Темный Дворецкий II

*** Наконец, ужин закончился, и мальчик вернулся в кресло у камина, все еще погруженный в глубокую задумчивость. Себастьян уже ломал голову, пытаясь понять, что же происходит с его маленьким подопечным. Но стоило ему подойти к графу, тот неожиданно напрягся, словно опасаясь удара, а спустя несколько секунд холодно произнес: — Я очень устал, Себастьян, хочу лечь сегодня пораньше. — Как прикажете, Господин, я немедленно приготовлю Вам ванну. — Покорно ответил демон и пошел на второй этаж, по пути размышляя, от чего так печален его подопечный. Спустя полчаса Себастьян уже проводил графа в ванную. Сиэль вел себя вроде бы как обычно — четкие холодные приказания, гордая осанка, прямой взгляд, но при этом во всем чувствовалась какая-то напряженность. Когда мальчик опустился в теплую воду и прикрыл глаза, демон решил заглянуть в его душу, в надежде хоть что-то прояснить. Глубокая, почти черная синева, испещренная серебристыми огоньками чувств и привязанностей, так сильно напоминала чистое ночное небо. Когда-то Себастьян бы залюбовался столь темной душой, как редчайшим деликатесом, но сейчас он замер, заметив самую яркую и крупную звездочку, ту, что принадлежала ему. С ней происходило нечто странное — серебристый свет то мерк, то вспыхивал вновь, словно огонек свечи на ветру. Михаэлис знал, что обычно вызывает подобное явление. Но с чего бы маленькому графу терзаться мучительными сомнениями? Этого демон понять не мог. — Себастьян? — неожиданно вернул его к реальности ледяной голос мальчика. Дворецкий взглянул на своего юного Лорда и сразу нахмурился, заметив, насколько напряжены его хрупкие острые плечи. — Простите, Господин, я слегка отвлекся… — улыбнувшись, поспешно извинился демон и вернулся к своей работе. Но произнося слова извинения, Михаэлис внутренне содрогнулся, ощутив новую волну боли в душе мальчика. С ним что-то происходило, и дальше молча смотреть на страдания юного графа, демон просто не мог. Обернув вымытого Сиэля огромным махровым полотенцем, Себастьян вынул его из ванны, вытер худенькие ноги, помог надеть домашние туфли и халат. Все это время граф хранил молчание и оставался очень напряженным. Проводив его в спальню, дворецкий переодел мальчика в ночную рубашку, застегнул маленькие пуговицы и, когда закончил, решил, наконец, спросить господина, что происходит в его душе. Но как только Михаэлис выпрямился и взглянул в побледневшее лицо графа, он встретил решительный взгляд синих глаз. Мальчик смотрел пристально, не моргая, и от его взгляда демону даже стало не по себе. На мгновение он замер в нерешительности, но Сиэль неожиданно заговорил первым, четко произнося каждое слово: — Если хочешь меня убить, то хватит притворяться верным дворецким. Я ведь все вижу и понимаю. Ты был ТАМ, и тебе напомнили, что пора взыскать с меня долг, ведь так? Себастьян опешил, а его глаза расширились от изумления. Такого он никак не ожидал услышать, но вспомнив все события, начиная с обеда, демон понял, что невольно напугал мальчика своим раздражением. Нужно было срочно исправить ситуацию, но сказать все как есть Себастьян не мог, а потому решил прибегнуть к древней хитрости. Если хочешь успешно солгать — скажи часть правды. — Господин, — как можно мягче произнес он, — Неужели Вы могли такое подумать? У Вас нет передо мной никакого долга. Я служу Вам только потому, что мне это нравится. А сегодня Вы просто неверно истолковали мое поведение. Себастьян поднял кресло и, поставив его рядом с кроватью, сел напротив мальчика. — Меня немного огорчило Ваше недоверие, когда я хотел вылечить Вас, перед обедом, — снова заговорил он, — А потом я все время только и слышал об этом инспекторе. Признаюсь, я разозлился. Ведь Вы так часто вспоминаете, что он спас Вам жизнь, в то время как я делаю это постоянно, но не заслужил даже доверия. А ведь демонам тоже может быть очень обидно. — Обидно? — нервно усмехнувшись, переспросил Сиэль. — А разве дело демонов не губить человеческие души? Так, как ты сгубил мою. Я проклят, и даже если ты не поглотишь мою душу, она все равно окажется в вашем отделе Возмездия, где ее будут вечно терзать, как и душу Марии. Но в отличие от нее у меня нет надежды на спасение. Мальчик закрыл глаза, словно бы очень устал. — А теперь уходи. — Выдержав паузу, тихо произнес он. Себастьян тяжело вздохнул. Видеть, как страдает его маленький Лорд, было очень тяжело, а еще хуже, то, что демон чувствовал боль принадлежащей ему души. Нет, она не передавалась напрямую, но степень страданий ощущалась очень отчетливо. Себастьяну захотелось немедленно прекратить эту пытку, избавить маленького графа от постоянного ожидания своей жуткой участи. Но как это сделать, чтоб не причинить еще большую боль? — Вы ошибаетесь, Господин… — наконец, решившись, успокаивающе проговорил он, — Разве вы не помните, что однажды я обещал всегда быть рядом с Вами? И даже спуститься в ад, если это понадобится. Только Вам нечего там делать. Михаэлис ободряюще улыбнулся своему господину, который вновь поднял на него взгляд, но на этот раз в синих глазах отразилось удивление. — Если Вы доверитесь мне, — продолжил демон, — Я заберу вашу душу после смерти в место, где вы будите ощущать себя так же, как и в мире людей. Жить в собственном поместье, вернее в его точной копии. И никто никогда не причинит Вам боль, а я всегда буду рядом. Только, пожалуйста, перестаньте думать, что я хочу Вас убить. — Это правда? — уже вновь серьезно глядя в глаза демона, спросил граф. — Да — Коротко ответил Себастьян. — И кем я там буду? — голос Сиэля слегка дрогнул. — Моим гостем. — Спокойно произнес демон, и тотчас добавил, — Но для Вас я всегда останусь верным дворецким. Граф моргнул, но все же сохранил самообладание и спросил: — И много там у тебя таких «гостей»? — Нет. — С улыбкой ответил демон. — У меня пока живут только кошки и старик-слуга — бывший самоубийца. Сиэль снова моргнул, затем еще, и еще. Себастьян заметил, что тело мальчика бьет нервная дрожь, а на длинных ресницах поблескивают слезинки. — Господин, я думаю, мне стоит принести Вам горячего чая, — произнес демон и, быстро поднялся с кресла. Сейчас юного графа нужно было хотя бы ненадолго оставить одного, а в чай дворецкий собирался добавить сбор успокаивающих трав. Вернувшись, спустя десять минут, Себастьян деликатно постучал в дверь. — Да. Входи. — Донесся из спальни спокойный голос мальчика. Демон вошел в комнату и увидел, что Сиэль уже полулежит на кровати, прикрыв ноги одеялом. На его лице не было ни слезинки, лишь слегка покрасневшие глаза выдавали проявленную слабость. При взгляде на своего маленького Лорда Себастьян подумал, что мало кто из взрослых людей владеет таким самообладанием, как этот хрупкий четырнадцатилетний подросток. — Вот, Господин, выпейте это, пожалуйста. — Дворецкий протянул графу чашку с успокаивающим отваром. Сиэль взял ее обеими руками и поднес ко рту. — Я уже много раз говорил, что никогда не причиню Вам вреда. — Вновь опустившись в кресло, мягко произнес Себастьян. Побледневшие губы мальчика тронула едва заметная улыбка. — Но разве можно целиком доверять демону? — С вызовом взглянув на своего дворецкого, не громко спросил он. — Нет. — Серьезно ответил Себастьян. — Но, мы — демоны крайне эгоистичные существа. Мы никогда не отказываемся от того, что имеет для нас настоящую ценность. А Вы очень дороги мне, Господин. Михаэлис смело встретил испытующий взгляд мальчика, и тепло ему улыбнулся, отлично осознавая, что впервые фактически озвучил свои чувства к этому ребенку. Не позволительная слабость для демона, но сейчас это показалось ему необходимым. И Себастьян не ошибся, сразу после этих слов он почувствовал, что душа юного графа успокоилась. Сиэль расслабленно откинулся на мягкую подушку. — Скажи, Себастьян, а там — в ванной ты просто смотрел мою душу? — Задумчиво спросил он, — Зачем? — Я пытался понять, что Вас беспокоит. — Мягко ответил дворецкий и, поднявшись с кресла, укрыл мальчика одеялом. — А за обедом ты разглядывал душу Марии? — Все с той же интонацией продолжил граф, — И что ты увидел? — Я заметил, что мадам расстроилась, услышав о своем погибшем возлюбленном, и решил проверить ее состояние, что бы вовремя приготовить успокоительное, если это понадобиться. — Ничуть не смутившись, соврал Себастьян. Ведь тогда его волновало светлое воспоминание о надоедливом инспекторе, звездочка которого вспыхнула от слов графа с новой силой. — Но Мария не такая как я. У нее еще есть надежда? — Уже с трудом борясь со сном, тихо спросил Сиэль. — Да, Господин, ее душа очень сильна. — Неохотно подтвердил демон. — Хорошо… — окончательно успокоившись, пробормотал мальчик и закрыл глаза. А спустя пару минут он уже крепко спал, неловко уронив голову набок. Себастьян снисходительно улыбнулся и, прищурившись, заглянул в душу своего подопечного. Все светлые звездочки горели ровным серебреным светом на иссиня-черном фоне, а самая крупная вспыхнула теперь еще ярче, чем прежде. Дворецкий наклонился и осторожно, чтобы не нарушить сон, подвинул подушку графа, так чтоб ему было более удобно. Затем протянул руку и, едва касаясь серебристо-черных волос, деликатно погладил мальчика по голове. Глава рода Фантомхайв никогда не узнает об этой маленькой слабости бесстрастного демона, впрочем, как и никто другой. Себастьян бесшумно поставил кресло на место и взял с прикроватного столика высокий серебряный подсвечник. Теперь можно было смело оставить спящего ребенка одного, ведь демон точно знал, что до самого утра его маленькому Лорду будут сниться лишь самые приятные сны.