It was just a dream...

*** 6.30. В то время как у Джонгхена еще даже не начинала ночь, у остальных постепенно наступало утро. Первым по будильнику проснулся Ки, так как у него было личное расписание, и ему нужно было ехать на запись программы. Парень выключил будильник, который орал на всю комнату, заставляя браться за голову. Как только он оторвал голову от подушки, почувствовал дикую пульсацию в висках. — Вот же…. Я вам сейчас устрою. Это все из-за вас. А ведь предупреждал, — бубнил Дива, пока застилал постель. — Как только я вас увижу, вмиг превратитесь в порошок, в конфетти или мишуру. В это же время сонный и до ужаса милый Тэмин поднял голову и посмотрел на обозленного хена. Его прическа была похожа на взрыв на макаронной фабрике, причем правая сторона слежалась и стояла, как буек в море, левая же сторона просто прилипла к лицу. Он мягко улыбался, и его светлая и в то же время мощная энергия просто разливалась всюду, попадая в каждый уголочек комнаты. Это было не только потому, что солнце только всходило и начинало светить в окно и радовать, а еще потому, что он сегодня обязательно увидит двух прекрасных девушек, которые обязательно одарят его ослепительной и чистой улыбкой. Но больше всего он все-таки ждал улыбку от Иры. Она такая же яркая, как и утреннее солнце, которое только-только всходит и еще не обжигает. Когда он ее видел, у него на мгновенье замирало сердце, и появлялась надежда на то, что кроме него, она никому не улыбалась. Но…. Все было далеко не так. У нее уже был Минхо… Он сильный и решительный парен, который пойдет на все, чтобы выиграть. Но в данной ситуации он сдавал позиции, и у Тэмина автоматически появился шанс на что-то существенное. Он отогнал мысли и посмотрел на Ки. — Хен, почему ты так рано встал? — его голос был негромким и очень нежным, словно подснежник, который выглядывал из-под снега. Парень улыбался, не смотря на то, что Дива вот-вот взорвется. Его немного веселила эта ситуация. Он сел на кровать и начал разминать шею, потирая ладонью. Он улыбался, словно маленький щеночек, которого хвалят и всячески ублажают. — Мне нужно привести себя в порядок и отдубасить этих двух идиотов за то, что лишили меня спокойного сна, — парень был похож на бешеного сурка, который не находил места из-за того, что ему не дали кусочка лакомства. Он нервно собрал вещи и вышел из комнаты. Тэмин скосил странную рожицу, будто съел полную банку горчицы и хрена залпом. Ему было смешно. Не только от того, что хен выглядел забавно, когда злился, а потому, что таким образом он дарил заряд бодрости окружающим. Тэмин кое-как поднялся, застелил постель. Когда он переоделся и посмотрел на отражение в зеркале, его охватила истерика. Но не от того, что все было плохо, а от того, как он выглядел. Волосы аля «мельница-вертушка», на правой стороне четко отпечаталось кольцо, которое он не снимал, даже когда ложился спать. След был четкий, словно татуировка, и прямо на самом видном месте на щеке. Красивая красная вмятина обрамляла участок кожи, и придавало значение «брутальности». Левая же сторона выглядела немного странновато. Она была покрыта какой-то прозрачной пленкой. Тэмин прикоснулся к лицу и засмеялся. Потом он вспомнил, что ему снился сладкий сон и у него текли слюни как из водопада. Потом он внимательно всмотрелся в глаза. Если бы не тонны «козявок», то они бы без проблем открылись. Но так как так их было много, глаза без посторонней помощи не открывались. Парень похлопал ладонью по лицу и пошел умываться. *** Тем временем в другой спальне. Минхо тоже завел будильник на 6.30, чтобы сходить на тренировку, так как утреннего расписания у него не намечалось. Медленно открыв глаза, он сразу же сфокусировал взгляд на противоположной кровати. К счастью или сожалею, там никого не было. Парень лениво похлопал глазами и потер руками лицо. Медленно приняв сидячее положение, он постепенно начал вспоминать ночные сны, которых было еще, помимо тех двух, около 5-ти или 6-ти. Парень протяжно застонал от безысходности. Ему даже и думать о том, чтобы думать о той ситуации не хотелось, не то, чтобы вспоминать и снова перебирать в голове. Мозг подавал нервные импульсы телу, что бы тот встал и отправился размять затекшее тело. Парень закатил глаза самому себе и поднялся с помятой кровати. Подойдя к шкафу с зеркалом и посмотрев на чудовище, которое отражалось в данный момент, Минхо просто открыл рот и еще долго рассматривал лицо. А оно выглядело следующим образом: опухшие красные глаза как у вампира, откуда ни возьмись кровоподтек на нижней губе. Лицо полностью опухло, и было похоже на воздушный шар в прямом смысле слова. Глаза настолько опухли, что почти не открывались и были похожи на щелки, но все же можно было разглядеть, что они красные. Прическа было похожа на катастрофу: будто по голове прошелся ураган, потом волосы пропылесосили, далее головой поводили по пыльной комнате, намочили и просушили, и сушили волосы головой вниз и тем же самым ураганом. Лицо было не менее мятое: на левой щеке отпечатался металлический браслет. Выглядело феерично: красивое плетение по всей коже щеки. Загляденье. Парень цокнул языком, потом переоделся в спортивную одежду и направился на кухню. *** Сцена на кухне. Джонгхен все еще сидел за столом и буравил сонным взглядом противоположную стену. В голове было совершенно пусто из-за головной боли, которая совсем разбушевалась. Кровь шумела в ушах и била по барабанным перепонкам. Парень закрыл глаза ладонью. — Да что ж ты со мной творишь. Я и так с бессонницей борюсь, а ты теперь меня вообще лишила сна. — То-то же, — вдруг раздался голос, — вот так я себя и сейчас чувствую. Парень лениво повернул голову. На пороге кухни стоял Ки и смотрел на него отсутствующим взглядом. Каждый почти ни о чем не думал: головная боль сделала свое дело. Дива сел напротив Джонгхена и посмотрел парню в глаза. — Что ты мне скажешь? — Ки сложил руки на груди. — Я хочу извиниться. Мне, правда, очень жаль, что так все получилось. Я не думал, что эта ситуация заставит нас рассориться. Мне казалось, что подобное вообще нас не коснется, и что все будет спокойно, и все мы будем плыть по течению. Но, видимо, такому не суждено случиться. Я хочу принести свои извинения и за Минхо, пока его тут нет. Ки даже не пошевелился. Он продолжал смотреть на Джонгхена с каменным выражением лица. Потом он взялся за голову и выдохнул. — У меня теперь из-за вас теперь голова болит. Я вчера был словно на иголках. Вы меня и разбесили и заставили волноваться. Никогда не думал, что придется разнимать из-за девушек. Причем девушка не одна на двоих, а у каждого она есть. У меня сейчас слишком сильно голова болит, чтобы кричать или злиться сильнее, чем есть. — Я, правда, хочу извиниться. Мне очень жаль, что так получилось. Никто же не знал, каков будет исход. Я даже и не думал, что девушки что-то затеют и станут так себя вести. Нам нужно в этом разобраться. — Вам разобраться, а не нам, не путай, — произнес Дива и направился к выходу. — И, да, кстати. Если они находятся рядом с EXO, то…. Дальше думай сам, что я хочу сказать. После этой неоконченной фразы он вышел из кухни, зашел в комнату забрать вещи и покинул общежитие. Ки постарался откинуть все, что произошло как минимум за эти пару дней, и снова с головой окунулся в работу. Но головная боль все никак не отпускала. И пока он ехал на работу, Дива снова перемыл всем косточки, и только тогда успокоился. Джонгхен все так же сидел неподвижно и думал над сказанным Ки…. «Если они находятся рядом с EXO, то….», — перематывал в голове парень. «То…. То….т-о-о-о….» — Да черта с два, а ни они вам будут, — выкрикнул Джонгхен, вскакивая с места. Потом он резко приземлился на стул. В голове безжалостно застучало. Вот-вот кровь из носа от давления польется. В тот же момент зашел сонный Минхо и остановился на пороге кухни. Его сбил с мыслей орущий Джонгхен, который в то же мгновение притих и схватился за голову. — Хен, что уже произошло? Это из-за Ки? — брюнет сел рядом. — Не совсем. Я уже попросил прощения за нас двоих. Он ничего не существенного не ответил и просто уехал на работу. Но что я точно знаю, так это то, что у нас появились соперники. И причем ни по одному на каждую девушку, а возможно по несколько. — Ты вообще о чем? — Минхо непонимающе посмотрел на хена. Сонный мозг все еще не хотел просыпаться и сталкиваться с суровой реальностью. Парень краем извилин понимал, о чем вел речь Джонгхен, но сильно хотел вникать в это. «Что этот человек несет с утра пораньше»? подумал брюнет. — Как, о чем это? А о том, что с появлением EXO на горизонте девушек, они потихоньку переходят к ним. В прямом и полном смысле слова. — Да что ты такого говоришь? Они и знакомы-то всего ничего! Только вот не надо уже с самого утра такое говорить. Ничего не известно. — Я говорю серьезно. Нам нужно скорее с ними помириться и наладить отношения, пока не стало совсем поздно, — Джонгхен все настаивал на его мысли. Хотя у него и не было плана примирения, у него была надежда на лучшее. Хотя эта надежда улетучивалась после каждой небрежной мысли. И на смену этому всему пришло тяжелое отчаяние. Он погружался в себя и уже видел на горизонте депрессию, которая махала ему ручками. Минхо же был настроен как никогда решительно и серьезно. До него все же дошли слова хена о том, что он слабак, и только выставил себя жертвой. — Допустим, ты прав, — произнес Минхо, — и что мы тогда будем делать дальше? Они нас даже ни секунды не будут слушать. Думаешь, я не размышлял об этом? Нужно делать все аккуратно и постепенно. — Опять включаешь заднюю? — Джонгхен покосился на брюнета и закатил глаза. — Лучше я поеду к себе и хоть немного посплю. У меня сегодня как раз прямой эфир на радио. — Удачи, хен. Джонгхен кое-как поднялся с места и пошаркал к выходу, оставив Минхо наедине с его тревожными мыслями. Посидев около пяти минут неподвижно, он вскочил с места и пошел на тренировку. Может, она, хоть немного, но поможет снять напряжение.