Счастливое начало

      Когда мистер Голд и его протеже удалились, Реджина обратилась к Эмме:       — Ну, что скажешь, Свон?       — Ты о чём? — не поняла Спасительница.       — Ты не шутишь? — взорвалась мадам мэр. — Эмма, неужели ты не почувствовала магию?! Наша гостья просто переполнена ею, хотя, похоже, даже не догадывается об этом.       — Реджина, ты серьёзно?       — Конечно. И хуже всего то, что Голд решил взять над ней шефство. Неспроста всё это. Пожалуй, нанесу-ка я визит нашему Тёмному. Если он что-то затевает, мы должны быть к этому готовы.       — Я пойду с тобой, — вызвалась Эмма.       — Нет, с нами обеими он точно разговаривать не станет. Лучше сходи ты в библиотеку, порасспрашивай эту мисс Хелл о том о сём на правах шерифа. Я буду на связи. Встретимся "У бабушки".       И кивнув всем присутствующим на прощание, мисс Миллс отправилась в лавку к Голду. Благо, дорога туда была проторена.       Мистер Голд только вернулся из библиотеки, куда проводил свою новую магическую знакомую. Не успел он снять пальто, как колокольчик возвестил, что у него посетители, а хлопнувшая дверь — что посетители не в духе. Он вышел из подсобки и увидел того, кого и ожидал увидеть - Реджину.       — Мадам мэр? — с некоторых пор он предпочитал не вспоминать о своём довольно близком знакомстве со многими в этом городишке, намеренно дистанцируясь от них. — Какими судьбами?       — Не прикидывайтесь, Румпельштильцхен, — нетерпеливо взмахнула рукой Реджина. — Вы знаете, зачем я здесь.       — Неужели?       — Вы ведь тоже почувствовали магию, которую принесла с собой мисс Хелл.       — Магию? — кокетливо усмехнулся Тёмный. — С чего вы взяли?       — Хорошие учителя были, — огрызнулась бывшая Злая Королева. — Можете не признаваться, — на её разрешение мистер Голд ответил шутливым лёгким поклоном, — но я предупреждаю вас, что мы не позволим вам снова ввергнуть Сторибрук в хаос и подвергнуть опасности его жителей.       — Вы что-то путаете, мисс Миллс, — ледяным тоном отрезал мистер Голд, взгляд которого стал жёстким и непроницаемым. — Хаос — это по части героев. В любом случае отчёт в своих действиях вам давать я не намерен.       — Всё не угомонитесь, — вздохнула Реджина и зло продолжила: — Мало вам того, что вы потеряли Бэя и Белль от вас ушла, ищите новые неприятности?       Реджина пожалела о своих словах, ещё не закончив фразу, но сказанного не вернёшь, поэтому она отмахнулась от голоса совести и продолжила:       — Так вы ещё и эту невинную девушку хотите вовлечь в свои игры. Мы вам этого не позволим.       — Кто это "мы"? Уж не герои ли? Не тот лагерь вы выбрали, Ваше Величество. Хотя... когда вы были Злой Королевой, вы были милосерднее, — глухо ответил Румпельштильцхен. — И с чего вы взяли, что мисс Хелл так уж невинна? Может, вам стоит опасаться её, а не меня.       Реджина не нашлась, что ответить.       — А теперь прошу вас покинуть мой магазин, — холодно возвестил мистер Голд. — У меня полно неотложных дел. Так что, пожалуйста, уйдите. Я вас услышал.       Реджине ничего иного не оставалось, как убраться восвояси.       Марта разгребала завалы, оставленные прежней заведующей, пыталась разобраться с документацией и тихо всеми словами ругала свою предшественницу, когда в библиотеку вошла шериф Сторибрука Эмма Свон.       — Осваиваетесь, мисс Хелл? — дружелюбно спросила миловидная блондинка и широко улыбнулась, не скрывая своего желания расположить к себе Марту.       — Пытаюсь, — так же широко улыбнулась та в ответ. — Работы будет много. Библиотека немного запущена, — и тут же осеклась: — Ох, простите, я не хотела обидеть того, кто работал здесь до меня.       — О, не извиняйтесь, — небрежно махнула рукой Эмма. — Белль было не до того, семейные проблемы, знаете ли. Это, конечно, её не оправдывает, но что делать, все мы люди. Но я уверена, что вы справитесь.       — Понятно, — отозвалась Марта, хотя ей ничего решительно не было ясно. К тому же не отпускала мысль о том, что эта милая девушка в её воспалённом сознании — дочь Белоснежки и Прекрасного принца, да к тому же волшебница.       — Вы ведь приехали из Бостона? — спросила Эмма. — Что же привело вас в нашу глушь?       — Не сочтите за грубость, но вы всех приезжих допрашиваете?       — Опрашиваю, — беззлобно поправила её шериф. — В нашем городке редко бывают гости. Можно сказать, они все наперечёт. А вы, как я понимаю, намерены у нас задержаться. Вот я и интересуюсь, что вы за человек, чего нам от вас ждать.       — Боюсь, что разочарую вас, шериф. Ничего примечательного вам от меня ждать не придётся. Я, так сказать, среднестатистический гражданин нашей страны. Ничего особенного. Просто решила внести в свою жизнь немного новизны...       — ...И переехали в наш забытый богом городок? — во взгляде Эммы сквозила недоверчивость.       — Не люблю мегаполисы с некоторых пор.       — Ага.       Эмма смотрела на свою собеседницу и прислушивалась к себе, но её сверхчутьё молчало: никакой лжи в словах мисс Хелл не было, разве что лёгкое беспокойство, вполне объяснимое для человека, открывающего новую страницу своей жизни. Делать здесь Эмме больше было нечего, любые дальнейшие расспросы вызовут у новоявленного сторибрукского библиотекаря ненужные подозрения, которые в будущем только помешают создать с ней доверительные отношения.       — Если будут какие-то проблемы, обращайтесь. Постараемся помочь, — подвела черту под разговором Эмма.       Марту эти слова заставили улыбнуться: всего второй день в городе, и ей уже со всех сторон предлагают помощь. Девушки распрощались, Марта вернулась к своим служебным хлопотам, а мисс Свон поспешила в кафе "У Бабушки" со своим не слишком информативным отчётом.       Когда Эмма и Реджина встретились, порадовать друг друга им было нечем. Они устроились за столиком: мадам мэр — с чашкой чёрного кофе, а шериф — с кружечкой какао с корицей, и между ними воцарилось тяжёлое молчание, которое первой прервала Реджина:       — Разумеется, этот хитрый лис ничего полезного мне не сказал, да и странно было ожидать иного, после всего, что между нами произошло. Но попытка не пытка. По крайней мере, я убедилась, что какие-то планы он строит. Для этого ему даже говорить что-либо необязательно. За столько лет нашего знакомства я уже убедилась, что чем тише он себя ведёт, тем большей беды следует ждать. Да и само его покровительство этой мисс Хелл говорит само за себя. А у тебя что, Свон?       Эмма нервно сняла пенку со своего какао, облизала ложку и вздохнула:       — Мисс Хелл, даже если обладает какими-то магическими способностями, либо не знает о них, либо успешно это знание скрывает. Я никакой лжи не распознала. А то, что она мне рассказала, никак с магией не связано. Видимо, какие-то свои личные проблемы. Так что делать будем?       Реджина покрутила чашку с кофе, выпрямилась и ободряюще улыбнулась подруге:       — Ну что ж, будем полагаться на судьбу и ждать, не форсируя события. Не можем же мы в самом деле прийти к ней и заявить, что я — бывшая Злая Королева, могущественная ведьма, ты — Спасительница, а её благодетель — Тёмный маг, зло во плоти. У неё, если она здесь случайно, что хоть и сомнительно, но возможно, будут вполне резонные основания посчитать нас ненормальными. Ты-то должна это понимать Эмма. Сколько времени Генри пришлось тебя убеждать в том, что ты сказочная принцесса? А мисс Хелл здесь пока ничто не держит. Ещё уедет чего доброго, выйдет из-под наблюдения, ищи её потом.       — И неизвестно, кто её найдёт первым, — подхватила мысль Эмма, — мы или Румпельштильцхен. Он ведь за версту чует магию и может заварить ещё какую-нибудь кашу. Ведь теперь — без привязанностей и слабостей, да ещё и с силой всех Тёмных — он стократ опаснее, чем прежде.       — Значит, подождём, посмотрим, как будут развиваться события, и будем решать проблемы по мере их поступления, — подытожила мадам мэр. — Надо только горожан предупредить, чтобы сказочных разговоров при ней не вели, чтобы не спугнуть.       На том и порешили.       Горожане пожелание местной элиты выполнили, но с любопытством своим бороться не посчитали нужным, а потому посещаемости городской библиотеки скромного городка Сторибрука за первую неделю пребывания в городе мисс Хелл могли позавидовать городские библиотеки мегаполисов, а то и сама Библиотека Конгресса США. Кого только не повидала за эти дни Марта, судя по её видениям, которые, как оказалось, могли возникнуть даже от лёгкого касания. Порог библиотеки переступали короли и принцы, принцессы и русалки, рыцари и гномы. Настоятельница местного женского монастыря, приходившая за какой-то теологической книгой, оказалась Голубой феей, могущественной представительницей Света, а местный психотерапевт, взявший с десяток очевидно ненужных ему изданий про загадки человеческой души, — сверчком, хоть и волшебным, но всё же насекомым, так что Марта, хотевшая было обратиться к нему со своими сомнениями, тут же передумала. Лучше уж она съездит в Бостон к специалисту, которого ей присоветовала её давняя и надёжная подруга - Эвелин. А пока повседневные дела затянули Марту в свой водоворот, так что ей особо некогда было думать ни о своей сердечной драме, чего она и добивалась, ни о мистических заморочках её пошатнувшейся психики, борьбу с которыми она отложила до конца недели.       С мистером Голдом она виделась за это время лишь однажды, когда оформляла документы на работу, да и то их разговор носил чисто деловой характер. Хотя дорога из кафе, куда она частенько заглядывала, до библиотеки и обратно пролегала мимо лавки, мисс Хелл отчего-то больше не решалась в неё заходить, пока не разберётся с более насущными проблемами. А мистер Голд не настаивал на более близком знакомстве, лишь приветливо раскланивался с Мартой, если был возле своей лавки в то время, когда она проезжала мимо. Откуда девушке было знать, что в запасе у мистера Голда вечность и он может бесконечно долго ждать, пока она примет свой необычный дар и придёт к нему, чтобы он помог ей с ним справиться? А она придёт, в этом Румпельштильцхен не сомневался.       Наконец наступил вечер пятницы, и Марта собралась, как и планировала, в Бостон: с Эвелин она уже созвонилась, договорившись, что та отвезёт Марту к чудо-психологу, которого та с воодушевлением нахваливала, дескать, он чудеса творит. К тому же девушка надеялась, что в привычной обстановке она, возможно, придёт в норму, да и кое-какие вещи нужно было забрать со старой квартиры. Когда Марта проезжала мимо антикварной лавки, она заметила, как из двери выходит её хозяин. Голд тоже увидел Марту и приветливо помахал рукой. Ей ничего не оставалось, как остановиться и поговорить с ростовщиком.       — Уезжаете, мисс Хелл? — спросил он с любезной улыбкой.       — Да, мистер Голд, в Бостон на выходные, — участие ростовщика в её жизни, как Марте казалось, накладывало на неё определённые обязательства, хотя бы быть с ним честной и вежливой. — Кое-какие незаконченные дела.       — Надеюсь, вы их успешно завершите и перестанете игнорировать меня, — шутливо, но с лёгкой укоризной сказал мистер Голд. — Могли бы побаловать меня хотя бы изредка своими визитами, рассказали бы, как устроились, не обижают ли вас. Я чувствую себя в некотором роде ответственным за вашу судьбу. По крайней мере, в Сторибруке.       Ему удалось пристыдить Марту: она действительно вела себя по-свински, прекратив всякое общение со своим благодетелем, как только обустроилась в городе, но не могла же она ему сказать, что сейчас её больше волнует, не сбрендила ли она, нежели соблюдение приличий. Хотя перед ним ей на самом деле было неудобно, она от всей души заверила его, что исправится и, тепло попрощавшись, уехала в Бостон разбираться с самой собой.       Едва прибыв в Бостон, Марта ради эксперимента зашла в пару-тройку мест, где она могла познакомиться с людьми, не вызывая подозрений своей навязчивостью, но никаких видений у неё при этом не возникало. Она заехала на свою бывшую квартиру, забрав остававшиеся там вещи, загрузила их в машину и отправилась к Эвелин, которая не только любезно согласилась отвезти её к мистеру Фолзу, но и вызвалась приютить её на выходные. Едва Марта постучала в дверь подруги, как ей тут же навстречу вылетела рыжая красавица и чуть не задушила в объятиях. Её зелёные глаза светились от радости, а улыбка открывала ряд белоснежных безупречных зубов.       — Ну, Марта, рассказывай, как ты устроилась на новом месте? Как тебя приняли? Какие люди там живут? Кстати, как называется город, куда ты от нас сбежала?       Марта с трудом высвободилась из дружеских объятий и, не сдерживая улыбки, постаралась ответить на все сыпавшиеся на неё вопросы:       — Хорошо устроилась, не волнуйся. Не поверишь, но мне все предлагали там свою помощь, которая, по счастью, пока не понадобилась. Люди там разные, но об этом я поговорю с твоим обожаемым мистером Фолзом, если не возражаешь. А город называется Сторибрук.       — Хм, никогда о таком не слышала, — пожала плечами Эвелин, проводя Марту в комнату, собирая по пути разбросанные по полу вещи и пытаясь навести хотя бы подобие порядка в своей небольшой квартирке. — Как-нибудь приеду к тебе и заставлю всё мне там показать. Жалко, что сейчас не могу, дела.       Марта шутливо удивилась, опускаясь в очищенное от одежды заботливой подругой кресло:       — У тебя дела? И как его зовут: Том, Сэм или Лео?       — Не угадала, — состроила забавную мордашку Эвелин, присевшая на угол стола напротив Марты. — Рикардо.       — Ты слишком стремительна, — улыбнулась та. — За тобой не успеть.       — А ты, кстати, напрасно так скептически настроена по отношению к мистеру Фолзу. Он тебе поможет, какая бы проблема у тебя ни была. Ты меня ещё благодарить будешь, вот увидишь.       — Хорошо-хорошо, — сдалась под натиском дружеской заботы Марта, — как скажешь.       На следующее утро Эвелин растолкала Марту ни свет ни заря, поскольку, по её заверениям, только ранним утром, несмотря на выходные, у мистера Фолза было окошечко для приёма её подруги, еле дождалась, пока Марта соберётся, усадила её в машину и, лично доставив девушку в кабинет к психологу, осталась дожидаться её в приёмной.       Ещё не до конца проснувшаяся Марта сумела всё же по достоинству оценить добротность кабинета, внушительное количество дипломов и прочих официальных бумаг в рамочках на стенах, удобную классическую кушетку и доброжелательность представшего перед ней благообразного темноволосого доктора средних лет, которому Эвелин и сдала Марту с рук на руки. Внимательный взгляд его синих глаз, казалось, сам собой располагал пациентов к откровенности. Для начала мистер Фолз позволил Марте высказать всё, что у неё накопилось на душе, не прерывая вопросами и не давая никаких оценок. Их беседа длилась порядка полутора часов, по истечение которых девушка вышла из кабинета, совершенно очарованная доктором и уверенная в том, что её состояние временное и не представляет угрозы для здоровья.       — Ну что, теперь ты веришь, что это чудесный специалист? — встретила вышедшую девушку подруга.       — Признаю, что ты была права, — засмеялась Марта. — По крайней мере, время мы точно даром не потеряли.       Как только дверь за мисс Хелл закрылась, мистер Фолз потянулся в своём кресле, затем подошёл к одной из панелей на стене, лёгким пасом руки обратил её в зеркало, глядясь в него, поправил безупречный галстук и вздохнул:       — Как же тоскливо-просто дурить головы людям, которые раньше пренебрегали помощью психологов. Она даже понятия не имеет, как на самом деле проходит приём у настоящих врачей, — затем усмехнулся: — Ну что ж, Ваша Светлость, время пришло! Птичка сама угодит в клетку и приведёт к гибели наших врагов.       После этих слов странный психолог подмигнул своему отражению и растворился в тёмно-синем тумане.