I knew you were trouble

Ева оказывается в грязном туалете уже после полуночи. Её трясёт, ей плохо, а по щекам предательски катятся слезы, и она просто не может успокоиться. Проглоченная ранее таблетка совсем не помогла расслабиться, и она с трудом успевает доползти до туалета, когда её выворачивает наизнанку. По ушам больно бьет музыка, Еве кажется, что она разваливается на части. Входная дверь хлопает, и она слышит чей-то смех совсем рядом. — Извини, — перед ней оказывается незнакомая девушка, но тут же склоняется, пытаясь поймать её взгляд, — тебе плохо? Позвать кого-нибудь? Ева хочет отрицательно покачать головой, но её снова скручивает. — Нуру, — она прислоняется лбом к холодной плитке, закрывая глаза, пытаясь хоть немного прийти в себя. Язык заплетается, и Ева не совсем уверена, что эта девушка правильно разобрала произнесенное имя. Она не знает, сколько проходит времени, но вскоре дверь открывается вновь, запуская в помещение аромат духов. — Ева? Что с тобой? — рядом с ней опускается Нура. — Пошли, тебе нужно выйти на свежий воздух. Ева с трудом поднимается, размазывая по лицу потёкшую тушь вперемешку со слезами, и, опираясь на Нуру, идёт к выходу, придерживаясь за стену. Пол угрожающе качается под ногами, будто она находится на палубе корабля, плывущего в штормящем море. — Что ты пила? — вновь спрашивает Нура, пытаясь облегчить им путь через толпу, — Эй, ребята, аккуратнее! — Я… Слова отказываются связываться в предложения, а мысли путаются, невидимой паутиной опутывают её всю, оставляя лишь беспомощную пустоту в голове. Её попытки прерывает Крис, появившийся из ниоткуда, но к этому моменту у Евы перед глазами все окончательно плывёт, и она едва соображает. — Что с ней? — Ева едва различает его голос, лбом упираясь в плечо Нуры и пытаясь справиться с ещё одним приступом тошноты. — Я не знаю, я нашла её уже в таком состоянии. Может быть, выпила слишком много. Я отведу её домой. Ева пытается что-то сказать, но лишь бурчит себе нечто непонятное под нос, ещё сильнее заваливаясь на Нуру. — Она едва стоит, — раздаётся совсем рядом с её ухом, после чего её слегка встряхивает, и её ноги отрываются от пола, — пойдём, я тебе помогу. Вызови такси, одна ты её все равно не дотащишь. — Выглядишь ужасно, — он усмехается, проходя мимо неё следующим утром. Ева провожает его взглядом, но тут же быстро кивает подругам, устремляясь вперёд. — Крис! — окликает она, в несколько шагов преодолевая разделяющее их расстояние. — Спасибо тебе, — Ева неожиданно смущенно опускает глаза, — ты очень помог вчера. И отдельное спасибо за аспирин, — она слабо улыбается, поправляя лезущие в глаза волосы. Глупо было смущаться из-за такой ерунды. Вот только это было что-то абсолютное новое, не простое «мы оба слишком пьяны, чтобы задумываться над тем, кого именно целуем», а «выпей аспирина, когда проснёшься, после такого утром тебе будет ещё хуже, чем вечером». Это пугает, но Ева быстро выбрасывает подобные мысли из головы. Ничего особенного. Не происходит абсолютно ничего особенного (и она уверена в этом на все сто двадцать процентов из ста возможных). — Обращайся, — он подмигивает, вновь устремляюсь к ждущим его друзьям, но на секунду вновь оборачивается, слишком довольно ухмыляясь, — кстати, ты знала, что говоришь во сне? — Что? — она моментально нахмуривается, пытаясь вспомнить хоть что-то из вчерашнего. — Крис! Ева пытается вспомнить, о чем она хотя бы примерно думала в последнее время. Что ей нравится с ним целоваться? Что у него потрясающая улыбка? Она же не могла в самом деле так облажаться? Нет. Это просто не может быть связано с ним. Она не думает о нем так много, чтобы говорить подобные глупости в бессознательном состоянии. Не думает же? Крис только смеётся. — Удачного дня, Ева. — На этой вечеринке ты должна найти себе кого-нибудь, — шутливо толкает её в бок Вильде, — ты не можешь упустить такую возможность, — она забавно округляет глаза, готовясь со своим обычным запалом начать лекцию про важность социального статуса в старшей школе. — Вильде, Еве не надо никого искать, — авторитетно заявляет Сана, но тут же меняется в лице, понимая, что только сказала, и, пытаясь исправить ситуацию, уже менее уверенно спрашивает, — верно? Ева неуверенно пожимает плечами, заправляя за ухо лезущую в глаза прядь. — Сана права. Мне не нужны сейчас новые отношения. Телефон звенит от нового входящего сообщения, но Ева не принимает никакой попытки открыть сообщение, замечая имя отправителя. Не тут, не при всех, не тогда, когда вновь поднимается подобная тема. Они обмениваются взглядами, и Вильде даже открывает рот, готовясь что-то сказать, как Нура шикает на неё, тут же переводя тему. — Какие планы на вечер? Раз сегодня не планируется ничего особенного, мы могли бы посидеть у меня. Эскиль даже обещал сделать попкорн. А Ева злится, не понимая, когда имя Криса стало электрическим напряжением повисать в воздухе прямо над ними. — Ммм, — Ева недовольно жмурится, пытаясь избежать проникающего из коридора через приоткрытую дверь света. — Ты правда можешь спать под эту музыку? — Крис плюхается на кровать рядом с ней, легко толкая в плечо, — Ева, уже поздно. — Ты можешь полежать вместе со мной, — она чуть приоткрывает глаза и тянет его на себя, тут же кладя голову ему на плечо и утыкаясь носом в шею, — вот так. Ей слишком хорошо, и она не хочет двигаться. Может быть, в этом виновата череда только что прошедших контрольных, лишавших её нормального сна последние две недели, но у неё совершенно не было желания вновь спускаться вниз. Возможно, ей следовало бы пойти домой и попытаться заснуть в своей постели без угрозы свалившегося рядом пьяного тела, но для этого ей все ещё нужно было морально собраться, что у неё никак не получалось. — Мне нравится твой одеколон, — неожиданно заявляет Ева, даже не задумываясь над тем, что говорит. — Да? — Крис явно забавляется, с интересом наблюдая за почти заснувшей девушкой. — Да, — она немного ерзает, устраиваясь ещё удобнее, — ты можешь быть милым, когда не ведешь себя как мудак. — Что ещё расскажешь? Ева чуть хмурится, пытаясь (неудачно) сосредоточиться на разговоре. — Было бы просто замечательно, если бы ты не мешал мне. — Посмотрим, что ты скажешь завтра, когда я тебе перескажу твои же слова. Не надейся, что я это когда-нибудь забуду, Мун. Он закрывает глаза, мысленно обещая себе все же разбудить её через несколько минут. Первое, что Крис видит с утра — сонное лицо Евы, использующей его в качестве подушки.