Одна сотая доля секунды

      Взгляд Алека наполнен горечью, болью и едва уловимым вызовом. До тех пор, пока маг не подходит ближе.       В его глазах вспыхивает немой вопрос "Что ты творишь?". Магнус не смог бы ответить.       Он прижимает его ладонь к своему лицу, трётся, а перед глазами лицо Алека, прикрывшего глаза и подающегося к его ладони в коридоре лечебного крыла. Затем поворачивает голову и касается руки уже губами - вдоль большого пальца, по костяшкам, по тыльной стороне вдоль венок; затем целует запястье. Воздуха мало. Отчаяние пополам с виной заставляют его тело биться в лёгкой неконтролируемой дрожи. Возможно, Алек замечает это. Но молчит.       Когда Магнус осмеливается открыть глаза, охотник смотрит на него нечитаемым взглядом и просто ждёт, что ещё придёт в голову Верховного мага. Он не отстраняется, не поощряет. Не улыбается и не вздыхает в удовольствии, как бывало когда-то.       Он тянется другой рукой ниже, проходится по боку и животу Алека, на секунду прижимает ладонь к ширинке. Он не возбуждён ни капли. Сам Магнус едва ли мог бы возбудиться сейчас - когда так страшно, что оттолкнут, когда вина давит на плечи, принуждая опуститься на колени и вымаливать прощение. Это он и собирается сделать. Ему трудно даются слова сейчас, поэтому маг планирует заслужить расположение так, как умеет, не задумываясь даже, что унизит этим в первую очередь не себя, а Александра. Но стоит коленям согнуться, как его руки перехватывают и вздёргивают вверх, чтобы встал прямо и не делал глупостей. Магнус не в силах поднять глаз.       Он чувствует себя слабым. Беспомощным. Брошенным на обочину щенком.       Рывком тянется ближе и прижимается губами к шее нефилима и так и замирает, страшась мгновения, когда его всё же оттолкнут. Дышит шумно, вжимаясь лицом. А затем запястья освобождают, и Магнус тут же обхватывает Алека руками. Голова соскальзывает, так что лоб упирается в крепкое плечо.       Алек всё также недвижим. Руки опущены вдоль тела, спина напряжена, голова приподнята так, чтобы подбородок не касался макушки мага. Даже кончиков волос.       За стенами кабинета снуют охотники. За стенами Института разгорается война.       А Магнусу плевать на это, лишь бы Алек и дальше позволял стоять рядом и подпитываться его теплом. Потом Магнусу будет стыдно за это мгновение. Но он слишком изголодался по своей личной анестезии, чтобы отказаться от этого.       В какой-то момент Александр, выдохнув тяжело, поднимает руки и обнимает его в ответ. Одна ладонь ложится на затылок мага и поглаживает, другая - на середину спины, притягивая ближе. Пальцы Магнуса против воли сжимаются на куртке охотника в попытке удержаться, даже если его отшвырнут в сторону.       Алек не возражает, когда Бейн укладывается на его плечо щекой, кончиком носа касаясь шеи.       Рука с затылка спадает на плечи, согревая.       Магнус молится, чтобы это было прощением.