Последняя любовь Трандуила

      Вернувшись гномы решили забыть, что произошло в Лихолесьи и всем был дан указ никогда и ни при каких обстоятельствах не вспоминать всего этого.       Траин сказал Торину:       - Ты будущий король и не должен никогда разрешать, что бы тобой командовали, тем более остроухие бессмертные твари!       На что принц сказал:       - Я думаю, он просто спятил от своей долгой жизни, отец, в его словах нет ни смысла, ни логики, что с того, что я выпил из этого чертовского кубка? Он сам мне его подсунул и еще и говорил, что-то про крепость вина.       Траин хлопнул сына по плечу.       - Я знаю, ты не в чем не виноват, в его словах нет правды. И никакого проклятия тоже нет.       И гномы со временем действительно забыли обо всем. Но случилось то, чего никто не ожидал. На гору напал дракон. Торин прекрасно помнил этот день. И то, что, спасаясь, он увидел именно Трандуила. Но эльф так холодно посмотрел на него и повел своих воинов прочь. Даже не удосужившись хоть глянуть на того, с кем так хотел быть.       И в тот день сердце Торина переполнилось вечной ненавистью к эльфам, и пик этой ненависти пришел на их короля.       Он не знал, что, уезжая по дальше от этих мест, где все полыхало и горело, Леголас спросил у отца:       - Почему ты не помог им?       На что тот ответил:       - Это их проклятье, пока они не осознают его и не примут меры, оно будет преследовать их, - хотя в душе Трандуилу было очень больно, но он знал, что Торин не погибнет, потому как сам виновник проклятья не погибает от него.

***

      Но все гномы были вынуждены бежать из Эребора. И пуститься в долгие скитания по землям Средиземья. Хотя они были прекрасные мастера и очень умелые кузницы. Но разве может что-либо на свете заменить родной дом?       Когда они наконец осели в Синих Горах и, казалось, их страданиям пришел конец, случилось новое несчастье - Трор, решивший, что ему нужно отправиться в путешествие в Морию почти в одиночестве - погиб от руки орка. И началась длинная и очень изнуряющая для гномов война. В которой, впрочем, Торин получил имя Дубощит и о нем слагали песни.       Траин в то время уже тоже был стар, и все видели в Торине новую надежду на возражение гномьего былого величия.       Но злой рок не покидал молодого наследника и его род. Теперь уже и Траин решил поехать в путешествие, и хоть Торин послал с отцом двух родичей - Двалина и Балина, но король пропал. И так Торин стал королем в изгнании и последним прямым потомком Дурина. Его брат умер еще на войне. А сестра сочеталась браком с гномом иного рода.       То место где Торин основал поселение в Эред Луин , - называли Залы Торина. Там были дворцы не хуже, чем у эльфов, залы и палаты. Но душа короля постоянно летела к Одинокой Горе. Такой же одинокой как и он сам.       Однажды Балин застав Торина в очень печальных думах, сказал:       - Возможно, владыка Трандуил был прав и проклятье легло на наш род, - старый мудрый гном был Торину теперь как отец, - и исполни мы тогда их традицию все было бы иначе.       - Я может и сделал бы это, - сказал Торин, - если бы тогда этот эльф помог нам, но ты и сам видел, как он поступил с нами. Никогда я ему этого не прощу и до конца моих дней буду ненавидеть.

***

      Трандуил потерял след Торина, вначале ему еще докладывали, куда двигался принц, а теперь уже король. Но после поселения в Синих Горах ,куда, ясное дело, эльфов не пускали, он не получил ни одной вести о Торине.       Впрочем, будучи от природы эльфом, казалось, напрочь лишенный чувств он мог долго прибывать с состоянии ожидания. Даже когда порой, проезжая по снегу по полянам, видел в дали Одинокую Гору. Когда пил своё вино и вдруг словно в полутьме ему мерещился образ Торина. Когда он просыпался ночью от такого сна, в котором все были слишком реально, он все равно не делал не одного шага к своему гному. Он умел ждать.       И в одно утро от проснулся от чувства, что сегодня что-то измениться. И когда ему принесли письмо от Элронда, в котором говорилось, что Торин и компания идет в сторону горы да еще и с картой, которую Элронд любезно прочитал для короля в изгнании. То Трандуил вышел к своим подданным и сказал:       - Скоро через наш лес пройдет компания гномов, потому как иного пути к Горе нет. Каждый из вас должен быть на чеку, - он оглядел всех, - их нужно словить и привести ко мне. По началу мы посадим их под замок, разумеется, ненадолго, а потом, когда я улажу свои дела с Торином, они станут дорогими гостями. И им надо будет оказать очень радушный прием.       Эльфы поклонились владыке, и когда тот отбыл в свои покои, туда проследовал Леголас, он был до глубины души поражен тем, что сказал отец и спросил:       - Но неужели эти гномы, сколько бы их там не было, настолько глупы, что идут на гору бороться с драконом?       Трандуил улыбнулся сыну:       - Запомни, мой мальчик, гномы самый упрямый народ в Средиземьи, если перед гномом закрыть ворота он будет ломиться в них пока не пробьет дырку, хотя, возможно они просто открываются в другую сторону.       Леголас, ничего не поняв продолжал:       - Если вы решите все свои дела с Торином, то неужели и вы пойдете с ним к Горе?       Тут то владыка уже не выдержал:       - Зачем мне эта гора? Мало мне было на моем веку драконов? - он уже злился. - Когда Торин придет сюда, я приведу ему веские доводы, что иди в Гору нет смысла. Он, конечно, немного по упирается для вида и побурчит, но потом все поймет и примет как должное. И останется тут, что ему следовало сделать уже давно.       Леголас посмотрел на отца взглядом почти лишенным эмоций и ответил:       - Вы сами сказали, что гномы упрямы, но если вы так уверенны, что переубедите их, тогда думаю в этом есть смысл. Будить этого дракона, это сущее самоубийство.       На том они закончили разговор.

***

      Чем ближе был день Дурина, тем ближе подбирались гномы к Горе, когда Гендальф оставил их, да еще и в таком мерзком лесу совсем одних, многие пали духом, но шли дальше. Во многом им помог маленький хоббит, что так много сделал для своих нанимателей. И когда казалось они уже совсем выбрались из леса, то попали в плен к эльфам.       Сын владыки со своим отрядом привел их во дворец короля, и там, как и было приказано ранее, всех их поместили в камеры. Кроме Торина, того почти сразу поволокли в Тронный Зал.       Гном упирался, но это было бесполезно, он знал, куда его волокут, и догадывался зачем. Но он не боялся короля, только ненавидел, и теперь эта ненависть зажглась с новой силой.       Владыка восседал на троне как всегда холодный и беспристрастный. Его ледяные очи прошлись по фигуре гнома оценивающе. Торин изменился, не было того очарования юности, что некогда так заворожило короля эльфов. Но на место этого пришли характер и сила, которые чувствовались в каждом движении короля гномов. Этот бешеный взгляд, широкие плечи и вызов, исходящий из самой глубины души. Трандуил даже вздрогнул в себе, от того, что любовь его стала еще сильнее и теперь ему стало куда более сложнее вести себя холодно.       Но он с тем же каменный прекрасным лицом спустился по ступенькам и подошел к Торину совсем близко:       - Здравствуй, Торин, и как я слышал, теперь тебя именуют еще и Дубощит, - и без того высокий эльф высоко задрал нос. - Кажется, ты задумал не самый лучший поход в жизни. Идти на Эребор, где спит Смауг Ужасный, это все равно, что иди прямо к нему в пасть.       Гном лишь сверлил его грозным взглядом и щетинился как еж. На что эльф улыбнулся.       - Пора тебе признать, что я был прав, - Трандуил налил себе вина, и отпив пару глотков, снова подошел в гному. - Ты, нарушил нашу традицию, и на тебя пало проклятие, и если ты не хочешь и дальше смотреть, как все твои родственники мрут как мухи, будь добр исполни предначертанное.       Торин, наконец, казалось, услышал слова эльфа и ответил:       - Возможно, я бы давно согласился на это, но не ты ли, когда мне и моим близким нужна была помощь, отвернулся от нас тогда? И после этого ты надеешься на то, что я останусь у тебя? Да я лучше умру!       Эльф опять улыбнулся, другого ответа он не ожидал. Он допил вино, поставив бокал, и сказал:       - Ладно, я подожду лет сто, а ты пока посиди у темнице. Может и поймешь что-то, а я терпелив, я умею ждать, что для меня каких-то сто лет, - он махнул стражникам увести гнома.       Конечно, Трандуил не собирался ждать сто лет, он думал за месяц -два склонить Торина к себе, а сейчас просто играл роль злого короля тирана, чтобы не выказать своих чувств. В душе радуясь, что наконец в его замке тот, кого он так долго ждал. И по этому поводу решил устроить пир.       Все эльфы напились, сам Трандуил тоже выпил не мало, и под всеобщую радость маленький хоббит унес ключи от камер и освободил всех гномов, найдя бочки и приготовив все для побега, который хоть и прошел немного с трудностями, но удался.       А утром, когда Трандуил протрезвел, ему сообщили, что гномы убежали.