О жизни повседневной

Эррор, запыхавшись, забежал на кухню и в панике огляделся. Ему нужно было где-то спрятаться, но мыслей никаких не было. — Эррор, ты где?! Сглотнув, глючный зацепился взглядом за холодильник. Одна мысль промелькнула на краю сознания. Через минуту на кухню вбежал Инк. Окинув помещение внимательным взглядом и позвал сладким голосом: — Эррор… Я знаю, что ты здесь, выходи, — он начал кружить по кухне в поисках мужа. Заметив уголок от его штанов, он заглянул за холодильник. — Серьёзно? — Абсолютно, — с лицом, а ля «это обычное дело» ответил глючный. — Эррор, вылезай! — схватив за руку, чернила попытался вытащить его. — Нет! Не хочу! Не буду! — изо всех сил сопротивлялся АУненавистник. — Блин, Эррор! — отпустил Радужный. — Я просто попросил помочь поменять белье на кровати, а ты делаешь из этого Трагедию. За то время, что я гонялся за тобой, мы могли уже десять раз его поменять. — Но я не хочу, — проныл глючный. — Эррор, — угрожающе начал Инк. — Если ты мне не поможешь, то никакого секса до следующей смены белья. — Запрещенный приём! — Зато действенный. — Ладно, — сдался ленивый муженек и вылез из-за холодильника. — Вот и хорошо, — обрадованно заключил Радужный. В комнате Инк указал на кровати. — Сними, пожалуйста, бельё и положи пока на полу, — а сам он стал разворачивать новый комплект. Недавно, в одной из АУ, он был в магазинчике Тэмми и присмотрел красивый комплект постельного белья. На нём были изображены белые перья на черном фоне. — Так, а теперь становись с другой стороны и помоги мне. Развернув простынь, художник подкинул ее, держа с одной стороны. Другой край поймал Эррор. Но когда они положили простыни, глючный заявил: — А чего это с моей стороны так коротко? — и перетянул часть на себя. — Эй! Теперь с моей! — возмутился Инк, поправляя. Так продолжалось ещё минут десять, пока оба не были довольны . Разобравшись с простыней, они принялись за подушки. — Эррор, подай подушку, — попросил художник, ища дырку в наволочке. Тут же ему прилетела подушка. В голову. С другой стороны кровати усмехнулся АУненавистник. — Прошу, мадемуазель, — картинно поклонился он. — Благодарю, мисье, — сквозь зубы прошипел Радужный. — Займитесь, пожалуйста, одеялом, — и он со всей силы запустил в него вышеназванным. — А я не умею, — запустил его обратно тот. — Тогда займись подушками, — кинув в него их обе, проворчал Радужный. — OK, — усмехнулся глючный. — Уж с подушками и я справлюсь. Когда обе наволочки были надеты, а подушки лежали на своем законном месте, Эррор повернулся к возлюбленному, что вдевал в пододеяльник третий угол одеяла. — Что так долго, Инки? — насмешливо спросил он. Инк медленно поднял голову. — Понял, всё О’кей! — замахал руками глючный. — Ничего не долго, — проворчал художник. Когда все было готово, они расстелили его на кровати. И опять повторилась история с простыней. Но и этот конфликт они уладили. — Серьёзно, я куплю тебе отдельное одеяло, будешь спать с ним! — Не, мне тогда тебя обнимать неудобно будет. — Ну ладно, — немного улыбнулся Инк. — Пойдем пить чай?