Идеально убитые чувства

Он не вернулся ни через три дня. Ни через пять. Тревор еще несколько раз заходил в офис и уходил все более расстроенный. Мне так хотелось послать его куда подальше и рассказать, как его ненаглядный Джером трахал меня, но что-то говорило мне этого не делать. Я не решался поинтересоваться у Агнес куда подевался рыжий и поэтому под режимом ебаного Хатико прождал его неделю. Помогала отвлекаться работа, короткие перерывы и разговоры не о чем в столовой. Дома был Ев, который говорил о школе и о том, как она ему надоела и Мэнди, обсуждающая каждого симпатичного парня на улице. Но в один понедельник все изменилось. Я пришел на работу. Уселся как всегда в кабинете уткнувшись в документы и попытался ни о чем не думать. Да, я скучал. Совсем немного. Скорее по члену, чем по самому Валеске. Мысль о том, что я переживаю появилась лишь на 8 день его отсутствия и этот факт меня пугал. Вообще мысль, что я могу волноваться за кого-то кроме моей семьи, меня пугала. Усевшись в кресло, я закурил, чувствуя как закрываются глаза. Я спал всего 4 часа. Блядский Валеска… Дверь в мой кабинет вдруг открылась и на пороге появилась Агнес с очередными папками, полными всякого дерьма. Молча положив все на стол, она развернулась, чтобы покинуть помещение, как вдруг остановилась, вновь взглянув на меня. — Ты не связывался с ним? — подняв голову, девушка закусила губу и я был чертовски удивлен, увидев какой расстроенной она была. Эта «железная леди», которая способна если не улучшить всю мировую экономику, то точно удержать фирму на плаву одна, без поддержки и сомнений, была раздавлена и похожа на пса брошенного на вокзале. — С Валеской? С чего бы? — Брось, я знаю, что между вами что-то есть и сейчас меня волнует не это. — Я не слежу за ним как верная женушка, если хочешь знать, — фыркнув, я затянулся, стряхнув пепел. — Думал ты в курсе, где… — Нет. Он сказал, что быстро вернется, но… — сглотнув шатенка, опустилась в кресло напротив моего стола. — Я боюсь за него. Я был поражен такому откровению. Я привык к тому, что иногда Мэнди прорывало на душевные разговоры, но не был готов к тому, что мне придется обсуждать Валеску с Агнес. — Ты многого не знаешь о его жизни и о нем, и то, что он так на долго исчез несомненно плохой знак. — Меня это не волнует, — соврал я. Мои руки дрожали, но я пытался это скрыть. В груди от чего-то жгло и голова побаливала, но я скинул все это на недосып. — Он не маленький ребенок. Может забухал? Работа то тяжелая. — Однажды так уже было. Он уехал в командировку на 5 дней и вернулся лишь через 2 месяца. Если сейчас происходит тоже самое, то возможно он уже вовсе не вернется. — Типо подался в бега? — засмеялся я, поднявшись на ноги. — Он болен, Мик. Контроль — это то, чем ему так и не удалось овладеть. — достав сигарету, из моей пачки, лежащей на столе, Хэмпсток закурила, уставившись на свои длинные пальцы. — Так у него и правда биполярка? — Да и он отказался от таблеток уже очень давно. Он считает себя всесильным, но глубоко ошибается. Скорее всего у него началась маниакальная стадия и он опять будет… — сглотнув, девушка шмыгнула носом, оперевшись локтями на стол. — Он убийца, чтоб ты знал. — В смысле? — Между работниками ходят слухи, что Джером лежал в клинике на лечении. Что сейчас все хорошо и он стабилен. Но слухи на то и есть слухи. — Блять, говори прямо. — не выдержал я, потому что уровень моего любопытства достиг 100%. — Он находился в Аркхеме. Это что-то вроде тюрьмы для психически больных преступников. Широко распахнув глаза, я замер, сжав сигарету крепче между пальцами. — Он опасен для общества. Он опасен для тебя и твоей семьи. — Очередная просьба оставить его в покое? Ты настолько на нем помешана? — заходив по кабинету, я стал продумывать в голове варианты развития событий. Вернее варианты того, что еще Агнес может понапридумывать, чтобы огородить меня от Джея. — Думаешь я шучу? Я знаю, что поплачусь за то, что сейчас расскажу, но так будет лучше и для тебя, — сделав глубокий вдох, она убрала за ухо прядь волос, благодаря чему мне удалось разглядеть ее заплаканные покрасневшие глаза. — Он убил собственную мать с особой жестокостью и смехом. Просто взял в одни день и зарубил ее топором. Знаешь, она ведь тоже не рыдала, когда ее почасовые любовники избивали Джерома. Нахмурив брови, я вновь опустился в кресло, облизнув пересохшие губы. Я не знал верить Агнес или же пропустить все это мимо ушей, скинув все на больную фантазию влюбленной девицы. — Затем, он вошел во вкус. Ему нравилось причинять людям боль, как физическую, так и эмоциональную. После этого он убил еще 15 человек. Они были школьниками. Невинными школьниками, которых он сжег в автобусе. Я была там с ними в качестве сопровождающего на матч и должна была умереть, но в последний момент он вывел меня на улицу. Мы стояли у этого чертова автобуса, слушая душераздирающие крики этих детей. Я до сих пор помню этот запах жженой резины и плоти, — поморщившись, Агнес стеклянными глазами уставилась на дымящуюся сигарету, улыбнувшись уголками губ. — Он стоял и смотрел на все это, громко смеясь. Его это забавляло. — Ты рассказываешь какой-то пиздец.— тряхнув головой, я сделал глоток из стакана с водой, подперев подбородок руками. — Это еще не все. После всех совершенных преступлений он попал в Аркхем, получив несомненно пожизненное. Но он обещал выбраться и найти меня. С тех пор я поняла, что Валеска всегда сдерживает обещания. После, будучи беглецом Аркхема, он убил своего отца у меня на глазах и мы вместе бежали из Готэма, — улыбнувшись, Хэмпсток поднялась на ноги, подойдя к окну. — Я совершила самую большую ошибку, когда влюбилась в него. Это стало точкой отсчета. Моя жизнь изменилась. Мы были вместе с начала и до конца. Мы обязаны быть вместе и сейчас. — Любовь до гроба? — тихо спросил я. — Да, она самая. И сейчас я уже жалею об этом, потому что понимаю, что у меня никогда не будет нормальной жизни, потому что все секреты Джерома навсегда останутся со мной, а мне придется навсегда остаться с ним. — Знаешь, я во всей этой любовной хуйне не разбираюсь, — подойдя к шатенке, я облокотился на подоконник, слегка приоткрыв окно. — Но люди расстаются, если все прошло. Просто переедь в другой город и забудь его. — Джером не тот, кого можно просто так забыть и ты это после поймешь. — Бред, — ухмыльнулся я. — У меня есть моя семья и никто другой мне не нужен. Никакой Валеска или кто-либо еще. — Пока у тебя есть семья. — Не понял. — Еще раз повторю, что контроль очень важен в случае с Валеской, но его он никогда не добьется. Джей психопат-убийца. Безжалостный и абсолютно неуравновешенный. — Он не посмеет тронуть мою семью. — если все действительно так, то я был уверен, что Джером и пальцем не притронется к Еву. К сыну еще никто не относился с такой теплотой и уж тем более никто, кроме Ева никогда не говорил мне, что я хороший отец. Но Джей… Джей так считал. — Не зарекайся, Микки, — потушив сигарету, Агнес выкинула ее за окно, направившись к двери. — Если по какой-то причине Валеска отметил тебя, то знай, что для него есть только ты и он ни с кем не будет тебя делить. Даже с твоим сыном.

***

— Мистер Валеска, вы намерены перекупить нашу компанию при наличии собственной? Для чего? — Это будет началом моего неплохо будущего… и вашего между прочим тоже. Если мы создадим одну большую корпорацию, то прибыли будет в сотни раз больше, а ни это ли прекрасно. Закончив хождение по кабинету, Джером остановился перед длинным столом, за которым по обе стороны сидели богатые жлобы с раздувшимися кошельками и такими же рожами. — И вы уверены, что это вам по силу? Сколько вам лет? — рассмеялся полный мужчина, сидящий во главе стола. На нем был дорогой костюм, как и на всех присутствующих, на левой руке дорогие часы, на правой золотые кольца. Он был одним из тех наглых ублюдком, которых Валеска предпочитал мучительно убивать, смотря им в глаза и заливаясь громким смехом. — 25. — Сколько у вас однако самоуверенности! — Каждый должен с чего-то начинать, мистер Спроус. Смотрите, у меня есть цель и амбиции, и мозги. — усевшись в кресло, рыжий закинул ногу на ногу, гордо подняв голову и нагло ухмыляясь. — Чтож, Джером, — выдохнул Спроус спустя минуту. — Мне нравится ваш настрой и я обещаю вам, что подумаю над вашем предложением. Сколько вы пробудите в нашем городе? — Столько, сколько потребуется.

***

Остаток вечера я провел в компании, желая немного задержаться. Я до сих пор не мог придти в себя после разговора с Агнес. Я штудировал различные сайты весь день, но Хэмпсток убедила меня, что никакой зацепки я не найду. Ну да, это логично: у Валески есть деньги, а за деньги ты можешь сделать все, что придет в голову. Даже если это желание полностью стереть свое прошлое. Сигареты улетали одна за одной. Весь кабинет пропах дымом, а на языке я чувствовал неприятную горечь. Офис медленно пустел и вскоре я остался совсем один. Было непривычно слышать тишину в этих стенах. Я был в ступоре. Валеска убийца. С виду рыжий божий одуванчик, весь из себя до костей приличный оказывается бомбой замедленного действия. Меня никогда не пугали убийства. Люди убивают людей. Такое случается и довольно часто. Мой отец был грабителем, расистом, гомофобом и убийцей и это не мешало мне оставаться его сыном. Большинство моих знакомых тоже имели за плечами пару трупов, а некоторые уже даже отсидели за это. Но мысль, что я трахался с человеком, который зарубил своих родителей и сжег ни в чем неповинных детей, вызывала во мне отвращение. Я спал с детоубийцей и познакомил этого урода со своим сыном. — Это уже не важно, Несс, — раздалось в коридоре. Я сразу узнал этот голос и не долго думая, выключил настольную лампу, притаившись за столом. — Компания моя, а значит, что все в плюсе и не важно как я получил соглашение. — Сколько можно убивать? Ты мочишь всех направо и налево! — воскликнула Агнес. Дождавшись, когда шаги отдалились, я выбрался в коридор, желая скрыться побыстрее в лифте и убраться домой. Но одна случайно брошенная Валеской фраза, заставила меня замереть на месте. — Я защищаю Микки и это важно для меня! Осторожно, на носочках, подобравшись к кабинету босса, я прислонился к стене, прислушавшись к диалогу. — Ты не можешь убивать каждого встречного, просто потому что они косо посмотрели на Милковича. Это лишь отговорка, Джером! Ты хочешь убивать, а якобы защита Микки, это просто тупое прикрытие. — С каких пор ты стала размазней? Я видел в тебе потенциал, когда решил оставить в живых, — громко выдохнув, Джером принялся измерять кабинет шагами. — Не хочу тебя видеть. — Что? — дрожащим голосом спросила Хэмпсток. — Уходи, я хочу побыть один. — Отлично, блять! — крикнула девушка. — Когда он тебе надоест и его прикончить не забудь. Сунувшись под стол Мэнди, я согнулся пополам в надежде, что Хэмпсток меня не заметит. К моему счастью она прошла мимо, что-то бормоча себе под нос. Дождавшись когда двери лифта закроются за Агнес, я выбрался из своего укрытия, мечтая уйти незамеченным, но… я же Милкович. — Микки? — удивился Валеска. — Здрасте, блять. — фыркнул я, подняв на босса глаза. И лучше бы я этого не делал. Если бы я был бабой, то потек бы как ебаный шланг, затопив офис к чертям. На Джероме была белая рубашка, расстегнутая до половины, благодаря чему я мог видеть поросль волос на его груди. Рукава были закатаны по локоть, от чего рыжий становился горячее примерно на 250%. Он был в тех же темно-синих брюках, в которых я видел его в последний раз, а ноги были обуты в лаковые ботинки. На голове Джея было какое-то невообразимо гнездо, но внимание от него отвлекала щетина, на щеках, скулах и подбородке парня. Видеть Валеску со щетиной было высшим чудом света, так что я едва стоял на ногах, удерживаясь за край стола. — Ты подслушивал? — он тут же изменился в лице. Взгляд стал более жестким, брови нахмурились, а привычная улыбка исчезла. — Зайди ко мне. — Мне пора домой. — Я сказал зайди. — рявкнул рыжий, держа руки в карманах. — Нет, — твердо ответил я. — Не приближайся больше ко мне или к Мэнди. И уж тем более к Евгению. — Я хочу поговорить. — А я хочу, блять, домой. — я развернулся и быстрым шагом направился к лифту, чувствуя как колотится сердце. Но нажать на кнопку я так и не успел. Джером перехватил мою руку, заломив ее за спину и я тут же почувствовал как к моему горлу приставили что-то металлическое. — Я сказал, чтобы ты зашел в кабинет. Не надо мне перечить. И уже через пару минут я сидел в кресле Валески за закрытой дверью под его пристальным взглядом. — Знаешь, я не плохо управляюсь с ножами, — усевшись на край стола, рыжий взглянул на острое лезвие в своих руках, хитро ухмыляясь. — Нож — идеальное оружие. Как ты считаешь? Фыркнув, я отвернулся, гладя на включенный монитор ноутбука. — Ты все слышал, так? … — Микки. … — Мик! — звонкая пощечина отозвалась болью в челюсте и висках. Тряхнув головой, я сорвался с места, схватив Джерома за грудки, нанеся мощный удар в нос. Свалившись на пол, Валеска встал на четвереньки, а затем залился невероятно громким смехом. — Да, этого я ждал! — поднявшись на колени и повернувшись ко мне, парень широко улыбнулся поманив меня пальцем. — Давай еще разок. Запустив пальцы в волосы Джея, я оттянул их назад, ударив второй раз уже в челюсть. Валеска вновь упал, ударившись затылком об пол и продолжил истерично смеяться, что меня жутко напрягало. — Боже, — выдохнул он. — Я впервые что-то почувствовал. Впервые, Мик! — Псих, — пока рыжий катался по полу получая оргазм от разбитого лица, я скользнул к двери, дернув ручку. Блять, как я мог забыть, что он ее запер! — Дай ключ. — Нет. — усмехнулся босс. Приподнявшись на локте, он оглядел меня и, приняв сидячее положение, стал расстегивать свою рубашку. Когда та оказалась в стороне, Валеска поднялся на ноги, уверенно направившись ко мне. — Не подходи. — выдохнул я, уже оказавшись прижатым к двери. — Я тебя не обижу. — прошептал рыжий мне в губы перед тем как жадно поцеловать. Устроив свои ладони у меня на заднице, он подхватил меня на руки, чему я очень удивился. Не думал, что этот бледненький и с виду хилый пацан способен меня поднять. Я в миг оказался на столе, обхватывая его бедра ногами и подставляя шею для засосов и грубых укусов. Моя рубашка быстро оказалась на полу и толкнув меня в грудь, Джером вгрызся зубами в мой ремень, в спешке вытащив его и принявшись стягивать с меня штаны вместе с боксерами. — Я знаю кто ты. — прошептал я, когда Джей провел языком по моему члену от головки до основания. — Да, и кто же? — резко дернув на себя, начальник перевернул меня на живот, широко расставив мои ноги. — Убийца, — выпалил я, чувствуя губы парня, скользящие по ягодицам. — Психопат. Гребанный мань… Мои слова утонули в моих же стонах и причмокивающих звуках, что издавал Валеска, вылизывая узкое кольцо мышц. Оставляя маленькие засосы на внутренней стороне бедер, одной рукой он держался за мой член, медленно двигаясь вверх и вниз. — Заткнись, Мик. Проведя ребром ладони между моих ягодниц, Валеска выпрямился, оглядев картину, развернувшуюся перед ним. Я лежал почти без движения, сжимая кулаки и кусая свои губы почти до крови. — Не долго же ты сопротивлялся, - усмехнулся рыжий, на что получил пинок в живот. Согнувшись пополам, Джером тихо простонал, держась за ребра. Но уже спустя пару секунд, он принялся расстегивать свой ремень, вытаскивая его из петель. — Таким ты мне еще больше нравишься. — Иди нахуй. — Ты ведь скучал по мне? Опустив голову, я провел рукой по лицу, глубоко вздохнув. Резко сорвавшись с места, я натянул на себя трусы и брюки, оглянувшись в поисках рубашки. — Все мы не без греха, Микки. Брось ты волноваться об этом. Надев рубашку, я быстро застегнул маленькие пуговички, не поднимая на Валеску взгляда. — Ты серьезно просто уйдешь? Поправив воротник, я направился прямиком к боссу, остановившись в паре шагов от него. — Перестань, — засмеялся Валеска. — Твой отец тоже был убийцей. — Я ненавидел своего отца. — прошипел я рыжему в лицо. — И меня ненавидишь? — Открой сраную дверь. — Ответь на сраный вопрос, Микки. — Если не выпустишь, то я уеду из города и эта будет наша последняя встреча. Я знал на что давить. Джером тут же поник и, сунув руку в карман, достал маленький ключик, вставив его в замочную скважину. Распахнув дверь, он сделал шаг в сторону, пытаясь на меня не смотреть. — Я не причиню боли ни тебе, ни твоей семье. — тихо проговорил парень, когда я уже вышел в коридор. Взглянув на Валеску я промолчал, потому что знал, что он не врет. От чего-то мне хотелось ему верить и я верил. Но тем не менее до жути его боялся.