Живое сердце.

✅🎐3. С чистого листа. 1/2. Понедельник, 19 октября. 10. Первый день       Середина октября, моросит мерзкий дождь и настроение опущено до нельзя.       Кейташи просыпается, снова вспоминает ту чересчур болтливую девчонку в медицинской маске. И если бы не звонок от отца, он вселил бы в эту человечку страх и она бы обходила его кварталам. И это ещё больше взбесило. Помешал отец, позвонив узнать что готовить на ужин и он сменил тон. Так не кстати. Он всегда не вовремя звонит. Как и эта девчонка. Она легко смогла вывести его из себя. При том дважды. И это бесит его с самого утра. Мастер сказал, что из-за таблеток из предохроняющей сыворотки никто не сможет его вывести из равновесия. Что же это тогда? Он ведь регулярно принимает по одной каждое утро. И такая бестрашная. В глаза пыталась заглянуть. Как бы она убегала, узнав кем он является на самом деле.       Думая об этом, юноша влезает в тёмно-синие брюки, белую рубашку с длинными рукавами, прикалывает эмблему с названием школы, завязывает галстук, кладёт в пакет спортивную форму с чёрными кроссовками и школьный обед.       Кейташи спешит в школу и как всегда слышен со всех сторон шум посторонних. Слабые и хрупкие люди вечно ропщут на погоду, у них громко плачут дети и смеются тоже громко, они лицемерно сочувствуют по телефону, хвастаются. Есть даже те, кто плачет в такси. Кейташи своим идеальным слухом всё отчётливо слышит и старается отгородиться от шума. Это и хорошо, что он не сможет никогда читать ещё и мысли людей. Такой дар не каждому вампиру прилагается. Но ему достаточно всех этих ненужных голосов, которые твердят прохожие по своим мобильным телефонам и между собой. Хоть уши закрывай. Что он и делает, вынимая из кармана спутанные наушники.       Сегодня утром дважды перематывал в голове встречи с той ненормальной девкой в маске. Он сам не понял своей реакции на простую прохожую девочку. И ведь точно принял в то утро сыворотку. У него со вчерашнего дня в коробочке оставалось тринадцать штук, сейчас осталось одиннадцать. Но казалось, что таблетка в этот раз вовсе не подействовала — он почувствовал, как у него выросли клыки. Говорить стало опасно и он просто пропустил её, показал что может идти. Что с ним не так? Это из-за того, что спешил на автобус и не успел? Точно. Она же своим американским зонтом загородила проход и автобус не стал ждать. И ещё эта забота отца. Возможно это и дало толчок. Зверю внутри него эти переживания не нужны. Стоит лучше скрывать агрессию и не позволять эмоциям делать себя уязвимым. Иначе зверь станет подавлять его сущность и станет доминировать над ним. И зачем только он родился в этот мир? Мастер Мията так добр к нему, научил самообороне, даровал бессмертие, убрал чувства, которые мешали, сделал очень много всего. Нельзя подвести мастера.       А может просто таблетки имеют срок годности и не стоит вовсе думать о всяких девчонках с остановки? Ему нужно связаться с мастером снова. Обещал же докладывать о перепаде настроения и открытии эмоций.

* * *

      Киоко просыпается от назойливой трели будильника, проговорив себе, что нельзя даже на минуту теперь закрыть глаза, принимает душ, надевает свою новую школьную форму, здоровается с мамой и Дженнифер, садится за стол завтракать и увидев несколько английских монет, тут же вспоминает высокого парня с остановки. Он вчера весь день не выходил у неё из головы. Не позволял сосредоточиться даже на воскресной молитве.       А собор был очень красив, как снаружи так и изнутри. Потолок был украшен картинами с облаками, большие окна, просторно и светло. Скамьи были с подушечками и вмещали в себя около двухсот человек. Хор очень красиво пел, и дети сидели с ней рядом воспитанные, тихие. Не то что некоторые. Этот ледышка не давал ей настроиться на пение. Она не разу не встречала таких обозлённых и дерзких. И как общаться с Богом, если она не могла выкинуть из головы того японца? И тогда она решила: вот приедёт домой, займётся расстановкой мебели и забудет. Но он снова оказался рядом. И чего он был так зол на неё? Неужели все в этой стране такие ледяные? Она всего лишь ждала извенения за то, что он толкнул её.       — Ребята, поторопитесь. Пора ехать. — Лили подзывает девочек одетых в школьную форму к белому джипу "Renegade". — Дженни, Крисси, у нас теперь новая жизнь. Как эта машина. С этого дня мы самые счастливые люди в Англии. Привыкайте.       — Машина? — сильно удивляется Киоко, первой выйдя на сырую улицу под мелкий дождь, который то пойдёт, то остановится. Вчера она смирилась с этим местом, так как была уставшей но сегодня точно ей ничего вокруг не нравится. Начиная с выгоревшей на солнце траве и заканчивая тем соседним тёмным старым и мрачным домом, который наполовину ещё увит растением.       Киоко обходит упавшую сухую ветку и чувствует себя в деревне. Пять домов в ряд стоят отгорожены забором который делает лучшего вида, потом выезд и ты на трассе. Словно переход из деревни в город. Хотя она и есть в городе. И их дом находится в шаговой доступности от супермаркетов и остановок. Ну, ничего. Поживут немного и сменят на что-то по-лучше.       Мать открывает дверь белого джипа, отдаёт красный зонтик старшей, сама садится за руль и проверяет зеркало внутреннего вида.       — Девочки, вот так выглядит наша новая жизнь. Неплохо правда? — Лили смотрит на своём смартфоне на двух японских школьниц одетых в британскую форму под зонтом. Юкико, но теперь Дженнифер, очень любит позировать на камеру, как оказывается. И язык высунула и подмигнула, и рукой помахала. Ребёнок полный секретов.       — Новая жизнь у Джены и новое место в машинке, — поддакивает девочка сидя в детском кресле. Киоко её пристёгивает ремешками. Лилит посматривает на часы, заводит мотор и Киоко пристёгивается тоже, сев на переднее сиденье. На коленях у неё новый рюкзак и новые книги. Старое прошлое осталось в прошлом. Впереди новое будущее.       — Девочки, никто из вас ничего не забыл? Может я не выключила утюг? Нет, я же с вечера нагладила одежду... Тогда...       Лили волнуется перед своим первым днём в новой больнице. Её можно понять.       Вчера вечером перед зеркалом, она дважды примеряла белый халат под разные причёски. Сначала оголила шею, высоко подняв волосы, потом выставила локон, и тут же спрятала его за ухо, заплела волосы в строгую косичку, а потом и вовсе их в гульку собрала.       Лили работала в Америке ассистентом когда училась на операционную медсестру, а теперь уже и сама медсестра. Только стажировку осталось пройти. Её мама заслужила повышение.       — Хороший джип. Я думаю, мы себе сможем такой когда-нибудь купить.       — Ты его взяла напрокат?       — Нет, хозяин утром позвонил, что можно пользоваться его автомобилем. Такой хороший нам арендодатель попался. Он даже пообещал помочь с продлением визы, если у нас не получится. А гараж — это соседский дом с гаражом.       — Тот страшный? — интересуется малышка ёрзая на сидении и тыча пальчиком в дом, который весь оброс растениями, слишком старый и тёмный. Как в фильмах ужасов.       — Нет-нет. Тот что не страшный.

* * *

      Свернув с главной дороги и остановившись перед высоким позолоченным забором, где стоит её теперь её великолепная вся в лепнине трёхэтажная частная школа с зелёными причудливыми кустами, из джипа выходит Лили и обнимает на дорожку старшую дочь. Коиоко желает матери удачного дня, и идёт к школьным открытым воротам, поцеловав и Джену в щеку.       Дождика нет, поэтому и зонт оставила в джипе.       Большая, металлическая табличка гласит: "Частная школа имени Джона Гилмора".       Как завораживает. Она даже не представляла, что будет учиться в такой элитной красиврй школе когда-нибудь. Да ещё бесплатно. Как такое получилось? Белая полоса везения?       Она поднимает голову к хмурому небу, пропуская девушку в мусульманском головном уборе, благодарит Бога, который всегда на её стороне и двигается ближе к школьному корпусу, показывая новый пропускной на воротах охраннику на имя Кристин Ким, старшая школа.       Она видит площадку перед школой, где в центре стоит фонтан круглой формы а внутри скульптуры в виде рыб. По правую строну школтного порпуса немного вдали построен паркинк. И на парковке только крутые авто, тольпо для элиты. По левую строну ещё один порпвс в таеом самрм поассичачком английском стиле, но в два этажа. Под зелёно-жёлтыми клёнами на скамейках сидят ученики в одинаковой форме: тёмно синие пиджаки, бордовые галстуки, и на груди жёлтая эмблема школы имени Джона Гилмора, как и у неё. Киоко пытается не рассматривать учеников, их украшения в виде браслетов или серёжек. Ей нужно быстро попасть в корпус, чтобы затеряться среди тёмно-синей массы сонных учеников, отдать документ директору и попасть в свой класс. Там отыскать самую последнюю парту и попытаться оставаться незамеченной. Желательно до конца.       Школа — это и колодец знаний, и друзья, и подруги, и светлые воспоминания... Но не для неё. Для Киоко в первую очередь школа — тюрьма строго режима, испытание и неприятный осадок на душе. Она не может поднять голову и смело всех разглядывать. Её станут сразу ненавидеть и презирать. Иак было и будет. А ещё, о чём девушка пока не хочет задумываться, так это о том, что рядом не будет Тайлера. Он пожелал хорошо учиться и сказал, будет часто звонить, чтобы она не чувствовала утрату. А ещё пусть подумает о матери как ей хорошо теперь будет и Дженни без дяди Тома. Да, мать счастлива была, узнав, что её дочку выбрали ученицей по обмену в Англию. Она даже не дала подумать, стоит ли менять школу, продавать их дом, где не будет рядом лучшего друга. Где она будет одна. Лили тут же дала согласие, принялась искать в какую больницу ей устроился, занялась сменой имён и фамилий и за лето всё сделала как и планировала. В августе дом им уже не принадлежал.       Нет, с таким настроем ей не продержаться и недели тут. Нужно делать как просил Тай — расправить плечи, поднять голову и смело шагать к своей цели, чувствуя на голове корону как у королевы Елизаветы.       Она так и старается смело зайти и вроде бы получается. Никто не косится на неё. Все расходятся по классам, кто общается по телефону, две девушки громко смеются и проходят рядом с ней. Неужели проклятие разрушено из-за смены страны? Киоко не может не радоваться. Её не замечают.       Так, значит нужно найти кабинет директора и остаться серой мышкой как сейчас. Лили специально по-раньше её привезла, чтобы успеть с документами. Исихара решает для себя, что ни с кем не будет знакомиться. Пробудет до выпускного и вернётся в Штаты. Даже если мать решит остаться здесь. Она будет учиться на психолога и время от времени путеществовать по свету. С её памятью легко выучить нужные языки. Киоко на хорошем счету у педагогов всегда была в США, получила статус "одарённый тинейджер" и вообще всё будет хорошо. Тай сказал, что она счастливица, она даже легко попала в элитарную школу к будущим бизнесменам. А всё из-за фотографической памяти, которая перешла ей от отца, который, так мало пожил, из-за глупого мальчика!       Где же шкафчики у этих учеников? В Америке их на каждом этаже в два ряда было. А тут стены окрашены в бледно-розовый или бледно-голубой. На них висят картины и портреты преподавателей и живопись. На удивление, стены чистые и не разрисованные. Даже урна стоит на металлических ножках невредимая. Тут дети не балуются или как? А в её классе тоже так чисто будет?       Директор! Ей нужно попасть к нему, а потом тихо зайдёт в класс А, поприветствует и будет учиться как все. И пусть решают, что она чёрствый сухарь или неприветливая.       Но так получается, что Киоко неуклюже наступает на ногу старшекласснику. Конечно быстро спешит извиниться, и вроде он пожимает плечами, и теряется в толпе, а потом обгоняет:       — Эй! Да что это за утро такое? Все спешат, толкаются, порвали мне вот форму. Не знаешь кто мне на ногу наступил? Может видела?       Обладатель синих глаз, щуплый, среднего роста, с оттопыренными ушами, каштановыми волосами с коротким хвостиком, от чего его уши кажутся приметными, показывает как его плечо пиджака немного разошлось по шву и нитки свисают.       Японская девушка решает зарекомендовать себя с хорошей стороны перед этим синеглазкой почему-то. Хотя и решила минуту назад всех сторониться. Слегка улыбаясь, расправляет плечи, улавливая от него запах ментола и табака, она говорит:       — Если у тебя есть пара минут, а так же игла и нить, то я это дело исправлю быстро. Но не обвиняй меня в том, чего я не совершила.       — Да я знаю-знаю, но жертва в этой ситуации по-прежнему я... — уже мягче говорит незнакомец. — Слушай, так можно попросить в раздевалке у технички нитки. Пошли, ты мне прибавишь немного хорошего настроения, новенькая.       — Это так заметно? — смущённо отводит глаза в сторону. Он тянется к ней, и... поправляет галстук:       — Я здесь со средней школы и всех знаю чуть ли не по именам. Я приехал из Болгарии, город Бургас. Бывала там?       — Нет. США, город Атланта, штат Джорджия. Бывал? — улыбается она, уже догоняя первого знакомого.       — Тоже нет.       Он оказывается не из Англии, как и она сама, и поэтому чувствует что-то доброе от этого парня, что-то похожее. Хотя акцент британский.       Как только откусывает нить, которая уже ненужная, парнишка принимает от неё починенную форму и на его лице играет улыбка:       — Я Рональд-Грей Милош Ховард. Но для друзей я просто Рон. Спасибо.       Худоватый старшеклассник протягивает руку для знакомства, когда она убирает иглу в коробочку.       — Кристин Кэтрин Киоко Ким. А для друзей просто Крис, — пожимает руку парня и понимает, что он симпатичный когда улыбается. И тут же представляет, как на них будут все пялиться, если вместе из раздевалки выйдут, делает шаг назад.        — Круто. Киоко? Ты из Японии?       — Извини, Рон, но мне нужно отнести документы к директору и познакомиться со своим классом, — Киоко первой покидает комнату. Лучше будет она одна, чем случиться повторение с прошлой школы: из-за неё страдают все девочки. А у такого красавчика должна быть девушка. Она не станет заводить дружбу с мужским полом. Одно дело, если без девушки или гей... На ум сразу приходит тот парень с остановки.       Киоко решительно кивает себе головой и спешит к директору, открывая у себя в телефоне пришедшее сообщение от мамы.

* * *

      Школа.       Дети, которые пришли уже учиться, завидев, что идёт по коридору ученик по кличке Дьявол, в страхе здороваются и быстро разбегаются. Подумаешь — нагнал однажды страха на обидчиков из соседней школы. Зато теперь никто не обижает слабых в их школе, везде царит порядок. Даже Майкла и Монику оставили в покое.       Кейташи не привык ещё за пять лет пребывания в Англии к своему новому имени, и продолжает игнорировать Кристофер Коулда. Но многие понимают что он дерзкий. Он первым заходит в свой четвёртый класс, оставляет книги и направляется промочить горло водой из-за сыворотки, надев на шею наушники. У него во рту остаёстя всё время солоноватый привкус. Но если бы не это лекарство, он не хотел бы и пить, и есть, мог утолять голод только свежей кровью, появились бы инстинкты зверя. А этого нельзя допускать.       Вдруг непонятно как, выходит на встречу Она. Та, которую избегал все пять лет. Идёт, разглядывая что-то в своём телефоне и по старой невнимательности врезается в его плечо. Кейташи думал, что уже невозможно испортить его безрадостные дни, но оказывается это не предел. К чужому городу, хмурой погоде, раздражающему отцу добавляется ещё это чудо. Даже не чудо, а ЧУДИЩЕ! От неё слышен хорошо уловимый аромат духов. Женских вперемешку с мужским. Это запах Рона. Уже и к нему прицепилась? От этой последней мысли его ноги прирастают к паркету и их тела соприкасаются, пусть через одежду.       — Извините...Ты? Это ты?       — "Узнала?, — обречённо мыслит он. — Пришла за мной? Готовит месть? Ладно, готов терпеть любое наказание, если ей станет легче".       Теперь он вдыхает её запах кожи, который пахнет особенно. Смесь лета и японской сакуры. И это не шампунь. Это её личный аромат. Что-то знакомое.       Японка сначала в недоумении стоит моргает, и вместо испуга, в её больших, карих глазах, появляется заинтересованность. Ой не к добру эта встреча. Почему он бездействует? Киоко-тян аура цветом неба. Значит в стенах школы она храбрая или забыла уже их вторую встречу.       — Не подскажешь где здесь кабинет директора, Мистер Ледышка?       — Вот же ж... Да ты прошла уже! Купи себе очки раз слепая!       Кейташи, зная, что не только в его глазах, а и во внешности сейчас читается непримиримость: насупленные брови, острый и упрямый подбородок, резкие черты лица и грубый нос, (и не трудно догадаться, что он как кот, бродивший сам по себе), нарошно процеживает каждое слово со всем своим раздражением, чтобы вселить страх, как в остальных. Не один раз тренировался возле зеркала. Но на Киоко-тян и эта маска не работает. Она не робеет, а ещё бесцеремонно смотрит в его злобные глаза через пелену чёлки и на шрам. Почему? Он даже позволил себе выйти из под контроля. Что с ней не так? Или это что-то с ним? Не испугалась... Кажется, что она видит его глаза и что-то в них пытается найти. Он опускает немного подбородок.       Внучка шаманки хихикает, потом в ужасе замирает и быстро подходит к Нику и Джулии, пряча глаза, когда он на неё оглядывается. Умничка.       — Не нужна мне помощь от тебя, Мистер Ледышка! — девушка надувает от негодования щёки и плетётся в поисках нужного кабинета.       — Да о чём можно говорить с тем, кто слеп и не читает таблички на дверях! — гаркает в спину, а потом прикусывает язык. Кажется, он сильную волю даёт агрессии.       Так нельзя! Нужно уйти! Нельзя ему стоять как статуя да ещё навиду. Он выдыхает с облегчением, увидев как её аура немного потемнела и идёт вперёд, сделав шаг как начинающий ходить после паралича.       Разозлилась? Вот так. Знай своё место. Да как она вообще смеет разлагать его дисциплину? Хорошо одно — не узнала. И к счастью стала злобно настроена на него. А если будет так и дальше, то ему нечего бояться. Всё уйдёт в бытие.       Но что-то неземное получилось, когда он прикоснулся к этой особе. Словно стукнуло разрядом тока. Парализовало на время, окутало её запахом. И эта слишком сильная агрессия. Он ведь так давно не повышал голос. Да и не представлялось случая. С отцом совсем тихо ведёт диалоги, перекидываясь односложными предложениями. С братьями можно молчать, а на работе он отшельник и если бы эти парни между собой не общались, не звали попить кофе, он бы и имена их не запомнил.

* * *

      После короткого стука, ей отвечают: "войдите" и Киоко Исихара заходит к директору мистеру Гилмору. Тот сразу расплывается в улыбке и показывает идеально белые, мелкие зубы.       Это слишком упитанный, седовласый мужчина в классическом костюме и от него пахнет сладкой выпечкой и шоколадом.       — Ученица по обмену — Кристин Ким?       — Здравствуйте.       — Рад, что приехали. Вам тут понравится. У нас приветливые ученики, на высшем уровне педагоги. Мне сказали, что вы за совсем короткий промежуток времени сдали все экзамены.       — Да, я в Америке предварительно прошла обучение по двухлетней программе A-Levels за три месяца.       — Хорошо. Очень хорошо. Нам нужны такие способные дети.       — Гражданство Великобритании – самое респектабельное и надёжное.       — "И вложение для состоятельных людей". — мысленно дополняет она.       — Наше гражданство даёт свободу передвижения по миру, (безвизовый въезд в 173 страны мира!), высокий уровень жизни, образования и медицины!       — "Да, и хороший налоговый режим", — тоже мысленно.       — А можно узнать и получить, что я пропустила с начала учебного года?       — Ну, тут совсем мало. Наш учебный год из-за ремонта начался с 28 сентября. Но если уж совсем интересует школьная программа, я пришлю на почту вам отчёт. Хотя, с вашим знанием, я не думаю, что это вообще нужно. Не зря же вы получили бесплатное обучение, здоровое сбалансированное питание и высокий уровень медицинского обслуживания в моей школе. Нам такие как вы всегда нужны и надеемся на обоюдное сотрудничество. Но сразу вынужден сказать, что наша школа не интернациональная, и количество иностранных студентов у нас минимальное — 3% от общего числа. Попрошу вести себя соответственно.       Киоко не глупая и понимает, что она не из элиты и пусть никого не задирает. Конечно, она так и планировала, если бы не болгарин и этот Мистер Ледышка. Неужели ему доложили уже?       — В нашей школе детям из богатых семей немного больше прав прилагается: бассейн, частные бальные танцы, билеты в оперу, театры и экскурсии. А вот живопись, музеи, общий стол, общий класс, совместные педагоги, проживание в кампусе — это для всех учащихся. Попрошу к этому не относиться предвзято. Сами понимаете, у нас обучаются будущие герцоги и бизнесмены.       Киоко понимающе кивает. Она будто сама не ознакомились со школой на их сайте. Ей мало будет чего дозволено. Всё она знает. Хотя бассейн могли для всех сделать.       — А можете немного проинформировать меня на счёт оценок и питания мистер Гилмор?..       — У нас совместное обучение, которое в свою очередь позволяет мальчикам и девочкам с раннего возраста общаться и взаимодействовать друг с другом. Вот такие вновшества. У многих учеников мотивация к саморазвитию повышается в присутствии представителей другого пола, как мы заметили и одобрили. Я наблюдал за дочерью. Если ещё не знаете, то в Англии принята буквенная система оценивания знаний. Шкала оценок включает баллы А, B, C, D и U: А означает «отлично», а U – «очень низкий результат». Кроме этого, вполне официально есть оценка A* — наивысший балл в системе оценки знаний. Так, дальше. В нашей школе используется триместровая система, учебный год начинается в сентябре и завершается в конце июня – начале июля. Осенний семестр — с сентября по декабрь, весенний — с января по апрель, летний — с апреля по июль. Что ещё не сказал? Ладно, потом вспомню. На занятия в 9 часов утра и до четырёх вечера. В этой школе дети учатся 6 дней в неделю. Урок идёт как обычно — сорок пять минут, перемены от пятнадцати до сорока пяти минут. Будет возможность и обед и на библиотеку. Некоторое время нужно будет приезжать, а потом мы всех запустим в нашу (кампус) резиденцию. Сейчас идёт там ремонт. Вспомнил, наша школа до двенадцатого класса. Если вам понравится у нас, то посодействую с помощью гражданства.       — "Четвёртого", — опять про себя добавляет она.       — И тогда вы выберете любой ВУЗ и поступите с нашей хорошей рекомендацией. Пойдёме я вас проведу в ваш класс. У нас так принято.       Широкий мистер выходит за ученицей с придыханием, видимо, от быстрой ходьбы, продолжая рассказывать. Возможно, ему не хочется идти по пустым коридорам молча:       — Правда красивые тона подобрал я стенам? Сам хожу и радуюсь. Предметы гардероба необходимо подписывать. Можно даже заказать набор самоклеящихся именных бирок. Потому что, если ребёнок оставит в школьной раздевалке после урока физкультуры джемпер или обувь, то найти его в груде потерянных другими детьми вещей будет крайне сложно. Быстрее в клас! — командует директор мистер Гилмор школьницам-мусульманкам и те поклонившись ускоряют шаг.       — Что ещё: у нас не отсутствуют привычные классы, так как это в других британских школах. Учатся дети всем предметам вместе, а на каникулах каждый учащийся имеет индивидуальный план занятий с учителем по онлайну или репетитором. Все предметы разбиты по тематическим блокам. В каждом блоке определяется один предмет, по которому в дальнейшем будет сдаваться экзамен. Нам к вон тем дверям, мисс Ким.

* * *

      Кейташи заходит в свой класс, попив воды, и как всегда сразу все замирают, а потом расступаются и он не спеша проходит к своей парте, поправляя школьную форму, отвечая на Кевина: "Привет, Крис", — кивком головы. Остаётся последний класс до конца и потом можно собирать вещи, чтобы навсегда покинуть людскую суету. И тут на тебе — преграда к спокойной жизни!       Стараясь не раздражаться снующимися, глупыми людьми, и их такими же словами, вампир не перестаёт себе твердить, что это был сон, что та Киоко сейчас живёт в Атланте и не попадалась только что ему на глаза. Ведь в мире у каждого по семь двойников. Нет?       Он смотрит на доску, которая пока чистая, на цветы, потом садится за парту, готовится к урокам и выставив руку, ложится на неё щекой, веря, что это на самом деле остаётся правдой, и что самого себя не обманешь. Хотя больше было похоже на сонное видение. Обычный кошмар. Ну не могла же она появиться просто так.       Кейташи достаёт плеер, включает классику, и представляет, как он тренер по карате. Возможно обучит этих ребят большему, чем обычный мастер боевых искусств и заслужить уважение. Он покажет правильное искусство. При мысли о свободе, пусть даже временной, его сердце начинает учащённо биться. Он закрывает глаза. Теперь не слышны перешёптывания девушек. Пустые диалоги. Одни о своём клубе по рукоделию, что им нужно успеть вовремя сдать свои подделки. Другие сетуют часто, что у них в группе совсем мало людей — никому не хочется возиться с глиной. А ему хорошо, он не заморачивается никогда на эти темы. Нигде не появляется и не записывается никуда. Не в один школьный клуб. "Дьявол никого не замечает и уже загнался со своей учёбой," — переговариваются остальные.       На миг пролетает мысль, что если из всех кружков доведётся выбирать (а этого никогда не настанет!), то он мог бы попробовать себя в ремесле гончаров. Нет, нужно учиться, чтобы не провалиться на выпускных тестах. А чужое мнение вампиру по боку. Во всяком случае, он первый в списке успеваемости среди четвёртых классов по физкультуре. Да и проблем не возникает по главным предметам, как: история, математика или английский. Он уверен в себе.       На дворе осенняя пора. То самое время для того, чтобы зубрить школьные материалы, для подготовки к экзаменам и тестам. Совсем скоро настанет период хандры, как объяснил свою леность к учению — одноклассник Рональд и будет лень даже книгу в руки брать. Кейташи не хотел и не мог завалить экзамены. Он не вытерпит ещё один год в шумной компании детей. Ему нужно улетать. Только вот теперь его сердце бьётся птицей в груди не от мыслей о свободе, а из-за этой чёкнутой девчонки. Та девчонка совсем не испуганно смотрела ему в глаза, и теперь учится с ним в одной школе.       Звенит звонок на урок. Кейташи скрипит зубами, увидев как заходит с классным руководителем — миссис Пемер, — современная женщина с, совсем короткими волосами цвета мёда, в чёрном костюме, и директор — мистер Гилмор — мужчина с большим животом, в синем полосатом пиджаке нараспашку, с большим носом, и так же с толстой шеей, а третьей заходит та самая Киоко-призрак! Это моментально вытесняет мысли о предстоящем уроке и том, как в монастыре он себя чувствует свободным. Словно холодный душ.       — Доброе утро, дети. С вами будет теперь учиться ещё одна девочка. — устало констатирует мистер Гилмор, потом что-то шепчет на ухо миссис Пемер и уходит, попросив новенькую рассказать немного о себе.       Дверь за директором закрывается, ученики выпускного класса садятся на свои места, и новенькая представляется — Кристин Ким из Америки, потом просит всех звать её Крисси, и тихо лепечет банальное приветствие, выдавливая из себя каждое слово. Она рада будет со всеми подружиться? Ну-ну.       Что ей вообще нужно в этой школе? Кристин Ким? Куда делась Кэтрин Исихара? Ладно он сменил имя — вынудили обстоятельства, но она... Ради забавы? Или может быть что-то или кто-то посодействовал? Крисси... Хотя, ему-то какое дело до этого? Зачем на этом зацикливаться? Не полезнее сконцентрироваться ли на предмете?