Палочник

В четырнадцать на его ключицы со спины приземляются маленькие крылья. Они удивительные, острые, железные, они вырастают из лопаток, они почти физически ощутимы. И ему не везёт, потому что сейчас время тёплых свитеров и мягких водолазок, показывать свои такие красивые, новые, великолепные крылья некому. Синдзи, конечно, так не считает, нет. То, что серебряные крылья его белого ангела никто не видит кроме него, он бы назвал везением. Потому что пока сейчас худые, острые белые плечи греют кроме белых свитеров только его руки, пока кончиками пальцев Синдзи обводит края серебряных крыльев, пока Каору вздрагивает от прикосновений, не может сдерживать дрожащие кривоватые улыбки и путается в белых волосах, пытаясь убрать густые локоны с лица, Синдзи Икари думает о том, что прекрасные, маленькие, удивительные крылья принадлежат только им двоим. Через полгода на его запястье появятся чьи-то инициалы. Пусть до смешного сентиментально и так обыденно, но иногда ему будет казаться, будто кожа под ними горит и бьётся током одновременно, иногда — тогда, когда рядом их обладатель. Пусть настолько глупо и сентиментально, но Икари Синдзи будет целовать ангельское запястье, а Каору будет краснеть каждый раз и не будет скрывать свою новую татуировку. И это будет поводом для гордости обоих.