Начнем с чая, Джон?

Шерлок пинком захлопнул дверь спальни и, не прерывая поцелуя, толкнул Джона к своей кровати. Он лихорадочно начал расстегивать пуговицы его рубашки, отмечая, что блогер последовал его примеру. Их движения были чересчур неловкими и резкими, потому что желание и столь длительное ожидание сводили обоих с ума. Переступив через одежду, которая теперь кучей валялась на полу, они упали на кровать. - Ты признался мне в любви. Рука Шерлока скользнула по животу доктора и двинулась вниз. - Думал, ты знаешь это. Но, судя по твоей реакции, это было новостью. - Оооо, черт. Ватсон не удержался и выгнулся, когда ладонь Холмса накрыла его пах. Он подкинул бедра навстречу этим прикосновениям, чувствуя, как горит кожа под чуткими пальцами. - Я люблю тебя, Джон. - Я тоже люблю тебя, Шерлок. Джон прогнулся от удовольствия, когда рука крепче сжала его член. Шерлок же тяжело выдохнул и приподнялся на локте, раздвигая ему ноги. Детектив двинул бедрами, прижимаясь твердым членом к бедру своего блогера и толкаясь в него, чувствуя, как что-то в его голове взрывается искрами неконтролируемого желания. - Потребуется... Рука детектива скользнула под подушку, вытягивая оттуда смазку. - Откуда ты мог знать что нам это понадобится именно здесь? - Ты сомневаешься в моих способностях? - Даже и не думал об этом. Губы Холмса скользнули по шее Ватсона, заставляя его стиснуть руки на белых плечах и в очередной раз застонать, несмотря на неожиданное влажное прикосновение к своим ягодицам. Джон невольно сжался, и тогда Шерлок торопливо пробормотал: - Не обращай на это внимания, целуй меня… Послушавшись совета, доктор расслабился и ответил на поцелуй, чувствуя, как два пальца осторожно проникли в него, разминая мышцы. Джону не было больно, но он ощутил дискомфорт, когда Шерлок надавил на стенки и развел пальцы шире, оставляя между ними пустоту. Тем временем вторая рука Холмса соскользнула с бедра блогера вниз. Неожиданно детектив отстранился и, заглядывая в глаза, прошептал: - Все будет хорошо. - О чем ты? Хорошо? То есть… Джон не успел даже насторожиться, когда что-то гладкое и скользкое коснулось его у приоткрытого прохода, а когда до него дошло, в чем дело, Шерлок ловко поменял пальцы на член и с силой толкнулся вперед. От боли в глазах у доктора потемнело. Все вокруг сузилось лишь до них двоих. Пальцы Ватсона вцепились в шею детектива, царапая ее. - Бляяять… как же это… - Все в порядке. У нас с тобой все получится. По ощущениям Шерлок был уже внутри целиком. - Ты вытерпишь? - Я вытерпел войну и мне без наркоза вытащили пулю из плеча ножиком. Секс я точно должен вытерпеть. Холмс не удержался от смешка, Джон тоже, и это позволило ему расслабиться. Боль притупилась. Детектив мягко поцеловал его и затем прошептал на ухо: - Еще совсем чуть-чуть. Сейчас ты привыкнешь и все будет очень-очень хорошо. Поверь мне, я точно знаю. Ватсон кивнул, обвивая руками талию детектива, который самозабвенно начал целовать его. Это действительно помогло отвлечься, и Джон почувствовал себя гораздо лучше. - Начни, Шерлок. Только… будь осторожен. Детектив нервно кивнул и подался назад, а затем вперед. Через несколько десятков таких толчков мышцы доктора расслабились, и он уже охотно начал отвечать на поцелуи, опять возбуждаясь. - Джон… Я сейчас попробую найти твою простату, хорошо? - Она… Конец фразы утонул в сдобренном ругательствами стоне, потому что член Шерлока попал в нужную точку. Детектив самодовольно улыбнулся и, припав к шее блогера, пробормотал: - О, Джон… Я изучил тебя как Лондон, вдоль и поперек. Движение бедер, и Ватсон в очередной раз выгнулся, чувствуя, как сильно ему не хватает воздуха. Но, очевидно, происходящие до этого события были только прелюдией, потому что обжигающе-горячая ладонь сжалась на его члене, в то время как Холмс, окончательно отпустив себя, принялся вбивать Джона в матрас, вцепившись зубами в его плечо. Внутри у доктора все горело. Это ощущение заполненности, единения, запах кожи и волос Шерлока, сносящее крышу, удовольствие и восхитительно талантливая рука на члене не оставляли выбора. Оргазм оглушал. Единственное, что Джон мог почувствовать – это пульсацию и появившуюся влагу внутри. Абсолютно обессиленный Шерлок упал на кровать рядом, тяжело дыша, и переплел пальцы с пальцами Джона. От этого жеста Ватсон еще сильнее расслабился, чувствуя, как сжимаются потревоженные мышцы. - Шерлок? - Да? - Ты вообще веришь в то, что произошло? Холмс вымученно улыбнулся и, повернувшись на бок, прильнул к доктору. - Не очень. Кажется, что сейчас… Узнать, что же казалось Шерлоку, Джону так и не удалось. Громкий топот каблуков разнесся по всей квартире, и ровно через секунду в их спальню влетела миссис Хадсон, возбужденно тараторя: - Шерлок, что ты опять натворил? Джона нигде нет, а еще сюда приехал инспектор, уверяющий, что… О! Следом за домовладелицей (не домработницей!) в маленькую спальню буквально ввалились Лестрейд, Донованн и Андресен, сбивая все на своем пути и тряся пистолетами, но, едва поняв, что происходит, замерли. На кровати сидели взмокшие, растрепанные, абсолютно голые Шерлок Холмс и доктор Джон Ватсон, безуспешно пытающиеся прикрыться одеялом. Звенящая тишина продержалась секунд тридцать, а затем Холмс яростно воскликнул: - Какого черта вы все здесь делаете? Красный как рак Грег пролепетал: - Ннно… Ты пообещал приехать незамедлительно, и, когда прошло полчаса, мы испугались. В прошлый раз, когда ты опоздал на место преступления, тебя похитили, и… В тот момент Джон окончательно вышел из себя и, подскочив на кровати, проорал: - ВОН! Убирайтесь отсюда! Немедленно! Ни разу не слышавшие такого тона от тихого доктора полицейские и миссис Хадсон пулей вылетели из квартиры, а Шерлок, несносный Шерлок, расхохотался в голос. - Ну, в этом есть плюс: теперь Салли никогда не будет называть меня девственником, как раньше. - Плюс? Ты видишь в этом плюс? Да теперь все будут говорить только об этом как минимум месяц! Нужно объясниться с миссис Хадсон! С Грегом! С Молли! И наверняка Майкрофт захочет побеседовать со мной, черт побери! Выругавшись, Ватсон плюхнулся на кровать и уставился на своего соседа. - И с чего же нам с тобой начать? Заходящее солнце, такое необычно яркое для ноября, цеплялось своими последними лучами за этот уходящий день, а Единственный в мире Консультирующий Детектив, в чьих кудрях запутались его оранжевые отблески, улыбался. Улыбался первому и единственному человеку, которого по-настоящему любил. - Может быть, начнем с чая, Джон? THE END.