It was just a dream...

Джонгхен 10 апреля. День. Парень кое-как открыл глаза и в упор посмотрел в потолок. Он ничего там интересного не увидел, так как в комнате была темно, хоть глаз коли. Несколько раз зажмурив и открыв глаза, он с трудом поднял голову с подушки и снова опустил. Голова словно налилась свинцом. В черепной коробке шла атомная война. Кровь с неимоверным шумом звенела в ушах, заглушая посторонние звуки. В горле было словно в Сахаре. Не хватало только верблюжьей колючки и самого верблюда рядом. Взяв телефон в руки, он взглянул на время. 15.47. «Отлично, просто замечательно. И сколько же я проспал? Около 10 часов. Да я так уже лет 10 не спал. Господи, что с моей головой-то….» — мысли заплетались и не хотели сливаться в связное предложение больше, чем несколько слов. Проведя продолжительное время в душе, он наконец-таки вышел уже более посвежевшим и мог сложить 2 и 2, а 3+3 все еще не складывались. Сидя на кровати, парень вспоминал, что происходило некоторое время назад: утро и день были как всегда, вечером он с остальными SHINee пошли в бар, начали выпивать, разговаривали, потом стали еще больше пить, чем сначала, позже просто разбрелись кто куда. И вот он сидел, слава богу, на кровати в собственной квартире, а не непонятно, где. Джонгхен поддерживал шумящую голову двумя руками и тщетно пытался размышлять. Но…. в голове был только шум как в сломанном телевизоре. В комнате стояла такая тишина, что было слышно, как в мозгах булькало серое вещество. Ему даже было тошно от того, что в голове вообще что-то булькало, а в желудке адски забурлило…. «Что за хрень со мной происходит? Давненько я так не напивался», — подумал он и снова взял телефон в руки. Просматривая последние звонки, Джонгхен удивился, когда увидел первое имя в списке — «Julia»! Звонок был сделан около 5 утра, и только один. Он потер виски, вспоминая, зачем он вообще кому-то звонил в такую рань, и тем более ей, учитывая то, что они не очень-то хорошо общались последнее время. Уже только сидя на кухне со стаканом воды и шипящим аспирином, он возобновлял воспоминания, с какой целью звонил ей. Хотя, цель напрочь отсутствовала, им в тот момент двигала большая доза алкоголя, и отсутствие чувства времени и такта. Через силу выпив оранжевую дрянь, парень начал осматривать комнату в поисках вещей: проснулся-то он только в одних боксерах, и одежды в комнате не наблюдалось. Через 10 минут он все же нашел всю одежду, лежащую на полке в гардеробной. Все было сложено идеально ровно вместе с носками. Он сел на пол и обратил внимание на сумку, которая как-то бедно лежала в углу. Он решил порыться в ней и нащупал небольшую черную коробочку. «Когда придешь домой, тогда и откроешь. Я думаю, тебе это поднимает настроение», — вспоминал слова менеджера парень, когда осматривал коробочку. — Что же в тебе такого особенного… Он открыл крышку и уперся взглядом в бумажку. Этой бумажкой оказалось красиво написанное от руки небольшое письмо. Он сжал губы и мысленно зачитал…. «Джонгхен, я бы вряд ли смогла произнести эти слова, стоя напротив тебя и смотря в глаза. Но у меня есть, что „сказать“…. Я не хотела, чтобы так все случилось. Просто тогда было слишком шаткое положение из-за той ситуации. Ты сам понимаешь. И это давило не только на тебя, но и на меня, и на мою подругу. Мы просто не знали, что делать, поэтому сбежали на месяц, почти ничего не говоря вам. Я знаю, что это не очень хороший поступок. Это отвратительный поступок! Но, когда мы уже приехали обратно в Корею, то уже ничего не было бы как прежде. Мы уже смотрели друг на друга по-другому, говорили и делали что-то не так. Мне кажется, что мы начали делать все не так с самого начала. Не знаю, как ты, но я не могу нормально думать об этом всем. Меня гложет совесть. И я бы хотела загладить свою вину. Ты ведь так добр ко мне (не берем, что было раньше). Ты многое сделал для меня. А я что…. Я бы хотела извиниться и попросить прощения за такой поступок. Для этого я кое-что придумала…. Прими этот подарочек, он тебе понравится. Надеюсь, с этого момента не будет недопонимания. P.S. Загляни внутрь коробочки…. ^_^ ». Парень вопросительно поднял брови и вытряхнул содержимое коробочки. С самого дна выскочил маленький белый мешочек. Он покрутил в руках приятную материю. Ощущались, как минимум, два предмета внутри: гладкие, блестящие, круглые и разных размеров… — Черт, — он выругался вслух, как только развязал узелок. Раскрыв мешочек, из него выкатились два, абсолютно гладких, кольца из белого золота. Предметы приземлились перед его ногами и издевательски блестели. И если бы они умели говорить, то они бы проклинали Джонгхена. Внезапные порывы синдрома Питера Пена проснулись в парне и мгновенно спали в спячку. Тупое ребячество со звонками должно было закончиться уже давным-давно! «Черт, черт, черт. Парные кольца! Это парные кольца! Вот же идиот! Какой же я идиот! Ну, кто же тебя просил ей звонить! Ты же ей столько всего наговорил! И что теперь получается? У нас ничья!» — Да что ж это такое? — прокричал, что есть сил, Джонгхен. Эхо отскочило от стен и ударило и шумящую голову. Он чертыхнулся, подобрал кольца, взял в охапку одежду, и поплелся наверх. Только когда он лежал на кровати и крутил в руках кольца, ему пришло осознание того, что если бы на месте Юли была какая-то другая девушка, он бы не стал терпеть того, что произошло некоторое время назад. Даже в то время, когда только бы начался шантаж, парень бы помахал девушке носовым платочком. Но…. К счастью или сожалению, этого не произошло. А в итоге появились новые проблемы. Естественно, виноваты оба! Никто с этим и не спорил! Именно потому, что с этим никто не спорил, ничего не решалось, все и осталось в том положении, в котором и было. Он все крутил кольца и представлял, как она ходила по магазинам и спрашивала о парных кольцах, как их выбирала и подбирала коробочку к ним. Ведь это неловко, когда человек ходит один и что-то выбирает, а тем более кольца. И тем более девушка. «Девушка и два кольца! А парень бесчувственный идиот! Да, так оно и есть!» — Джонгхен на мгновение застыл, так как почувствовал какие-то шероховатости на внутренней стороне металла. Включив ночник и всмотревшись в круглые «блестяшки», он увидел аккуратно выведенные имена по-английски. — Что ж ты со мной творишь! — выдавил парень, положил кольца на тумбочку и снова улегся. «Это же путь к примирению, да? А я напортачил, так? Что теперь делать? Просить прощения? Делать странные поступки для нее? Она же меня слушать-то толком не будет, я в этом уверен. После такого поступка любая девушка пожаловалась бы родителям, они пришли бы к парню и как следует, вправили ему мозги. Но…. Не та ситуация. Она сама, кому хочешь, мозги вправит! Так что это не вариант. Просто нужно ее как-то подловить и попросить прощения! Да, так и сделаю!» Еще после нескольких минут размышлений, он улегся удобнее и уснул тревожным сном. *** Минхо 10 апреля. Шторы были плотно задвинуты, ни один лучик солнца не мог проскочить сквозь плотную материю. В комнате пахло алкоголем и пряностями. Парень проснулся от того, что неудобно лежал на кровати. Еще бы: он просто лег поперек кровати, а голова неудобно свисала вниз. Он что-то невнятно проговорил, скорее, простонал и свалился на пол. Голову сковала тупая боль. Минхо уткнулся лбом в пол и пролежал так еще около 10 минут. В мозгах шумела буря, выл ветер и падали метеориты. Он снова простонал и сел, опираясь на кровать. Вытянув ноги на всю длину, он странно посмотрел на них, фыркнул и положил голову на кровать, тупо смотря в потолок. Такие странности продолжались еще около 30 минут. Он, то вставал и ходил по темной комнате, то садился около двери и потирал ноющие виски, то снова вскакивал. В итоге он просто остановился напротив стены и уперся в нее лбом. — Боже, зачем ты столько пил? — сипло пробасил Минхо. Его слова прозвучали глухим эхом где-то глубоко в извилинах, которые еще были пьяные и пели застольные песенки. — Минхо, тебе вообще нельзя пить! Ты не умеешь пить! Он говорил это вообще не понятно кому и чему, так все и стоял, опираясь о стену. Спустя пару минут он решил принять горячий душ и попытаться вспомнить, что же следовало после 5-й рюмки соджу…. Но все попытки хоть что-то вспомнить, были тщетны и совсем бесполезны. Чем больше он пытался вспомнить, тем сильнее гудела больная голова. Зайдя обратно в одном полотенце, обмотанном вокруг талии, и оставляя влажные следы на ковре, парень приземлился в мягкое кресло. Не забыв захватить таблетку от похмелья, он запил ее большим количеством воды и совсем обмяк в кресле. Вода с влажных волос мелкими струйками стекала по лицу, шее и смуглому телу. «Почему она сейчас не рядом со мной? Мы бы вместе приняли освежающий душ, потом просто поболтали за завтраком. Почему у меня все не как у людей? Надо же палки в колеса самому себе поставить! Да и еще так все вышло. Вот надо было тому придурку рушить нам жизнь?» — подумал Минхо, кусая губу. Закрыв глаза, в его сознании сразу всплыл образ рыжеволосой девушки: ее светлая и мягкая улыбка, я ее улыбающиеся глаза и бархатный голос. Он тяжело вздохнул и выругался уже не первый раз за тот промежуток времени. Как бы он хотел вдохнуть аромат ее духов и почувствовать ее губы на его. Как бы они крутились в медленном танце под расслабляющую музыку или же просто отдыхали на диване при просмотре хорошего кино. «Этот мир слишком жесток, не правда ли? Хочется как лучше, а получается как всегда. Или это у меня одного так? Вроде бы неплохо лажу с противоположным полом, а удержать одну единственную девушку не могу. Да, она неуправляемая. Да, она не всегда делает так, как я ее прошу. Да, она непредсказуемая. Но она слишком идеальна для меня, чтобы замечать эти мелочи! Ч Х В Е М И Н Х О — Т Ы И Д И О Т!!!» Естественно, никто не мог предположить, что что-то подобное может вообще случиться. Обычно шантаж случается в сфере политике или же в совсем запущенных ситуациях. Но…. Этот был абсурд. Естественно, каждый это понимал. Но когда Джин-Хо отправил первое письмо, он пожалел об этом, так как знал и плохой исход этой «игры». В итоге так и получилось: Джин-Хо «пролетел», у Минхо почти депрессия, у Иры оставался один шаг до нервного срыва. У каждого с психикой было уже что-то не то. Ира могла в любой момент сорваться на кого угодно, иногда молчать днями, либо же не умолкая говорить о всякой ерунде. Только того Минхо не знал. Он видел лишь ее каменное выражение лица, когда проходил мимо или когда просто встречался с ней взглядом. Минхо старался подойти к ней ближе, но все снова и снова обжигался. Ожог был как от жидкого азота: и холодно и жжет. Девушки было не легче: каждый раз она смотрела на него искоса с тяжелым сердцем, а когда приходила домой, просто обессилено плюхалась на кровать и думала об этой всей канители. Никому не было легко в тот момент: минимум 3 человека из группы переживали за девушек. Остальным просто было жалко смотреть на их кислые изо дня в день лица. Но с этим нужно было им разбираться самолично. Никто не собирался им помогать и тащить за шкурку, чтобы они хоть шаг сделали. Минхо неподвижно сидел еще около 20 минут, потом просто поднялся и распластался по всей кровати. — Юи…. Почему все так происходит? Не было тебя рядом, не было бы этого всего. Вот скажи мне: почему именно я? Что во мне такого особенного? Я не стою этого. Я просто не стою этого. Я не стою тебя, твоей улыбки, твоих слов, твоего голоса. Ничего. Но теперь для меня стала моей вселенной, которая уже почти отделилась от меня, — медленно проговаривал парень, все больше погружаясь в царство сна.