ответила Каджол. – Сделай так, чтобы я не пожалела о своём решении. Услышав эти слова, Кхан буквально ощущая, как где-то внутри отключаются предохранители, потянул Каджол в сторону кровати. И уже там, нависая над ней, распластанной на кровати, всего в нескольких сантиметрах от её глаз, хитро и вызывающе глядящих на него, он прошептал: - Не пожалеешь…       Дальше долгие секунды, минуты и часы выпали из её памяти как само понятие - время. Да и зачем нужно считать, когда намного важнее наслаждаться каждым мгновением, проведенным рядом с самым близким человеком. Тем более в их реалиях это такая большая редкость. Это потом, сидя где-нибудь с семьей мужа или лежа ночью в кровати, она будет вспоминать эти часы, смакуя каждую минуту. А сейчас Кадж просто ловила ощущения, прикосновения, взгляды… Эти глаза, что свели с ума миллионы женщин во всем мире сейчас с такой безграничной любовью смотрели на неё, что сердце просто отказывалось успокаиваться. Она видела ЕГО, именно Шахрукха, а не Короля Кхана и так далее по всем титулам. Как она однажды проболталась журналистам. Только она видела его таким, особенным. Таким он бывает только с ней. И Каджол очень ценит это качество в Шахрукхе. Он не подпустит чужого в его мир, в ИХ теперь мир, никого и никогда. Это только их, и только для них.       Пытаясь быть ближе, как это только возможно, физически, душевно, эмоционально, Каджол видела, как постепенно оживают его глаза, как боль, что была в них, в момент их сегодняшней встречи куда-то отступает, и возвращает ей ЕЁ Шахрукха.       За разговорами и общением они едва заметили, что солнце стало клониться к горизонту, и что этот волшебный день всё же движется к концу. Как бы они не старались растянуть минуты, отвлечься от забот, но время было неумолимо. И вот Каджол переместившись к окну, глядя на закат, пыталась найти в себе хоть немного сил, оторваться от этого маленького рая, что они придумали сегодня. Почувствовав касание губ Шахрукха к своей шее и его руки у себя на талии, она в очередной раз затаила дыхание и прикрыла глаза, чтобы тот океан эмоций, что переполнял её, не затопил их через край. - О чем ты думаешь? - О том, что этот день рано или поздно закончится, нам придется вернуться. Каждому в свой мир. - Не думай об этом хотя бы сейчас. Когда время придет, мы успеем ещё «насладиться» этим чувством сполна. А сейчас я хочу видеть тебя, чувствовать тебя, не оглядываясь на мир. Хочу чтобы сегодня ты принадлежала только мне, чтобы было только моя. - Я и так только твоя. Ты и сам это прекрасно знаешь. - Так покажи это мне, покажи ещё раз. Чтобы я запомнил это раз и навсегда, чтобы это знание отпечаталось у меня в голове и с внутренней стороны моих глаз. Чтобы каждый раз, когда я закрою глаза, я видел это снова и снова. Покажи мне. Каджол развернулся лицом к Шахрукху в кольце его рук и взяла его лицо в ладони. Встав на носочки, она поцеловала каждое его веко, прошептав: - Твоя, твоя… Она поцеловала его ямочки на щеках, его нос, и добралась до губ. Замерев на секунду, она увидела, как приоткрылись его глаза, в ожидании поцелуя. Встретившись взглядом и не прерывая зрительного контакта, она коснулась его губ и прошептала: - Только твоя. Шахрукх глядя на расширяющие зрачки Каджол забыл как дышать. Казалось бы, простое касание губ, но со взглядом глаза в глаза оно превратилось в какое-то таинство и похоже надолго отпечаталось у него в голове. Переведя дыхание и всё также глядя в любимые глаза, Шахрукх тоже взял лицо Каджол в ладони и медленно провел большим пальцем по её распухшей нижней губе. Безумно хотелось оставить свой след на её теле, но у них был запрет на такую вольность. И так подставить её он просто не мог. Но Шахрукх вдруг ясно понял, что кроме той истины, что она принадлежит только ему, есть ещё одна, не менее важная истина. Он сам принадлежит только ей. И он сам ещё не говорил ей этого вот так. Буквально прочитав мысли Шахрукха, Каджол неверяще улыбнулась и на всякий случай ещё раз посмотрела на него. Дождавшись его кивка, она наклонилась к его груди и припав губами к коже над сердцем, оставила там своё отпечаток. Оторвавшись от груди, она оценила свою работу и глазами полного, безграничного счастья, вновь посмотрела на Кхана. Шахрукх, казалось, не дышал всё это время, кожей чувствуя, как горит её печать на сердце. Теперь он ощущал свою безоговорочную принадлежность Каджол, пусть даже таким нехитрым, детским способом. Кхан хотел уже увести Каджол от окна, переместиться с ней к дивану, как почувствовал, что она держит его, не давая отойти. Вопросительно посмотрев на неё, Шахрукх понял ответ, и у него мгновенно пересохло во рту. - Ты уверена? – не смог не спросить Шахрукх. И встретив полный решительности взгляд Каджол, не стал спорить. Медленно спустившись к её груди, он не прерывая зрительного контакта, прикоснулся к нежной коже над сердцем, и всё же не выдержал, закрывая глаза. Оставив свой след, он вновь вернулся к лицу Каджол и коснулся губами её трепетавшие веки. Встретив её ясный взгляд, он про себя подумал «Теперь только моя», но она и так услышала эти слова в своей голове. И не тратя больше и без того драгоценные минуты, потянул её к кровати.       Всё-таки, накладывать макияж лучше ранним утром, чтобы завтра быть в студии во всеоружии, решила для себя Кадж, вновь окунаясь такие нужные сейчас ощущения с головой.