Отомстил брату или "Я знаю, что ты гей"

      Разбудил меня звук открываемой двери. Подняв голову, я потер затекшую шею и огляделся.       В палату зашли родители. Мама была бледная с взволнованным лицом, а отец наоборот был хмур и сосредоточен. Вскочив к ним навстречу, я заметил еще одного гостя. Это был полицейский в форме.       Поздоровавшись с родителями, офицер представился. — Позвольте представиться, оперуполномоченный Миронов. Я бы хотел задать вам несколько вопросов о происшествии.       Я только кивнул.       Мы вышли в практически пустой коридор. Следователь, фамилию которого я уже забыл, присел на одну из кушеток для ожидания, жестом приглашая меня сесть напротив.       Вопросы были ожидаемые, и я отвечал как мог честно, опустив несколько деталей. Например, что человека, который стрелял в брата я знаю. По моей версии я просто гулял в парке, неизвестный напал на меня, а рядом, как оказалось, гулял брат с компанией.       Не знаю почему, но я не стал упоминать Ника. Может быть из-за страха, что он может отомстить? Или он уже отошел от этого всего и сожалеет?       В скором времени допрос был закончен, и я отправился обратно в палату брата.       Мое место около койки заняла мама, а отца видно не было.       Артур все так же лежал такой же бледный. В горле опять встал ком. Я сглотнул и спросил у мамы, не было ли каких изменений. Она только покачала головой.       Минут через десять в палату заглянула медсестра и попросила покинуть помещение, приемные часы уже закончились, а навестить его мы можем завтра, когда он уже придет в сознание.       Я не хотел уходить и оставлять Артура вот так, но выбора не было. Ехали домой в полной тишине. Сейчас каждый думал о своем. Родители очень расстроены, я их прекрасно понимаю.       Дома я сразу пошел в комнату. Там разделся и лег под одеяло.       Невольно начал прокручивать в воспоминаниях прошедший день. Что было бы, если бы Артур не был в этом парке? Никита бы изнасиловал меня? Как я потом посмел бы посмотреть в глаза Артуру? Хотя, лучше бы надо мной надругались, чем пострадал брат. Интересно, что друзья Арта сказали этому следователю? Они вряд ли знали Никиту, так что тут можно не беспокоиться. А вот когда Арт очнется… Он ведь расскажет, кто это на самом деле был. Что делать тогда? Ладно, подумаю об этом завтра.       Решив, что рано утром поеду сразу в больницу, чтобы быть там раньше следователя, я уснул. ***       Ровно в половину девятого утра я уже был в больнице. Тут можно посещать с утра и вечером — с восьми до одиннадцати и с четырех до шести. Так что, к брату в палату меня пропустили без проблем. Но, я все-таки опоздал. Мы со следователем столкнулись в дверях палаты. Я чуть было не чертыхнулся при нем. Теперь надо будет аккуратно выяснить у брата, что он ему сказал.       Зайдя в палату, я первым делом увидел полулежащего на кровати брата. Он был все такой же болезненно бледный.       Я присел около кровати и взял руку Артура в свою, заглядывая ему в глаза. — Привет, как ты?       Артур улыбнулся и ответил хриплым голосом: — Ну, пока живой, значит хорошо.       Я нахмурился. — Что значит «пока», не надо так шутить!       Артур засмеялся, но почти сразу же сморщился и зашипел. Я взволнованно привстал, готовый в любую секунду ему помочь. Артур старался придать своему лицу нормальное выражение, но я видел, что ему больно.       Тут я не выдержал. — Прости меня! Это я во всем виноват! Прости, пожалуйста, — я закрыл лицо руками, пальцами размазывая слезы по щекам. Артур удивленно посмотрел на меня.       Вдруг я почувствовал ласковое прикосновение к волосам. Удивленно поднял голову, смотря на брата широко распахнутыми глазами. Наверное, сейчас я выгляжу ужасно. Весь растрепанный и в слезах. — Ты ни в чем не виноват, слышишь? Иди сюда, — он похлопал по кровати.       Я присел на краешек, но брат заставил меня наклониться, впиваясь в губы поцелуем. Как я соскучился по этому всему. По ласковым поцелуям, совместным ночам.       Оторвавшись друг от друга, я озвучил свои мысли: — Я скучал по тебе. Теперь и не знаю, как засыпать без твоих объятий.       Артур только улыбнулся и погладил меня по голове. Он стал вялым, а значит ему пора отдыхать. Только я хотел это сказать, как заговорил Арт. — Значит, будем перед сном говорить по телефону. Так и не заметишь, как неделя пройдет, а там меня и выпишут.       Напоследок поцеловав Арта в лоб, сказал, что ему надо отдыхать. Он покорно согласился, ибо глаза у него слипались.       От больницы я решил прогуляться пешком. Уйдя в размышления ноги принесли меня к знакомому дому.       Здесь жил Никита. Зачем я сюда пришел? Мне надо поговорить. А что если он решит закончить начатое? Но я все равно надеялся на его благоразумие.        Я уже стою здесь и нажимаю на дверной звонок. Отступать некуда. Дверь открыли сразу же. Как только я увидел Ника, первой моей реакцией было шарахнуться от него, но я смог сдержаться.       Сначала Ник был обескуражен, потом на лице появилось чувство вины, и он опустил глаза. Когда он предложил мне войти, я понял, что весь мой запал испарился.       Покачав головой, я лишь сказал: — Ты ведь понимаешь, что я никогда тебя не прощу? Как бы ты не старался что-то исправить, прежнего общения больше не будет. Я пришел посмотреть тебе в глаза. И, наверное, попрощаться.       Я уже хотел было развернуться и уйти, но его голос меня остановил. — Неужели совсем ничего нельзя изменить?       Злость мгновенно овладела мной. Я резко вскинулся и зашипел: — Ты! Ты чуть не убил моего брата! Ты хотел меня изнасиловать! И после всего этого ты думаешь, что что-то можно изменить?! Ну нет уж, увольте. Я не хочу узнать, что ты еще можешь учудить в пьяной горячке! Я боюсь тебя, понимаешь?       Я не стал больше ничего слушать. Просто развернулся и побежал по лестнице вниз. До меня донесся грохот хлопнувшей двери.       Вернувшись домой, я осознал, что пропустил все пары. Ну и ладно. Артур важней.       Моя комната казалась мне чужой. Раньше уютные стены сейчас давили на меня. Я почему-то не мог больше здесь оставаться и поспешил в ванную.       Приняв душ, я вышел и направился в комнату Артура, включил свет. Все здесь пропахло им. Я втянул его запах полной грудью и обвел комнату взглядом. Первое, что бросилось в глаза, был ноутбук Артура. Я знаю, что в чужие вещи совать нос неприлично, но ничего не мог поделать перед любопытством.       К счастью, пароля на гаджете не оказалось. Открыв рабочий стол, я пробежался по названиям ярлыков. Тут мне на глаза попалась папка с названием «Любимый». Ревность зашевелилась, заставляя немедленно открыть ее и посмотреть содержимое.       Я завороженно смотрел в монитор, листая фотографии. Тут я спал, тут мыл посуду, тут разговаривал по телефону… В этой папке был я, снятый со всевозможных ракурсов. Я даже ни разу не заметил, как меня снимали.       Меня отвлек звонок мобильного. На дисплее высветилось «Артур». Быстро закрыв крышку ноута, как будто брат мог догадаться о посягательстве на свое личное пространство, я лег на кровать и взял трубку. — Алло? — Привет, я тебя не разбудил? — его голос был бодрый, значит он выспался за день. Это хорошо. — Нет, что ты. Сам-то отдохнул за сегодня? — Да какой там, этот чертов следователь не давал мне толком спать. Ходил все, спрашивал.       Так, вот тот самый момент, чтобы спросить. — Что спрашивал?       В телефонной трубке послышались помехи, но потом опять зазвучал голос Арта. —…ду всякую. Типа, как оказался в парке, что вообще произошло, знаком ли мне стрелявший.       Я сник, он по-любому рассказал, что это был Ник. Если его отец узнает, что мы настучали на его сыночка, то мало не покажется никому.       Поболтав немного, мы распрощались. Слышно было, что Артур уже утомился, да и я сам уже хотел спать.       Зарывшись носом в пахнущую Артом подушку, я спокойно уснул.