Обскури

По стеклу нещадно колотил дождь. В комнате было холодно. Неуютно. Страшно. Криденс смотрел в окно тем взором, каким обычно смотрят псы, прожившие всю жизнь на улице. Их били, шугали, отбирали последнюю еду, грозились убить, и лишь дети, которым было не все равно, осмеливались подойти и приласкать загнанное животное. Но лишь некоторые псы давали себя погладить, они прекрасно знали, что за лаской может последовать боль. И знали это очень хорошо, подобный урок никогда не забывается, какими бы чистыми не были глаза у того, кто подошел. Глаза у Грейвза были ясные, карие, в цвет шоколада, который Криденс никогда не пробовал. И пусть с виду этот сильный мужчина мог показаться жестоким, он не бил Криденса, лишь спасал его. Животное всегда ищет защиты, всегда пойдет за тем, с кем оно будет в безопасности. Маленькие щенки, еще не распознав горький вкус жизни, слепо бегут за детьми, которые подарили им минутную ласку, а взрослые псы редко куда идут. Криденс не считал себя взрослым, как и ребенком, поэтому он мог пойти к Грейвзу. Если бы он был чуть постарше, он бы уже никому не стал доверять, но трепетное сердечко так привыкло к короткой ласке и так безнадежно подсело на нее, как на наркотик, и ему было хорошо от этого. Криденс пытался успокоиться, начать дышать глубоко и ровно, но ситуация не давала ему такого шанса. По дому ходили люди, они топали, как слоны, гремели посудой, кричали; дождь резко бил в стекло, готовый разбить его, по лестнице кто-то поднимался и кряхтел. На внешней лестнице дрожали металлические перила, из щелей окна слышались крики кошек и тарахтение автомобилей, а небо трескалось и ломалось, готовое обрушиться прямо на него. Криденсу было страшно, его пугало то место, где он стоял. Его пугало то, что он не чувствовал руки Грейвза. — Криденс. Сильный голос, принадлежавший магу, позвал его, и парень тут же вздрогнул. Он не любил свое имя, не любил, потому что каждый раз после его произношения следовала боль. Его били не только ремнем, его уничтожал глазами каждый, кому он попадался на пути. Даже те, кто его не знал. Но справедливость брала вверх, люди умирали, а значит, больше не могли смотреть на него, как на своего врага. — Криденс, посмотри на меня, — на этот раз в голосе мужчины послышался терпеливый вздох, и парню пришлось поднять взгляд. Опущенная голова, вжатые в тело плечи, сутулость и подавленность. Предстояло много работы, чтобы сделать из этого пса человека. Но у Грейвза была другая задача. — Все нормально, не бойся. Маг не улыбнулся, даже не коснулся его, но стало полегче. Его голос заглушил посторонние звуки, оставив лишь звук дождя, показавшегося не таким громким. Криденс наблюдал за тем, как мужчина ходил по комнате и взмахивал палочкой, расставляя защитное заклинание. Это мельтешение — если так можно было назвать решительные действия мужчины — успокаивало парня. Ему было спокойней, когда люди были заняты чем-то посторонним, нежели его персоной, когда в толпе зевак он был один. Наконец, когда надобность в волшебной палочке прошла, Грейвз остановился напротив парня, видя, как тот сильнее вжал голову в плечи и повинно опустил голову. Это Грейвз уже видел, а потому взгляд сам собой как-то прошел через парня на окно и, подумав, мужчина наложил заклятие и на него, осматриваясь. Квартира, в которую он трансгрессировал, была небольшая. Людей он тут же отправил в другое место, убедив их, чтобы они пожили пока у друзей, и выгнал под дождь. Здесь была столовая, пара спален и общая гостиная, отдельное место для ванной комнаты, куда Грейвз хотел засунуть парня. Взяв того за руку, он потащил его за собой, чувствуя, как парень идет и спотыкается на ровном месте, боясь натолкнуться на него и свалиться. Не обращая внимания на эти потуги добиться от него взрыва ярости, Грейвз втащил парня в ванную и быстро огляделся. Ванная ему не нравилась тем, что тут действительно было холодно. Едва поджав губы, он с неприязнью осмотрел грязную ванну, проржавевшие краны и изъеденный молью коврик. Со стороны послышался какой-то писк, видимо, Криденс успел подумать, что недовольство было вызвано им, отчего он попытался выйти из поля зрения мужчины и тихо поплыть на выход. — Стоять! — маг схватил парня за локоть, почувствовав, как тот вздрогнул, и вытащил палочку, махнув ею, приводя ванную в порядок. Коврик по ниткам собрался вновь и заиграл яркими красками, щели в окне над потолком тут же исчезли, стены приобрели ровный вид, а вся сантехника очистилась до блеска. Теперь здесь не было сквозняков, а на полках появились новые средства для мытья. Грейвз был частично удовлетворен, но губы сжимать не перестал. Притянув Криденса, он поставил его перед ванной, пряча палочку и включая воду, настраивая, чтобы та была погорячее. Обернувшись на парня, мужчина вздохнул, Криденс знал, что ему нужно делать, но послушно ждал разрешения. — Раздевайся. Маг прошел в гостиную и начал разжигать камин, надеясь, что когда он придет, обскур сделает то, что нужно. Криденс не спешил, он был не уверен. Он боялся. Но все же начал медленно раздеваться. Грейвз зашел в теплую ванную комнату как раз тогда, когда парень расстегивал пуговицы на рубашке. Проследив взглядом за тонкими длинными пальцами, мужчина отвернулся и прикрыл дверь, чтобы не выстуживать помещение. Сняв пальто, он бросил его на стул, стягивая шарф и оставляя палочку в одежде. Оставшись в чистейшей белой рубашке, он не спеша закатал рукава и обернулся на парня, застав тот момент, когда Криденс поднял на него взгляд. Высокий и худой. Он казался подростком, который, вымахав в росте, еще не привык к своему телу и вынужден был ходить довольно странно. Узкие плечи и бедра, длинные руки и опущенная голова — это вызвало в Грейвзе легкую тень улыбки, ведь теперь он точно знал, что парень ему доверял. Если не учитывать тот факт, что тому пришлось доверять ему. Подойдя ближе, мужчина посмотрел сначала на парня, а потом на воду. — Догадаешься, что нужно сделать? Криденс громко выдохнул и замялся. Его взгляд бешено кидался из стороны в сторону. Он был не уверен, и эта неуверенность играла с ним злую шутку. Она обманывала его чувства, меняла их местами, делая парнишку беззащитным. — Залезай, — Грейвз покровительственно выдохнул в сторону ванны и подождал, когда Криденс сядет туда и опустится вниз. Притянув к себе стул, мужчина сел на него и взял мочалку, вспенивая ее и начиная обтирать плечи парня, проходясь по выпирающим ключицам и позвонкам. Он не видел лица Криденса, но догадывался, что тот был немало удивлен его поступком, но, вопреки себе, для мужчины это не было чем-то немыслимым, просто, ради доверия, он должен был это сделать. — Постарайся расслабиться, я всего лишь тебя помою. Хорошо? Голова парня дернулась. Тот кивнул. Но расслабиться вряд ли мог так быстро, учитывая недавние события. Пока Персиваль заботливо тер спину парня, тот сидел в теплой ванне и грелся. На бледных щеках проступил румянец, как и на некоторых участках тела. Грейвза не заботили синяки на теле парня, как некоторые давнишние царапины, он просто убирал их легким движением руки, тут же оглаживая полупрозрачную кожу, оставляя красный след. Паренька хотелось с силой обтереть, чтобы он перестал быть серым, и маг пытался этого добиться, разворачивая Криденса к себе и старательно намывая тому грудь. Он уже не спрашивал разрешения, не пытался говорить, только делал то, что было необходимо. В обычной жизни с мытьем у него были совершенно другие отношения. По велению палочки, мочалка сама носилась по его телу, а полотенце вытирало его кожу, но если мужчина мог себе позволить подобное по отношению к себе, то вот с парнем предпочитал все делать самостоятельно — вручную. Ему казалось, что некоторые вещи можно было выполнять и без магии. Все-таки, магия не сможет заставить Криденса поверить ему, а вот обычная забота, вроде мытья, могла дать куда больший эффект. — Вставай, — Грейвз услышал, как всплеснулась вода, и парень встал, а он стал намывать его бока, смывая темную краску от брюк. Криденс был довольно худощав, но в нем чувствовалась сила, и она билась не в мускулах, а в глазах. В карих глазах, утонувших в тени бровей. И хоть взгляд был довольно тяжелый, сравниться с взглядом Персиваля он все равно не мог. Окатив напоследок тело водой, мужчина снял с крючка большое махровое полотенце и закутал в него парня, успевая заметить все тот же загнанный взгляд, который с удивлением смотрел на него. Грейвз хмыкнул и начал быстро растирать кожу юноши, видя, как тот морщится и жмурится. Такой детский жест сильного волшебника. — Все нормально? — Грейвз положил ладонь на щеку парня, почувствовав, как тот наклонил голову набок, прикрывая глаза и явно уплывая из реального мира. — Значит, нормально. Вылезай, посидишь пока в халате, твою одежду я постираю. Там кресло около камина есть, мягкое, как раз для тебя. Грейвз погладил юношу по спине. На этот раз тот вздрогнул всего лишь пару раз, это было достижение, обычно его дрожь не прекращалась. Отпустив его, мужчина взмахом палочки отправил одежду стираться, наблюдая за тем, как после этого она в воздухе начинала отжиматься. Развесив ее, он отправил вещи сушиться у огня. В кресле, как он и просил, сидел Криденс, поджав ноги к себе и обняв их руками. Он задумчиво смотрел на огонь, вздрогнув, когда мимо него проплыла одежда, но стоило ему ощутить руку Грейвза на своей щеке, как он тут же успокоился. Теперь ему было уютно, ведь хозяин его защитит.