Счастливое начало

      Мистер Голд сидел за своей верной прялкой и следил за тем, чтобы из-под его руки выходила тонкая идеально ровная золотая нить. Этот процесс всегда успокаивал мага, помогал привести в порядок мысли и найти единственное верное решение на данный момент.       Он был готов к тому, что с появлением в его жизни новой подопечной ему прибавится и забот, и теперь они требовали его внимания. Тёмный тщательно продумывал все их занятия, с учётом возможных рисков и следя за безопасностью мисс Хелл, но, как обычно в этом проклятом волшебном городишке, в его планы вклинивался элемент случайности, который невозможно было просчитать. Просчитать невозможно, но вполне вероятно нейтрализовать и защититься от рецидива.       На повестке дня у Голда было две задачи: первая – выяснить, что за чародей покушался на жизнь мисс Хелл и хотел лишить Румпельштильцхена открывающихся возможностей, вторая – узнать, что за сумасшедший пытался убить Марту в его лавке и не связан ли он с тем волшебником.       К тому же магу не давал покоя вновь открывшийся дар мисс Хелл: то, что Марта умеет читать мысли, могло оказаться ему на руку, но только в том случае, если эти мысли будут не его. И теперь ему придётся искать решение ещё и этой задачи: защитить своё сознание от непрошенного вторжения.       Все эти дела требовали немедленных действий с его стороны, а потому он задвинул в самый дальний угол своё беспокойство из-за той связи, которая возникала между ним и его ученицей. "Во-первых, это пошло, - вразумляла его рациональность, - отношения между учителем и ученицей, а во-вторых, тебе мало, что ты столько раз обжигался? Ты снова хочешь стать слабым?" Но сердце тихонько ныло, тоскуя по простому человеческому пониманию: в глазах Марты он видел именно его, а не обычные обвинения, страх или презрение.       Но об этом он подумает в другой раз, а сейчас ему нужно отправляться в участок, чтобы выяснить, кому понадобилось вчера нападать на мисс Хелл. При мысли о том, что ему придётся общаться с мисс Свон, возможно, ещё и с Реджиной, и всей семейкой Прекрасных, и Крюком, мистер Голд недовольно поморщился. Никаких положительных эмоций от этой встречи ему ждать не приходилось. К тому же он за эту ночь уже исчерпал свой небогатый запас терпения, пока шериф со своими подручными проводили осмотр его лавки, ставшей местом преступления, собирали улики, снимали отпечатки пальцев. Он едва сдерживался от того, чтобы воспользоваться магией и навести в лавке порядок, не дожидаясь, пока будут улажены все юридические формальности.       Когда Голд зашёл в полицейский участок, он с облегчением обнаружил там только мисс Свон, но когда он перевёл взгляд на камеры предварительного заключения, приятное изумление сменилось неприятным: шериф действительно была в участке одна. Совершенно. За решёткой никого не было. Перевести подозреваемого никуда не могли: процедура довольно муторная и длительная, значит, его выпустили.       — Здравствуйте, шериф. Как это понимать? — с вызовом спросил мистер Голд, указывая на пустые клетки.       Эмма продолжала сидеть за столом и с аппетитом уплетала сэндвич. Она изо всех сил старалась сохранять спокойствие, хотя к горлу неприятным тошнотворным ощущением подкатывал страх.       — Пришлось отпустить, — будничным тоном отозвалась она.       — Пришлось?! — глаза Тёмного яростно блеснули. – Кто же вас вынудил?       — Отсутствие улик, — стараясь придать голосу больше убедительности, ответила Эмма.       Она говорила совершенно верные вещи, но и сама понимала, как это жалко звучит.       — Отсутствие улик?! — негодовал Румпельштильцхен. — Да вы полночи проторчали у меня в лавке, собирая эти самые улики. Куда же они все делись?       — Успокойтесь, мистер Голд. Отпечатков этого мистера, как бишь его там, нигде в лавке не осталось, а он настаивал, что просто зашёл в ваш магазин, рассматривал товар, когда вошла Марта, неизвестно чего испугалась и убежала. А бардак, по его словам, был уже до его прихода.       — То есть вы верите этому чужаку, а не нам? — едва сдерживаясь, уточнил мистер Голд. — С какой стати?       — Кому я верю, здесь роли не играет, - терпеливо продолжила Эмма. — Дело в том, что у меня нет оснований ему не верить. И не было оснований задерживать. Установили бы видеокамеры в лавке, вопросов было бы гораздо меньше.       — Ещё не хватало. Вы и так суёте нос всюду, куда не просят. Зато когда ваш служебный энтузиазм мог бы принести пользу, вы решили слепо следовать букве закона. Неожиданно. Ну ладно, вы мне не верите: у нас старые счёты. А как же мисс Хелл, которую вы с мадам мэр так отчаянно стремились защищать? Ей вы тоже не верите?       — Я верю, — мягко ответила Эмма, — но вы в курсе, что с недавних пор мисс Хелл посещает психолога? Нестабильная психика, неврозы, все дела. Тут ещё и магия на её голову. Возможно, ей, правда, померещилось.       — Вы сами-то себя слышите, шериф? Вы в каком городе живёте? Здесь постоянно что-то мерещится, а потом приходит очередная катастрофа.       — Кстати, у нас и заявления от потерпевшей нет, - продолжила Эмма.       — Но мы же с вами договорились, что не стоит тревожить мисс Хелл посреди ночи. Это же чистая формальность! — раздражённо отозвался мистер Голд. — И прекратите жевать, в конце концов!       — Ну это вы у нас любитель формальностей, - съязвила шериф. – Вам лучше знать, когда им время и место. Но в любом случае, как я уже сказала, ничего у нас на этого мистера не было... Формально. И я не могла больше его задерживать. Даже для выяснения личности: у него при себе оказались документы, и нефальшивые.       — Ну и как его звали? У вас же должны сохраниться данные в протоколе. Надеюсь, вы понимаете, что не имеете права скрывать их от меня.       — Конечно, — сказала Эмма и потянулась к сейфу, в котором у неё хранились дела. — Странно, здесь ничего нет, - уставилась мисс Свон в пустую папку, - наверное, я куда-нибудь переложила. В пять утра голова плохо соображала.       И мисс Свон с виноватым видом стала лист за листом перебирать содержимое пары дюжин папок, теперь уже лежавших перед ней на столе.       — Похоже, сейчас вы соображаете не лучше, — заметил мистер Голд. – Будьте добры, шериф, когда обнаружите нужные мне данные, позвоните. Буду ждать с нетерпением. Иначе мне придётся принимать меры.       — Жаловаться будете? – не удержалась от шпильки Спасительница.       — Не сомневайтесь, - спокойно заключил юрист. – И не Реджине.       И покинул полицейский участок, заставив отскочить с его дороги Крюка, с которым они едва не столкнулись в дверях.       — Чем ты так довела Крокодила, любимая? — спросил экс-пират, нежно целуя шерифа.       — Не называй его Крокодилом, — устало отозвалась Эмма, едва ответив на поцелуй. — Он гораздо хуже.       — Так что случилось? — Киллиан приобнял свою любовь за плечи и участливо заглянул в её несчастные глаза.       — Представляешь, документы посеяла на вчерашнего нарушителя. Надо же, даже вспомнить не могу, как его звали. У меня на него, конечно, ничего не было, но я хотела выяснить про него побольше. Вдруг он действительно опасен для мисс Хелл.       — Ну она сама знала, с кем связалась. Должна быть готова ко всему.       Эмма покачала головой:       — Нет, ты не прав. Она не виновата в прегрешениях Тёмного. Просто он бывает чрезвычайно убедителен. Задурил девушке голову. И самое противное, что теперь она точно будет считать его защитником, а вот нам доверять не станет.       — Ну откуда такой пессимизм, любимая?       — Уж поверь мне, так и будет. И винить мисс Хелл за это я не смогу.       Крюк чмокнул Эмму в щёчку:       — Не переживай: всё наладится. Давай я помогу тебе искать эту чёртову бумажку. Видишь, у меня даже специальный инструмент есть.       И он поднял свой крюк подобно копью рыцаря, выступающего на турнире.       — Ну давай, мой рыцарь! Я в тебя верю! — улыбнулась Эмма.       Мистер Голд был в бешенстве, когда покидал полицейский участок, хотя внешне старался сохранять спокойствие. Теперь он направлялся к Марте, которой должен был сообщить о том, что тот, кто на неё покушался, на свободе. Румпельштильцхена это выводило из себя. Он, конечно, обещал ей только обучение магии, а не защиту. Но если он её не защитит — от Спасительницы с её компанией ожидаемо толк вряд ли будет — то и учить будет некого. Мистер Голд досадливо поморщился: он терпеть не мог помех на своём пути, а они появлялись с завидным постоянством. Увы, проблема, которую, как казалось, решить будет проще всего, стала первым камнем преткновения. Да ещё эта непонятная девочка, которая вполне могла оказаться как подручной того самого злостного чародея, так и им самим. Уж Голд-то знает, на какие фокусы способна магия.       Про девочку Румпельштильцхен узнал накануне, когда всё вышло из-под контроля и пошло не по его плану. А он ведь всего лишь хотел ещё чуть-чуть подстегнуть дар Марты.       Когда он пришёл к Малефисенте с взаимовыгодным предложением, он никак не рассчитывал на подобный вариант. Не сказать, что Мэл была очень рада его видеть, но памятуя о том, что Румпельштильцхен помог ей воскреснуть, а затем и вернуть дочь, она не слишком долго сопротивлялась.       Малефисента сидела в кресле-качалке на веранде своего небольшого домика с необъятной придворовой территорией и наслаждалась чудесным, хоть и слегка прохладным, весенним вечером. Ей даже не требовалась шаль или плед: её прекрасно согревала кровь дракона. И тут на крыльцо поднялся незваный гость. Мэл поморщилась:       — Зачем пожаловал, Тёмный?       — Здравствуй, Мэл, - тихо промолвил Румпельштильцхен. — Давно не виделись.       — Ну ты же не погоду и сплетни пришёл обсуждать, — усмехнувшись, оборвала его дракониха. — Тебе что-то нужно от меня. Но я тебе вроде бы ничего не должна.       — Это верно, - в свою очередь усмехнулся мистер Голд. — Я пришёл к тебе за помощью. А взамен я расскажу тебе кое-что.       — И что же? — фыркнула Мэл.       — Кто отец Лилит.       — Ты не можешь этого знать, - засомневалась дракониха. — Неужели?       Мэл подняла на мага свои прекрасные голубые глаза, полные сомнений. Но ответный взгляд его тёмных глаз был непроницаем и ответов на вопросы не давал.       — Мама, помоги ему, пожалуйста! — вдруг раздался голос позади них.       Они обернулись: в дверях, ведущих в дом, стояла Лилит.       — Здравствуй, Лилит, — слегка поклонился мистер Голд. – Как поживаешь?       Лили ответила Румпельштильцхену лёгким кивком и снова обратилась к матери, которая, поднявшись с кресла, теперь стояла между Голдом и дочерью:       — Мама, помоги ему. Он знает. Или я помогу. Вам ведь наверняка всё равно. Нужен дракон, верно? — спросила Лилит у мага.       Тот лишь одобрительно улыбнулся.       — Дракон? — изумилась Мэл. — Зачем? Вроде бы в Сторибруке тихо.       — Ты не следишь за новостями, не так ли, Мэл?       Женщина покаянно покачала головой.       — В городе появилась волшебница. Но она ещё очень неопытна, учится. А учиться лучше в условиях, максимально приближенных к боевым.       Малефисента уставилась на Тёмного:       — Уж не ты ли её учишь? С чего бы? Скучаешь по старым добрым временам?       — Ты поможешь? — холодно спросил Румпельштильцхен. — Или мне обратиться к Лилит?       — Нет, - Мэл жестом отмела эту возможность. — Она ещё слишком неопытна, может пораниться. Неизвестно, какие силы у этой твоей… ученицы.       — Так значит договорились, — подытожил Тёмный.— В 20 часов будь у часовой башни, жду тебя там.       После того, как мистер Голд проинструктировал Мэл, он создал иллюзорную девочку и приступил к созданию очередного задания для мисс Хелл. Ей всего-то надо было потренироваться использовать свою магию в экстремальных условиях: она вряд ли каждый день видела живых драконов. А девочка должна была сыграть роль катализатора таланта Марты — если у девушки так силён инстинкт защитницы, пусть пускает в ход свою магию для защиты невинных.       План был прост и эффективен. И всё шло как надо. За этим мистер Голд лично следил через лучшую видеокамеру на свете — хрустальный шар. Но потом произошёл какой-то сбой: шар затуманился, скрыв от Голда мисс Хелл. А когда маг перенёсся к часовой башне, обнаружил только поверженную Мэл. Голд привёл дракониху в чувство, и она поведала о том, что девочка оказалась не иллюзорной, а волшебной, и похитила Марту, а саму Малефисенту, которая к тому моменту уже очнулась от лёгкой атаки начинающей волшебницы, это псевдодитя вырубило каким-то мощным магическим приёмом, с которым Мэл прежде никогда не сталкивалась.       Румпельштильцхен так погрузился в воспоминания о событиях предыдущего вечера, что чуть не пролетел мимо Марты, которая шла ему навстречу и уже успела окликнуть его несколько раз. Только когда она схватила его за рукав, он нервно вздрогнул и, обернувшись, даже слегка оскалился и будто зашипел. Но когда увидел, кто его держит за руку, смягчился:       — Марта, прости, задумался. Как ты сегодня?       — Хорошо, — неуверенно ответила Марта.       Хотя до встречи с Голдом она была уверена, что день хорош: ей удалось утишить боль одиночества миссис Лукас, вернув этой чудесной женщине обычную бодрость духа. Марта была чрезвычайно довольна собой и как раз хотела поделиться своей радостью с магом: ведь в этом небольшом успехе девушки была и его заслуга. Но она уже поняла, что случилось что-то нехорошее. Теперь осталось только выяснить, что именно.       — Мы же договорились, что пойдём в полицейский участок. Надо написать заявление. Разве нет? — спросила она собеседника.       — Обстоятельства изменились, — медленно выдохнул Голд, подтверждая подозрения Марты.       — В каком смысле? — мисс Хелл во все глаза смотрела на Румпельштильцхена, и под этим честным и открытым взглядом маг почувствовал себя особенно неуютно и мысленно выругался в адрес мисс Свон.       — Шериф посчитала, что улик недостаточно для задержания и отпустила его.       — Как? Она нам не поверила? — Марта была потрясена.       — Нет. Она не поверила мне.       Голд взял Марту за плечи и развернул к себе.       — Марта, я сделаю всё, чтобы он до тебя не добрался. Чтобы до тебя никто не добрался, - помедлив, добавил он.        Марта слабо улыбнулась:       — Я вам верю. Ну что ж, значит, теперь надо проходить какой-нибудь интенсивный курс магии. Это ведь наша единственная защита, как я понимаю.       — Да, Марта, это наша единственная защита, — эхом отозвался Румпельштильцхен.       — Ну, значит, не станем терять время, — нарочито бодро сказала мисс Хелл. — Я готова.       Мистер Голд мягко улыбнулся своей ученице:       — Я рад, что ты не унываешь, Марта, и полна энтузиазма. Мы, разумеется, продолжим занятия, но у меня кое-что есть для тебя. И я надеюсь, что ты не откажешь мне в любезности и примешь небольшой подарок.       Маг взмахнул рукой, и в ней очутился золотой браслет — довольно крупный, но изящный.       — Что это? — потянулась к вещице Марта.       — Если ты будешь его носить, я всегда буду знать, где ты, и смогу прийти на помощь.       Марта нерешительно дотронулась до него и подняла глаза на Голда:       — Золотой? Можно будет загнать в чёрный день по спекулятивной цене?       — Можно, — рассмеялся Голд.       Он всё чаще ловил себя на мысли, что чувствует себя непринуждённо в обществе Марты и не всегда вспоминал, что должен защищаться от её магии, на всякий случай.       Марта взяла браслет, примерила на руку — сел как влитой — и одобрительно хмыкнула:       — Мне, пожалуй, подходит. Спасибо, — заключила Марта и легонько поцеловала мага в щёку, в знак благодарности.       — Не за что, Марта. Надеюсь, его чары не пригодятся, — ответил он, и его тёмные глаза, в которые Марте с некоторых пор очень нравилось смотреть, стали печальными.       — Всё будет хорошо, Голд. Мы справимся, — обнадёживающе улыбнулась Марта. — Ну раз нам не нужно в полицейский участок, пойду работать. Если что, я на связи.       И в подтверждение своих слов она подняла руку, на которой бодро блеснул волшебный подарок.       После безуспешных поисков злополучных документов Эмма выпроводила Крюка, закончила насущные дела и решила всё же зайти к мисс Хелл и лично объясниться с ней. Она заперла дверь участка, села в свой жёлтый жук и поехала по вечернему городу, не замечая, как в нём уже вовсю хозяйничает весна.       Когда мисс Свон вошла в библиотеку, она увидела у кафедры мисс Хелл, мирно беседующую с Гензелем и Гретой, в руках у которых было с дюжину книжек на двоих.       Эмма дождалась, когда Марта обратит на неё внимание и, улыбнувшись, слегка наклонила голову, но в ответ получила весьма сдержанный, едва заметный кивок. «Мне не рады. Оно и понятно», - с горечью подумала шериф и со вздохом двинула в сторону кафедры, предчувствуя нелёгкий разговор.       Марта тепло распрощалась со своими юными читателями и обернулась к мисс Свон, сразу сменив выражение лица с доброжелательного на официальное.       — Чем могу, шериф? — холодно поинтересовалась она, скрестив руки на груди, и браслет на её запястье зловеще сверкнул.       Эмма как заворожённая уставилась на него: от украшения шли такие мощные волны магии, что не заметить их было невозможно.       — Шериф? — вернула её к действительности мисс Хелл.       — Откуда он у вас? — бесцеремонно спросила мисс Свон, вскинув на Марту свои серо-зелёные глазищи.       Та опешила от такой наглости, но ответила, не вдаваясь в подробности, и её ответ прозвучал как укор:       — Голд подарил. Для защиты.       Эмма отметила и пропущенное «мистер», и упрёк в бездействии в её адрес.       — Мисс Хелл, — начала она примирительным тоном, — думаю, вам уже известно, что нам пришлось отпустить человека, который, по вашим словам, пытался напасть на вас.       — На которого у вас ничего не было и документы с данными которого вы так удачно потеряли, — продолжила за неё Марта. — Да-да, я в курсе, шериф.       Мисс Свон с неудовольствием уловила в словах заведующей сторибрукской библиотекой голдовские язвительные нотки.       — Ну и что вы намерены предпринимать дальше, чтобы защитить жителя своего города в моём лице? — ринулась в нападение Марта. — Или вы подождёте, пока меня убьют, чтобы у вас были железные основания для того, чтобы поверить мне и Голду?       — Я понимаю, что вы вправе негодовать, но я обещаю вам, — Эмма наклонилась ближе к мисс Хелл, которая так и не вышла из-за кафедры, и приложила руку к своей красной куртке где-то в районе груди, — я обещаю, что сделаю всё, чтобы с вами не случилось ничего плохого. В нашем городе найдётся много хороших людей, способных вас защитить.       — Всё это только слова, мисс Свон. И никаких конкретных действий! — раздражённо повела плечами Марта. – Но вам не стоит утруждаться, шериф, — и Эмму снова укололи интонации, удивительно похожие на интонации известного ростовщика. — Я уже под надёжной защитой.       Тут в углу скрипнул стул и раздался сдержанный кашель. Эмма посмотрела туда, откуда доносился звук: в уголочке за ярким пластиковым столиком на таком же радужном стульчике устроился здоровенный детина, которого она не так давно оформляла за нападение в переулке на старушку. Это был как раз тот случай, когда проснулся дар мисс Хелл. Потом, правда, и злоумышленник, и потерпевшая таинственным образом исчезли, и дело пришлось закрывать. А теперь этот преступник сидел здесь и преспокойно листал детский журнал с весёлыми картинками.       — Откуда он здесь? — опешила Эмма.       — Голд предоставил, для охраны.       — И вас не настораживает то, что малознакомый человек так печётся о вашей безопасности? Он ведь с вас за всё спросит, мисс Хелл.       — Меня больше настораживает, что полиция ничего не делает для моей безопасности. А Голд просто проявляет дружеское участие, выполняет вашу работу, между прочим.       — Он не умеет дружить, — сокрушённо покачала головой Эмма.       — Его поступки говорят об обратном, мисс Свон, - одёрнула Марта шерифа. — А теперь, если вам больше нечего мне сказать, будьте добры, уйдите. У меня много дел. Я вас услышала.       — Ну как хотите, мисс Хелл. Я вас предупредила, — вздохнула Эмма и покинула библиотеку.       Марта наконец устало выдохнула и, тяжело облокотившись на кафедру, опустила голову.       — Вам нехорошо, мисс Хелл? — озабоченно метнулся к ней охранник.       — Нет, Стивен, - выпрямилась Марта, — всё в порядке. Надеюсь, вам не придётся отвечать за меня перед мистером Голдом.       Охранник потоптался на месте и отправился обратно на свой пункт наблюдения.       — Стивен, — окликнула его Марта, - я ухожу домой. Вы, наверное, тоже можете быть свободны?       — Нет, — мотнул головой мужчина, — у меня дежурство. Я здесь посижу тихонечко.       — Ну как знаете. Спокойной ночи.       — Спокойной ночи, — отозвался Стивен.       Но не тут-то было: спокойной ночи не предвиделось, потому что в этот момент в библиотеку ворвалось небольшое торнадо. Было оно рыжеволосо, зеленоглазо и звалось Эвелин. Сперва оно закружило мисс Хелл в объятиях, затем звонко расцеловало и наконец выпустило на свободу с заразительным смехом.       — Эвелин, какими судьбами? — удивилась Марта.       — Не дождалась твоего приглашения. Сама твой Сторибрук отыскала. На карте его почему-то нет, но ты всё понятно объяснила, — щебетала девушка. — Покажешь мне город?       — Сейчас?       — А что такого? — наивно захлопала ресницами Эвелин. — Восемь часов, детское время.       — Нет, дорогая, — не очень уверенно запротестовала Марта, — я устала.       — Ну тогда, может, молодой человек составит мне компанию? — и рыжая бестия пошла в атаку на охранника, включив всё своё обаяние.       Стивен вскочил с места и замер, не зная, как реагировать на это непредвиденное обстоятельство: опасности она, кажется, не представляла, но могла стать источником беспокойства. Дилемму решила мисс Хелл, вовремя перехватившая гостью.       — Эвелин, отстань от человека, он на работе.       — На работе? — заинтересовалась девица.       — Да, Стивен - охранник… мой.       — У тебя есть личная охрана? — Эвелин продолжала сверлить несчастного Стивена завлекающим взглядом. — Ты что, большая шишка?       — Нет, у меня здесь есть хорошие друзья. Вернее, друг, — помедлив, добавила Марта.       — Так, — протянула Эвелин, отвлекшись наконец от молодого человека и обернувшись к подруге, — очень интересно. А если поподробнее.       И Эвелин обхватила Марту за плечи и увлекла на второй этаж, да так уверенно, будто бывала здесь тысячу раз. На прощание она бросила охраннику:       — Спокойной ночи, Стивен, — и тут же переключилась на другое: — Ух ты, какой браслет! Красота! Откуда такая роскошь?       — Подарили, — нехотя ответила Марта.       — Друг?       Это было последнее, что слышал Стивен из разговора удалявшихся подруг и тут же поспешил доложить начальству о нежданной гостье.       Голд спокойно выслушал доклад охранника, приказал продолжать присматривать и за мисс Хелл, и за её незваной подругой и положил трубку. Он слышал об Эвелин от Марты, и она не внушила бы ему подозрений, если бы не заявилась собственной персоной в Сторибрук. «Только этого не хватало, — Тёмный устало потёр рукой лоб. — Придётся ещё и эту Эвелин проверять. Не приезжают в Сторибрук случайные люди. Такого не бывает. Значит, завтра еду в Бостон».       — Ну, рассказывай! Я вся внимание, — настаивала Эвелин, затаскивая Марту в её же собственную квартиру. — Что за друг?       — Хороший человек. Антиквар. Юрист. Владелец недвижимости в городе, — выдавала Марта информацию дозировано, а про себя добавила: «И маг по совместительству».       — Ничего себе! — выдохнула Эвелин. — Теперь понятно, почему ты меня не звала. Но я требую, чтобы ты нас познакомила. Ну что, за встречу?       И девушка вытащила из сумки бутылку красного вина.       — Ой нет, — запротестовала Марта. — Мне на работу завтра.       — Ну по чуть-чуть, за встречу и за твоего друга. Как его, кстати, зовут? — спросила Эвелин, откупорив бутылку и разливая вино по бокалам, которые легко нашла на кухне Марты.       — Мистер Голд.       — Мистер Голд? А имя у мистера Голда есть?       — Не… не знаю, — неуверенно протянула Марта. — Его все называют мистер Голд.       — Ну значит, не такой уж он близкий друг, раз ты даже имени его не знаешь, — разочарованно сказала Эвелин.       — Ничего это не значит, — обиделась Марта и отставила взятый было бокал.       — Ну, не обижайся, — примирительно сказала рыжая, опускаясь на скромный бежевый диванчик возле подруги и протягивая ей бокал. — Давай выпьем за здоровье мистера Голда, хорошего друга и человека!       — Давай, — смягчилась Марта и чокнулась с Эвелин. — Но тебя с ним бесполезно знакомить. Он не в твоём вкусе.       — Это можно выяснить только опытным путём, — подмигнула подруга Марте. — К тому же я должна быть уверена, что ты в надёжных руках. У вас же всё серьёзно? Такие подарки просто так не дарят.       — Что серьёзно? — не поняла Марта, а когда поняла, в волнении вскочила с места. — Да между нами нет ничего. Он действительно просто друг.       — Вот я и посмотрю, — спокойно ответила Эвелин. — Я же эксперт.       И она довольно подмигнула своему тройному отражению в трюмо, которое занимало треть небольшой комнаты казенной квартирки Марты.       Она только махнула на подругу рукой и залпом допила своё вино. Неужели Эвелин права (а у неё просто невероятное чутьё на подобные вещи), и между Голдом и Мартой действительно что-то есть? «По крайней мере, не с его стороны», — тряхнула головой Марта и перевела разговор на общих бостонских знакомых и амурные похождения подруги. Потом Эвелин всё же выспросила у Марты, куда можно пойти в их городке, и ушла развлекаться одна, потеряв надежду вытащить куда бы то ни было подругу и обозвав напоследок занудой. А Марта, вымотанная событиями последних дней, отложила решение всех проблем на потом и провалилась в глубокий сон без видений.       Тем временем в город прибыл ещё один гость – мистер Фолз. Он сразу отправился в гостиницу «У бабушки», удивил своим появлением миссис Лукас, которая после общения с Мартой пребывала в самом благодушном настроении, снял номер, забросил в него свои немногочисленные вещи и отправился на прогулку по вечернему городу.       Когда он проходил мимо бакалейной лавки, увидел, как возле неё сражается с немыслимым количеством свёртков и пакетов хрупкая женщина. Подойдя поближе, он отметил густые русые волосы, спадавшие волнами ей на плечи, сосредоточенный взгляд карих глаз и... надо же… одеяние настоятельницы женского монастыря.       — Позвольте вам помочь, — галантно предложил он помощь молодой женщине, подхватив несколько свёртков.       Голубая — а это была она — была благодарна подоспевшей помощи.       — Вот вышла погулять, — призналась она, — уж больно погода была хороша, да не удержалась и зашла в лавку. Накупила кучу просто необходимых вещей и теперь не знаю, как всё это донести до монастыря. Вы меня так выручили.       И она наконец подняла взгляд на своего спасителя — и пропала: голова закружилась от доброжелательного взгляда ярко-синих глаз.       По дороге Голубая и её нежданный помощник разговорились. Мистер Фолз рассказывал ей о своей психологической практике в Бостоне, а когда Голубая заговорила о жизни в Сторибруке, он так внимательно её слушал, а его ярко-синие глаза с таким интересом смотрели на Фею, что она даже пару раз сбилась от смущения, до сих пор ей неведомого.       На пороге монастыря мистер Фолз откланялся, передав свою часть груза подоспевшим монашкам. На прощание он так посмотрел на Голубую, что она слегка зарделась (хорошо, что уже стемнело, и этого никто не заметил), а её сердечко взволнованно затрепыхалось в груди, внушая совершенно неблагочестивые мысли.