Палочник

За имением избыточного свободного времени родители порой отдают детей в кружки и школы, следуя своим личным детским мечтам и предпочтениям. Маленьких детей иногда даже не спрашивают. И мальчик Синдзи отныне первоклассник в музыкальной школе для детей. «Синдзи, беги в музыкальную школу!» На самом деле, трудно искать личные причины для посещения занятий. Пока Синдзи ходит на фортепиано и ещё на несколько теоретических уроков. И нет удовольствия в том, чтобы твоими пальцами пытались управлять на бело-чёрной холодной ленте, чтобы их ломали и выгибали как «нужно» и «правильно». Синдзи хотел бы любить то, чем занимается. Проблема в том, что любить он хотел бы то, что выбирал сам. Конечно, очень трудно теперь приспособиться. И уж точно совсем не хочется. Но однажды он слышит в актовом зале репетицию старшеклассника-виолончелиста. Он слышит одну печальную и простую мелодию, впервые подслушивает чьё-то исполнение у дверей дольше обычного, и это не простое любопытство. Это первый день в жизни Икари Синдзи, когда от музыки его сердце пропускает удар. (А ещё отрывками мелодия будет долго жить где-то на самой глубине его сознания.) И в этот день взволнованный мальчик вспоминает ночью эти гибкие ноты и мечтает о струнах и смычке. Мальчик немного подрастёт. Его инструментом скоро станет томная и глубокая виолончель. Но фортепиано Синдзи не бросит. Хотя бы потому что всё ещё не свободен от тяжёлого «надо». Годы сменяются годами, ученики учениками. Виолончель остаётся прежняя, желание сыграть хоть раз в жизни ту самую мелодию тоже. И он всё ещё терпеть не может фортепиано, и белый цвет клавиш его так раздражает. Бывает, что-то случается, чёткое расписание уроков путается, и однажды Синдзи приходит на урок в то время, когда на белых клавишах танцуют белые пальцы, и на белые скулы падают длинные белые пряди. С белых клавиш слетает усложнённая, длинная, словно более глубокая и всё такая же печальная мелодия, как несколько лет назад. Второй раз в жизни мальчик Икари Синдзи становится молчаливым слушателем. Он слова не может вымолвить, а его одаряют белой улыбкой. Это Нагиса, ещё один ученик, и насколько странным может быть то, что они ни разу не встречались, Синдзи представить себе не сможет. Но бывает так, что резко всё меняется, дружба завязывается, и в человеке открывается скрытая любовь к чему-то. Благодаря Каору Синдзи влюбляется сначала в мелодию, потом в белые клавиши, в белые пальцы и скулы и в белые длинные пряди волос. Однажды на репетиции в большом актовом зале будут играть дуэтом два пианиста-старшеклассника. И мелодия эта будет невероятной, печальной и глубокой, она будет оседать на холодном школьном полу, неторопливо вылетать в щели из-под дверей, где один первоклассник остановится и прислушается, а его лёгкие на секунду забудут, что такое воздух. Мелодия будет вдохновлять детей и передаваться многим впоследствии, мелодия будет такой вечной, потому что когда-то одной виолончелью она была рождена с любовью и печалью.