Последняя любовь Трандуила

      Этой ночью было слишком тихо. Эльфийский лес жил всегда больше ночами. Они создания, рожденные в тьме, любят звезды очень сильно. Порой шелест ветерка или песнь тихой лютни будят так невзначай задремавшее в сердце чувство, желание, воспоминание.       Если ты эльф. Если тебе дано жить сотни тысяч веков, если ты пьешь самое изысканное вино, что только могли сделать виночерпии, как тебе понять тех, кто знает о конце, о неизбежной вершине своей жизни и боится ее?       Прекрасные залы дворца Трандуила. Мрамор и золото, деревянная резная мебель и ларцы, сундуки, шкатулки все заполнено самоцветами. Он их перебирает, он ими любуется и он же все снова прячет назад.       Высокий благородный эльф, красивый и гордый. Он был женат, имеет сына. Но давно уже один.       Очаровывающие поднимающий брови. Имеющий стального холодного цвета глаза, что при разной погоде бывают и голубыми и серыми и даже темными как воды подземных озер сумрачных эльфов.       Но ничего уже давно не трогало Владыку Трандуила, да любимые камни его забавляли, но лишь отчасти. Он ездил к другим эльфам, ездил к соседям людям в город Дэйл для заключения договоров. А потом решил заехать и к гномам в Эребор, где не был уже сто лет.       Да, сто лет, что для эльфа какие-то сто лет...ну посидел чуток дома, можно и проехаться.       В Горе ему были не очень рады, все таки эльф вел себя так словно он приехал не в гости, а к подданным. А сам Трандуил отметил, что Трор очень постарел,а его сын Траин наоборот из юного гнома превратился в серьезного такого боевого дварфа, что зыркал на эльфа уже с нескрываемой ненавистью. Но еще одна пара глаз так же взирала на эльфа. Сначала гордый Владыка думал, что это какой-то родич, но когда перевел взгляд на стоявшего около трона молодого гнома, по его одеянию понял, что это уже сын Траина.       Владыка слышал, что последний женился, хоть гномьи свадьбы, как и праздники и поминки мало интересовали эльфа. Но до него дошел слух, что жена Траина была очень красива как для гномки. И теперь взирая на внука Трора, Трандуил отметил, что тот очень привлекателен.       Темные волнами спадавшие косы, местами сколотые по гномьим обычаям красивыми кованными заколками. Аккуратно зачесанная борода, что обрамляла слишком прекрасное как для гнома лицо. Но главное глаза, как два самых прекрасных драгоценных камня, что сияли даже ярче, чем Аркенстон, тут то владыка понял, что не самоцветы главное в этой горе.       Но долго задерживать свой взгляд на молодом принце он не стал и принялся говорить с Трором о камнях. Когда ему поднесли ларец, то Трандуил потянул руку к ним. Но гномьи король махнул и ларец быстро захлопнули.       Возможно в другие бы дни эльф отобрал бы самоцветы - силой, умом или хитростью. Но в душе эльфа родился план куда более интереснее. И он абсолютно не жалея не о чем, откланялся и вышел прочь со своей свитой.       Уже в Лихолесье он выпивая очередной кубок вина, думал о том, как бы ему пригласить гномов к себе и узнать по ближе того самого внука Трора. В голове эльфа мелькали прекрасные картинки плана. С не менее прекрасным продолжением. И во всех их владыка видел только один конец - законный брак между ним и принцем гномов.       Не прошло и двух недель. Как эльф послал к гномам приглашение на какой-то вполне себе значимый праздник. Подписав это тем, что хочет сотрудничать с соседями, ведь когда-то эльфы и гномы были дружественными народами. И владыка верит, что те времена вернуться.       Трандуил в широком и величественном одеянии из самых дорогих тканей и своей серебряной короне уже почти полностью погрузился в свои мысли, когда в его покои вошел Леголас. Сын его был еще так юн, какие-то пять тысяч лет, что владыка считал его еще совсем ребенком. Эльф дождался когда отец переведет на него взгляд, все таки он его правитель, а потом уже отец, и сказал:       - Владыка, прибыли гномы.       На лице эльфа не дрогнул не один нерв. Все такой же величественный, он встал словно вырос над своим троном, и сказал:       - Что ж, тогда прикажи слугам проводить их в наши палаты для пиршеств. Там уже все готово и сегодня мы примем их подобающе. Пусть знают мою королевскую доброту.

***

      Гномы были варварами по сути, они за исключением королевской семьи, жрали все, словно приехали не в гости, а пировали в захваченном городе.       Но Трандуил закрыл на это глаза. За его главным столом сидел Трор с женой, Траин сам, так как жена его была снова беременна и не выезжала из Эребора, и его сын.       Владыка, спросил:       - Как дела ваши по добыче драгоценных камней? Есть ли что-то необычное в недрах Горы?       Трор, что пил вино и вытирал свои усы и бороду, ответил:       - Не мало прекрасных камней таит она в себе, и не мало уже добыто, если мы договоримся о цене - они ваши, владыка Трандуил.       Эльф скривил губы и, мельком глянув на внука Трора продолжил:       - Повезет же тому, кто станет владельцем всего этого - наследником такого богатства.       Траин улыбнулся на слова эльфа и сказал:       - Мой сын Торин, будет мудрым как и его дед. Ведь в нем как и во всех нас кровь самого Дурина.       Эльфу было так смешно в душе. Он знавал ихнего Дурина, весьма средний такой дварф. Только, что умел красиво говорить и был не глупым. Но свои мысли Трандуил держал при себе, гостям он выказывал такой почет, что можно было подумать, что эльф и правда решил вернуть былые времена и примирить народы. И постепенно вино, до которого гномы были охочи, завладело и их умами.       Когда они уже плясали и пели в зале вместе с остальными, лишь Торин, что мало пил и сидел в основном на месте поглядывая на все это из под густых бровей недовольно. Но так как он был всего лишь принц и пока не имел власти, то просто бурчал себе, что-то тихо под нос.       Когда Трандуил оказался совсем близко около, него и поставил перед ним кубок с вином.       - Юный принц, почему вы не пьете? - ледяные глаза эльфа уперлись в гнома так, что тому стало аж не по себе. И он поспешил отвести взгляд, ответив:       - Не люблю вино, от него в горле дерет, а толку мало.       Трандуил улыбнулся, если бы он мог, он бы засмеялся, но не сейчас, еще придет время. Он склонился совсем близко к Торину и сказал:       - Попробуй вот это, - и кивнул в сторону кубка, - оно покрепче.       Гном минуту колебался, потом поднял свою огромную ручищу к кубку и притягивая его к себе заглянул в темное словно омут содержимое и больше не задумываясь выпил все до дна. Трандуил совсем тихо вздохнул и поднялся.       - Гномы и король Трор, - сказал эльф, махнув музыкантам не играть, - принц Торин, испил из моего кубка. Что по нашим законам означает, что он согласен стать моим законным супругом. И никто и ничто не может помешать этому браку, и отказаться от него нельзя.       В зале повисла такая тишина, что пораженные гномы даже перестали чавкать, и не менее пораженные эльфы уставились на своего владыку. А Торин, осознав что только что сказал владыка, поднял на эльфа ошарашенный взгляд. Трор же поджал губы, с одной стороны ему не хотелось отдавать Торина эльфам, он был старший из его внуков и весьма не глупый. Но с другой стороны у него был еще внук и жена его сына носила под сердцем еще ребенка. А для укрепления между соседями и такими великими королевствами отношений это был не плохой ход. И король гномов уже хотел был ответить, что не против когда увидел, что Траин кинулся вперед к сыну став между ним и Трандуилом и сказал:       - Никогда, эльфийская рожа, этому не бывать! Торин, никогда не станет жить с эльфом. И сейчас же мы уходим и более с тобой не желаем иметь никаких дел! - он пихнул Торина к дверям, хотя того особо подгонять не было смысла, принц и сам был рад унести ноги. И все гномы быстро побросав все, что ели и пили, гордо вышли из залы.       Но Трандуил закричал им в след:       - Я вам обещаю, не будет вашему роду покоя, пока он не станет моим! Будете вы скитаться по горам и долинам, все ваше богатство пойдет прахом, за нарушение древней традиции. И пока вы не исполните ее, вас будет все меньше оставаться на земле!       Но гномы, гордо восседавшие на своих пони, только плевались на землю и ехали прочь из дворца лесного короля. Который, выглянув в окно, словил взгляд Торина, но в нем нельзя было прочесть ничего, так же как и во взгляде эльфа.