It was just a dream...

*** Утро у обеих сторон тянулось, словно бесконечность. Каждое передвижение сопровождалось странной и жуткой мыслью о встрече и предстоящем разговоре. Нервозность так и витала в воздухе. Девушки уже с 8 утра маячили по комнате в гостинице, парни же почти ночь не спали, поэтому это было сложно объяснить, во сколько они начали свои передвижения. Каждая их подруг попеременно приняли душ, не спеша, перебирая мысли под струями теплой воды. Они решили надеть на свой страх и риск то же самое, что и было на них вчера, только ботики поменять на удобные кроссовки. Вот и все, все готово. Машина ждала у подъезда. До места встречи минут 25-30, если не попасть в пробку. Но к их великому счастью, девушки прибыли в 11.55. Они зашли в шикарный ресторан и немного притормозили. Богатая, но простая обстановка вгоняла их в еще больший стресс, понимая, насколько все тут может влететь им в копеечку. Через минуту появился Минхо и помахал рукой, чтобы подруги подошли к нему. Они переглянулись и пошли. Волнение все больше накатывало, когда подруги проходили по коридору. — Мы идем в отдельную комнату, чтобы нас никто не слышал и не беспокоил, — глухо сказал Минхо. Его голос выражал полную сосредоточенность и серьезность. — Ну вот, мы пришли. Он открыл дверь, пропуская Юлю и Иру вперед. Они зашли в отдельное маленькое светлое помещение, обставленное по минимуму: светлый диван, вешалки для вещей, маленький кофейный столик и большое зеркало в пол. Больше ничего. — А где все остальные? — неуверенно произнесла Юля. Было видно, что Ира уже выпускает остатки духа. — Все в соседнем помещении, — парень кивком указал на дверь у правой стены, которая так хорошо сливалась с ней. — Идемте. Девушки кивнули и последовали за Минхо. «Господи, как же от тебя хорошо пахнет одеколоном», — подумала Ира и на секунду закрыла глаза, чуть не наткнувшись на широкую спину. — Наши дамы пришли, прошу любить и жаловать, — сострил парень и сел на диван. — Присаживайтесь. Они послушно кивнули, и каждая села рядом со «своим» человеком: Юля с Джонгом, Ира с Минхо. Размещение на U-образном диване было таково: рыжеволосая девушка, Минхо, Ки, Тэмин, Джонгхен и брюнетка. Ира и Юля, получилось, что сидели напротив друг друга. Онью не было, так как он разгребал дела со стаффом. Они медленно присели, при этом, не забыв поздороваться. Остальные тоже поздоровались в ответ и замолчали. Каждый был загружен какой-то своей мыслью. Было сложно начать беседу. Но это, как говориться, — «Испытание на прочность». Но через 5 минут гробового молчанья раздался стук в дверь, и зашли официанты, извинились, поклонились, поставив на стол семь чашек чая, чайник с заваркой и кое-какие сладости, чтобы хоть как-то скрасить напряженную атмосферу. И еще последующие 10 минут в комнатке слышались глотки и жевание. Девушки только медленно пили чай и оттягивали наступающее представление. Первым не выдержал мега спокойный Джонг. — Я могу задать вопрос? — его голос пополз вверх от нездоровой злости, поднимающейся откуда-то из недр зацепленного самолюбия и гордости. Девушки оторвались от своих кружек и поставили их на стол. — Отлично, значит, могу, — он медленно выдохнул и начал. — Что это вчера было? Что за такое появление? — Джонг, что я тебе вчера говорил… — начал Ки, но тот его прервал, подняв руку. — Не мешай, сам разберусь, — он не обращал внимания на возмущения Ки, и продолжал говорить то, что думал. — Вот почему вы нам ничего не сказали? Почему? — Да, почему, почему? — не вытерпел Минхо, и перековеркал слова хена. — Даже никак не намекнули на то, что вы вообще будите тут. Девушки молчали, опустив головы, прикрывая лица волосами. Они не чувствовали своей вины, ведь они и так не были виноваты. Но отчего-то им было стыдно. За то, что их отчитывали как маленьких провинившихся девочек, которые разорвали последние папины штаны. Но у каждой девушки просыпались абсолютно разные чувства. Пока Минхо говорил, что они зря только им не сказали о прилете, пришли в странном виде и игнорировали приветствие Тэмина, подруги молчали, впитывая каждое бранное слова в их адрес. — Да почему вы все молчите, ответьте хоть на что-нибудь… — Минхо был резок и неосторожен в своих словах. Снова молчанье. — Гррр… Вы что, пару слов даже связать не можете? — взгляд парня давил на Иру, от этого она еще больше вжималась в себя и все гуще краснела. — Я не хотел сильно давить на вас, но я по-другому уже не могу. Вы поступили неправильно. Вы ничего не сказали нам, еще раз повторюсь, вы появились в слишком откровенном наряде, показав публике… простите, вашу грудь. А вы знаете, что попали в кадр людей, снимающих концерт. Это так ужасно. Мне нечего говорить, мне это тяжело делать. Меня просто злость душит. — О-о-ой…. — щепотом произнесла Ира. Она уже была на грани, чтобы расплакаться. — Ира, держись, я прошу тебя, пожалуйста, — утешающе сказала вдруг Юля на русском. — Потерпи немного, и мы скоро уйдем. Минхо уже ничего не хотелось говорить, и тут поехал Джонгхен. — ОТВЕЧАЙТЕ!!! ГОВОРИТЕ!!! — его вмиг прорвало. В этот момент он был похож на животное. Его глаза горели ужасной злостью. Но и Ира уже тоже не выдержала. Для нее эти 20 минут таких «тяжелых» слов, оказались непереносимыми. Она издала всхлип и зарыдала в полную силу, не стесняясь своих слез. Девушка резко вскочила с места, и выбежала в то маленькое помещение, в которое они зашли еще 40 минут назад. Дверь громко захлопнулась, и Минхо будто окатило холодной водой. Он быстро и отрывисто задышал, глаза лихорадочно блуждали по комнате. — Я… я сейчас приду, — голос парня дрожал. Он поднялся, и на ватных ногах вышел из комнаты. Юля же вообще все это время не шевелилась, и тупо смотрела на свои коленки. Но слезы уже медленно катились по ее щекам. Затылком чувствовалось, что Джонга распирало от подкатывающей ярости. — Ну, вот ты хоть не расплачься, а то устроила тут твоя подруга, — резко начал парень. — Мы спросили самые стандартные вещи, а вы бедлам устроили. А тут и Юля не выдержала. Она вскочила с места и ударила ладонями по столу, что даже тарелки с кружками подпрыгнули. — Что она устроила… Да что она такое устроила? — кричала брюнетка. — Да вы хоть с Минхо вообще понимаете, что только что сейчас наговорили? Что вы сейчас сделали? Да как вообще после этого можно не заплакать? Да ни одна девушка подобное не выдержит!!! Черт, Джонгхен. Почему так? Ну, вот почему ты так резок? Объясни мне. Мы ничего такого не делали, мы лишь сюда прилетели и пришли на ваш концерт… — Я… — начал парень… — Да что я, что я… Это все твое оправдание? — Раз сюрприз решили сделать, так почему вот такой? А? Решили сразу всем японцам подарок сделать? — парень уже стоял напротив девушки и пыхтел, как паровоз. — Да что ты такое несешь? И вообще… Мы здесь не по своей прихоти. Наш ректор отправил нас в Японию, чтобы забрать из Токийского университета важные бумаги и привезти обратно. А потом еще дал нам день, чтобы погулять и проветрится. — Так что же вас понесло на наш концерт? — Во-первых, нас не понесло, а мы захотели пойти, и вы наши кумиры, как бы смешно, странно и так далее это не звучало. Во-вторых, мы забронировали билеты еще в начале сентября, когда еще не начинали так общаться. И, в-третьих, самое главное, — девушка глубоко вздохнула, пытаясь как-то остыть, но ничего не происходило. — ВЫ НАМ ПАРНИ ЧТО ЛИ??? ЧТОБЫ НАС ТАК ОТЧИТЫВАТЬ И ТАК РУГАТЬ, ИЛИ МЫ МЕГА СУПЕР ДРУЗЬЯ ИЛИ РОДСТВЕННИКИ??? НЕТ, НЕТ И НЕТ!!! НИ ОДИН ПУНКТ ИЗ ЭТОГО. ТЫ САМ ПОЙМЕШЬ, ИЛИ МНЕ ОБЪЯСНИТЬ??? А Я МОГУ… Девушка почти задыхалась от слез и ярости, подкатившие так внезапно. «Я не могу остановить слезы, не получается. Джонгхен, почему ты так с нами? Почему ты так со мной? Ведь мы ничего плохого не сделали. Я думала, что твой характер будет хоть немного легче и проще. А оказалось, что… Не хочу я так, пора все сворачивать… А так ведь ничего и не начиналось. Он только сеет вокруг меня пелену из стресса. А на выходных… Сначала такой грубый и невежливый, а потом милый и ласковый. И сейчас снова. Такое ощущение, что он постоянно ищет того, на кого покричать и выплеснуть свой негатив. Хотя в этом плане я не лучше. Но орать на плохо знакомого человека, тем более на девушку. А Ки и Тэмин все слушают это и анализируют. И в конечном итоге сделают вывод, что с нами пора все заканчивать. А я этого не хочу, и никогда не буду хотеть. Такого больше не будет. Один шанс на миллион», — Юля тяжело дышала, ее трясло, голова кружилась от долгих рыданий и внезапного и сильного стресса. Она сделала шаг навстречу Джонгхену, и оказалась прямо напротив него, дыша ему в подбородок. Он опустил взгляд, и они посмотрели друг другу в глаза. — Если ты скажешь, что мне нужно уйти, я уйду, и больше тебе никогда не попадусь на глаза. Звонить и писать так же больше никогда не буду. Все будет перечеркнуто, — девушка говорила шепотом. И причем на японском. Ее голос заметно дрожал, губы содрогались от каждого произнесенного слова. Она встала на цыпочки, и говорила это прямо ему в губы. Слезы все катились и катились. Ей уже было все равно. Ярость постепенно отходила, а на замену приходило какое-то странное спокойствие и умиротворение. — Я это все сделаю, только скажи, да или нет. Только не молчи. И кричать тоже не надо. Но парень молчал и смотрел девушке в ее заплаканные серо-зеленые глаза, которые таили в себе совсем не то, что она могла спокойно с этим распрощаться, а скорее наоборот. В них была надежда, надежда на то, чтобы он ответил нет. Хотя и брюнетка произносила то, что думала, но все же не хотела с этим соглашаться. — Нет, — наконец-таки ответил Джонг. Прошептал… — Не хочу, чтобы ты уходила. Не надо, прошу тебя. Девушка несколько раз кивнула и села на место Иры, которая все еще не появилась. Волосы закрывали ее лицо. Она снова плакала. «Да сколько уже можно? Голова же сейчас лопнет. Ты хоть думаешь своей головой хоть немного?» — она мысленно себя карала за эту несусветную чушь, которую несла некоторое время назад. — Все, хватит, мы уже все вдоволь насмотрелись этого цирка, пока заканчивать, — внезапно сказал Ки, и подвинулся к Юле. — Эй, давай, потихоньку успокаивайся. Я знаю, тебе больно было это все слышать, но, пожалуйста, успокаивайся. Девушка кивнула и шмыгнула носом. Ей не хотелось ничего говорить, потому что, скорее всего, ее голос был похож на голос умирающего тюленя, да еще и с полным носом соплей. — Так, повернись ко мне, — тихо сказал Ки, подавая салфетку, — вытри слезы, высморкайся. Такое смешное слово, высморкайся, правда. Юля улыбнулась своим пальцам, сомкнутых в замок. Она взяла салфетку из рук Ки, и издала самый неприличный звук, который она вообще могла произнести при парнях. — О-о-о-о… Одной салфеткой тут явно не обойдешься, — протянул Дива, и подал девушке коробку с салфетками. — Сморкайся на здоровье. — Спасибо, — наконец-то произнесла Юля, уныло улыбнувшись. — Ну, вот, уже намного лучше. Голос подаешь. — Я не собака. — Эм-м-м… Прости, не хотел, — сказал Ки и мягко улыбнулся. Последующие 10 минут Юля приводила свое лицо в порядок. Голова уже была пустая. Ей ничего не хотелось. Нужно было скорее смыться оттуда, но тело вообще не слушалось мозга. Да и слова Ки каким-то образом приклеили ее к диванчику. — Спасибо, Ки-оппа, — еле слышно произнесла брюнетка и улыбнулась ему. — А ты знаешь, что у тебя очень красивая улыбка? — сказал Ки. Всем видом он показывал, что ему просто необходимо было успокоить расстроившуюся девушку. — Я меня голова болит, хочется прилечь, — произнесла Юля и скорчила рожицу боли. — Ложись мне лучше на колени. — Угу, — девушка легла ему на колени. Она вытянулась во весь рост, ее ноги торчали на краю диванчика, так что ботинки не пачкали кожаной обивки. — Спасибо, Ки-оппа, спасибо. — Просто лежи спокойно, и не думай ни о чем, — он убрал волосы с ее лица и начал одной рукой гладить по голове, другой же гладить по руке. Его руки были такими мягкими и теплыми, что Юле не хотелось вообще шевелиться. Тепло медленно разливалось по всему телу вместе со спокойствием. Ки было от этого только приятно, он хоть как-то к ней прикоснется. Парень начал по-дурацки улыбаться. Конечно, почему бы не улыбнуться. Он ведь успокоил недавно орущую девушку. Такого представления он вообще не ожидал. Просто себе и представить не мог, что так можно кричать. «Перекричать самого Джонгхена!!! Это искусство», — подумал Ки, гладя по руке и голове изрядно уставшую девушку. Джонг сидел на своем месте, низко наклонив голову. Глаза щипало от подступивших слез, — «Зачем я только начал этот разговор. Я так нетактичен, так груб и невежлив. Правильно, что на меня вчера кричал Ки, и говорил, что так не надо себя вести, нужно было думать. Но, а я что, я как всегда. И вот — результат налицо. Я наверняка не смогу оправдаться перед ней. Она так кричала, я видел такую боль в ее глазах. И вот почему я ей позволил себя так доводить? А хотя мог бы просто прижать к себе, успокоить, почувствовать ее тепло. Черт, Джонг, ты самый настоящий идиот, который ничему так и не научился. Это тебе точно должно послужить уроком.» Через минуту открылась дверь, и вошли Минхо и Ира. Девушка была явно не в себе. А из парня будто весь дух вышибло. *** Некоторое время назад: — Я… я сейчас приду, — голос парня дрожал. Он поднялся и на ватных ногах вышел из комнаты. Минхо закрыл за собой дверь, и сполз по ней, не отрывая взгляда от рыдающей на диване Иры. — Юи, прости…. Прости, я, правда, не хотел. Я… — парень тяжело вздохнул, встал и подошел к ней, присев на корточки. — Посмотри на меня. Он протянул руку и коснулся ее волос. Ира одернула ее, продолжая лить слезы. — Ну, хоть слово скажи мне… — Да что тебе говорить? Нудеть на ухо что ли? Поэтому я и ушла, чтобы не мешать и больше не слушать этих оскорблений, — Ира снова заплакала, вытирая слезы платком. «Да как у него вообще язык повернулся говорить такое? Я ему что, жена что ли? Которая неделю дома не ночевала и приперлась, причем пьяная и полуголая. Он вообще не имеет права говорить это. Вздумал такую ересь сморозить.» — Прости меня, пожалуйста. Я просто был так зол, что ты не предупредила меня. Да и еще этот наряд … — Минхо сел на пол. — Да и еще этот Тэмин. Черт. Вот почему все так сложно? — Это ты сам себе сложности приклеиваешь, а хотя все намного проще. Перевернул все так, словно я твоя собственность. Будто я ушла без просу, шлялась где-то неделю и приперлась под утро. — Я не это… — А такое ощущение, что это, — она будто обращалась не к Минхо, а к пространству, лишь бы не встречаться глазами. А парень искал встречи с ее взглядом, чтобы понять, что все-таки в них творится. — Минхо, я не хочу говорить об этом. Ты не представляешь, как мне было больно это слышать. Ладно, там, Джонгхен, он может наговорить лишнего сгоряча, но ты. Ты же всегда такой внимательный и… Она снова заплакала, вспоминая прошедшее. «Зачем? Зачем? Ну, вот кто тебя просил? Минхо…. Нужно ведь думать перед тем, как нести какую-нибудь ерунду. А ты же… Просто слепил всю эту чушь из воздуха. Раздуть проблему до такой степени, что просто в голове не укладывается. Я не хочу на тебя смотреть, тошно становится. Пытаешься загладить вину… Думаешь, получится? Это вряд ли. Мы не настолько хорошо знакомы, чтобы так досконально знать друг друга.» — Юи, не надо, не надо так плакать. У меня сердце разрывается. Мне больно на это смотреть. — А, думаешь, у меня не разрывается? Мне так плохо сейчас. Не хочу с тобой разговаривать, уходи, — проговорила девушка сквозь всхлипы. Но парень молчал и пытался все заглянуть в ее глаза. — Уходи обратно, умоляю. Мне нужно побыть одной, мне сейчас никто не нужен и ничего. Ни твоя жалось, ни твое извини и прости, мне так жаль. Мне тоже жаль, что ты не понял, что нельзя так с девушками. Не говори гоп, пока не перепрыгнешь. — Меня возмутило не твое присутствие, а твоя одежда, — начал очередную попытку Минхо. — А что моя одежда? Что она? — она все-таки посмотрела на него. В ее глазах горел гнев, который все больше разгорался по мере произнесения слов. — Я свободная девушка, я вольна в своих действиях и поступках. И мне никто не указ, что мне делать, что и когда одевать по тому или иному случаю. Мои мысли — это мои мысли. Мои чувства — это мои чувства. Я — это я. И больше ничего не существует. Меня не изменить. И как захочу, так и буду одеваться, как захочу, так и буду вести себя в разных ситуациях, как захочу, так и сделаю… И никто мне не указ. А вот если случается подобное, вот как сейчас, то я веду себя так, как умею и могу. Теперь все ясно? Я подробно все истолковала? — Ну что мне еще сказать и сделать, чтобы ты меня простила? Я не знаю уже, как себя вести, ты меня в заблуждение ввела. В голове уже все перемешалось. Каждый волен думать и делать, как хочет. Да, я понимаю. Наговорил лишнего. Но Джонгхен больше на тебя надавил. — Меня он не интересует. Мне от твоих слов больно стало, понимаешь? — голос у девушки уже был не как у расстроенного человека, а как у того, которому уже далеко до лампочки, что там ему говорят. — Ты не представляешь, как мне сейчас обидно. Тебя же там злость душила. Как же мы так в этом всем появились, не спросив у вас. Какие мы плохие. Все, разговор окончен, больше не могу так. Мне это все надоело, я ухожу. Ира резко встала и обошла сидящего на полу Минхо. Она уже шла за курткой, когда парень схватил ее за руку и прижал к себе. — Не надо, не уходи. Нам от этого легче не станет. Я не хочу ломать все на корню. Мы не заслуживаем этого. Дров каждый может наломать. И я вот не исключение из правил. Все бывает, — Минхо говорил это спокойным умиротворяющим голосом, при этом поглаживая девушку по спине и голове. От него пахло приятным парфюмом. У Иры аж голова еще больше закружилась. — Пойдем обратно. Ты успокоишься, посидишь. Мы все поразмыслим над произошедшим, и все наладим. Все будет хорошо. Идем. Он ее легонько подоткнул к двери, но девушка и не думала сопротивляться. Она на ватных ногах пошла в соседнюю комнату. Минхо открыл дверь немного трясущейся рукой и пропустил вперед Иру. Голова и глаза болели от слез, лицо все горело. Вся комната вертелась. Взгляд почти ни на чем не фокусировался. Ей было далеко все равно… что тут, как, зачем и так далее… Все отошло на задний план. Но и в то же время пришло спокойствие и умиротворение. Минхо же было немного лучше, но лишь немного. В висках шумело, сердце так сильно билось, что казалось, будто его стук слышат все без исключения. Дыхание было неровным и прерывистым. Голова была совершенно пуста. Он перестал понимать сути происходящего. Рыжеволосая девушка попыталась сфокусировать свой взгляд на присутствующих: Джонге, сидящем на диване и низко опустившим голову, Тэмине, с тревогой смотревшим на нее, Ки, укачивающим Юлю, да и саму подругу, которая крепко вцепилась в Диву. — Можно мне присесть? — сухо произнесла Ира, не узнавая своего голоса. — Джонг, встань, пускай она пройдет ко мне, — вдруг сказал Тэмин, и встал с места. Парень кивнул, встал, так и не поднимая головы. Его челка закрывала ему глаза. Нельзя было ничего увидеть. Ира дошла до Тэмина, плюхнулась на диван и села как крючок. — Ты не очень хорошо выглядишь. Приляг, и поспи, — произнес Тэмин бархатным голосом и улыбнулся своей детской улыбкой, — можешь на меня опереться. Ира медленно повернулась к нему, кивнула и легла на плечо. Ну как легла… Так как у нее совсем не осталось сил, девушка просто завалилась на Тэмина, а тот ее прижал к себе. От него веяло спокойствием и уравновешенностью. — Спасибо, Тэмин-оппа, мне так хорошо. Я полежу немного. Просто сейчас себя не очень хорошо чувствую, — еле проговорила девушка, на остатках сил и разума. — Конечно. Отдыхай сколько угодно, — ответил Тэмин. Он был счастлив, что может ее обнять и при-жать к себе. Но в то же время его щемила злобная аура Минхо, распространяющаяся по всей комнате. Хотя и Джонг сеял свое зло не меньше. В целом дальнейшая атмосферы была спокойна: никто ничего не говорил, все были спокойны, словно удавы. Ки все так же возился с Юлей, точнее сказать нежился с ней. А вот Ира через 5 минут увидела свой первый сон в объятиях Тэмина. Ну, а Минхо и Джонгхен нервно кусали локти и грузили себя самыми странными мыслями. Было уже около 5 вечера, когда Юля посмотрела на свои наручные часы. — Ох, черт, уже почти 5… нам пора, у нас самолет в 20.00. Надо Юи будить, а то она так и до утра может, — промямлила девушка, медленно поднимаясь с дивана. Она добралась до подруги и начала ее будить шепотом на ухо: — Ираааа…. Доронинааааа…. Женщииинаааа…. Пора вставать. Уже 5 вечера. Если ты помнишь, у нас сегодня самолет в 8, то есть через 3 часа. А нам же еще надо за сумками заехать. Поднимайся, с тобой я церемониться не буду, как пну, будешь хороша…. — Ум-м-м-м…. Сейчас, только штаны надену, — сонно промямлила Ира… — Штаны — это хорошо, но ты одета, причем полностью, — сквозь смех проговорила Юля. Настроение почти нормализовалось, так как она все-таки немного вздремнула. — Э-э-э-э??? Да? Через 3 часа что ли самолет? — с недоумением произнесла рыжеволосая девушка. — Ну, слава богу. Поднимайся, нам уже пора. — Да, да, встаю… Она кое-как вылезла из объятий Тэмина, который сам только что «продрал» глаза, и направилась к двери, следом пошла Юля: — Вы хоть проводите нас до соседней двери или все так же будите стоять и не дышать? — произнесла девушка и скрылась в соседней комнате. — Вот же… Я ее когда-нибудь… Агррр…. — кипел Джонг. — Да, Джонгхен, то самое. Только место подходящее подбери. Общагу мы тебе не дадим. А то все раз-несешь там, — сострил Ки. — Эй, ты о чем думаешь? — скосил гримасу Джонг. — Я же не… Ох, черт. Ну как так можно… — Так что я прав, — не унимался Ки, — Минхо, ты тоже об этом подумай. На досуге. — Ой, Ки… Это уж я как-нибудь сам, хорошо? — Без проблем, — поднял руки вверх Дива. Девушки уже полностью собрались, когда парни только вышли из соседнего помещения. Они уже что-то бурно обсуждали и даже пытались шутить. — Ну, что, пора прощаться…. — начала Юля. — Ненадолго, — вставил Тэмин. — Я надеюсь, — она мягко улыбнулась. Потом вздохнула и продолжила. — Я молю на дальнейшие встречи с вами. И то, что произошло сегодня здесь, так и должно остаться здесь, никому из нас такие хвосты не нужны. Я думаю, что каждый понял ту или иную ошибку, и извлечет из этого урок. Все дружно закивали. — Ну, а теперь пора нам уходить. Спасибо за вчерашний концерт, он был великолепен, как и все остальные. Вы молодцы, продолжайте работать, — сказала Юля и повернулась к двери. — Ссем пока. Спасибо, Ки. Юи, пойдем. — Ага. Спасибо вам, пока, — это единственное, что она смогла из себя выдавить.