Следуй за мной

- Кто? Несмотря на то, что она находилась в весьма плачевном душевном состоянии, Си сумела выдавить из себя возмущение в голосе. Как эта оборванка вообще проникла в их сад? Ещё когда они только переехали в Англию, родители решили установить вокруг особняка забор, причем такой высокий, насколько это было возможно. Заборы соседей, сплетённые из проволоки, вызывали у них смех и недоумение. Как же это так можно жить на глазах у других? И Синистра знала, что проникнуть как в сад, так и за пределы территории особняка было невозможно. Она несколько раз пыталась в более раннем возрасте. Все деревья, которые росли у забора, родители предусмотрительно приказали спилить. - Волшебница. Почему ты не в школе, кстати? На сильно заболевшую ты не похожа, а в Хогвартсе могут вылечить почти всё. - Ч.. чего? Си изумленно и часто моргала. Незнакомка несла какую-то ересь. Англичане все такие? - Подожди. Серьёзно не понимаешь? Но я ведь видела.. ты розы заставила расти. Прямо здесь, на этом месте. Синистра застыла, глядя на девчонку пустым взглядом. Значит, она стала свидетельницей того, что натворила Си.. - Не рассказывай никому! – выпалила она, - пожалуйста. - Не рассказывать о чём? О твоей магии? – в голосе незнакомки скользило непонимание. «Магии?» - Как ты это назвала? - Магия, - кажется, она окончательно перестала что-либо понимать, - нет, только не говори, что о ней ты тоже ничего не знаешь. Синистра продолжала глядеть на девчонку пустыми глазами. Ей почему-то казалось, что сейчас происходит что-то очень важное, хотя незнакомка несла какую-то абсолютную околесицу. А та, похоже, потеряла всякий стыд. Она подошла ближе и вцепилась проницательным и внимательным взглядом в лицо собеседницы. Захотелось отвернуться. - Тебя как зовут? – спросила она, сощурившись. - Синистра, - пробормотала девочка, отшатываясь. - Шеат, - она протянула ей руку. Си около нескольких секунд озадаченно смотрела на бледные, перемазанные в земле пальцы, а затем подала руку в ответ. Таким жестом обычно отец здоровался со своими гостями, когда был ещё жив. - Поздравляю тебя, Синистра, - произнесла она вполне серьёзным тоном, однако, в зелёных глазах плясали озорные искорки, - ты волшебница. - Издеваешься? – осторожно спросила девочка, отдёргивая руку. - Ясно, всё запущено. Повезло тебе, что встретилась со мной. Она улыбнулась, а затем, кинув взгляд в сторону особняка, нахмурилась. - Ты одна? - Да, - ответила она, прежде чем в голову пришли тревожные мысли. Не следовало этой странной девчонке сообщать ничего, а то ещё прокрадется в дом под покровом ночи, украдёт что-нибудь. Предметов, способных привлечь внимания воров, в особняке было более чем достаточно. - Чего замялась? – бесцеремонно спросила Шеат. - Тебе лучше уйти. А ещё – показать мне, каким образом ты пробралась в сад. Она старалась говорить тоном как можно более серьёзным. В конце концов, в отсутствие родителей в доме главной оставалась именно она, а отчим, увидев, что в сад пробралась какая-то оборванка, не только бы её вышвырнул, так ещё бы и узнал, кто её родители и обратился бы к ним. - Ого, какие мы грозные, - в ответ она лишь усмехнулась, - послушай. Я не ошибусь, если скажу, что несколько лет назад ты заметила в себе некие странности, которых боишься и пытаешься скрыть? Си взглянула на собеседницу с ужасом и изумлением. - Можешь не отвечать. Вот только.. почему ты всё же не в Хогвартсе? - Г.. где? - А, да. Я совсем забыла. Прости. Она небрежно откинула с лица прядь тёмных волос, а затем резко приблизилась к лицу Синистры, глядя ей прямо в глаза. - Хочешь узнать правду о себе? Си молчала, упрямо глядя себе под ноги. Нужно было немедленно прогнать её отсюда, но будто что-то мешало ей, останавливало, сбивало с мысли. - Эй, второго шанса тебе может и не представиться. Почему-то перед глазами возникла сестра. Маленькая десятилетняя девочка с волной золотистых волос, в глазах которой застыло отчаяние. - Хочу, - резко выдохнула она, переводя взгляд на собеседницу. Сердце ухнуло вниз и забилось часто-часто. «Попала.» * * * Шеат, абсолютно не смущаясь, села прямо на землю. Си её примеру последовать не могла, ведь одежду мать наверняка заставит стирать вручную. После смерти отца, старшей дочери и нового замужества через несколько лет она стала гораздо более жесткой по отношению к дочери. - Сначала ты расскажи мне, кто ты и откуда, - заявила девчонка, - может, это натолкнёт на мысль. Было похоже на выуживание информации. Но её семья никогда не скрывала правды о себе, так что ничего страшного не случится. - Мы из Америки, - начала она, нервно сглотнув перед этим, - знатный и древний род. Эмигрировали в двадцатых в Англию, и вообще, наша семья имеет английские корни, у нас здесь даже был особняк, - она махнула рукой в сторону дома. - А, так это ваш дом горел десять лет назад? - Он не горел. - А что же тогда? Синистра замолкла. Она ни с кем и никогда не делилась своими мыслями о сестре, но Шеат доверять почему-то очень хотелось. Может, из-за её слов о правде. - У меня была старшая сестра. У нас с ней разница была пять лет, и, когда ей было десять, она упала с четвёртого этажа, но взлетела в воздух и осталась невредима. Потом у неё начались разные.. странности, родители назвали это болезнью, лечили около года. В один день я услышала из комнаты сестры страшный шум, меня отец засунул в подвал и приказал не высовываться, а потом оказалось, что половина особняка была к черту разрушена. Отец и сестра не выжили. По официальной версии это была бомба. Говорить оказалось легче, чем она себе это представляла. Достаточно было просто отключиться от своих слов, отстраниться, абстрагироваться. - А потом это же началось у тебя, - произнесла задумчиво Шеат. - Да. Несколько месяцев назад. - Что? Тебе сколько? - Пятнадцать. - Странно. Обычно это проявляется раньше, хотя, из-за шока от смерти сестры.. – говорила она, совершенно не смущаясь своих слов. Сострадания ни в голосе, ни в жестах не было видно, впрочем, Синистра не требовала, но.. а как же правила приличия? - Что – это? - Магия. Я ведь уже сказала, или до тебя туго доходит? Си промолчала. Она по-прежнему мало что понимала, ей обещали объяснить, что же с ней не так, а теперь кидались малопонятными таинственными фразами и оскорбляли. - Смотри. Шеат поднялась на ноги и, запустив руку в карман, вынула длинную палочку аспидно-чёрного цвета. - Это что? - Сейчас увидишь. Заодно покажу тебе, как попала в ваш сад. Она вскинула руку с палочкой, нацелившись на синий высокий забор. - Делетриус! – Си показалось, что из палочки будто что-то вынырнуло, а затем направилось к забору. Как завороженная, она следила за тем, как по его гладкой поверхности растекается нечто невидимое, а затем часть забора просто исчезает. Девочка лишь изумлённо взглянула на Шеат, чувствуя, что задыхается от восторга и страха одновременно. Воздуха однозначно не хватало, она дышала полной грудью, даже становилось больно. - Это – магия. Та же, что есть у тебя, вот только твоя пока что ещё не обузданная и не воспитанная. - А можно.. обратно вернуть забор? Она лишь рассмеялась. - Забавная ты. Я тут тебе чудеса показываю, своей жизнью рискуя, между прочим, а ты о заборе беспокоишься. Держи свой забор. Репаро! И ряд синих досок вновь цел. Ни следа. Синистра, не в силах вынести подобного, медленно опустилась на землю. Перед глазами плясали чёрные точки: Это не болезнь. Это дар. - Но почему родители скрывали это от меня.. от нас с сестрой, называя болезнью? – спросила она в пустоту, позабыв о существовании Шеат и не ожидая ответа. Но он последовал. - Америка. В ней всё дело. Твоя семья жила там слишком долго, а в Америке, особенно в двадцатые годы, такое творилось.. Шеат глубоко вздохнула. - Что? - Всякое дерьмо. Волшебников, как в средние века, травили и убивали. Да и до сих пор убивают, наверное. - Кто? - Маглы, конечно же? - Кто?? - Ай, чёрт. Всё время забываю, что ты ничего не знаешь. Маглы – люди, не владеющие магией. Обычные. Синистра даже не обратила внимание на очередной бесцеремонный выпад в её сторону. - Но разве им не выгодно было бы сотрудничать с.. волшебниками, да? - Выгодно, конечно, вот только репутация у магов в Америке не очень хорошая благодаря одному.. человеку, да и не только в репутации дело. Они боятся. - Получается, мои родители даже не догадывались о том, что это не болезнь? Всё выстраивалось само, а грозно нависающая с ремнём мать теперь становилась не мучительницей и садисткой, а просто не посвященной в подробности. Почему-то такой простой вопрос сбил Шеат с толку. Она задумалась, поджав губы, а Си оставалось только жадно смотреть на неё. - Сколько было твоей сестре, когда она умерла? – наконец спросила оборванка. - Одиннадцать. - Какой это был месяц? - Ноябрь. Она щёлкнула пальцами, на лице загорелась торжествующая улыбка. - Элементарно! Нет, они знали. Совершенно точно знали. - Но как ты поняла это? Вновь Синистра столкнулась с фактом, который в устах собеседницы звучал, как самая простая истина, а сама она ничего не понимала, ощущая себя жутко тупой. - Письмо. Хогвартс.. Ай, слишком долго объяснять, нужно показать тебе его. Я уверена, что они его сохранили, но спрятали так, чтобы ты не нашла. Си судорожно вздохнула. Она потеряла нить смысла, и отыскать её самостоятельно было непосильной задачей. Шеат это заметила. - Слушай. Когда твои родители вернутся? - Сегодня вечером.. а что? – последняя осторожность была потеряна. Информация, которой делилась с ней эта чумазая девчонка, была слишком драгоценной. - Не успеем. Они когда в следующий раз надолго уедут? - Через неделю, но только на ночь. - Идеально. Она снова щелкает пальцами и расплывается в задорной улыбке. - Значит, жди меня на этом же месте через неделю. Вечером. Шеат подмигнула ей, а затем, крепко сжав в руке палочку, крутанулась на месте. Синистра хотела кинуться к ней, будто чувствовала, что она убегает, но руки вместо заляпанной куртки девчонки ухватились за пустое место. Исчезла. Пропала без следа, как кусок забора.

* * *

Ночью она не могла уснуть. Родители вернулись, и Си даже нашла в себе силы встретить их, но на ужин её не хватило, и потому она, попросив прощения, поднялась в свою комнату. Информации было слишком много, а она безжалостно её ворочала, крутила в голове, так что скоро голова начала разрываться от боли, но она даже тогда не остановилась. Её охватило чрезвычайное волнение. Весь мир переворачивался на глазах, а она была вынуждена лежать и ждать, пока в её жизнь вновь не ворвётся та чумазая оборванка, назвавшаяся Шеат. Она приблизилась к разгадке ближе, чем когда-либо. Синистра чувствовала печаль и радость одновременно, однако, первое однозначно пересиливало. Жаль, что ты этого не видишь, сестра. Я скоро узнаю всю правду.