Печаль в Крипипасте: Призраки прошлого.

POV. Автор Жизнь и смерть — начало и конец человеческого суще­ствования. Со времен седой древности народы мира со­храняют представления о том, что смерть — это мета­морфоза. Наши далекие предки не верили в естественную неизбежность смерти. Они уподобляли смерть жизни. Вер­нее, смерть представлялась им своеобразной границей, за которой начиналась новая жизнь в ином мире. А раз после смерти жизнь обязательно будет иметь продолжение, то человек не боялся умирать. Земная жизнь представлялась нашим предкам одним из многих звеньев в длинной цепи. Кто знает, может быть, они и правы, и на самом деле есть жизнь после смерти? POV. Аня Когда я пришла в себя, было такое чувство, что моей рукой было написано книг пять… На среднем пальце даже появилась мозоль. Каково было моё удивление, когда я взглянула на листки, что мне вручили. Два листка А4 были исписаны с обоих сторон, почерк местами был разный. И, как я понимаю, содержание везде тоже разное, так как я успела расписать всего половину листа до того, как отключилась. Возможно, все это дело рук Ивана, так как он вполне себе мог взять верх над мои сознанием, но я не думаю, что он сделал бы такое со мной. По крайней мере, я надеюсь, что он хоть немного уважает меня. Ладно, что тут написано вообще? Ага… Я отложила карандаш в сторону и взяла первый листок. После моей автобиографии, которую я не дописала, пошёл не очень аккуратный текст с грамматическими ошибками. Понять, кто же написал о себе это, было не так уж и сложно, так как в первом предложении было написано: «Валерий, двадцать четыре года». Хм, кто же это может быть? Даже и не знаю… Я начала читать, что он там написал. Родился в тысяча девятьсот восемьдесят шестом году, а убили его в две тысячи десятом. Грустно… Родился в Уфе, в неблагополучной семье. Воспитывала его и ещё трех детей одна мать, отец их бросил. С семи лет уже пытался приносить в семью деньги, сдавая бутылки и раздавая листовки. Когда пошёл в школу, был единственным ребёнком, что с первого класса мечтал свалить оттуда. Часто конфликтовал с одноклассниками. Учился мой хороший друг на "хорошо" и "удовлетворительно" до седьмого класса. Начал курить ещё в четвёртом… Не, я, конечно, знала, что Валера немного ебанутый, но курить в четвертом классе? С седьмого класса связался с какими-то наркоманами и бандитами. Те, в свою очередь, подкидывали ему работу… Разносить наркотики, следить за людьми. Начал приносить в дом деньги. Удивительно, что он с седьмого класса занимался таким. Я в седьмом классе мультики дома смотрела и получала подзатыльники от мамы за слово «жопа». Часто прогуливал школу, но каким-то образом закончил одиннадцать классов, и его забрали в армию, так как дальнейшее образование он получать не планировал. Первая группа здоровья, его определили в воздушно-десантные войска. Отслужил три года по контракту, после чего вернулся домой и завязал с преступным миром. Оставшиеся два года крышевал район, тряс бабло с подозрительных людей и заботился о младшей сестре, которой на тот момент было пять лет. Три его брата закончили университеты и устроились на работу. А он заботился о матери и младшей сестре. И спустя два года его нашли те бандиты, с которыми он когда-то работал. Пытаясь защитить младшую сестру, погиб от ножевого ранения. Я отложила листок в сторону и уставилась в стену. Я закрыла глаза руками и начала плакать, так как мне было безумно жалко его, и вообще, какого хуя? Жалко Валеру… Он ведь не такой уж и плохой, так что не заслужил такого обращения. — Пиздец… — сказала я и вытерла слезы. Отдышавшись от столь грустной истории жизни, я вновь взяла листок в руки и продолжила читать. Почерк был аккуратный, ни одной ошибки в предложениях не было, так что я сразу поняла, что пишет это Алексей. Получается, следующая история его? Хм… И тут я начала читать что-то интересное. Алексей родился в тысяча восемьсот девяносто девятом году, в обычной семье, его мать работала продавщицей, а отец - рабочим на заводе. Кроме него в семье был брат, старше его на три года. С самого детства бабушка привила ему любовь сначала к сказкам и стихам, а после и к более серьёзной русской литературе. Был он обычным парнем, как все. С восьми лет начал писать свои первые стихи. Мать и отец творчество сына не особо ценили, так что он находил одобрение у бабушки и старшего брата, которые поддерживали его во всем, что было связано с творчеством. В школе учился на "отлично", был примером для подражания. Но даже в то время находились люди, что недолюбливали его. Издевались над Алексеем обычные дворовые ребята, что считали его самым обыкновенным занудой. В это время нарастал конфликт между народом и правительством. Это, в свою очередь, повлияло на поэзию Алексея и на него самого. Можно сказать, что у него обострилось чувство правосудия. После окончании учёбы в гимназии поступил в Петербуржский университет на славяно-русское отделение историко-филологического факультета. Проучился там пять лет. Во время его обучения началась революция. В тысяча девятьсот семнадцатом году - свержение монархии во время Февральский буржуазной революции, когда власть перешла к Временному правительству, которое, в свою очередь, было свергнуто в результате Октябрьской социалистической революции большевиков и их временных союзников, провозгласивших власть советов. На тот момент Алексею было восемнадцать лет. Он не то чтобы активно продвигал мнение революционеров, но, по большей части, разделял их взгляды. До двадцати лет продолжал писать свои поэмы и стихи, которые даже появлялись в журналах. Но записи о них не сохранились, так как он не был особо популярным писателем. Его старшего брата убили во время революции, так как тот не поддерживал взгляды большевиков. Потерю родного брата Алексей переносил очень тяжело, и это легко можно было наблюдать в его произведениях. Время в стране было смутное, так как после революции происходили новые изменения как в законах, так и в обычной жизни людей. В тысяча девятьсот двадцатом году погибает отец Алексея в результате несчастного случая на заводе. Его мать сильно заболевает и умирает буквально через два месяца. Алексей, находясь в затяжной депрессии, совершает самоубийство через полгода после потери родителей. Он спрыгнул с крыши и погиб в возрасте двадцати двух лет… Я встала с места и начала ходить из стороны в сторону. — Каждая история все страшнее и страшнее, — я обдумывала все в своей голове, стараясь успокоиться. Но это давалось мне нелегко, так как я просто теперь не смогу смотреть на ребят. Боюсь представить, что же там будет дальше? Если так подумать, то Алексею могло бы быть уже больше ста лет. Ого… И это я себя старой считаю? Я набрала в лёгкие воздуха, спокойно выдохнул и села опять за стол. Ладно, это ужасно, что они умерли так рано… Я принялась читать историю Ивана. Почерк у него был ровный, почти печатные буквы. Ничего лишнего, все кратко и ясно. Родился он в тысяча девятьсот семьдесят третьем году. В Москве. Самая обычная семья: мать, отец и младшая сестра, которая родилась, когда ему было пять лет. Был на удивление спокойным ребёнком, никогда не орал и не плакал. Был умным, знал весь алфавит уже в три года. Очень заботился о своей младшей сестре, когда та родилась. Когда он пошёл в первый класс, то его отца уволили с работы, и тот начал выпивать и поднимать руку на жену, а затем и на детей. Брал удар на себя, чтобы не пострадала его сестра. Часто слышал унижения в свой адрес о том, что слаб, никчемен. Всё это насилие продолжалось ещё три года, пока отец не зарезал жену на глазах у детей в порыве ярости. Отца посадили в тюрьму за убийство, а детей отправили в детский дом. То, что произошло, сильно сказалось на психике Ивана. Он стал ещё более нелюдим, агрессивен. Начал увлекаться спортом и стрельбой. В восьмом классе впервые оказался в полицейском участке за нанесение телесных повреждений. Избил своего одноклассника, который унижал какую-то девочку в школе. Он стал частым гостем в полицейском участке, и сотрудники в шутку начали называть его «ходячее правосудие», так как он избивал только тех, кто причинял какой-либо вред другим людям. Закончив одиннадцать классов, пошёл в армию, в военную разведку. Им заинтересовались вышепоставленные чины, так как Иван был очень умен, вынослив, хорошо владел иностранным языком. После года службы его определили в агентурную разведку, задача которой — собрать полезную информацию, получить доступ к важным объектам и попасть во властные структуры противника. Он отлично справлялся со всеми заданиями и через пять лет службы решил уйти, так как морально устал. Дослужился до звания сержанта. Переехав в Петербург, стал принимать заказы у очень важных и обеспеченных людей. Ему заказывали убийства. Всё это продолжалось год, после чего он узнал о смерти сестры, которую изнасиловали и убили, когда та прогуливалась вечером после учёбы. Он возвращается в Москву и начинает искать тех, кто это сделал. Спустя месяц он убивает двух мужчин, которые были виновны в смерти его сестры. После этого он завязывает с убийствами и старается вести нормальную жизнь, но хватает его ненадолго, и через год он вновь берётся за работу. Поняв, что убийства - это его наркотик, решает покончить с собой, чтобы не навредить обычным людям. И через пару недель после принятия данного решения, он застрелился. Умер Иван в возрасте двадцати шести лет. И тут я как заору от переизбытка эмоций. — Идиоты… Ну зачем писать все это? Убить тут могут только меня, так что вы зря все это писали и изливали душу. Из-за всего этого я теперь не смогу спать неделями, думая о том, что все вы погибли… Это же чертовски грустно. — Просто мы подумали, что ты должна знать о нас и нашей жизни, — появился Алексей, который выглядел очень печальным. Я взглянула на него, вспомнила, что он написал, и начала плакать. — Боже, опять ты плакать начала. Умерли ведь мы, а не ты, так что успокойся, — и тут я вспомнила ещё и историю Вани, так что слез стало больше. — Эй, епта, ну че ты, бля, как это самое? Соберись, тряпка, еп твою мать, я сам, блять, плакать сейчас начну, — сказал Валера, и меня было уже не остановить. Прокручивая в голове все их истории, я плакала все сильнее. Стоп! Это нельзя отдавать сотрудникам фонда. А то я точно всю жизнь в клетке просижу. — Эм… Можно ещё листок? Я… Я ещё не все написала, а там как раз важные моменты моей жизни, — сказала я и взглянула в камеру. Через минуту открылась дверь, и на стол мне положили ещё один листок. Чудно… Я переписала все о себе с первого листка и дописала все остальное. Кроме того момента, где меня похитили и заставили жить в том доме. — Боже мой… "А потом я встретила ниче так мужика, который был вполне себе ебабельным". Серьёзно? — спросил меня Ваня, и я усмехнулась. — Да… Он правда ебабельный… Я закончила писать и положила на стол этот листок, а прошлый незаметно спрятала в лифчик, прямо как шпоры на экзамен. Зашёл очередной парень в форме и забрал этот листок. Видимо, никто ничего не заподозрил, так как он не потребовал вернуть остальные листки. Сидела я ещё минут пятнадцать, а после меня увели в камеру. Ну… Да… Одноместная кровать, шкаф с одинаковой одеждой, стол, стул, небольшое зеркало и скрытая ванная комната, которая открывается по специальному пропуску. — Почему не отдала те листы? — спросил меня Алексей. — Зачем? Если они о вас узнают, тогда попытаются избавиться от вас, — я открыла шкаф. Какое разнообразие... Белая майка, оранжевый комбинезон, ещё есть просто оранжевые штаны и рубашка. Что может быть лучше, чем тюремная одежда? Правильно - все, что угодно. Я взяла чистые вещи, открыла дверь в ванную комнату и пошла в душ, так как ходить в грязи - как-то не очень. После душа я как всегда продолжила ничего не делать и ждать чего-то интересного. Ну а что может быть лучше, чем просто лежать на полу и ждать, пока тебе принесут еды. И в конечном итоге я начала вспоминать истории ребят, представляя все эти события у себя в голове. Нелегко им было жить, но смерти они не заслужили. Они хорошие, так что… Так что мне стало ещё грустнее от того, что такие хорошие люди умерли в таком раннем возрасте. Всё ведь могло сложиться по-другому! Они могли изменить свою жизнь, найти любовь, создать семью и жить счастливо… Так почему же они выбрали не те пути в жизни? Валеру убили бандиты, с которыми он сам связался… У Алексея погибла вся семья, и он просто не выдержал… А Иван не хотел больше причинять вред людям и убил себя… Теперь я буду думать об этом несколько дней подряд, размышляя над тем, как могла бы продолжаться их жизнь, если бы все было не так плохо. Нет, я, конечно, понимаю, но я не понимаю! Внизу двери открылась маленькая дверь или что это? И мне в мой номер люкс просунули контейнер с едой. — О, спасибо, — я встала с пола и вздрогнула, когда увидела прямо перед собой лицо Валеры. Ужас… Я взяла еду и села за стол. Открыла контейнер и приступила к еде. Картофельное пюре, фасоль, кусок хлеба. Ммм… Какое вкусное пюре! Со вкусом картона. — Знаешь что, епта? — спросил меня Валера. Я покачала головой. — Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на какую-то жизнь, епта. Вот поэтому я и сдох. Я кивнула, а когда до меня через пару секунд дошло, что он сказал, я засмеялась и подавилась пюрешкой. Он вздрогнул и как ударит меня по спине. Я перестала кашлять и посмотрела на него. — Я, конечно, знала, что ты гений, но сказать такое? Это нужно уметь… — он покрылся румянцем и отвернулся от меня. Я доела все и выкинула контейнер в специальное отверстие в стене. — Пиздец, я не наелась. — Конечно, после того, как ты недавно сожрала столько бургеров с картошкой, тебе всегда будет мало, — сказал Ваня, который стоял у стены. — Заткнись… — сказала я, и он усмехнулся. Че он всегда в капюшоне? Он снимал его всего раза два, но я уже и не помню, как он выглядит. Вот Алексей и Валера не носят капюшоны, за что я их уважаю. А Ваня, он… Слишком уж скрытный. Я не знала о нем вообще ничего, пока он не решил написать о своём прошлом. И он, вроде как, хороший, но убийства были его наркотиком, так что… Да… — Чего так палишь? Тебе глаза на жопу натянуть? — спросил он меня, и я отвернулась от него. — Себе натяни… — сказала я, и Валера засмеялся. — Че сказала? За языком следи! — наехал он на меня, и отвечать ему я не рискнула. Я просто сидела на полу и слушала Валеру, который рассказывал мне подробности о своей жизни…