Во что бы то ни стало

Адриан Уже два года я ничего не слышал про Розу и Лиссу, я даже не могу проникать в их сны, потому что они, как я понял, живут по человеческому расписанию. Да и вообще, они, видимо, научились не пропускать меня в свои головы. Интересно, как им это удалось? И это не слишком здорово. А еще есть мои родители, которые заставили меня доучиться в колледже. Зато теперь у меня есть хоть какое-то образование, пусть я и сдал половину предметов экстерном. И вот я снова вернулся в Академию Святого Владимира. Интересно, зачем? Раньше у меня были две причины находиться здесь. Во-первых, Лисса, которая помогала мне познавать дух. Во-вторых, Роза, в которую я влюбился по уши. Обычно девушки мне не отказывают. Но эта дампирка абсолютно не подходит под стандартных девок. Она заставила меня бегать за собой. Представляете, я, Адриан Ивашков, королевский морой и племянник королевы, как собачонка, бегал за какой-то дампиркой. А все потому, что Роза не какая-то. В ней было что-то такое, что меня привлекало, притягивало. Сначала я хотел просто затащить ее в постель, таких сексуальных красоток я не привык обходить стороной. Потом это перешло в азарт. А в итоге, я влюбился в нее по самое не хочу. Но для нее мои чувства всегда не являлись искренними. И все из-за этого русского. Сволочь. Я ненавижу Беликова. Одно дело, когда Роза любит его, и он отвечает взаимностью, тогда я просто желаю им счастья и не лезу. Но другое дело, когда он изменяет ей, сразу после того, как она дарит ему себя. Скотина. Как же мне хочется свести этого стража с ума. Я ведь видел Розу перед ее побегом, я видел, в каком она была состоянии. Это была не просто истерика, это было что-то с чем-то. Она буквально билась головой о стену, кидалась книгами. Когда я зашел к ней в комнату, в ней царил полный разгром, а сама хозяйка сидела в углу и рыдала, точнее всхлипывала, потому что истерика подходила к концу. Я не мог стать для нее парнем, но это не помешало стать для нее другом. Она обо всем мне рассказала и … я сначала решил, что это шутка. Чтобы Беликов изменил любимой девушке? Да бросьте, он же не такой, как я. Но полгода назад я встретил Ташу Озера, и та сказала, что едет в Академию к Дмитрию. Совпадение? Не думаю. Вообще с того дня я перестал уважать этого иностранца. Я вернулся в Академию неделю назад, но так и не натолкнулся на Беликова, а потом Кристиан объяснил, что он возглавляет поисковую команду. Идиоты, он точно не станет ее искать. Зачем ему ее возвращать, у него же теперь есть Таша Озера. С такими грустными мыслями я вышел на улицу и направился в сторону столовой. День только начался, и на улице почти никого еще не было. Лишь пара стражей. Я потянулся за сигаретой. Уже и не помню, во сколько начал курить, кажется, в районе четырнадцати. И все из-за духа, потому что только под воздействием алкоголя и никотина я могу сохранять рассудок более менее здравым. Я начинаю закуривать, подношу зажигалку к сигарете, как вдруг из-за поворота на меня налетает какая-то девушка. Естественно, зажигалка из рук выпадает. Блин, огромный минус Академии в том, что тут девушки, как осы. Налетают на меня, чтобы познакомиться. Как же это раздражает. — Простите, — начинает она. — Не стоит, — я наклоняюсь, чтобы поднять зажигалку. Хорошо, что хоть дождя не было. А то ковыряться в грязи не входит в число любимых моих занятий. — Адриан, — в голосе девушки отчетливо слышатся удивленные нотки. Странно, но обычно девушки притворяются. Тон этой дамы на фальшь не смахивает. Я выпрямляюсь и поворачиваюсь к ней. Рыжеволосая дампирка смотрит своими темными глазами на меня, на ее загорелом лице появилась дружеская улыбка. Не знаю, почему я не начал осмотр с тела. Обычно это для меня основа для знакомства. — Мы знакомы? — спрашиваю я, вглядываясь в ее ауру. Странно, я не узнаю, что означает рябь. А вот воздействие наркотиков вижу, правда, судя по тому, насколько ярко полыхает зеленый, у девушки скоро может начаться ломка. — Ты сейчас пошутил? — дампирка фыркает. Я мотаю головой. Я ее не знаю, вроде бы. То есть у нее очень красивое тело, такое же, как у Розы, но … аура то мне не знакома. Если бы это была Роза, то я бы увидел в ауре воздействие духа. А его нет. К тому же, у Розы голос был помягче, а этот грубый, прокуренный. — Да, брось, Ивашков. Я не настолько уж и изменилась, чтобы ты меня спустя два года не узнал. На некоторое время я замираю, снова вглядываюсь в ауру. Нет, ну, не может это быть Роза. Аура не запятнана духом. К тому же наркотики и слабый намек на недавний интимный контакт никак не ассоциируются с Хэзэвэй. И тем не менее я почему-то сомневаюсь. — Адриан, не пытайся узнать по ауре. Она у меня … изменилась, — дампирка последнее слова едва не проглотила. Вот теперь ловите меня, кто может. Про то, что я пользователь духа знают единицы, а про то, что умею видеть ауры, так вообще по пальцам пересчитать. Так что, хотел я того или нет, пришлось широко распахнуть глаза от удивления. — Что за фигня. Маленькая дампирка? — я сам был поражен тому, насколько нелепо прозвучал этот вопрос. Дампирка усмехнулась. — Ивашков, я уже не маленькая, — сделав пару шагов в сторону, она села на лавочку. Я так и остался стоять с раскрытым ртом. Нет, не может быть. Не верю. Но ведь внешне что-то схожее есть. — Подожди, я не понимаю. — Чего именно? — она убирает прядь волос за ухо. — Что с тобой стряслось? Ты другая. И это я слабо выразился. Надо было сказать, ты совсем не ты. Роза выглядела старше, примерно моего возраста, ее волосы отрасли и теперь касались талии, и они были рыжими, точнее янтарно-русыми, что бросалось в глаза в гамме с темными глазами и загорелой кожей. А Роза очень сильно загорела, кожа приобрела темно-шоколадный оттенок. Она что, на курорте последние два года провела? А наряд. Мне конечно нравится лицезреть ее тело, но тем не менее, прежде она никогда не носила таких откровенных кофт. И еще Роза похудела, это бросалось в глаза несильно, но все же. Ко всему прочему, на ее лице красовались два пирсинга, в ушах по три сережки. Накрашена Роза тоже … не хило так. Блядь, вы че шутите? Тут от Розы вообще ни сантиметра не осталось. — Я же сказала, — повторилась девушка печальным голосом. — Я изменилась. Сильно. И в худшую сторону. Мое сердце стало колотить, как бешенное. Она. Это действительно Роза, которая сбежала два года назад. Это действительно та самая дампирка, в которую я был влюблен. И осознание ее присутствия вернуло меня в состояние неадекватности. — Роза. Я не знаю, как так вышло, что я подбежал к ней, поднял, обнял и закружил. Я слышал, как она засмеялась. — Маленькая дампирка, — сказал я, опустив ее на землю. — Я скучал по тебе. Она тепло и искренне улыбнулась. — Я тоже скучала по тебе, Ивашков. По ее глазам и ауре я видел, она говорит вполне искренне. И мне от этого стало так хорошо, хотя я все равно не мог до конца поверить, что это Роза. В конце концов, два года все считали ее похитительницей и не надеялись, что она вернется. Но вот она стоит передо мной. В немного необычном для нее амплуа. Но это она. Она вернулась, следовательно, теперь у меня появился реальный повод остаться в Академии. — Когда ты вернулась? — Нас с Лиссой нашли вчера. И первым же самолетом отправили обратно в Академию. Хотя я и не горела особым желанием возвращаться в этот гадюшник. Да, это моя Роза. Которая ненавидит, когда ее действия ограничивают правила. — Поверить не могу, что ты здесь, — я взял ее за руки. Наверное, у меня глаза сейчас светятся от счастья, но я и в самом деле счастлив. — Надеялся, что я не вернусь? — Что за глупости, маленькая дампирка. Ты же знаешь, я хотел, чтобы ты вернулась. Мне показалось, или Роза посмотрела на меня плотоядно? Нет. Не может быть, чтобы она вдруг стала рассматривать меня, как парня для серьезных отношений. Или может? — Какой-то странный у тебя взгляд, — подметил я. — Какой? — Роза хитро прищурилась. — Словно ты меня хочешь. Я приготовился к куче оскорблений или шуточек. Однако ничего такого не получил. Наоборот, Роза прикусила губу, пожала плечам и с желанием посмотрела в мои глаза. — А может я действительно хочу тебя. У меня от такого ответа просто отвисла челюсть. Я что сплю? Или у меня глюки наяву? Чтобы Хэзэвэй так открыто флиртовала со мной? Да, никогда в жизни. Я же знаю, что она относится ко мне исключительно, как к другу. Хотя у меня и возникло такое чувство, что она изменилась. — Ты что серьезно? Она делает шаг мне на встречу. — А почему бы и нет. То ли от близости, то ли от этого эротического шепота, но я вдруг понимаю, что возбуждаюсь. Блядь. Это что-то новое. Такое поведение для Розы ненормально. Но я не против, наоборот, мне даже нравится. В конце концов, Беликов между нами больше не стоит. Вдруг дампирка и в самом деле решила дать мне шанс. — Роза, я польщен, но все же, на тебя это не похоже. Ее губы расплываются в сексуальной улыбочке. Меня даже ее улыбка заводит. Так, Ивашков, спокойствие, только спокойствие. — Почему? — она проводит пальцем по внутренней стороне моей ладони. — Ты не хочешь меня? Мое дыхание учащается, я понимаю, что если Роза не остановится, то я перестану контролировать свои действия. Я ведь никогда не упускаю возможность переспать с девушкой, особенно, когда та не против. А Роза для меня вообще лакомый кусочек. — Дело не в том, чего я не хочу. Потому что ты прекрасно знаешь, что я очень тебя хочу. Но два года назад ты дала мне ясно понять, что я для тебя просто друг. А тут возвращаешься и открыто … — Развожу на секс? Ловите меня. Роза правда это сказала? С каких пор она перестала быть хоть немножечко сдержанной? Она ведет себя, как … простите, развратная девушка. И мне нравится. Спорим, что Беликов отреагировал иначе. — Именно. — И тебя это удивляет? Я иронически улыбаюсь. Отлично пошутила. — А что не должно? Она пожимает плечами. — Тебе виднее. На мгновение я замираю. Губы Розы находят очень близко к моим. Наши глаза смотрят в упор друг на друга. И от этого зрительного контакта по телу пробегают заряды электричества. Не знаю, что с Розой и какие у нее причины так себя вести, но меня уже мало что волнует. Я слишком долго ждал своего часа, слишком долго сидел на скамейке запасных. Если маленькая дампирка сама дает мне шанс, то упускать его просто грех. Поэтому я медленно наклоняюсь к ней, не прекращая смотреть в любимые темные глаза. Мое сердце бьется, как бешенное. Сейчас я сделаю то, о чем так долго мечтал. И мне не понадобиться даже применять принуждение. Чем медленнее я наклоняюсь, тем больше азарта проскальзывает в моем теле. Вот сейчас я узнаю, какого это, целовать любимую девушку, которую не смог забыть за два года. За миллиметр до того как, наши губы соприкасаются, Роза открывает свой аппетитный ротик. — Знаешь, Ивашков. — Что? — спрашиваю я ей в губы. Вдруг Роза отходит от меня на два шага. Я с непониманием застываю на месте. — Спасибо за сигаретку. Из-за того, что произошло секундой ранее, я не сразу понимаю, про что Роза мне твердит. Но потом замечаю в ее руке мою пачку и зажигалку. А еще через мгновение вижу вспышку и сигаретный дым, который выпускают легкие дампирки. Сказать, что я охренел, значит ничего не сказать, ибо я не просто охренел. Я пришел в такой ступор, причем недобрый. Потому что одно дело, когда Роза прежде действительно шутила. И совсем другое дело то, что произошло сейчас. Где она научилась так манипулировать разумом других. Я многих девушек видел и прекрасно знаю, что подобный способ запудрить парню мозги могут освоить только самые опытные дамы. Причем опытные во всех смыслах. Злость переполняет меня изнутри. Чтобы со мной вот так играли. Пусть даже это Роза, но все же. Я не могу позволить ей так со мной поступить, не могу позволить вот так меня использовать. Резко выпрямившись, я быстро подхожу к ней, попутно вспоминая и снова наблюдая за бледно-красным цветом в ее ауре. Кстати, а он стал ярче, значит, Роза все же не совсем играла. Что ж, тогда мой поступок не покажется ей взбалмошным. Дампирка пафосно выпускает дым через нос, при этом она так замедленно поворачивает голову. Черт! Когда Роза выучила все эти дамские штучки? — Держи, — она протягивает мне пачку обратно. При этом ее глаза продолжают искриться, а губы расплываются в очередной коварной усмешке. Я забираю из ее рук сигареты и зажигалку. — Когда ты стала курить? Она задумалась. — Табак около года назад, а травку зимой. Мои глаза расширяются. Умереть не встать. Роза теперь еще и наркоманка. Пипец. Я убью Беликова за то, что он с ней сделал, и сам возьмусь за ее перевоспитание. А если перевоспитать не удастся, то женюсь на ней. Мне такая Роза тоже нравится, мне Роза вообще любая по душе. — И с чего это вдруг? — С того, что жизнь дерьмо, — дампирка делает очередную затяжку. Я невольно хмурюсь. — Что, такая я тебе не нравлюсь? — спрашивает Роза, не скрывая сарказма. — Дело не в этом, — я быстро делаю вид, что меня беспокоит другое. И, к слову, стразу же придумываю другую отговорку. Я строю наглую мину. Дампирка непонимающе щурится. — Ты знаешь, что за изъятие чужих вещей без спросу, владелец имеет полное право потребовать возмещение ущерба? Азарт в глазах девушки разжигается еще больше. Ага, просекла намек. Прежняя Роза мне бы нахамила, а что сделает новая? — И что ты хочешь получить за сигарету? — Ничего особенно. К тому же ты моя подруга, следовательно, я поступлю некрасиво, если потребую что-то взамен. Это же дружеское одолжение. И снова я оказываюсь в сантиметре от тела девушки. А Роза даже и не противиться. Черт, да, черт возьми, мне определено нравится эта Роза. С секунду она еще думала над чем-то, а затем взяла и поцеловала меня. Стоило нашим губам соприкоснутся, как по телу прошлась волна жара. С первых секунд Роза взяла инициативу в свои руки, доказывая, что сама меня целует, а не наоборот. И это просто обалденно. Ее губы оказались такими мягкими, меня даже не смутил запах табака. Да и причем тут табак, когда я сам курю. Когда соприкоснулись наши языки, мир для меня взорвался сотней огней. Я одним резким движением притянул дампирку к себе, запустил руки в ее волосы. Роза в ответ обняла меня одной рукой за шею, а из второй явно не хотела выпускать сигарету. Поцелуй вышел страстным, возбуждающим и опьяняющим. Весь процесс сам по себе доставлял неимоверное удовольствие. Я мог делать с ее ртом то, что заблагорассудиться, играть с языком, покусывать губу, мять ее, я мог водить руками по спине дампирки, не боясь, что она меня ударит. Блядь, это было волшебно. Роза отвечала на все мои действия. Она целовалась не как какая-то невинная овечка, она позволяла себе облизывать мои губы, с долей боли прокусывать их. Я даже не обратил внимания по началу, что она прикусила верхнюю до крови, настолько меня поглотили ощущения. Мне не доводилось прежде переживать ощущение полета во время поцелуев с девушками, обычно я целовал их только для выгоды. А про крылья за спиной вообще без смеха думать не мог, считая это сопливым высказыванием. Однако сейчас я чувствовал именно это. Я хотел улететь с Розой подальше и продлить это мгновение вечно. Ну, или хотя бы добраться до спальни, ибо подобные поцелуи никогда не оставляют за собой терпеливых желаний. С губ Розы сорвался тихий стон наслаждения, когда одна из моих ладоней забралась под ее кофту. О, да, я знаю, как тебя завести, маленькая дампирка. Однако когда моя вторая ладонь сжала одну из ее ягодицы, дампирка начинает сопротивляться и в итоге вырывается из объятий. — Что такое? — мое дыхание сбилось, потому что мне было очень хорошо. Поверить не могу, я правда целовался с Розой. Не во сне, а наяву. И она мне отвечала. Черт! Мне нужен холодный душ. — Я, — начала Роза, пытаясь отдышаться. На ее щеках появился румянец. Она такая милая, когда смущается. — Зря я это сделала. Я непонимающе смотрю на нее. — Тебе не понравилось? — Нет, — дампирка отмахивается. — Мне понравилось даже очень. Просто … — Просто что? — Просто это несколько неожиданно и взбалмошно. Замечательно. Теперь она будет утверждать, что поцеловаться со мной было ошибкой. Нет, нельзя же так со мной поступать. Я же действительно ее люблю. — Роза, я тоже думаю, что все несколько неожиданно. Однако я не жалею, что поцеловал тебя. — Адриан, дело не в том, что жалею, просто что-то не так. — Что за черт?! Мы с Розой подпрыгиваем от неожиданности. Слева от нас раздается громкий мужской голос. С опаской мы оборачиваемся на него. И я не без удивления обнаруживаю, что около нас стоят два парня. Морой и дампир. Оба выглядят пораженными и удивленными. Их внимание, к слову, привлекаю не я, а Роза. — Хэзэвэй, это ты что ли? Эдди Кастиль определенно умеет доводить вопрос до смехотворного тона. Озера рядом с ним также надеялся, как видно по их аурам, что Роза ему снится, а точнее, что им снится ТАКАЯ Роза. — А ты сам как думаешь? — усмехается Роза. Быстро она отошла от замешательства после нашего поцелуя. — Я такая в своем роде одна, как мне кажется. Самое занимательное, что никто не засмеялся. Потому Кристиан и Эдди не верили до конца в возвращение Розы, а я потому что никак не мог отойти от нашего поцелуя. Всеобщий ступор нарушил девичий голос, раздавшийся позади ребят. — Роза, вот ты где. Я думала уже, что твой отец тебя убил. Появление Лиссы и Дмитрия вносит в ситуацию еще больше неразборчивости. Потому что Кристиан заметно напрягается, прежде, чем обернутся. А когда он все же оборачивает, то напрягается и Лисса. Мда, кажется, что у нас тут предстоит очень серьезный разговор, потому что ко всему прочему я замечаю на себе недовольный взгляд Беликова. Интересно, он видел наш с Розой поцелуй? Франко Она ушла, оставив в моем сердце только боль и отчаяние. Женщины самые коварные существа на свете. Для них поиграть с мужским сердцем, заставить полюбить, лелеять ничего не значит. Ничего не значат наши слова и поступки. Сколько бы мы не пытались стараться сделать их счастливыми, ответной доброты не получим. Такой удел мужчины, так уж мы платим за свои поступки. А Роза заставила меня разрыдаться. Стоило двери за ней закрыться, как по моим щекам потекли соленые дорожки. Слабак, каким же слабым я стал за последние полгода. И все из-за нее. Из-за этой девушки с идеальным телом, обворожительной улыбкой, пленительным взглядом. Она подчинила меня себе полностью и без остатка, чего не удалось сделать никому. И это бесит и раздражает. Как я посмел довериться ей? Как посмел поверить, что смогу втереться к ней без чувств? Теперь я понимаю, что план провалился целиком и полностью, теперь уж я точно понимаю, что придется переходить к плану «б». За окном уже ночь. Ровно сутки, как она покинула меня, Майами. Сейчас она уже в своей старой школе, со своими старыми друзьями. А я здесь, в этой больнице, в которой пахнет спиртом и валерьянкой. Черт! Мои «фиктивные» родители меня уже посетили. Столько оскорблений в свой адрес я не слышал уже очень давно. Сами бы занимались основной работой. А то они только и делают, что дают указания, а мы с братом их выполняем. Я провожу рукой по волосам, случайно задевая повязку на шею. Меня укусил стригой. Поверить не могу, я и в самом деле даже рискнул жизнью, лишь бы Роза ничего раньше времени не узнала. Хотя сейчас считаю, что ей давно надо было все рассказать. Еще до того, как мы начали встречаться. А ведь предупреждал Люка, что первый план провалиться. Но нет, он же так обожает свою девушку и своего папочку. Ну, вот и доигрался. Теперь его девушка станет основной крысой в Академии Святого Владимира. Я больше с вампирами дел не имею. Хватило того, что со мной наш папочка сотворил. Майами город очень хороший. Я прожил здесь два года, но ни разу не пожалел о своем переезде. Здесь у меня появились настоящие друзья и возможность пожить нормально. Естественно, за все надо платить. И, когда я абсолютно расслабился, меня нашел брат. У детей разное детство. У одних счастливое, у других нет. Я не знал матери, она умерла при моем рождении, за что Люк тайно ненавидит меня. Отцу на жену было по хрену. Он вообще не думал ни о чем, кроме своих экспериментов. Лишившись материнской заботы, я познал новую любовь. Любовь с целью получения выгоды. Меня и брата выращивали, как какой-то скот. С трех лет наши тела стали оборудованием, на нас испытали практически весь запас отцовских снадобий. А, так как легальных ингредиентов в препаратах было мало, то и из нас к десяти годам не осталось ничего нормального. Я до сих пор помню, когда впервые увидел вампира. Мне было девять. В тот день отец вызвал меня для внепланового обследования. Я перестал боятся того, что со мной могут сделать. Потому что мне пришлось научиться игнорировать происходящее. Было трудно, не стану обманывать, я был всего лишь ребенком. Но один из экспериментов привел к резкому повышению моих логических способностей. И не только логических. В итоге я воспринимал многие вещи, как сорокалетний мужчина, достаточно поживший и поведавший. Вместо обычного процедурного кабинета, меня повели прямо в кабинет отца. И там я увидел ее. Стригой. Красные глаза, бледная кожа. Долгое время отец пытался добиться нереального. Он хотел создать монстра. Морои и дампиры не принесли особой пользы, поэтому он перешел на не-мертвых. Та девушка была напугана, а ведь стригои ничего не боятся. И я понял, что с ней провели тоже, что с девушкой Люка, чтобы так навсегда перестала чувствовать эмоции. В принципе стригои сами по себе ничего не чувствуют, но тем не менее у них есть потребность в крови, а отец забрал у нее даже это желание. Тогда мы думали, что эта процедура не дает сбоя. Отец верил, что еще один эксперимент закончился удачей и его триумфом. Глупец, он понятия не имеет, насколько ошибается. Но мы с братом ничего ему не скажем. Нет, мы будем молчать до последнего. Мы не позволим отцу причинить девушке Люка боли еще больше, чем она пережила. Жертв отцовского величия и безумия и без того хватает. Однако, несмотря на все наше благородство, мы не сможем избавиться от его опеки. Он превратил нас в тех, кем мы являемся. И единственное, чего ему не хватает, улетело обратно в Монтану на частном самолете. Естественно, отец будет думать, что девушка сама решила вернуться в Академию, ни к чему нам с братом раскрывать двойную игру. Дверь моей палаты открывается, я напрягаюсь. Что-то не верится в то, что дружелюбно настроенный человек, станет вламываться в больницу в третьем часу ночи. К тому же, у меня не так много людей, которые страдают комплексами и не показываются днем. А хотя нет, один такой есть. Мой брат. О! А вот и он. Входит, сверкая лысиной. Стоп, он лысый? С чего вдруг? — Плохо выглядишь, — брат облокачивается на косяк двери и начинает рассматривать меня ехидным взглядом. — Не смейся. Я в отличие от тебя не обладаю вампирскими способностями. Люк пожимает плечами. Проблема наших с братом отношений в том, что он ненавидит и защищает меня одновременно. Это создает огромную не решаемую проблему. Иногда такое чувство, что, как только мы отомстим отцу, Люк меня убьет. Хотя он, скорее всего, так и сделает, если я не докажу, что мама умерла не из-за родов. — Когда подстригся? — Месяц назад. Как я уже говорил, два года я жил спокойно, пока брат меня не нашел. И вот теперь он раз в месяц навещает меня. Даже удивительно, как его до сих пор ни в чем не заподозрили. В конце концов, стражи просто так не покидают территорию школы. — Напоминаешь фантомаса. Его губы искривляются. — Не спорю. Не знаю, как начать разговор. Да и лучше, если он начнет первым. Я ведь знаю, брат весьма недоволен моим провалом. Но сам виноват. Это же не я его о помощи просил. В Люке много недостатков. Он сложный человек. И причина, по которой его терпит его вторая половинка, заключается в том, что их характеры полностью противоположны. Живут и любят, как на вулкане. Я завидую им, потому что сам влюбился не в ту девушку. — И как же мы будем исправлять ситуацию? — спрашивает он меня, хотя я прекрасно знаю, это Джулия его попросила не слишком давить на меня. — Давай сразу договоримся, говори, как думаешь. Мне твоя фальшивая забота поперек горла стоит. Ухмыляется и перестает корчить из себя любящего братишку. Люк сволочь и эгоист. Однако без него я не осуществлю план. Даже странно, искали союзников, а в итоге решили просто помогать друг другу. Безвозмездно так сказать. — Тогда крепись. Я зол! — конечно, куда Люк без своего воинственного клича. Не упустит возможности втоптать меня в землю и унизить. — Я не понимаю, как можно было провалить такую элементарную задачу. Все, что от тебя требовалось заставить девушку стать нашей союзницей. Но ты же у нас такой романтик. Взял и влюбился. И в кого? В дампирку? В Хэзэвэй? Ты просто дурак, потому что я предупреждал тебя, ей никто не нужен, кроме ее Беликова. Они с ней два сапога пара. Тот высокомерный и эта тоже. Я ведь все тебе устроил. И связь с принцессой убрал, и в Майами прямую дорогу проложил, и в школу устроил, и общагу оформил. Твоей задачей было просто втереться в доверие, сделать так, чтобы в конечном итоге, узнав правду, она от тебя не отвернулась, а наоборот помогла. Но нет! Ты втюрился по уши, ты трахался с ней. И к чему это привело? Она бросила тебя, вернулась к своему парню. И теперь наш первоначальный план провалился. И теперь Джулии придется становиться одной из этих учениц, жить среди вампиров, от которых я старался ее отгородить. — Джулия сама вампир. — И что из этого? Думаешь, ей от этого станет лучше? Тебе напомнить, кто отправил ее к отцу на эксперименты? Напомнить? Я промолчал. Девушку Люка предала собственная семья. И она возненавидела всю свою расу. Брат очень сильно любил Джулию. Он кажется таким эгоистом, но с ней меняется. Эта перемена до сих пор вызывает во мне зависть. Ну почему он не хочет со мной так же дружелюбно общаться? Что я ему такого сделал? А ведь иногда мне нужен именно брат, а не союзник. — Слушай, можешь думать, что хочешь, — я направляю на брата серьезнейших взгляд. — Но я по-настоящему полюбил Розу. И мне плевать, что ты будешь остаток всей моей жизни упрекать меня в чувствах к ней. Люк с огромным трудом подавил в себе желание удушить меня, пока я так слаб. Но без меня ему будем довольно проблематично выполнить задуманное. И противиться смысла нет. Сам захотел прекратить отцовский маразм. — Как, кстати, Джулия? — я решил все же перейти на другую тему. Вдруг сработает. — Нормально. Не считая того, что я жутко не хочу ее отпускать в Академию. Блин, вот что за человек. Я уже понял, что он против, зачем по сто раз повторять. Знает же, как я бешусь. Вот, опять свой коварно-гневный взгляд на меня направил. И все же из нас двоих я наиболее милый. Хотя и сам не раз убивал. Тяжелый вздох. Снова это воспоминание. Черт, ведь та девушка была ни в чем не виновата. Она всего лишь поверила нашему папочке, как и остальные, всего лишь услышала про наш заговор. А я ее всего лишь заткнул. Ненавижу себя за то, что убил ее. — Стоп! — восклицает Люк. — Только давай ты не станешь опять вспоминать о том, о чем я подумал. — А ты умеешь думать? — издевательски спросил я. Опять задел. Ладно, я люблю злить брата, но сейчас не время и не место. К тому же мне было приятно, что он обо мне так заботится. Никогда бы не подумал, что он способен еще чувствовать ко мне что-то помимо ненависти. Открытие года. — Я хочу, чтобы ты кое-что узнал. Все мое внимание концентрируется на сомнениях в интонации брата. Этот человек сомневается только в случае какой-то хорошей новости. Не любит меня радовать. — Девчонка не одна такая. Мои глаза принимают форму двух блюдец. — Не может быть. Ты еще одного нашел? — Ага. И тот как раз легкая добыча. Поверить в слова брата было не реально. Столько лет мы добивались одной цели, считая, что девчонка одна в своем роде. А тут оказывается, что все намного проще, что миссию еще можно завершить успехом. Черт, как хочется, чтобы все уже закончилось. — Значит, нам не обязательно отсылать Джулию в Монтану. Я сначала понадеялся на то, что брат смягчится, его девушке не придется от него уезжать. Но потом понял, что просто так он никогда не волнуется. А, следовательно, надежда напрасна. — Нет. Увы, этот тоже в Академии. Итак, ни малейшего удивления. Точнее, нет, кое-что меня сразило наповал. — Они что коллекционируют редкости? Конечно, у меня были мысли о том, что в этой школе свои заморочки. Но все равно меня порой убивает новая информация, ибо она с каждым разом все шокирующе. Как родители еще пускают туда своих детей? Я лично при виде фотке директрисы, свалился со стула. И я говорю на полном серьезе. — Кто ж их знает, — с безразличием высказался брат. — Но ты ведь проработал в качестве стража целых три года. И, заметь, никто тебя не раскусил. — Ты сам-то понимаешь, что говоришь? Как они меня раскусят, если я создание, а не живое существо. Это ты еще сохранил что-то человеческое. И тот факт, что до сих пор помнишь про ту бедняжку, говорит про тебя достаточно хорошо. А что я? Я монстр. Отец почти сотворил того, о ком мечтал все свою жизнь. Но вместо своих пленных, он выбрал сосудом родного сына. И причем меня, хотя тебя он любит больше. — Он никого не любит. — Это ты так думаешь. Теория о том, что папочка все-таки чувствует ко мне что-то, мало убедительна. Я ни разу за свою жизнь никаких проявлений любви со стороны родителя не видел. Но Люк считает иначе. И клянусь, порой складывается впечатление, что брат просто ищет повод для усложнения наших отношений. Только вот, куда еще усложнять? Брат неожиданно засмеялся. — Что смешного? — Просто ты прав. За три года меня никто не раскусил. Так странно. Да, и в самом деле, неплохой повод, чтобы задуматься о дееспособности стражей Академии. В конце концов, лично я бы задумался на их месте, почему Люк не похож на обычного дампира. Я бы вообще на их месте задумался о том, откуда мой братишка появился. А внедрить его нам удалось только благодаря одному морою, который и финансировал наши расходы. Мы про него ничего не знали. Он как-то связался с нами и предложил отомстить. С тех пор то мы и работаем на два фронта. И на отца, и на этого нанимателя. Это он зачислил Люка в стражу и дал ему доступ ко всем архивам. Все вроде бы отлично. Но меня не радует тот факт, что я не знаю, с кем имею дело. Зато Люку хоть бы что. Помешался на планах мести. Помните Пингвина из «Бэтмена». Вот что-то вроде этого. — А тебя искать не станут? — Я работаю под прикрытием и докладываюсь только одному человек. Так что нет, меня искать не станут. — Конечно, только одному человеку, о котором мы ничего не знаем. Я не упускаю возможности намекнуть на свое недовольство. — Мы это не раз обсуждали. Кто он такой неважно. Важно, что он действительно помогает. Согласись, его задумка рискованна. Но ведь в случае удачи нам удастся навсегда избавиться от отца и наших обязанностей. — А ты не боишься, что вместо одной тюрьмы, мы попадем в другую? Этот морой очень влиятелен. Возьмет, свалит все на нас. И тогда пиши пропало. Ведь пока создать бессмертие не удалось. А отец хоть и козел, но не последний человек среди элиты. Его пропажу заметят. — Зачем заглядывать так далеко вперед? Пока еще мы даже на половину не подобрались к цели. Блин, опять он все сводит к тому, что я во всем виноват. Вечно так и бывает. Как бы я не пытался назвать виновным брата, он все равно все скидывает на меня. Нашел козла отпущения, чтоб его. — Забей. Я уже наслушался твоих упреков. — Слушай, наши отношения строятся по принципу, не убей другого, как можно дольше. Так что давай просто закроем тему твоего любовного помешательства и займемся планом «б». Как быстро он сменил гнев на милость. Просто удивительно. — А что им заниматься? Отправляем Джулию в Академию и ожидаем результатов. — Как у тебя все просто, — я заметил, что брат стал грустным. Что-то он не договаривает. — В чем дело? Люк стал искажать рот, пытаясь увильнуть от ответа. Так, неужели есть причина, по которой я смогу отказаться от задуманного? Меня ведь не так просто переубедить. — Как тебе сказать. — Как есть, так и говори. Я даже смог приподнять на локти, что с моей слабостью огромное достижение. — Наш благодетель больше нам не может активно помогать. И в самом деле не самая радушная новость. Только-только говорили о нем, а тут и на тебе. Все же я никогда не научусь определять, лжет мой брат или нет. — Ты о чем? — Он в тюрьме. У меня глаза полезли на лоб. Я мог предположить все, что угодно, но не это. — Да, ладно? Что он такого сделал? Поверить в то, что уважаемые люди не могут купить себе свободу, поразило меня. Видимо, наш соратник действительно натворил что-то, за что ему придется отвечать по всей строгости закона. Капец сколько нового можно узнать за двухлетнее отсутствие. Надо почаще прятаться. — Переборщил с носильным перемещением девушки на нашу сторону. — То есть он облажался еще хлеще, чем я? Люк одарил меня уставшим взглядом. — Тебя только это волнует? А то, что миссия под угрозой срыва? — А почему ты мне сразу не сказал? — Потому что ты не спрашивал. Опять двадцать пять. Он издевается. Нельзя же быть такой сволочью. — Блестяще, а если бы разговор о нем не зашел? Признайся, ты ведь не собирался мне рассказывать про оплошность? Люк промолчал. Если я угадывал его намерения, то брат мне не перечил, принимал, как должное. И в этот раз также не стал исключением. — Я знаю, ты ненавидишь меня. Но мы договорились работать сообща. Так что будь так добр сообщать мне про изменения в плане. Снова молчание. — Давно его посадили? — Больше двух лет назад. — Что?! Я понимал, кричать нельзя, прибегут медсестры, но спокойно реагировать на подобные заявления я тоже не мог. Получается, последние два года мне лгали, водили за нос. А я, как слепой дурак, верил. Почему всегда все заканчивается именно разочарованием в Люке. — И кто тогда нас финансировал все это время? — Если я скажу, кто, ты меня убьешь. Отлично, только не говорите мне, что это та, о ком я подумал. Блядь. Неужели Люк настолько помешался на мести, что согласился на ее помощь? Она же наверняка попросила взамен что-то. — Скажи, что ты не обращался к ней. — У меня не было выбора, — брат подтвердил мои догадки, но я не услышал в его тоне сожаления. Люк совсем рехнулся, заключать сделку с этой ненормальной. В прошлый раз она меня едва на себе не женила. Приспичило, что я похож на ее покойного мужа. Хорошо, что вовремя отец вмешался. — Прекрасно. А я только подумал, что хуже уже быть не может. Откидываюсь на подушку, тело одолевает ярость. Как же так, я снова оказался лохом. Это уже вошло в привычку. — И что нам теперь делать?! — Я уже кое-что предпринял. — Боюсь представить, что именно. Ты ведь говорил, что нам помогает наш благодетель. Но он не причастен к побегу девушек? Я прав. Молчание, значит прав. — А я еще думал, почему Роза так упорно ведет себя, как шлюха. Это она сделала ее такой, верно? Покопалась в голове и воспоминаниях, как любит. Тишина продолжается. — Черт! А я ведь действительно думал, что могу тебе доверять. Я, конечно, рад тому, что познакомился и полюбил такую замечательную девушку. Но, если бы я знал, кто нас свел, то, поверьте, держался бы от дампирки подальше. — И можешь. Послушай, — перебил брат, пока я не начал возмущаться, — знаю, ты ее ненавидишь еще сильнее, чем меня. Однако именно благодаря ей, нам удалось отчасти подчинить себе Розу. Подумай сам. Если план «б» удастся, ты вернешь возлюбленную. Она станет только твоей. — Ты же сам только что сказал, что ей кроме этого русского никто не нужен. — Франко, братишка, — Люк подходит к постели. — Она сможет повторить еще раз. И тогда никто не будет стоять на твоем пути. Если не хочешь помогать мне, то хотя бы закончи начатое ради себя. Вот в чем особенность всех гадов. Они знают, на какие рычаги стоит нажать, чтобы в итоге человек им подчинился. Я понимал, что совершаю огромную ошибку. Что брат просто манипулирует мной. Но, черт побери, я готов на все, лишь бы вернуться себе Розу. Так что вместо ответа, мои губы изогнулись в коварной усмешке. — Либо Роза станет моей, либо я сдам тебя с потрохами. — Согласен. И вот оно очередное обещание. Посмотрим, удастся ли брату и в этот раз сдержать слово.