Счастливое начало

      В понедельник Марта вернулась в Сторибрук, и жизнь лениво потекла дальше, без потрясений и всплесков. Видения девушку больше не тревожили, и она решила, что прав был мистер Фолз: виной аномальным причудам её сознания самый банальный стресс. Хотя сближаться с местными жителями она не спешила, была со всеми предельно любезна, но в друзья ни к кому не набивалась, решив всё же для начала присмотреться к горожанам. Единственный человек, из-за которого Марту временами терзали угрызения совести, был мистер Голд, который принял в её судьбе живейшее участие с самого начала. Но девушка успокаивала себя тем, что сама на помощь не напрашивалась, а значит, может считать себя ничем ему не обязанной. К тому же за те пару недель, что Марта уже провела в Сторибруке, она успела кое-что разузнать о своём добровольном благодетеле от словоохотливых кумушек, которые оказались не в курсе её знакомства с антикваром (да, были и такие). И репутация у него оказалась весьма сомнительной. Хотя на чём она основывалась, Марте докопаться не удалось. Кроме безотчетного страха перед нелюдимым и замкнутым ростовщиком и советов доброжелателей держаться от него подальше, девушке не было предоставлено никаких доказательств его инфернальности. Вряд ли можно было считать страшным преступлением и то, что антиквар по совместительству оказался ещё и владельцем земли в Сторибруке и большей части недвижимости в городе, а также местным юристом.       Сам мистер Голд всегда был с Мартой любезен, несмотря на то, что она игнорировала его хорошее к ней отношение, да и она при случайных встречах с ним никакого страха не испытывала - только чувство вины, которое старалась запихнуть поглубже в самые отдалённые уголки своей души. Хотя иногда ей казалось, что мистер Голд уже и не ждёт от неё никаких проявлений благодарности или дружеских чувств и вообще ему до неё дела нет. "Ну не очень-то и хотелось", — думала в такие моменты Марта, но чувствовала себя при этом странно уязвлённой.       "Ну ничего, скоро всё наладится", — утешала она себя. И всё наладилось. Правда, иначе, нежели она могла себе представить.       В один из рабочих дней, которые были похожи друг на друга до безобразия, Марта пыталась выполнить очередной читательский запрос, уже битый час рыская среди стеллажей обширного сторибрукского книгохранилища в поисках книги с интригующим названием "Основы магии черной и белой: теория и практика". Увидев в электронной почте это письмо, Марта ещё сперва подумала, что кто-то решил над ней подшутить, но, к её крайнему изумлению, это издание числилось в каталогах Сторибрукской библиотеки. Она точно знала, на каком стеллаже книга должна стоять, но на месте её не было. Перебирая фолианты, брошюры, тома в бумажных, кожаных, тканевых переплётах, большие и маленькие, крошечные, с ладошку, и огромные, со скромную столешницу, девушка чертыхалась, кляла на чём свет стоит того, кому в голову пришло запросить это проклятое издание. "Ещё бы спросили какое-нибудь "Колдовство для чайников", — в сердцах мысленно воскликнула Марта. — Совсем мир обезумел!", а вслух лишь посетовала:       — Ну почему нельзя просто пожелать, хлопнуть в ладоши и — бац! — книга у тебя в руках?! Это значительно облегчило бы жизнь.       И тут же ей в руки слетела с самой верхней полки стеллажа злополучная книга, которую она так отчаянно разыскивала.       — Ну спасибо, что не энциклопедия в тысячу страниц, — пробурчала Марта и только потом осознала, что книга не могла просто так взять и упасть ей в руки, да ещё и открыться на нужном месте. Однако против фактов не пойдёшь: небольшой фолиант с тёмно-зелёной обложкой мирно покоился в её ладонях, открытый прямо на странице с заговором, указанным в читательском запросе.       — Мракобесие какое-то, — вздохнула Марта, мельком взглянув на текст, и отправилась отвечать по электронной почте читателю со странными интересами.       Вечером того же дня Марта решила пройтись по городу. Погода располагала к прогулкам: тёплый весенний вечер был тих и нежен. Когда девушка проходила мимо аптечного киоска, владелец которого всё время сам страдал от хронического насморка, боковым зрением она уловила в тёмном переулке неподалёку подозрительную возню. Подойдя ближе, она заметила, что какой-то громила пытается вырвать сумку из рук невзрачной маленькой старушонки, которая не побоялась дать ему отпор и нещадно лупила зонтиком по его неохватным плечам. Марта, не задумываясь о последствиях, ринулась в переулок, на ходу пытаясь выудить из сумки газовый баллончик.       — Хэй, ты! — закричала она во всю силу своих лёгких. — Оставь бабушку в покое!       Выхватила из сумки наконец-то обнаруженное оружие и хотела уже выпустить струю жгучего газа в глаза наглецу, как баллончик выскользнул из её руки, а из ладони вырвался серебристый искрящийся шар, ударил прямо в лоб злоумышленнику и отбросил его метра на три от старушки и Марты, прямиком к мусорным бакам, где ему и было самое место. Стоны, раздавшиеся от помойки, свидетельствовали, что преступник жив, но нейтрализован. Пока Марта приходила в себя от шока, а старушка собирала свои пожитки, рассыпавшиеся из сумки в ходе баталии, к ним подоспели мадам мэр и шериф Свон: хозяин аптеки благоразумно вызвал полицию, а Реджина как раз была в полицейском участке.       — Что здесь случилось? — кинулась Реджина к пострадавшей.       — Разгул беззакония, вот что! — возмущённо воскликнула субтильная старушка, воинственно потрясая зонтиком. — По улицам спокойно пройти нельзя! Ворюги распоясались!       — Успокойтесь, — попыталась урезонить её мисс Миллс, — шериф уже здесь. Она со всем разберётся, и виновные будут наказаны.       — Наказаны, как же, — фыркнула неугомонная бабуля. — Да если бы не эта милая девушка, осталась бы я без денег, а может, даже и без головы. И это в самом центре вашего прекрасного города! Позор! За что вам только деньги платят?!       Реджина, всеми силами стараясь игнорировать ядовитые замечания разошедшейся горожанки, обернулась к Марте:       — Вы настоящий герой, мисс Хелл. Чем это вы его?       — Из… баллончика… газового.       — А почему вор так далеко?       Марта только хотела открыть рот, чтобы рассказать, что случилось, но тут же поняла, как это безумно прозвучит, а потому лишь пожала плечами, взяв наконец себя в руки:       — Пятился, наверное. Я, честно говоря, не запомнила, так быстро всё случилось, — в этом Марта даже не лукавила. — Мне надо выпить, — безо всякого перехода продолжила девушка. — Такой стресс.       — Может, в больницу? — обеспокоилась Реджина. — У нас прекрасные врачи.       — О, не беспокойтесь! Думаю, я справлюсь, — заверила Марта мадам мэр. — У вас ведь нет оснований задерживать меня, а чтобы снять свидетельские показания, вы знаете, где меня всегда можно найти, не так ли? Так что я пойду?       Реджине ничего не оставалось, как только согласиться, и Марта ушла в кафе «У бабушки», пытаться осознать, что она только что пережила. Когда миссис Лукас поставила перед ней уже ставшую традиционной чашку капучино, Марта отрицательно покачала головой:       — Что-нибудь покрепче, пожалуйста. И не кофе. У вас есть?       — Найдётся, — заверила её хозяйка и вскоре поставила перед ней приземистый толстостенный стакан, наполовину наполненный виски, который покрывал пару кубиков льда.       — Спасибо, в самый раз, — кивнула Марта.       — Тяжёлый день? — сочувственно поинтересовалась пожилая дама.       — Даже не представляете, какой тяжёлый, — удручённо согласилась Марта и отпила большой глоток обжигающего напитка, который тут же наполнил её организм теплом и заставил тревогу немного отступить.       Погрузившись в свои мысли, Марта не заметила, как на стул возле неё опустилась мисс Миллс, и вздрогнула, когда та над самым её ухом заказала себе двойной виски.       — Мадам мэр, — приветствовала её Марта. — У вас тоже был трудный день?       — У меня каждый день — трудный, — улыбнулась мадам мэр. — А вас что-то гложет? Ведь с вами случилось что-то необычное?       — С чего вы взяли? — насторожилась девушка.       Брюнетка доверительно наклонилась к Марте и заявила, глядя в глаза Марте ясным взором:       — У нас всегда что-то происходит. Что-то подобное.       И мадам мэр раскрыла ладонь, на которой вспыхнул файербол. Марта только удивлённо выдохнула.       — Вы ведь вырубили того подонка чем-то вроде этого? — продолжила допрос Реджина, но для Марты это было уже слишком.       Весь её жизненный опыт кричал о том, что чудес не бывает, а две недели в этом городишке, куда девушку забросили её отчаяние и опрометчивое желание изменить жизнь, настойчиво опровергали все её давешние убеждения.       — Ещё виски, пожалуйста, — бросила она проходившей мимо миссис Лукас.       — И мне. Пожалуйста, - присоединилась к заказу Реджина, а потом обратилась к ошеломлённой Марте: — Кажется, мисс Хелл, нас ждёт длинный вечер. Ведь нам есть что обсудить.       Однако обсуждение пошло совсем не так, как предполагала мисс Миллс. К четвёртому стакану мадам мэр была уже в курсе личной трагедии мисс Хелл, а Марта выслушивала печальную повесть о несчастной любви Реджины и её недавней утрате, сквозь алкогольный дурман удивляясь тому, как точны были её видения. Она поддалась своему душевному порыву и приобняла Реджину за плечи, желая утешить её и забрать часть её боли на себя. И ни размякшая мадам мэр, ни терзаемая жалостью к градоначальнице Марта не замечали, как из ладоней заведующей сторибрукской библиотекой струится мягкий серебристый свет, смягчая скорбь Реджины, утишая её печаль и неся ей немного покоя. Зато этот свет отчётливо видел мистер Голд, пристроившийся за дальним столиком кафе, незамеченный новоявленными подругами.       Наконец Реджина посчитала, что вечер пора заканчивать и попыталась встать. Это ей удалось, а вот удержаться на ногах уже оказалось затруднительно. Хотя она не упала: её подхватил вовремя подошедший к столику мистер Голд.       — Далеко собрались, мадам мэр? — мягко спросил антиквар.       — Не ваше дело! — Реджина попыталась высвободиться из цепких рук Румпельштильцхена, но безуспешно.       — Присядьте. Я позвонил Эмме. Она сейчас заедет за вами.       — Как любезно с вашей стороны, — съязвила мадам мэр и, нависнув над Мартой, прошептала едва понятно: — Поосторожнее с ним, мисс Хелл. Он тот ещё жучила. Не заметите, как окажетесь у него в должниках, а долги он спрашивать умеет, не сомневайтесь. Мы следим за вами, — напоследок браво бросила Реджина в сторону мага.       Он сдал её с рук на руки подоспевшей мисс Свон, и они удалились, оставив сникшую Марту на попечение мистера Голда.       Она тоже попыталась встать, но с тем же успехом, что и мадам мэр до этого.       — Я провожу вас, мисс Хелл. Возражения не принимаются, — безапеляционно произнёс ростовщик.       — Мне надо расплатиться, — заупрямилась Марта.       — Я уже расплатился, — ответил он, проявляя чудеса терпения.       — Нет, — замотала головой захмелевшая девушка. — Я вам сейчас отдам.       — Отдадите потом, если настаиваете. Я против не буду.       И мистер Голд подхватил Марту и вывел на свежий воздух.       — Ну и о чём, интересно, вы беседовали с мадам мэр, а, мисс Хелл?       — Обсуждали, какая жизнь дерьмовая штука, — невесело улыбнулась Марта. — А ещё она сказала, что от вас надо держаться подальше. Вы, сказала, Тёмный маг, страшный человек.       — Ну и как, страшный?       — Не очень, — вздохнула Марта и с глухим стоном опустилась на ближайшую скамейку.       — Плохо? — посочувствовал ей Румпельштильцхен.       — Угу, — промычала девушка. — А почему мы в парке?       — Потому, — ответил Голд и провёл рукой над головой Марты.       Тут же её недомогание прошло, а сознание прояснилось.       — Как вы это сделали? — изумилась она.       — Магия, — и проговорив это, Тёмный маг снова сделал пас рукой, и бордовый туман перенёс его вместе со спутницей в антикварную лавку.       — Марта…, — начал он.       Но девушка отскочила от него и пулей вылетела из магазинчика. Голд устало вздохнул: пустая трата времени – всё равно мисс Хелл к нему вернётся.       И она вернулась, в тот же вечер, сосредоточенная и решительная.       — Ну что, мисс Хелл, прогулялись? — спросил её антиквар, отрываясь от изучения древнего медного компаса.       Марта молча кивнула.       — И вы готовы принять свою новую сущность? — продолжил Тёмный.       — Вы ведь поможете мне с ней справиться? — спросила Марта вместо ответа.       — С чего вы так решили?       — А разве не это вы имели в виду, когда предлагали обращаться к вам с любой проблемой?       Румпельштильцхен усмехнулся:       — Вы довольно проницательны. Да. Я обучу вас магии, но только вы должны будете слушаться меня во всём. По рукам?       — Только давайте сразу договоримся, — выпалила Марта.       — Сделка? — удивился мистер Голд.       — Вообще-то не сделка, а просто уговор: не использовать магию друг против друга. Я видела, какие последствия могут быть даже от ворожбы новичка вроде меня, как-то не хочется ощутить на себе все прелести магии опытного волшебника.       — Разумно, — заметил Тёмный, который был польщён последними словами девушки, хотя даже себе в этом не признавался. Он понимал, что ничем не рисковал: при необходимости он найдет лазейки. В этом он мастер.       Румпельштильцхен уже протянул Марте руку, чтобы скрепить договор, но тут девушку осенило:       — Постойте! Вы ведь маг? И видимо, могущественный, если верить словам Реджины. Значит, у вас богатое магическое прошлое, так? Почему же у меня не было никаких видений, связанных с вами?       — Каких видений? — насторожился Тёмный.       — Ну я вижу, похоже, чужое прошлое, к примеру, что мадам мэр — Злая Королева, а мисс Свон — дочь Белоснежки и Прекрасного принца. А при знакомстве с вами у меня никаких видений не было, хотя вы, по-видимому, фигура поважнее. Почему?       — Вы слишком прямолинейны, мисс Хелл, — укорил маг Марту. — Не боитесь пострадать от своей честности?       — От вранья тоже можно пострадать, — ответила Марта, заставив Тёмного вздрогнуть и засомневаться в том, что у неё не было видений на его счёт. — Так вы мне так и не ответили: почему я не увидела вашего прошлого?       Мистер Голд молчал и, улыбаясь, смотрел на свою протеже: она, пожалуй, далеко пойдёт. Но при этом для себя решил, что нынче же воспользуется скрывающим заклинанием, чтобы Марта не могла узнать то, что ей знать не положено.       — Дело ведь в книге? — озарило девушку. — Так? Мы ведь познакомились с вами до того, как я взяла её в руки. Вы мне её специально подсунули? Всё от того, что я прочитала стишок, который был вначале? Это какое-то заклинание?       — Догадливая девочка, — усмехнулся Тёмный.       — И эта дурацкая книжка в библиотеке — тоже ваших рук дело?       Тёмный молчал.       — И старушка в переулке?       — Признаюсь, пошалил немного. Пришлось вас подтолкнуть, чтобы ваша магия проснулась.       — Ну и зачем вам это надо?       — А вы не любите ходить вокруг да около, да? Идёте сразу напрямик.       — Так вы мне не ответили, зачем вам пробуждать мою магию, обучать меня.       — И не отвечу, — улыбнулся маг. Ему нравились открытость, напористость и прямолинейность его новой ученицы. — Вы же умная девушка. Догадаетесь.       Марта задумалась, глядя в глубокие почти чёрные глаза своего учителя, который и не собирался отводить взгляд, и почувствовала, что её затягивает какой-то странный тягучий, словно мёд, сладкий транс, и поспешила стряхнуть с себя наваждение.       — Не знаю, какие цели вы преследуете, но как бы то ни было, думаю, что мне наш альянс тоже пойдёт на пользу, — заключила она. — Вы ведь добросовестно обучите меня магии? Можете даже не притворяться, что вам это неинтересно. Не поверю. Уж слишком активное участие вы принимаете в моей здешней жизни. Ну так значит, уговор?       И Марта протянула Румпельштильцхену руку.       — Вы меня удивили, мисс Хелл, — засмеялся тот.       — Сама в шоке, — парировала Марта, пожав плечами.       — Уговор, — не переставая улыбаться, подтвердил Тёмный и взял протянутую ему руку в свои.       «Надо же, — подумала Марта, — ни тебе грома, ни молний». Она нехотя отняла свою ладонь у мага и спросила:       — Ну что ж, мистер Голд, и когда первый урок?       Тут Румпельштильцхен неожиданно легонько щёлкнул Марту по кончику носа:       - Вот вам первый урок, мисс Хелл: магия требует терпения. Я сообщу вам, когда мы приступим к обучению. А пока - всего хорошего!       И мистер Голд отстранился от Марты. Та, слегка опешившая от внезапного проявления фамильярности от самого галантного, на её взгляд, гражданина Сторибрука и оскорблённая несерьёзным тоном своего покровителя, развернулась и гордо удалилась из лавки, у самого выхода оглянувшись и холодно бросив:       — Счастливо оставаться, мистер Голд.       Она едва сдержалась от того, чтобы не хлопнуть дверью, а самый Тёмный из всех живших и живущих магов проводил её взглядом, в котором, кроме снисходительной усмешки, притаилось ещё какое-то необычное ощущение сродни нежности.