Одна сотая доля секунды

      Когда Алеку исполняется двадцать, чернильные завитки под ключицей складываются в имя. Маркус.       Алек боялся этого дня. Он боялся, что там будет пусто. Боялся, что проявится имя Джейса. Надеялся, что это будет Магнус. Напрасно, конечно же. Метки всегда связывают равных. Одинаковых.       Наутро, разглядывая имя незнакомца в зеркале, он ощущает пустоту и безразличие. Звонок отвлекает его. Магнус едва дожидается шести. Алек уверен, что он не спал всю ночь. Как и сам охотник.       Маркус Рихт. Берлин. Двадцать четыре года. Потерял невесту семь месяцев назад.       В папке на столе Алека лишь одна тонкая страница. Найти соулмейта оказывается до смешного просто. Алек пробегается взглядом по сухим строчкам личного дела. Фотографию Джейс «выронил» по дороге, и Алек лишь кивнул на это. Они не говорят о том, что информация о Рихте отправляется к Верховному магу Бруклина вместе с «потерянным» фото.       У Магнуса срочный вызов в Берлин. Алек целует его на прощание и говорит, что будет ждать к ужину.

***

      Ночью Алека скручивает болью. Невыносимой, выламывающей кости, рвущей нервы, давящей изнутри. Чернильные буквы плывут, смазываются, мешаясь с кровью, капающей на белые простыни.       Магнус курит у окна и запивает крики Алека четвёртым стаканом виски. Джейс сидит рядом и молча разделяет боль.       К трём часам ночи агония накрывает с головой – Алек, кажется, умоляет о смерти вслух – а затем отступает. Исчезает метка.       Магнус ласково ведёт ладонью по щеке, и Алек ловит его руку, заглядывая в глаза. На лице Магнуса боль и желание помочь, но ни капли сожаления.

***

      Берлинский Институт скорбит о потере одного из лучших охотников.

***

      Через год заключается первый в истории брак сумеречного охотника и мага.       Спустя ещё два года на пороге Института оказывается младенец. Магнус, впервые видя, как Алек берёт его на руки, задаёт немой вопрос. Охотник дарит ему улыбку.       В складках одеяла находится клочок бумаги с единственным словом – именем ребёнка. Губы Александра на мгновение теряют улыбку, но он быстро берёт себя в руки.       Малыш получает второе имя Марк. Но оно никогда не звучит в их доме.