Побочный эффект

      …Так почему люди испытывают эту необъяснимую тягу к страху? Почему они хотят ощущать этот бурлящий поток сумрака, который способен убить?… -------------------------------       Солнце лениво уходило из зенита, периодически скрываясь за маленькими тучками, которые были очень кстати после нескольких особо жарких деньков. В такую погоду в Джаспере даже можно было нормально существовать, наслаждаясь непродолжительным теплом весеннего светила, которое уже в считанные недели должно было войти в летний цикл, что продлится чуть ли не до середины осени. Именно в такие моменты большинство жителей городка старалось не упустить последнюю возможность погреться в ярких, но пока ещё не испепеляющих, лучах.       Кастервил же была другого мнения на этот счёт. В её понимании, солнце являлось в высшей степени коварным и подлым светящимся шариком в небе, который так и норовил пробраться своими вездесущими лучиками в маленькую щёлочку между шторами и непременно постараться выжечь ей глазки.       Перевернувшись на спину, и что-то недовольно промычав, девушка уставилась мутным взглядом в белый потолок, на котором местами прослеживались трещины в штукатурке. Кое-где, её и вовсе не было. В комнату залетал едва ощутимый ветерок, слегка колыхая полупрозрачные бордовые занавески, из-за чего злосчастная полоска света всё так же назойливо ползала по лицу старшеклассницы, которая не придумала ничего лучше, чем просто спрятаться за собственным локтем. Касание жёсткой джинсовой ткани по коже было не слишком приятным, как, в целом, и ощущения в теле от ночёвки в уличной одежде — после продолжительных разборок с мачехой Ирма обессиленно рухнула на кровать и отключилась в чём было. Мысленно ругнувшись, и, пообещав себе в следующий раз хотя бы снять ветровку, она вытянулась на постели и, зажмурившись, потянулась. В бедро, вполне ожидаемо, упёрся мобильный, который так и остался в кармане джинсов ещё с вечера, откуда его почти сразу же извлекли и нажали на кнопку питания — полностью разряжен. Недовольно цокнув и перестав смотреть на своё помятое отражение в чёрном потрескавшемся экране, Гарпия отложила телефон в угол кровати и, в очередной раз протерев глаза, заставила себя принять сидячее положение.       Голова соображала крайне туго: тараканы в черепной коробке Кастервил были настолько же не выспавшимися после ночных событий, как и их хозяйка, из-за чего напрочь отказывались запускать мыслительную деятельность. В который раз зевнув, девушка по привычке метнула взгляд в угол комнаты, где располагался её рабочий стол, над которым висела небольшая полка, приютившая электронные часы, так ненавязчиво показывавшие добрую половину второго дня. Поджав губы и отведя глаза в сторону, Ирма наконец решила снять с себя уже осточертевшую джинсовку, которая почти незамедлительно полетела в другой конец помещения, а именно — на стул для одежды. Спустя минуту, в том же направлении, отправились и штаны вместе с остальными уличными вещами — тело настойчиво просило переодеть его во что-то более лёгкое и не стесняющее движения. Обнаружив зелёную домашнюю футболку на полу и нацепив её на себя, предварительно отряхнув, школьница заставила подняться свою ноющую тушку с кровати, попутно захватив с собой телефон, и понесла гаджет к столу, чтобы поставить на зарядку.       Около рабочего места на глаза Гарпии попались чёрный рюкзак и несколько помятый ватман, которые так и остались лежать под окном с ночи, тихонечко притаившись за стулом, из-за чего с другого конца комнаты их сразу и не заметили. Постояв так несколько секунд, переваривая мысли, Кастервил лишь тяжело вздохнула, после чего вернулась к своей изначальной цели — найти зарядное устройство в царившем на столе бардаке. Перемотанный в нескольких местах изолентой провод, на удивление, отыскался довольно быстро, и уже через пару мгновений до слуха донёсся тихий пиликающий звук, свидетельствующий о том, что мобильный наконец подключен к электросети.       Отложив телефон на единственное свободное на столе место и взъерошив и без того растрёпанные волосы, Ирма сделала пол оборота в сторону остальной комнаты, всё так же не отнимая руки от затылка, и осмотрела её мутным взглядом, мысленно прикидывая, что нужно хоть сколько-то освободить пространство для работы. Тяжело вздохнув, девушка повернулась обратно к столу и сдвинула стоящий рядом с ним рюкзак в самый угол, чтобы не мешался, а после потащила расположившийся посреди помещения стул, вокруг которого вчера ночью сама Гарпия водила хороводы с мачехой, в угол к своему собрату, который служил верой и правдой в качестве вешалки — сидеть за столом ей сейчас было не нужно, так как ватман банально на него не помещался, поэтому в качестве рабочего места сегодня выступал пол.

***

      — Что ж... — Вздохнула девушка, осматривая результат, который дали её потуги спустя пару часов попыток выдавить из своего мозга что-то более вменяемое, чем разрозненные наброски вариантов размещения злосчастной аэрографии на корпусе автомобиля. — Ну и дерьмо... — Она устало откинулась на стену под окном и запрокинула голову, прикрыв глаза и старясь расслабить всё тело после долгой работы в неудобной позе.       Несколько раз глубоко вздохнув, Кастервил посмотрела в потолок, а затем снова опустила взгляд на своё творение, замерев так на несколько секунд, после чего, зажмурившись, разочарованно простонала и бросила перо с чернилами прямо в центр ватмана, окропив бумагу тёмными брызгами. Капли разметались по всему полотну, став ещё одним неуместным дополнением к неудавшимся зарисовкам.       — Бесит... — Тихо прошипела Ирма, глядя на вычурные ломаные символы, которые были рассеяны по всей работе в разных местах, что являлось следствием очередного припадка, вызванного событиями последних дней.       Какое-то время Гарпия просто продолжала сидеть на полу, при этом подтянув к себе колени и обняв их. Её мысли крутились вокруг той чёртовой гонки и вчерашнего вечера. Кастервил и раньше, порой, боялась автомобилей, из-за чего точно так же ловила приступы, хоть и не сильные. Однако, глядя сейчас на непонятные закорючки перед собой, девушка ощущала, как внутри неё медленно зарождается тёмный сгусток беспокойства, пока её бледные зелёные глаза задумчиво переползали взглядом с одной каракульки на другую — случаев неконтролируемого письма во время рисования раньше никогда не было.       Ирма постаралась себя одёрнуть, решив, что ей просто нужно хорошенько отдохнуть и привести в порядок расшатавшиеся нервы. В конце концов, по её мнению, это был просто большой, и, затянувшийся на несколько дней, стресс, который дал такой неприятный побочный эффект в купе с тем, что у неё уже довольно долгое время не было нормальных выходных. Во всяком случае, ей очень хотелось в это верить.       Поняв, что сегодня ей вряд ли светит выжать из себя что-то приличное в качестве художника, Кастервил просто сдвинула весь творческий бардак в одну кучу, чтобы позже убраться нормально, но это не точно, и выглянула в коридор — было довольно тихо, и лишь с первого этажа едва слышалась болтовня телевизора. Вздохнув, и, немного нахмурившись, старшеклассница выскользнула из комнаты, не забыв прикрыть за собой дверь, и постаралась максимально бесшумно спуститься вниз, что не удалось из-за нескольких жалобно стонущих ступенек, при каждом скрипе которых на лице Гарпии появлялся злобный оскал ненависти к стареньким доскам. Наконец, добравшись до первого этажа, она замерла на мгновение, прислушиваясь, а после прикрыла глаза и расслабленно выдохнула, а затем, неслышной поступью, поковыляла в сторону кухни — в желудке Ирмы уже больше суток не было еды, о чём он крайне настойчиво напоминал своей хозяйке.       Девушка прошмыгнула в помещение, в намерении совершить рейд на холодильник, как резко остановилась, вжав голову в плечи:       — Таки проснулась, Кастервил? — Донеслось из гостиной.       На секунду сердце Гарпии ухнуло вниз, после чего она вздохнула, прикрыв глаза, и опустила плечи, закидывая голову назад в едва слышном стоне разочарования. Эта вездесущая, выводящая из себя одним только своим существованием женщина...       — Да! — Сжав кулаки и выпрямившись, проорала падчерица, чтобы её точно услышали сквозь заставку какого-то очередного сериала.       Несколько секунд ничего не происходило — Гарпия даже приподняла одну бровь, однако сразу же опустила уже обе, из-за чего они превратились в единую сплошную линию:       — Тогда хорош без дела слоняться: на столе список и деньги — в магазин сходишь. — В привычном тоне, не терпящем возражений, отчеканила Джена. — Сдачу потом принесёшь.       Вздохнув и оскалившись, девушка ссутулилась:       — А пожрать-то хоть можно?! — Она была крайне решительно настроена отвоевать своё право на поздний завтрак.       — Поклюй там чего-нибудь и иди, и так уже пол дня прошло. — Смилостивилась Грейс и больше ничего не сказала, так как заставка сериала подошла к концу, и всё внимание мачехи переключилось на телевизор.       Кастервил насупилась, бубня себе что-то невнятное под нос, и, пройдя мимо лежавшей на столешнице бумажки и нескольких купюр, придавленных сверху чашкой, чтобы не разлетелись от сквозняка из форточки, с размахом открыла холодильник, присматривая, что бы такого забросить в своё ноющее от голода нутро.       — "Поклюй там чего-нибудь". — Передразнивая и коверкая голос, тихо проговорила Гарпия самой себе. — Ебать спасибо... — Выругалась она, захлопывая дверцу, после чего отправилась к плите, в намерении сообразить себе яичницу с остатками бекона, который, по видимому, был одним из пунктов сегодняшнего списка покупок.

***

      — Ну и где, спрашивается?       Ирма уже как несколько минут бродила по отделу со сладостями в поисках пачки лимонного печенья, без которого не мог жить её дорогой отчим, при этом умудряясь держать заполненную до краёв корзину с продуктами одной рукой, что со стороны бы показалось несколько нелогичным, не будь на девушке её неизменной джинсовки, что скрывала её выраженную худобу.       — Ну и ладно, ну и не нужно. — Она резко развернулась, как раз попав в ритм трека, который играл в её наушниках, подаренных Накадаи, и уверенно зашагала в сторону кассовой зоны, попутно, в очередной раз, сверяясь со списком.       Спустя несколько мгновений, Кастервил внезапно остановилась посреди ряда с разнообразными цветными напитками, когда краем глаза заметила чью-то руку, преградившую ей путь, и уже было собиралась открыть рот, чтобы поинтересоваться в чём дело, как быстро передумала, а на её лице отразилось лёгкое удивление и появился намёк на едва заметную улыбку, в то время как рука девушки потянулась к наушникам.       — Хах, ты походу меня очень уважаешь, раз сняла сразу оба уха. — Со смешком проговорил Винс, подбросив банку энергетика в руке.       — Не льсти себе, Морковка. — Гарпия чуть сузила глаза, ухмыляясь. — Просто рада увидеть кого-то нормального впервые за весь день. — Она пожала плечами. — Как твоя машинка? Теперь, небось, самая красивая бегает.       Юноша хохотнул, чуть дёрнув головой вверх, после чего щёлкнул одноклассницу по носу, из-за чего она поморщилась:       — Не льсти себе, Очумелые ручки. — Передразнил он её, продолжая всё так же самодовольно улыбаться, после чего кивнул в сторону, призывая пойти за ним, и сдвинулся с места, не оставляя девушке выбора. — Можешь прийти сегодня ночью на Канал и лично посмотреть на неё в действии. А заодно и на меня. — Парень бросил на неё взгляд через плечо, пока шёл, и заискивающе улыбнулся.       Кастервил лишь закатила глаза, беззвучно цокая языком, после чего молча стала выкладывать покупки на кассовую ленту, ненадолго погружаясь в свои мысли, пока Винс мило щебетал с кассиром, коим была девушка из более старшего двенадцатого класса с красивым именем Лорен на бейджике. Получение второго подряд за неделю приглашения на нелегальные гонки, особенно после пережитого инцидента, Ирму совсем уж не вдохновляло.       — Знаешь, я подумаю над твоим предложением. Не то что бы я не хочу побывать на гонке, где ты обязательно всех уделаешь и всё такое — ни в коем случае не хочу тебя обидеть. — Тут Гарпия театрально приложила руку к груди, выразительно смотря на юношу своими зелёными глазами. — Но ты ведь знаешь, что я личность занятая, поэтому ничего не могу обещать. — Саркастический пафос так и сочился из её слов.       — Да ладно, тебе Кастервил, то-то я не знаю, какая ты на самом деле затворница. — Парень ехидно улыбнулся, открывая свою, уже оплаченную, банку с энергетиком, после чего сделал пару глотков, а затем резко что-то бросил Ирме, которая, впрочем, ловко поймала предмет. — В любом случае, ещё раз спасибо за дизайн. Захочешь поглазеть на результат своей работы во всей красе — ты знаешь, где меня искать. Бывай. — Всё с той же ухмылкой, Винс отсалютовал напитком, делая пару шагов назад, а после развернулся на пятках и бодро зашагал к выходу.       Несколько долгих мгновений Гарпия смотрела в удаляющуюся спину одноклассника, а затем перевела взгляд на свою руку, в которой была зажата пойманная ею маленькая шоколадка. Одна бровь на лице девушки поползла вверх, замерев на какое-то время в немом вопросе из разряда "И как это понимать?". Пока мозг пытался обработать последние несколько минут жизни своей хозяйки, её, в конце концов, вывел из ступора голос кассира:       — Я спрашиваю, у вас карта или наличка? — Она очень внимательно и терпеливо смотрела на подвисшую Гарпию, которая почти сразу же спохватилась, встрепенувшись, и чуть не выронила маленький презент от парня.       — Наличка, наличка...

***

      Бардак на полу так и остался на месте, в добавок ко всему, пополнившись пустой пачкой от сигарет, что была случайно отправлена вниз небрежным движением руки Кастервил, пытавшейся найти равновесие, дабы уместиться на узком подоконнике. Работа совсем не шла, из-за чего раздражению девушки практически не было предела — она ненавидела творческие кризисы и свои дурацкие припадки с неконтролируемым письмом.       Очередная порция едкого дыма от дешёвой сигареты слетела с губ Ирмы, а её бледно-зелёные глаза медленно открылись, когда вечернюю тишину прорезал звук, разрывающегося от чьего-то вызова, мобильного. Сцепив зубы и выпустив остаток облака с характерным, словно змеиным, шипением, она потянулась рукой к столу, что стоял совсем рядом с окном, и размашистым движением пальцев сгребла смартфон. Взглянув на мерцающий потрескавшийся экран, и увидев на нём многозначительное "Дед Инсайд", Гарпия прикрыла глаза, тихо простонав, и смахнула зелёный кружочек в сторону.       Голос её был холодным, как лезвие ножа:       — Ты понимаешь, насколько ужасной будет твоя смерть?       — Да знаю я, знаю... Прости, что так поздно. Я забыл днём позвонить — забегался... — Начал оправдываться Льюис.       — Ну, спасибо, что испортил мне настроение только на ночь глядя, а не в середине дня. Ближе к делу. — Кастервил вздохнула, а затем сделала новую затяжку.       Пару секунд Нельсон не отвечал, из-за чего собеседница решила, что связь прервалась, и уже хотела убрать телефон от уха, как абонент на другом конце провода заговорил:       — Приди завтра, пожалуйста. Нужно отчитаться о ходе работы. — В голосе молодого человека слышалась виноватая улыбка.       — Прийти на работу?       — Да.       — В воскресенье?       — Да.       — В выходной день?       — Да-а-а....       — Ты больной?       — Это смотря как посмотреть, хах... — Льюис тихо рассмеялся в трубку.       — Заговариваешься. — Ирма в очередной раз сбила пепел, наблюдая, как тлеющие частички исчезают во мраке неосвещённой улицы.       — Я же говорю — забегался. Короче, жду тебя завтра к полудню — с меня кофе.       — С тортиком? — Девушка усмехнулась.       — С тортиком, твою мать, с тортиком. Разоришь меня... — Менеджер явно был не в восторге от наглости своей коллеги.       — Ой-ой, не обеднеешь. — Кастервил швырнула остаток сигареты вниз, а после выпустила последнее облачко дыма. — Так и быть — уломал.       — Это то, что я хотел услышать. Тогда увидимся завтра, и не забудь ничего. — Последние слова Нельсон договорил суровым родительским тоном.       — Хорошо, мам. — Девушка закатила глаза. — До завтра. — Она сбросила вызов до того, как ей успели что-то ответить, а затем со вздохом посмотрела на экран телефона, часы которого высвечивали половину девятого.       Через несколько секунд смартфон отправился в полёт до кровати, так как швырнуть его об стену не позволяла цена на новый гаджет, а сама Гарпия опустила взгляд на пол, где так и осталось лежать её художественное безобразие, которое завтра она, по идее, должна была притащить в автосервис. Из её горла вырвался истошный стон, после чего она сползла с подоконника обратно в комнату и, постояв какое-то время, размышляя о "веселье", что поджидало её следующим утром, задёрнула шторы.       Подняв пустую пачку от сигарет и бросив её в урну, Ирма застыла на месте, прислушиваясь к непонятному шуму снаружи и немного хмурясь, а после резко высунулась в окно, устремив взгляд в след удаляющейся вверх по улице машине, которую было невозможно рассмотреть из-за того, что на Восточном проезде, где стоял дом семейства Грейс, уже как пару лет не работали фонари.

***

      — Блин, Кас, вот за это я тебя и люблю — если не получается делать одну работу, то ты делаешь другую. Молодца! — С нескрываемым удовольствием, Льюис ещё раз просматривал папку девушки с набросками для продажи.       — А то! Могу, умею, практикую, как говорится. — Кастервил выразительно посмотрела на коллегу, приподняв брови и ухмыльнувшись, в то время как в её голове вертелась лишь одна хитрожопая мысль о том, что ему совершенно не обязательно знать, что эти зарисовки были сделаны ещё очень и очень давно, как раз на такой случай, дабы создать видимость бурной деятельности, в то время, как, на самом деле, Гарпия уже как несколько дней страдала над одним единственным чёртовым заказом.       — Тогда, полагаю, кофе с вкусняшкой сегодня вполне заслужен. — Нельсон отложил материалы на край стола и опёрся на него одной рукой, а другую положил на бок, смотря на развалившуюся в углу дивана девушку самым наглым взглядом из всех, на которые был способен.       — Ах вот оно что. — Дизайнер приняла сидячее положение, внимательно смотря на менеджера, который в этот момент по привычке поправлял свою отросшую шевелюру и продолжал бессовестно лыбиться. — То есть, то, что я проснулась в такую рань и припёрла свою задницу в нашу любимую контору в законный выходной, чтобы отчитаться о работе над грёбаным заказом этого идиота, которого бы глаза мои не видели — это уже не считается, да? — Она упёрла руки в колени и склонила голову на бок.       В ответ молодой человек лишь тихо засмеялся, прикрывая глаза, и поднял руки в примирительном жесте:       — Тише, тише, понял. Я жить хочу.       — То-то же. — Кастервил указала на него пальцем, а затем снова откинулась на спинку кожаного диванчика, наблюдая, как Льюис всё с той же улыбкой уносит её наработки к шкафу с несчётным количеством папок.       Взгляд хвойных глаз проследил за движениями юноши, что уже были довольно обыденной картиной, а затем, потеряв к этому всякий интерес, плавно заскользил по интерьеру помещения. В выходной день офис казался совсем другим: более спокойным и, даже, в какой-то степени, уютным без привычной будничной суеты. Полуденное солнце проникало в комнату ровными лучами, в которых были видны мерно парящие пылинки, а в воздухе витал шлейф от ароматических палочек — директор любил, чтобы в приёмной всегда приятно пахло древесными нотками, а не жжённым металлом, краской и моторным маслом, запахи которых обязательно приносили на себе ребята из мастерской, когда заглядывали в кабинет.       Ирма зевнула и потянулась, ещё больше расплываясь на диване. Её мутный взор переметнулся на окна и теперь следил за снующими по улице людьми и проезжающим транспортом. Не найдя за что зацепиться, девушка перевела взгляд на всё ещё копошащегося в папках Льюиса, как её глаза резко округлились и она тут же повернула голову обратно к окну, за которым, она могла поклясться, только что на парковке сервиса стоял алый Aston Martin.       "Что за..."