Обскури

Саламандер отвел Криденса в дом Тины, где и сам жил. Он не боялся приводить убийцу в дом, потому что не чувствовал, что тот может напасть. Не на них и не сейчас, судя по тому, что тот высосал магию из мужчины, этой еды хватит Обскури надолго. Наверное. По крайней мере, это объясняло тот факт, почему запертое в защитном пузыре прошлое Обскури было такое слабое и хилое. — Проходи, — Саламандер провел парня в коридор и коснулся его плеча, на что парнишка дернулся и напрягся. Определенно, касаться его не стоило, хотя до этого Ньют уже гладил парня, но это было под присмотром Грейвза, теперь же они вновь казались друг другу новыми знакомыми. Парень оглядел квартиру и мысленно отметил для себя, что здесь было тепло и уютно. Помещение было залито приятным золотистым светом от горящих свечей и лампочек. Пахло чем-то сладким и в то же время кислым, будто пирогом с вишней. Ощущался тонкий аромат женских духов, который витал в пространстве легкими ниточками, переплетающимися с другими запахами. От Ньюта, стоило тому войти в комнату, сразу же потянуло чем-то мягким, будто тому было уютно здесь находиться. И, несмотря на то, что в этот момент Саламандер пах мясом и терпким запахом мускуса от змей, который, к слову, было не перебить ничем, от него все равно шла волна спокойствия. — Ты тут уже был, но очень мало, — напомнил Ньют, проводя парня в столовую и замечая женщину в спальне. — Познакомься, это Куинни, сестра Тины… Эм, Порпентины Голдстейн. Златовласая женщина, вышедшая из комнаты, показалась парню ангелом, отчего он, вопреки себе, не опустил взгляда и начал пораженно осматривать волшебницу. Она была красивой и очень милой. Криденс в одно мгновение потерялся в чувствах. Он раньше не встречал таких людей, которым он мог бы доверять, но вот ей он готов был довериться. Утонченная, с изящным изгибом талии, плавная в движениях и удивительным образом кокетливая волшебница посмотрела на него и улыбнулась. Причем сделала это так, будто знала его всю жизнь и была рада встрече. Плечи парня упали, и тот обвел взглядом Куинни. Она была не от мира сего, существовала где-то на границе волшебного мира и чуда, улыбчивая и светлая женщина, в глазах которой можно было увидеть только свет. Парень выдохнул, внезапно понимая, что у него перехватило в груди. Это было совершенно другое чувство, что вызывал у него Грейвз. Они были настолько различны, что единственная нить между ними касалась лишь магии, в другом плане они были как небо и земля. — Ох, Криденс, — женщина подлетела к нему и тут же положила тонкие длинные пальчики ему на щеку, смотря в глаза и улыбаясь. — Я много слышала о тебе, рада лично познакомиться с тобой. Она совершенно искренне широко улыбнулась ему, повела плечо и словно вся засветилась, встряхивая золотыми кудряшками волос. Казалось, даже ее синее платье засверкало каким-то блестками, или это просто в глазах парня появились слезы. Недоумевая тому, что с ним происходит, Криденс поспешно опустил взгляд и уставился в пространство, пытаясь собрать разлетевшиеся мысли и как-то устроить среди чувств какой-то порядок. Лишь спустя секунду он понял, что до него дотронулись ее пальцы, но дергаться или привычно уходить из-под чужой руки он не хотел, более того, ему внезапно показалось, что сделай он так, это будет самым ужасным поступком в его жизни. Послышался легкий, как перо птицы, смех волшебницы, который рассыпался маленькими искорками звона, и только сейчас Криденс понял, почему атмосфера в этой квартире была такая непривычная — это все было из-за Куинни, которая дарила свет, так нужный ему. Изголодавшись по настоящей заботе, которой он грезил вечерами, парнишка выпал в осадок, застывая статуей самого себя в углу столовой. — Милый, ты хочешь кушать? — мягкий, но в то же время звонкий голос пролетел совсем рядом и Криденс тут же дернулся, ему на мгновение показалось, что мимо него пронеслась стайка маленьких сверкающих птиц, которые задели своими крылышками его щеку. Не понимая, на что он соглашается, он едва кивнул. — Он уже поел, — тихо и несколько недовольно произнес Саламандер, который за это время уже успел переместиться в другую часть комнату и понял, что Тины в квартире не было. — Но ничего, уверена, он не откажется от сладкого, да? — Куинни пролетела мимо Криденса, обогнула стол, взяла что-то и так же прошла мимо, успев коснуться его скул кончиками пальцев и пригласить за стол. Она даже не спрашивала у него разрешения, да и не заставляла, парень толком не знал, что это было, но от ее заботы ему становилось приятно. — Криденс, садись, раз уж тебя позвали за стол, — Саламандер позвал его, показав на стул и парень сел, глубоко вдыхая аромат какой-то сладкой выпечки. Окончательно опьянев от волшебства, Криденс отдался на волю холодной сущности Обскури, которое как сухой лед обдало его чувства страхом и ненавистью, утопив радость там же, где и все чувства. Трезвость рассудка наступила достаточно быстро, и стало немного полегче. Теперь он мог соображать. — А где высокий и вечно хмурый мужчина? — женщина успела сделать десерт и разливала чай гостям, садясь напротив парня и невзначай пытаясь прочитать его мысли. — Он прибирает за Обскури, — Ньют, еще недовольный тем, что случилось, громко поставил чашечку на тарелку, отчего Криденс, не ожидая такого, вздрогнул и практически виновато отвел взгляд. Магия закончилась так же быстро, как и началась. — Ну, это тоже неплохо, — Куинни пожала плечами и ослепительно улыбнулась Криденсу, прекрасно зная, что тот все видит и подмечает. — Попробуй, это вкусно, надеюсь тебе понравится, хоть оценишь. Парнишка неуверенно взял вилку и наколол небольшой кусочек пирога, отправляя в рот и некоторое время пытаясь различить вкус. После чужой магии понять, сладкое или соленое он ел, было немного сложновато. Но, сосредоточившись лишь на этом кусочке пирога, он смог разобрать вкус вишни и кивнуть. Было вкусно. Даже очень. Различив в парнишке нотки удовольствия, Куинни улыбнулась и кивнула, смотря на Саламандера, который вкратце рассказал ей, за чем именно он застал этих двоих и почему сейчас Криденс был наказан. Осознав, что практически только этот милый парнишка, который стеснялся поднять на нее взгляд, убил мага, волшебница с легким страхом нахмурилась, но, поспешно убедив себя, что иного выбора не было и вообще, это была скорее вина Обскури, нежели парня, быстро пришла в себя. — Криденс, — тихо позвала волшебница, — расслабься, мы не сдадим тебя мракоборцам, тебе не стоит переживать. Парень поспешно поднял взгляд, удивляясь тому, как легко женщина прочитала его мысли, и едва кивнул. — Спасибо. Ощущая темную ауру, женщина попыталась проникнуть немного глубже поверхностных мыслей парня, четко осознавая, что в нем скрыто очень многое, и большая часть из этого была темная настолько, что можно было потеряться. Определенно, это принадлежало Обскури. Ощущать этот комок симбионта, который, будто паразит, жил в парне, было крайне любопытно. Он имел чувства, даже какой-то намек на разум, который пытался скрыть от парня, чтобы не сбивать его с мысли. Обскури не понимало многого, но было подвержено человеческим чувствам, оно могло обижаться, могло мстить и убивать. Последнее, увы, у него получалось слишком хорошо. — Криденс, а где ты сейчас живешь? — невинно спросила волшебница. — Мне не все рассказывают, — поспешно оправдалась она, — а я просто хочу знать, что у тебя есть хорошее место для жилья. Сестра говорила, где ты жил раньше… Парень ответил не сразу, сначала в нем взвилась некая гордость и удовольствие, видимо, то место, где он жил, ему нравилось, а это было хорошим признаком. — Я живу в квартире мистера Грейвза, — Криденс этого не скрывал, он гордился этим, лелеял это осознание, как маленькое животное, которое было ему очень дорого. Куинни почувствовала улыбку парня, ее трудно было увидеть на его лице, практически невозможно, но то удовольствие, которое коснулось его губ, женщина ощутила сразу же, улыбнувшись. Если Криденсу было хорошо жить в доме этого мужчины, значит, все было не так плохо. Она верила в то, что у каждого был свой дом, и главное было не какой он, а с кем. Парню было хорошо с Грейвзом. Как бы странно это ни звучало, но мальчик был похож на нее. У них были разные способности, они жили в разных мирах, но одна вещь была им знакома намного ближе, чем другим — они оба искали в людях только хорошее. Какими бы ужасными и бесчеловечными не были поступки других магов, они все равно продолжали искать свет. Куинни не могла найти добро в Персивале Грейвзе, а мальчик смог. Он настолько погрузился в ту тьму, в которой жил, что увидел свет в этом решительном и достаточно жестоком человеке. Может быть, она плохо знала Грейвза, а может быть, ее мнение о нем складывалось лишь со слов сестры, которая никогда особо не любила своего начальника, пусть и восхищалась им. Тогда как Криденс души не чаял в Грейвзе; этот мужчина был для него всем миром, и Куинни уважала этот выбор парня. — Тебе там хорошо? Уютно? — тихо спрашивала она, находя тот островок спокойствия в душе Криденса, который тот оберегал всеми возможными способами. Парнишка поднял взгляд, будто знал, что женщина была непрошеным гостем в его разуме, но, тем не менее, кивнул. Он не знал, что маги могли залезать в головы, он просто думал, что женщина очень хорошо его понимала. Лучше, чем ее сестра. — Я рада за тебя, — искренне ответила она, и мальчик весь воспрял духом, спокойнее выдыхая и успокаиваясь, начиная с аппетитом кушать под ласковым взором Куинни, которая улыбнулась и перевела взгляд на Саламандера. — Вы тоже поешьте, мистер Саламандер. Ньюту ничего не осталось, как присоединиться. Он не знал, сколько у него было времени до прихода Грейвза, но он был дико рад тому, что смог познакомить Куинни с Криденсом. Может быть так он сможет что-то понять в этих отношениях мальчика с директором МАКУСА. Но, как оказалось, времени у него было не так уж и много. Через пару минут послышался стук в дверь, и мужчина встал, бросая взгляд на парня, который тут же с надеждой посмотрел на дверь, дожидаясь своего хозяина. Это было настолько заметно, что понятно даже без чтения мыслей. На пороге во всей своей ужасающей красе стоял Персиваль Грейвз, только что избавившийся от трупа. Причем выглядел он так, будто сходил к кому-то в гости. — Криденс! — гаркнул Грейвз, отчего парнишка тут же вылетел из-за стола и радостно появился рядом с мужчиной, оставляя после себя черный дымок от Обскури, хватаясь за пальто Грейвза. — Надеюсь, вы его тут не обижали? — Мы его покормили, — Куинни прошла по коридору, и только Грейвз увидел женщину, как тут же попрощался и практически волоком потащил парня вниз. — Так что ты узнала? — Саламандер обернулся на Голдстейн, видя на лице женщины довольно много эмоций. — Многое.