По ту сторону души

      Темно. Тихо. Холодно. Какая-то пустая черная дорога, кажущаяся бесконечной. И туман. Непроглядная плотная дымка пепельно-молочного цвета расползлась по всей долине Мистик-Фоллс и окутала собой весь город, и все словно уснули. Птицы не пели, ветра не было, деревья казались высокими безмолвными гигантами, плотным кругом смыкающимися вокруг своей жертвы. И почему, черт возьми, не пели сверчки в столь поздний час?! Такая атмосфера буквально вогнала Стефана в состояние ужаса — он поежился от липкого чувства страха и присутствия в этом месте чего-то сверхъестественного, жуткого. Чего-то, что нельзя объяснить просто словами или увидеть глазами… это нечто большее, это можно только почувствовать…       Не успел он осмотреться, как из близлежащих кустарников на него что-то выскочило и оттолкнуло в сторону. Он пришел в себя, когда понял, что уже лежит на земле, и на нем сверху кто-то сидит.       — Эмма?       — Тсссс! — Девушка приложила свой тонкий холодный палец к его губам и устремила сердитый взгляд на дорогу. Стефан проследил за ним и увидел ужасающую картину: по дороге в буквальном смысле ползла тьма, она пожирала все, и после нее не оставалась ничего, кроме страха и ужаса. — Стефан, что ты тут делаешь? Я же просила остаться в городе.       — Что это было?       — Ты как будто только что родился. Это тьма, она охотится за нами и пожирает нас. Как ты вообще оказался на этой дороге? — Брюнетка стремительно покинула временное убежище и вышла на середину дороги, которую уже освещала луна.       — Ты не поверишь, но я искал тебя. Эмма, этот мир, в котором сейчас ты живешь… он не настоящий, не реальный. Он выдуманный, а ты... ты просто спишь.       — Хорошая шутка. Скажешь это, когда тьма тебя поглотит.       — Что это? — Сальваторе посмотрел по сторонам, услышав безумные и отчаянные крики.       — А, это! Там Дом Айкена, в нем находятся все, кто остался жив после столкновения с тьмой. Она изменила их, теперь они повторяют только одно: «Тьма близко! Они идут. За всеми нами».       — Кто они, Эмма?       — Ужасные Доктора.       — Кто? — Раньше об этих существах Стефан лишь читал в книжках и никогда не верил в бредни о сумасшедших докторах, которые охотятся за людьми. И слышать подобное от воспаленного разума Эммы было для него в новинку. Но сейчас Рид с таким серьезным видом говорила о них, словно она оказалась в мире книг. И что еще за дом Айкена? Будто сериал. Дорогой американский сериал про подростков, влезших в полное дерьмо, из которого выбраться им поможет только дружба.       — Они каким-то способом могут влиять на нас и забирать наши воспоминания, они как-то связаны с тьмой, которая поглощает все. И от них не убежать. Они действительно близко.       — Послушай, Эмма, мы должны возвращаться. В реальный мир, где нет тьмы. Там все спокойно и у тебя есть те, кому ты не безразлична. Помнишь Деймона, ты ведь любишь его больше всего на свете?       — Любила, — брюнетка горько усмехнулась.       — Что?       — Я любила Деймона. Он был в Доме Айкена после столкновения с тьмой, пару недель назад снял кольцо и сгорел на солнце. Врач сказал, что он не выдержал этого давления тьмы на него, — девушка смахнула со щеки слезу и вновь стала «железной».       — Очнись! — Сальваторе с силой встряхнул девушку за плечи, как ему тогда показалось, ее голова почти отлетела. — Это все сон! Просто дурной сон, Эмма. Это не правда! Я докажу тебе! Нет никакой тьмы! Ты сама ее придумала! В Мистик-Фоллс нет никакого дома Айкена, в нем вообще нет подобной психиатрической клиники.       — Как?       — Ты особенная, Эмма. В тебе течет кровь твоих предков. И сейчас ты просто спишь, на нас напали змеи… помнишь? Ты создала какую-то магическую воронку, которая отправила тебя в кому. Ты это помнишь? — Перед глазами девушки тут же замелькали обрывки некоторых событий, которые происходили словно в другой реальности.       — Не знаю…       — Только ты можешь избавиться от этой тьмы, и как только ты победишь, я смогу показать тебе путь домой. Ты готова?       — Тьма возвращается! Надо бежать! Стефан, бежим! — Девушка пыталась тащить вампира к лесу, куда тьма еще ни разу не заходила, но он упорно продолжал стоять на дороге, держа ее за руку.       — Ты можешь уничтожить ее. Это твой сон, Эмма. Только ты можешь его прекратить!       Тем временем тьма надвигалась все ближе и ближе, пока вовсе не поглотила двух людей на дороге…       Но на этом все не закончилось; тьма прошла сквозь них, она исчезла, оставив после себя кучу пепла. И как только пепел был развеян ветром, из-за туч выглянуло солнце, осветив своими лучами парня и девушку, стоящих на дороге.       — Ты справилась!       — Я вспомнила! Мне нужно вернуться! Ты знаешь, как попасть домой?       — Просто иди за мной, — парень пошел вперед, по-прежнему держа девушку за руку, и она последовала за ним... но потом резко вырвала ладонь из рук вампира и отвернулась.       — Ты не понял, Стефан. Я должна найти Деймона здесь и поговорить с ним. Прости, я не могу пойти с тобой. Не сейчас.       12 часов назад.       Прошло уже около двух часов с тех пор, как на границе города появился Ник Беркхард в компании своего знакомого, но в городе по-прежнему ничего не происходило и даже на странность было спокойно.       — Слишком тихо, — констатировал старший Сальваторе, пока его брат выкидывал из шкафа старые вещи, которые, как ему казалось, все чаще напоминали ему о прошлом. А с тех пор как вернулся Деймон в компании Эммы, все словно снова стало на свои места — Деймон снова здесь, он снова прежний и довольствуется жизнью, издеваясь над Стефаном, пока тот по-прежнему все это терпит.       — Думаешь, затишье перед бурей?       — Когда две минуты назад Донован прислал мне сообщение, в котором сообщал о приезде моих старых знакомых, все встало на свои места. Я уверен, змеи уже здесь, они просто ждут подходящего момента, когда мы не будем этого ждать, — мужчина задернул поплотнее занавеску и повернулся лицом к брату, — я не готов потерять и Эмму, как бы странно это сейчас не прозвучало.       — Это не странно. Ты решил двигаться дальше, пока Елена погружена в сон, а Бонни жива, и я не виню тебя за это. Просто это неправильно по отношению к Елене… это все неправильно. Как и наша жизнь в целом, — парень замолчал. Он понял, что сказал много лишнего, как только снова упомянул Елену, но тогда останавливаться было уже поздно. Да и по правде сказать, он действительно не понимал такого поведения своего старшего брата. Да и не хотел понимать, — что бы ни случилось, я помогу тебе, и Эмма не пострадает. Я обещаю.

****

      Тем временем Мэтт Донован, а по совместительству и новый мэр города, засел в своем кабинете в поисках информации, которая поможет ему спасти дочь. Кажется, он уже давно потерял счет времени — с тех пор как он пришел сюда, как ему показалось, потемнело уже несколько раз. Хотя может он просто отключался… в прочем, это не имело значения. Сейчас его волновало лишь одно — как заставить змей отступить, прежде чем его дочь погибнет или пострадает.       За это время он прочел ни одни ведьминский гримуар, когда-то он собирал их по всему миру, потому что владелицы были мертвы, а их наследники отказывались от магии, предпочитая спокойную тихую жизнь. И вот, наконец, в одном из них он, кажется, отыскал, похожу информацию… но было одно «но». В этой книге писали о существе под названием банши, и вряд ли его дочь могла быть радаром смерти, разве что… с измененной мифологией? Могло ли такое быть…       — Проделав своим криком брешь между мирами, Марьям упала на землю и больше не подавала признаков жизни, — вслух прочитал Мэтт и задумался, — ее глаза стали кристально чистыми, когда я посмотрела в ее глаза, она не знала, что я вампир, как и не знала то, что я ведьма… Марьям умерла, так и не придя в себя, а тем временем призраки, ушедшие во тьму навсегда сквозь брешь шли обратно и несли с собой зло… Кэтрин была права. Кэтрин? — Глаза Донована округлились, но не успел он выстроить в своей голове логическую цепочку, как вдруг двери кабинета распахнулись. — Я же просил не беспокоить! — Грозно произнес Мэтт, оборачиваясь, и тут же замер, когда на пороге своего кабинета увидел ее. В нежно-розовом платье со слегка завитыми локонами, обрамляющими ее милое личико и спадающими на плечи. Словно это была и не та девушка, которую он видел в прошлый раз. Но именно сейчас Эмма так сильно напоминала ему о прошлом, о той, кого уже давно нет.       — Привет, пап!       — Ты так похожа на свою мать…       — Я здесь не за этим, — девушка бесцеремонно перебила мужчину, и по-хозяйски пройдя вглубь кабинета, устроилась на диване, — не смотри так, словно я невинная овечка. Это платье… выбор Деймона. Потому что я не могла пойти в магазин голой, после того как он разорвал мою блузку…       — Этого мне знать не обязательно, — Донован хмыкнул. В его голову уже давно закралась мысль о том, чтобы прикончить старшего Сальваторе, но сейчас, когда этот засранец совратил его несовершеннолетнюю дочь, ему окончательно захотелось расправиться с ним. И как можно более ужасно. — Я убью его…       — Да брось, я взрослая девочка. И могу встречаться с кем захочу и когда захочу. Но я здесь не для этого… ты ублюдок. Да! — Эмма утвердительно кивнула. Для кого она это сказала? Для самой себя или может быть для Мэтта, но пока она сама толком этого не понимала. — Но я знаю, что ты хочешь помочь мне… а я знаю, что у тебя есть куча книг, в которых есть истории со всего мира обо всех магических существах, которые жили когда-либо на земле… от сирен до вампиров, — не дожидаясь еще слов от Эммы, Донован развернул к ней книгу, раскрытую на той странице, где была нарисована банши.       — Серьезно? Банши? — Рид пожала плечами. — Я ведь не чувствую смерть…       — Это не просто банши. Я не знаю, как объяснить… это как модифицированная банши, настроенная на временную чувствительность, а не на смертельную. Она может читать в глазах людей их прошлое, будущее, проникать в их разум, чтобы внушать свои мысли… но самое главное, — Мэтт замолчал. Обычно он привык говорить все в лоб, но в этот раз было гораздо тяжелее. Почему, он и сам не знал, — этот вид банши способен своим криком разрывать пространственную завесу, то есть, если такая банши закричит… а это бывает весьма редко, то она прорвет своим криком завесу между нашим миром и миром призраков.       — Почему она кричит?       — В случаях крайней опасности… и ты, наверное, должна знать еще кое-что. Не знаю, как тебе сказать… В общем, это не просто книга. Это дневник еретика, существа подобного Бонни, она знала одну банши и писала о том, что с ней происходило… Когда Марьям, так ее звали, закричала... — мужчина замолчал, Эмма вся напряглась предвкушая услышать нечто ужасное и даже пугающее.       — Не тяни, Мэтт!       — Она впала в кому, пробыла в ней несколько месяцев и умерла. И как пишет Рут, Кэтрин оказалась права, когда сказала, что Марьям умрет... — он по-прежнему продолжал что-то говорить, но Эммы перестала слушать после слов о смерть Марьям. В ушах зазвенело, сердце бешено заколотилось, гулкими болезненными ударами отдаваясь где-то в висках. Все перед глазами поплыло и, кажется, она отключилась.       Наши дни.       На этот раз Стефан оказался на большой площадке у высоких стальных ворот. Прямо на входе на воротах сидела большая черная ворона. Удивительно, но сейчас Сальваторе решил, что это весьма эффектно — впустить в выдуманный мир воплощение плохого Деймона.       — Дом Айкена, — как бы про себя, но вслух произнес вампир, чем вызвал новую волну криков, доносящуюся из открытых окон психиатрической клиники. Все эти люди кричали так пронзительно и громко; где-то в куче голосов он услышал голос Кэролайн и, кажется Елены.       — Узнал кого-то? — Рядом раздался голос, кажется знакомый — вампир обернулся и столкнулся лицом с Энзо в белом медицинском халате.       — Там Кэролайн?       — Да. И Елена, и Кэролайн. И даже Бонни там. Я пришел к ней, а она так смотрела на меня, будто не узнавала, будто вообще не знала, кто я такой. Бормотала что-то о тьме и Ужасных докторах, — гениально! Эмма Рид настолько изобретательна в собственных фантазиях, что заставила Стефана говорить с человеком, которого в реальной жизни она сама не знала, а он пытался убить на глазах Бонни, — я прихожу сюда постоянно, и каждый раз одно и то же.       — Где Эмма?       — Там, — вампир указал рукой за ограждения, куда-то в сторону, где стоял темный женский силуэт, — на этом месте сгорел Деймон, она приходит туда уже несколько дней и просто стоит и смотрит. Тьма слишком сильно повлияла на нее, хотя она и думает, что справляется.       Не раздумывая, парень сорвался с места и пошел туда, где стояла брюнетка, прожигая взглядом стену клиники. Можно было подумать, что она как каменное изваяние, даже не дышит, но было видно, что она человек, что она все еще жива, потому что на ее щеках в свете луны блестели ручейки слез. Но даже каменное изваяние может плакать.       — Здесь он стоял, когда солнце коснулось его тела. Я помню, как они пришли ко мне домой. Я помню, как мы дрались, а потом все поплыло перед глазами. Я была все это время с Кэролайн и Мэттом, а потом я оказалась тут. Почему, Стефан?       — Я не знаю, Эмма. Может быть, это место символизирует твое состояние, в котором ты сейчас находишься. Может тьма как символ того, что ты сделала своим криком. Мне жаль, что Деймон погиб.       — Забери меня отсюда, — наконец девушка повернулась лицом к нему, демонстрируя свои заплаканные глаза, — что мне нужно сделать? Я должна вернуться… обязана.       — Просто доверься мне. Дай мне руку и иди за мной, — брюнетка взяла вампира за руку, в долю секунды ее окутал яркий мягкий свет, а темный город растаял, будто его никогда и не было…       Восемь часов назад.       Когда Эммы пришла в себя над ней уже суетилась та самая блондинка из бара, кажется Кэролайн — она приложила к голове Эммы прохладную тряпку, по всему телу разлился приятный холодок, и головная боль на миг отступила, заставив Эмму приподняться на локтях.       — Ты ведь Кэролайн? — Блондинка кивнула, — а где Мэтт?       — Не знаю, милая, — девушка пожала плечами, — он попросил меня приехать, сказал, что тебе нужна помощь. А как только я оказалась здесь, ему кто-то позвонил и он, сорвавшись с места, умчался куда-то. Как ты себя чувствуешь, ты бледная? — Она заботливо провела рукой по лбу Эммы.       — Я в порядке, — Рид отмахнулась, но попытавшись встать на ноги, тут же упала на пол.       — Ага. Я воспитала двух замечательных дочерей, — Кэролайн подняла Эмму на ноги и снова уложила на диванчик, — и я знаю, что ты не в порядке. Мэтт предупреждал, что ты будешь геройствовать, поэтому… — Форбс так и не успела договорить, когда прохладная рука Рид коснулась ее щеки. Из головы пропали все мысли, была только Эмма. Ее настойчивое воздействие на мозг Кэролайн и чистота.       — Ты не сможешь остановить меня. Никто не сможет. Змеи здесь, я знаю. Я уйду, а ты останешься здесь… а потом… потом поможешь своим детям. Ясно? — Форбс кивнула, и Эмма поспешила покинуть кабинет мэра…       В дверь дома постучали, как только Эмма спустилась на первый этаж. Эмма вздрогнула; она уже надеялась, что это Деймон пришел, чтобы извиниться, забрать ее отсюда и увезти прочь, но как только она выглянула сквозь штору на улицу, то увидела на пороге двух мужчин. Они точно не были людьми Мэтта с учетом того, что один из них стоял прямо рядом с ней.       — И кто там? — Рядом раздался мужской голос, Рид пожала плечами и обернулась.       — Не знаю, люди в черных костюмах… тебе стоит спрятаться где-нибудь, если не хочешь, чтобы они тебя убили. Если хочешь вернуться к своей дочери.       — Вот только не надо этих самопожертвований, — мужчина продолжал стоять на месте, пока девушка рылась во всех ящиках в прихожей в поисках стоящего оружия.       — Эй, это не просьба. Змеи прикончат тебя, как только войдут на порог. У меня будет шанс, я уже дралась с ними, а ты нет. К тому же могли просто ошибиться адресом, пойди наверх и помоги моей подруге, Кэролайн. Я спрошу, кто они и вернусь. И пожалуйста, не бросай свою дочь, — на самом деле Эмма уже давно поняла, кто стоит за дверью, и для чего эти незнакомцы пришли сюда, — а если я немного задержусь, позвони Мэтту или Деймону, ладно?       — Понял. — Мужчина вложил в руки Эммы пистолет, кажется Глок, и по лестнице, ведущей на второй этаж, пошел вверх. И как только как только он скрылся за дверью нужной комнаты, Эмма подошла ближе к двери, чтобы ее открыть.       На пороге стояли двое высоких мужчин представительного вида.       Один был симпатичным блондином с голубыми глазами. Его правильные и одновременно грубые черты лица не могли не привлекать к себе внимания. Это странно, но во втором мужчине было что-то более притягательное и загадочное, даже можно было сказать дьявольское. Обычный человек не мог так выглядеть, в том плане, что простой мужчина не может смотреть так злобно и добродушно одновременно. В его глазах Эмма видела сумасшествие и одновременно радость, но кроме них больше ничего.       — Здравствуйте, простите, наша машина сломалась, а телефон разрядился. Я могу позвонить в автосервис от вас? — Брюнетка внимательно посмотрела на мужчину перед собой, а потом по сторонам. И по близости она не заметила ни одной машины.       — Могли бы придумать что-нибудь получше? Как вы умудрились найти меня здесь, под завесой?       — Я вас не понимаю, — брюнет состроил невинное личико.       — Неужели? Зачем вы здесь? Хотите получить мое тело? Тогда придеться сначала убить меня! Кто попробует первым? — Лицо блондина вмиг изменилось: вместо притягательного симпатичного парня он превратился в некое подобие змеи в человеческом теле. Голубых глаз уже не было, вместо них миндалевидные желтые зрачки, а вместо рта пасть с раздвоенным языком и клыками.       Эмма отшатнулась назад и врезалась спиной в шкаф. То, что она видела сейчас, было не таким уж новым зрелищем, но каждый раз это было иначе и повергало ее в немалый шок, так как до этого она ни разу не сталкивалась с их изменившимися лицами так близко.       — Знаешь, лучше бы ты просто дала мне телефон, — блондин встряхнула головой, и его лицо снова стало похожим на человеческое. Второй открыл дверь шире, и они вдвоем вошли в дом, — мы ведь просто пришли поговорить, Эмма.       — Катись в ад, ублюдок!

****

      Тем временем на окраине Мистик-Фоллс.       — Ты сказал это важно? — Донован вышел из машины и остановился возле Сальваторе, который в это время говорил с Ником и его другом. Он оглядел мужчин и как-то неопределенно пожал плечами.       — Мои друзья, капитан Шон Ренард и Ник Беркхард приехали недавно, — Донован по очереди пожал мужчинам руки, — они сказали, что выследили змей, которые направлялись к нам. Думаю, мы немного в дерьме… Где Эмма?       — В моем доме. С ней Кэролайн. И что мы будем делать…       — Примем удар, — отрезал Ренард тоном, не терпящим отказов или возражений. Было в этом мужчине что-то такое, что заставляло Мэтта чувствовать себя жалким, — они уже наверняка здесь, но это ненадолго…