Обскури

— Вы все-таки пришли, — Грейвз улыбнулся, увидев Ньюта, который быстро подсел к нему за столик. — Доброго… вечера, — Саламандер вздохнул. От него пахло корицей, может, это было из-за животных в его чемодане, а может, и по другим, более красивым причинам в виде Тины, которая зашла прямо за Ньютом. Группа поддержки или намек на то, что ему нужно будет привести Криденса? Вот уж точно он не сделает этого просто так. — И вам, Голдстейн, — Грейвз показал взглядом на стул, и девушка присела. Несмотря на то, что их было больше, Грейвз не чувствовал себя в меньшинстве, наоборот, все зависело от него, как бы другие не хотели обратного. — Что ж, как понимаю, вы теперь вместе? Маги смутились. Девушка поспешно посмотрела на Саламандера, тот бросил на нее взгляд из-под челки, что-то очертил глазами и передернул плечом. Тина же в ответ вздернула подбородок и, будто бросая ему вызов, хмыкнула, смотря на Грейвза. Если бы они еще знали, что Персиваль спрашивал отнюдь не о любовных взаимоотношениях, а о том, что теперь и Голдштейн знала о том, что Криденс жив. Но юным влюбленным казалось, что все кружилось вокруг них. — А это не ваше дело, — гордо заявила волшебница, вздергивая носик. Она была очаровательна до того, что Грейвз отчаянно желал познакомить ее с Обскури, представив не как друга, а как обед. Обскури явно было бы счастливо. Как и он. — Мое, раз уж я вижу вас тут, — Персиваль хмыкнул, облокотившись о спинку стула, видя, как маги осознают, что его слова имели другое понимание. — Что ж, когда мне ждать от вас очередной рапорт? — Я посмотрю на ваше поведение, — Тина, явно подбодренная тем, что она была не одна, решила перейти в наступление. Грейвзу было от этого ни холодно, ни жарко. — Боюсь, в данный момент, вы только можете, что смотреть, — он легко бросил взгляд на девушку, ясно обозначив, что ее испытательный срок пусть официально и закончился, но все же имел место быть. — Мистер Саламандер, я не оспариваю ваши методы, может быть… с женщинами и впрямь лучше работается, и вы сможете рассказать мне сегодня хотя бы одну из открытых вами тайн? Ньют дернулся. Что ему было делать? Защищать Тину, доказывать ее полезность, утверждая, что она не его девушка, или же расстраивать директора МАКУСА, что ничего толкового он сказать не может. Грейвз играл на его поле, тогда почему ему казалось, что эта ситуация была в разы хуже, чем когда легким движением руки его приговорили к казни? Саламандер вздохнул, дернул плечами и, подбодренный присутствием девушки, постарался оправдаться. Именно оправдаться, такой человек, как Ньют, фактически не умел нападать. И уж тем более он не представит свой дебют перед Грейвзом, поэтому Персиваль был спокоен. — Мне нужно больше Обскури, — тихо сказал Ньют, чем вызвал в маге случайный смешок, из-за которого свеча, стоящая посередине стола, потухла. Напряжение стало оседать на поверхность матового стола темным дымом. — Еще Обскури? — Грейвз дернул бровью. — Это вам не образец крови, чтобы его просто так взять. — Но вы же его как-то получили, да еще и в лампочке, — Ньют не придал значения словам мага. — Значит, это вполне возможно. Но, если вам так трудно, позвольте мне встретиться с Криденсом лично, и тогда вам не придется отнимать у него силу. Грейвз усмехнулся. Хозяин животных был не так прост, видимо, того образца ему явно хватило, а теперь задачей стал сам Криденс. Но вот против хозяина Обскури они вряд ли имели хоть шанс. Грейвз его все равно не даст, чтобы какой-то ловец животных забрал столь ценного мальчика себе и держал где? В чемодане? — Пока я не получу от вас результат ваших исследований, вы, в свою очередь, не получите ни Обскури, ни Криденса, — Грейвз взглядом зажег свечу и посмотрел на магов перед ним. Они все были недостойны его, слишком слабы, но пытались представить себя в другом свете. Они все были жалкие, даже несмотря на то, что обладали магией. — Не думайте, что вы контролируете ситуацию! — Порпентина резко положила ладонь на стол, оперлась о него и решительно посмотрела на мага. — Одно мое слово, и все узнают, что вы спасли Криденса, а не убили его. Более того, вы держите его в заточении! Не боитесь, что сделают с вами, если у них будет подобная информация? — Боюсь, — признался Грейвз. — Только вот, я еще не сообщал президенту о том, что в чемодане мистера Саламандера я нашел живого Обскури. Которого мне пришлось убить, а подобное доказательство у вас дома есть в… лампочке. Я могу сейчас вызвать своих людей, и они обшарят ваш дом, находя очень ценную вещицу. Прошу, мисс Голдстейн, не нужно играть со мной, вы еще не доросли до таких игр, боюсь, вам не захочется еще раз находиться под летящей машиной. — Давайте без угроз, — Саламандер поднял взгляд на Персиваля и как-то послушно вздохнул. — Будет так, как вы попросите, если кое-кто поймет, на чем мы сошлись, а мисс Голдстейн, в силу своей некомпетентности, наверное, до сих пор это не представляет, поэтому я хочу, чтобы в следующий раз вы присутствовали без нее, — Грейвз решительно нахмурился. Ему проще было убить этих двоих и покончить с этим делом, но нет, знания Ньюта ему были важны. — Да как вы смеете! — девушка поднялась со стула и нависла над Грейвзом легким взбунтовавшимся облачком, которое загородило яркие искры гирлянд. — Что? Просить вас не влезать в мужские дела? Мне кажется, я имею на это право. Мы сейчас говорим не о вас, вы не столь ценны, как Криденс, хотя я понимаю, что вам нужно внимание, — Персиваль усмехнулся, окидывая девушку едким темным взглядом. — Так мы договорились? Вы даете мне знания об Обскури, в ответ же я попробую устроить вам встречу, которая, несомненно, пройдет на моих условиях. Возражения я не принимаю. Грейвз откинулся на спинку стула и сложил руки на груди, показывая, что сейчас все находилось в его руках. В том числе и их жизни, и в том числе и Обскури. — Если вы ничего не можете сказать мне сейчас, то я подожду до следующего раза, — Грейвз только начал вставать, как Ньют тут же поднял голову и посмотрел на него. Этот взгляд Персиваль уже знал, а потому мог надеяться, что маг не будет делать глупостей, а наоборот. — Подождите, есть кое-что, — все-таки выдохнул Саламандер, и Грейвз тут же сел обратно, с легким интересом всматриваясь в мага, который успел переглянуться с Тиной. — Ваше Обскури было чересчур темное, я хотел переместить его в защитную оболочку, но оно вырвалось, и я заметил, что, не прикрепленное к чему-либо, оно тянется найти хозяина. — Хотите сказать, что оно сейчас ничейное? Ему не нужно возвращаться к Криденсу? — тихо спросил Персиваль, любопытно дергая бровью. Это была весьма интересная новость. — Не нужно. Оно само по себе, но все-таки есть кое-что, — Ньют качнул головой. — Оно необузданное, нападает на всякое живое существо и может убить его. — Оно убило кого-то из ваших? — а вот здесь уже стало интересно. Кого там могло убить маленькое Обскури? — Не таких важных животных, всего лишь мотылька, — Ньют дернул головой, но быстро собрался и посмотрел на Грейвза. — Но мотылек не простой, вы сами их видели, это магическое насекомое, и Обскури вытянуло из него всю магию. — И что с ним стало? — то, что говорил Ньют, практически было неважно, но если представить, что вместо мотылька будет человек, информация резко возрастала. — Конечно, мотылек погиб, но маленькое Обскури стало немного сильнее, совсем чуть-чуть, и на некоторое время приобрело синеватый оттенок, — Саламандер пожал плечами. — Но это вскоре прошло. — Хотите сказать, что Обскури отбирает силу и вместе с ней перенимает свойства хозяина этой силы? — Грейвз любопытно вздохнул. — И Обскури стало такого цвета, как мотылек. — На пару часов. Потом, судя по всему, оно переварило ту силу и вновь стало черным. Это не простое Обскури, не то, что было у той девочки. Обскури Криденса больше паразит, который питается не только самим мальчиком, но всем остальным, что ему попадется. Может быть, именно поэтому оно его еще не убило, это слишком разумное Обскури. — Вы до него дотрагивались? — быстро спросил Грейвз, не смотря на Тину. — Оно хотело напасть на меня, — Ньют кивнул. — Оно причинило боль, но на коже ничего не осталось. Персиваль кивнул, с ним было то же самое. И он знал, какая неприятная боль бывает от соприкосновения с Обскури. Хотя, Криденс научился приносить не только боль. — Это все? — Грейвз был вполне доволен. Все-таки в нужных руках он получал куда больше информации, чем мог бы сам. Но только он мог приручить Обскури, нежели изучить его. У каждого были свои способности, которые он мог воплотить в жизнь. — За такой короткий срок я мог узнать лишь это. — Хорошо, тогда у вас есть два дня, и я подумаю над тем, чтобы дать вам еще Обскури, — Грейвз кивнул и поднялся. — В следующий раз не берите это бесполезное создание. Поверьте, не нужно меня нервировать еще больше. Ньют ничего не сказал, видимо, понял, что приводить с собой Тину было ошибкой. Он лишь проводил Грейвза взглядом и обернулся на девушку. — Он не приведет Криденса, пока не будет уверен в том, что мы не заберем его, — Ньют уставился на свечу, которая загорелась от одного взгляда этого мужчины. — Бедный мальчик, сначала был в руках у той женщины, теперь у Грейвза, чем он заслужил такое? — Порпентина вздохнула и обняла себя руками. — Сейчас надо думать, как можно вытащить его. Если Грейвз пришел без мальчика, значит, он где-то держит его, нужно лишь проследить, — Ньют достал из рукава синего мотылька и вышел на улицу, отпуская из рук. — Он проследит? Найдет, где Грейвз прячет мальчика? — Я надеюсь, — Саламандер кивнул.