кто куда!?

Каждый день наблюдать за Джулией и Тэхеном со стороны — для Гука было пыткой. Он не мог выносить того, что кто-то, кроме него, смеет овладевать временем императора. Поначалу эта была просто ревность. «Ну и что в этом такого»-думал Гук. Но ревность постепенно переходила в настоящую ненависть. Он уже не мог самостоятельно справляться со своими чувствами. Поэтому он по вечерам заходил к лекарю Минчи, который давал ему какой-то чай. Чай одурманивал сознание Гука. Он пил его перед сном, и каждый раз ему снился Тэхен. Его нежные руки все так же обнимали Гука, лаская его душу и тело, вырисовывая узоры на талии и бедрах, приводя Гука в возбуждение. Но в этот раз, чай очень сильно подействовал на Гука. Он не мог заснуть, страдая от перевозбуждения. Он желал Тэхена и уже не мог сдерживаться. Но что Гук мог сделать с Джулией, которая все время крутилась около императора. Конечно, он мог придти и в открытую заявить Джулии, что Тэхен принадлежит ему. Но что тогда бы произошло?! Гук потерял бы доверие Тэхена, а тот — свой престол. Он осознавал всю тяжкую ношу величества. Он надеялся, что где-то в глубине души император не забыл его и так же мучается. После этих мыслей перед его глазами всплывал император, который все также ублажает Гука. Возбуждение вышло на пик. Гуку ничего не оставалось, как поддаться своим чувствам. Смазка уже обильно вытекала из узелка. Гук подушечками пальцев коснулся головки. От малейшего прикосновения он готов был взорваться. Каждый день он мучал себя, доводил до пика, но не позволял себе большего. Он желал, чтобы император сам это сделал. Но время шло. Обычного желания стало мало. Гук не стал себя сдерживать. Охватывая пальцами головку, он вспоминал все то, что делал Тэхен, когда они могли позволить себе насладиться друг другом. Водя одной рукой по органу, другой он проникал в себя. Каждый раз он вспоминал с точностью все. Его руки, пальцы, рот. От одних мыслей он уже был готов кончить, но он хотел насладиться этим подольше. Он наслаждался этими моментами, ведь ему казалось, что Тэхен рядом с ним, и они вновь могут отдаться друг другу. Он не сдерживал себя, и комнату покрыл стон. Ему хотелось больше, чем просто ублажать себя. Ускоряя свой собственный темп, он с криком кончил. Зарывшись в подушку от усталости, он уснул. Разгуливая по дворцовому саду, они любовались природой и друг другом. Император притянул Гука к себе. Его сильные руки вцепились в паренька. Гук надеялся, что сейчас между ними завяжится поцелуй, но что-то откунуло Гука. Перед ним стояла Джулия, которая уже во всю наслаждалась губами Тэхена. Гук проснулся в холодном поту, а из его глаз полились слезы. Он был настолько уверен, что это реальность, что взял ножичек, который лежал рядом со столом. Он был готов уже начать резать себя, как сказал: — Это не реальность! Тэхен никогда бы так не поступил! — он говорил это так, будто пытается уверить сам себя. Дрожащими руками он положил нож на стол и потушил зажженную свечу. Эта ночь оказалась тяжелой для Гука. Один чего сон стоит. Как обычно он прогуливался в саду, созерцая как всегда прекрасную природу. Он пытался отогнать от себя ужасные мысли. Разгуливая, он проходил мимо императорских покоев. И заметив открытую дверь, направился к ней. Подойдя поближе, он вслышал голос императора и Джулии. Ему стало интересно, и он решил заглянуть. Спустя секунду парень пожалел о своем решении. Тэхен стоял спиной к Гуку, а Джулия перед ним. Заметя Гука, Джулия притянула Тэхена к себе и между ними завязался поцелуй. Точно такой же как во сне. Их поцелуй продолжался ровно до того момента, пока Тэхен не увидел в отражении стоящего в полном шоке Гука. Он оттолкнул Джулию, но было уже поздно. — Это все не то, о чем ты подумал, — пытался оправдаться Тэхен. Он был в ужасе. Император боялся не за себя, а за Гука, который смотрел на него глазами полными ненависти, — прошу, поверь мне, — он потянулся руками к Гуку, но тот отшвырнул его руки в сторону. — Не смей больше ко мне прикасаться, ничтожество, — фраза Гука удивила Тэхена. Он не мог поверить, что парень способен на такое. Он было вновь хотел прикоснуться к нему, но взгляд его остановил. Гук был убит… «я не хочу жить…» — с этими мыслями он выбежал из покоев императора.