Идеально убитые чувства

— Ладно, чего мне ожидать? — вытянув ноги, я откинулся на мягкую спинку, ощущая, как тело медленно начинает согреваться. Снег, оставшийся на моей куртке уже растаял и теперь с плеч стекали маленькие капли воды, попадая на обивку. — Все самое ужасное, что ты только можешь представить. — Пэрис Хилтон… голая? — Абсолютно, — захохотал Джером, устроив локти на крохотном столике между нами. — Ну, а если серьезно, то Готэм действительно далек от детских фантазий о пряничных замках и сказочных пони. — Это те, у которых из задницы валит радуга? — Да ты знаешь в этом толк. — Ну, я ведь рос с Мэнди. Пейзаж за окном быстро сменялся. Мы проезжали мимо тех мест в Нью-Йорке, которых я раньше не видел. Дорогие высотки уступили место спальным кварталам с кирпичными старыми домами, а позже и они исчезли, сменившись на ржавые гаражи и парочку заброшенных фабрик. Мы с Валеской сидели в отдельном купе, которое выглядело абсолютно стандартно. По три кресла с каждой стороны, облаченные в кожу красного цвета, две полки для чемоданов и окно, чтобы пялиться в него, когда темы для разговоров иссякнут. — Нам долго ехать? — сняв куртку, я уложил ее на соседнее сидение, мельком взглянув на черную небольшую сумку, что стояла рядом с рыжим. — Судя по твоему багажу, ты не в дальний путь собрался. — Да, верно. Нам ехать всего несколько часов. Кстати, спасибо, что напомнил. — поставив сумку себе на колени и распахнув ее, Джером достал от туда револьвер. Проверив барабан, он протянул пушку мне. — Это еще зачем? — В Готэме не то, что по ночам гулять опасно, там и днем то, находясь в собственной квартире, лучше быть во все оружие. Если он будет у тебя, мне будет спокойнее. — Знаешь, я уже подумываю о том, чтобы развернуть поезд, — сунув пистолет за ремень на джинсах и прикрыв рубашкой, я закрыл глаза, проведя по лицу рукой. — Я реально уже хочу обратно. — Да брось ты, — ухмыльнулся парень. — Ты ведь не трус, так что достойно покажешь себя. — Покажу себя? Ты о чем? — Как я уже говорил, в Готэме глава тот, кого боятся. Ты не должен находиться в моей тени. Мы потрясем этот город.

***

Если бы меня попросили показать плохую пародию на Нью-Йорк, я бы вспомнил о Готэме. Каскад высоток тянулся к небу, утопая в серых тучах. Длинные, абсолютно одинаковые дороги, разрезали улицы пополам, а уличные фонари были настолько блеклыми, что казалось, что если бы они и вовсе были выключены, то ничего бы не изменилось. Было темно и ветрено. Казалось погода никак не отличалась от погоды в Нью-Йорке, но от чего-то мне все же было до безумия холодно и дрожь бегала по телу. Миновав вокзал, мы вышли на все еще оживленную улицу, по которой ходили совершенно обычные люди, но в каждом из них я видел, то убийцу, то насильника, то психопата. Остановившись у светофора, мы дождались зеленого сигнала и, перебравшись на другую сторону дороги, запрыгнули в черное авто. Внутри все было обито бежевой кожей, в ногах лежали пушистые коврики шоколадного цвета, а за рулем сидел мужчина, не на много старше Валески. Он был тощим, с впалыми скулами и кожей бледнее, чем чертов снег, на фоне которой эффектно смотрелись черные, как смоль волосы, уложенные гелем. Глянув на нас через плечо, он молча кивнул, сверкнув зеленым глазом. Да. Он был один. Второй то ли вовсе отсутствовал, то ли просто не открывался, но в любом случае, это выглядело жутко. — Домой, Марсель, — скомандовал рыжий и все, что я смог, так это откинуться на спинку кресла, уставившись непонимающе на Джерома. Ну да, разумеется у него есть здесь дом. — Марсель мой водитель и мой дворецкий. Он молчаливый, но вполне дружелюбный. — Предупреди об этом того, кто оставил его без глаза. — О, ну наша с ним первая встреча была не совсем удачной, но после мы сдружились. Обняв меня за плечи, Валеска нажал на кнопку на двери, находившуюся с его стороны, и между сидением водителя и нашими появилась черная перегородка, которая превратила салон в какую-то коробку для хомяков. Ко всему прочему, окна в машине были тонированными и у меня на секунду создалось ощущение, что босс все это подстроил. Теперь мы были от всех скрыты и я бы даже не удивился, если бы здесь еще и присутствовала звукоизоляция. Склонившись ко мне, парень мягко коснулся губами мочки моего уха, от чего вздрогнув, я ощутил себя неловко. Я буквально чувствовал задницей, что Марсель в курсе, чем мы тут занимаемся. — Знаешь, все-таки где-то в глубине души, я сомневался, что ты согласишься. — Пожалуй, если бы ни один отличный барман и бутылка текилы, я бы и не поехал. — Серьезно? После разговора со мной ты пошел и напился? — возмутился рыжий, поглаживая мой затылок. Я заметил, что этот жест действовал на меня успокаивающе и похоже Джером этим пользовался. — Я, блять, был расстроен. Ты убил мою начальницу. — Я твой единственный начальник, — прошептал Джей мне в губы. Я только потянулся для поцелуя, как вдруг он отстранился, очень жестоко меня обломав. — И кстати, Агнес хотела тебя уволить. Она сверлила мне мозг каждый божий день. Черт, она напомнила мне одного парня из Аркхема, который был уверен, что у него есть дрель и он может просверлить себе ход через бетонную стену. Этот чувак каждый раз при виде меня, начинал рассказывать о плане своего побега. Как хорошо, что я прикончил этого ублюдка. Он был педофилом. Я зажал его голову между дверным проемом и автоматической решеткой. Его башка так забавно хрустнула. Раскололась как орех. — Можно заткнуть тебе рот? — сморщился я, представив картину чей-то раздавленной физиономии. — Да брось, это забавно. — усмехнулся Валеска, прервав свой рассказ. — Ты действительно сейчас хочешь поговорить? — Ну, нам ехать еще около 20 минут.— растерялся парень. — Тогда натяни лучше свой рот на мой член и сделай так, чтобы через 20 минут я вышел из тачки счастливый и без стояка. Расхохотавшись, Джером накинулся на меня, вовлекая в жаркий поцелуй. Прикусив мои губы так сильно, что я заскулил от боли, одной рукой рыжий скользнул мне под свитер, нащупав твердеющий сосок. — Мне нравится как ты реагируешь, — приподняв мою кофту вместе с футболкой, оголив живот, Валеска провел кончиком языка возле пупка, нарисовав невидимый круг, и спустился ниже, к джинсам, зубами схватив молнию и потянув вниз. Ловко расстегнув пуговицу, он накрыл мой член своей рукой, принявшись медленно массировать его через боксеры. — Соскучился? — Да, — выпалил я, запрокинув голову назад и открыв больший участок шеи, к которому Джей тут же припал губами. — Он нас слышит? — кивнув в сторону водителя, я вцепился ногтями в мягкую обивку, когда босс резко оттянул резинку трусов, вытащив наружу мой пенис. — Ему плевать. Его это не касается. — Может он хочет присоединиться? — съязвил я и тут же ощутил, как губы Джерома смыкаются на головке. — Ауч, больно! — Тогда не шути так. Я не хочу ни с кем тебя делить. Валеска двигался быстро и заглатывал так глубоко, что я удивлялся тому, есть ли у него вообще рвотный рефлекс. Зарывшись пальцами в волосы рыжего, я с силой надавил, вновь заставив парня взять член в рот целиком. Когда головка уперлась в стенку горла, я подался бедрами еще немного вперед, чувствуя как парень начинает давиться. Подняв на меня глаза, он хитро улыбнулся и, устроившись коленями на сидение, принялся расстегивать свой ремень. — Что? Нет, не здесь, — запротестовал я, но меня тут же переубедил палец босса, скользнувший к моему заднему проходу. — Я серьезно, я не буду траааа… Ткнув несколько раз в простату, Джером спустил свои штаны, вновь усевшись на место и откинувшись на спинку. — Блять, почему тебя не устраивает секс в постели? Почему нужно делать это в блядски неудобных местах? Кое-как усевшись сверху, я почувствовал как Валеска входит в меня сначала двумя пальцами, наспех расстягивая, а затем твердый горячий член резко врывается внутрь и чтобы не заорать, дав Марселю мысль, что Валеска пришил меня на заднем сидении собственного авто, я уткнулся лицом в шею рыжего, потянув того за волосы. — Люблю, когда ты сверху. — Иди нахуй. — зажмурившись, я опустился до конца, громко выдохнув. Нам и раньше приходилось делать это без смазки и каждый раз это было невыносимо больно. Но похоже Джерома это особо не волновало. — Тебе тоже это нравится. — Нихрена. — проворчал я, осторожно двигаясь, пытаясь привыкнуть к не особо приятному ощущению, которое смешивалось с противоположенным, восхитительным чувством наполненности. — Посмотри на меня. — Нет. — опустив голову, я ускорился в попытке отвлечь Валеску, нахлынувшим удовольствием. Мне нравилось сидеть на его члене. Нравилось контролировать все движения и наблюдать как Джей расслабляется, придерживая меня за бедра, и растворяется где-то в этом моменте, хотя бы на время не пытаясь все контролировать. Но так же я жутко стеснялся, когда парень смотрел мне в глаза не отрываясь, поглаживая пальцами щеку и шею. В этом взгляде было столько нежности, что на мгновение я терял голову, забывая о том, с кем на самом деле имею дело. — Мик… — простонал начальник, толкнувшись бедрами мне на встречу. Когда машина притормозила, я поднял голову, боясь, что Марсель сейчас опустит перегородку, встретившись с моим голым задом. Но вместо этого мужчина заглушил авто и ушел со словами: — Я жду вас в доме. — Можешь продолжать. — прошептал рыжий, обхватив мой член рукой. — В последний раз… в последний блять раз мы трахаемся вот так, — скользнув вниз по стволу, я обхватил лицо Валески ладонями, все же рискнув взглянуть ему в глаза. — Отныне только кровать. — О, уверен кровать в моей спальне тебе понравится.

***

— Марсель, сделай что-нибудь особенное на ужин, — кинув пальто в руки дворецкого, Джером вскочил на лестницу, ведущую на второй этаж. — Я пока покажу нашему гостю дом. — Вы на долго приехали, мистер Валеска? — Все зависит оттого, на сколько это безопасно. — Если желаете, я разузнаю о событиях в городе. — Да, пожалуй. В частности, я хочу узнать по больше о нашем многоуважаемом Джеймсе Гордоне. — Гордоне? — нахмурился я, так же отдав куртку в руки Марселя. — Следователь в Готэм Сити. — пояснил мужчина. — Что-то не так? — протянув мне руку, рыжий с беспокойством оглядел меня, следом переведя взгляд на брюнета. — Ты слышал о нем? — Мужа Мэнди звали Джеймс Гордон, — замялся я. — Но похоже это совпадение, потому что вроде как он умер. Дом был не большим и уютным, с аккуратным двориком и небольшим въездом к гаражу. Ни хрена подобного! Это была махина размером с Чикаго, с множеством больших окон, на которых весели тяжелые бардовые шторы. Пол был покрыт мраморными белыми плитами, а стены были темными, как и многие предметы в доме Джерома. Что ж, готический стиль был определенно в тему. Из холла, забравшись по лестнице, мы перешли в просторный длинный коридор, по обе стороны которого располагалось по две закрытые двери и в самом конце, нас встречали тяжелые дубовые двери, непохожие на другие, за которыми и была скрыта спальня босса. Высокие потолки с тремя хрустальными люстрами, висевшими в ряд. Стены теплого кремового цвета, а на полу черный мрамор, похожий на тот, что находится в кабинете у Джерома в Нью-Йорке. Прямо перед нами находилась веранда с окнами от пола до потолка и перед ними стояло два белых пуфика со спинками. Прямо посреди помещения располагался стеклянный прозрачный стол и несколько стульев, стоящих ножка к ножке, так что я мог предположить, что это была столовая. — Нам сюда, — ухмыльнулся Джером, указав на белые двери, справа от меня. Подойдя ближе, я застыл перед парнем, разглядывая резные деревянные узоры и позолоченные ручки. — Открывай. Ну, а дальше, у меня вроде как был припадок. Ну в любом случае я едва не заполучил инфаркт. Гипельно белые абсолютно голые стены и сверкающий пол, начищенный до блеска. В комнате была только кровать с черным постельным бельем и воздушным балдахином, и маленькая тумба. Полупрозрачная ткань плавно спускалась по четырем деревянным темным балкам, располагающимся по углам. Единственное с чем сочеталось это великолепие, так это с черными шторами, что сейчас были распахнуты и открывали окно из которого виднелся небольшой холм, а за ним острые, словно колья, крыши офисных зданий. — Есть, где разгуляться, да? — обняв меня сзади, Джером оставил легкий поцелуй у меня на шее, уткнувшись носом в волосы. — Теперь понятно, что с твоей грязной душонкой. Ты отдал ее дьяволу ради этого… черт, она даже не двуспальная. Тут же вся футбольная команда уместится! — Рад, что тебе нравится. Надеюсь ночью нам будет, чем на ней заняться. — Тонкий намек, — протянул я, пытаясь отвлечь взгляд от гребанной постели. — А где… ну, типо гардероб или… — Там, — и парень указал влево, где едва проглядывала белая дверь, сливающаяся со стеной. — Нет, серьезно, сколько бабла ты втюхал в этот дом? — оглядев хитро улыбающегося Джерома, я закатил глаза, сунув руки в карманы джинс. — Окей и чей он? Кого ты прикончил? — Одного богатого пежона, который мертв уже года три. Он сказал, что это подарок перед смертью. — Да ну! — Видимо умереть от моей руки для него было честью. — с гордо поднятой головой сообщил рыжий, поправив волосы. — Ха, а ты его вообще спрашивал? — направившись к двери, я выбрался в коридор, где было куда меньше роскоши, если не считать красной ковровой дорожки. — Это уже формальности, — отмахнулся Валеска. — Идем ужинать.

***

Сидеть за одним столом с Джеромом, поедать кролика с овощами и пить вино, было самой странной вещью в моей жизни. Будто в этот момент все было правильно. Я, он, этот дом. Мне впервые в жизни не приходилось думать о том, как там Ев и как бы не опоздать на работу. Впервые в жизни мне хотелось растягивать время, чтобы запоминать все в мельчайших деталях. Впервые в жизни, я чувствовал, что свободен от всего. Эта легкость чувствовалась даже физически. Валеска сидел напротив меня с улыбкой рассказывая о людях, которых встретил и которых потерял. Он говорил о тех, кого убил и кого пощадил. Говорил и вещах, которые сейчас казались нормальными. Да и что вообще значит «нормально»?Общественный стандарт или что-то личное? Кто бы решился назвать Джерома нормальным? Кто бы смеялся над его шутками про расчлененку? Кто бы сорвался и поехал в другой город с полным психопатом, лишь бы узнать его ближе? Кто бы бросил все, ради него? После ужина мы ушли в спальню, но как ни странно рыжий не накинулся на меня с прохода. Прикрыв за собой двери, он лениво снял ботинки, откинув тонкую тюль и плюхнувшись на кровать. Опустившись рядом, я уставился на него так, будто видел впервые в жизни. Казалось, будто мы знакомы всего пару дней. Будто случайно встретились где-то на улице, оставшись в памяти друг друга. Мы лежали, изучая лица друг друга, словно искусные критики, холсты в каком-нибудь знаменитом музее. Скользнув взглядом по щекам, покрытых веснушками, я дотянулся рукой до копны рыжий волос, пропустив их между пальцами. — Ты хочешь вернуться? — тихо спросил Валеска, прикрыв глаза, наслаждаясь как я прикасаюсь к его коже. — С чего ты взял? — Ты смотришь иначе. Будто… не знаю… будто ты напуган или вроде того. — Да, — выдохнул я. — Напуган. — Из-за меня? — Да. Тяжелый вдох парня утонул в мрачной тишине комнаты. Мы лежали в окружение мягких подушек, спрятанные за балдахином, от всего мира. На секунду, всего на миг, все это показалось таким идеальным. — Со мной что-то не так. Я боюсь теперь не тебя, а скорее того, что привыкаю к тебе. Приподнявшись на локтях, Джером оглядел мое лицо, склонившись чуть ниже. Его губы были в паре сантиметров от моих и впервые мне не хотелось просто взять и впиться в них. Мне хотелось, чтобы все было так… Чтобы наше дыхание сплеталось вместе, смешиваясь с запахом ароматических ванильных свечей, что стояли на тумбе. Чтобы Валеска не отрываясь смотрел мне в глаза, касаясь кончиками пальцев кожи на бедре. Чтобы были мы. — Ты не должен. — прошептал рыжий мне в шею, перед тем как устроиться у меня на груди. — Я знаю. Все не вечно. — «Даже если что-то длится не вечно, это не значит, что оно не стоит твоего времени». — Ненавижу, когда ты говоришь цитатами. — положив руку поперек талии парня, я крепче прижал его к себе, будто он был лишь мимолетным воспоминанием, которое я спешил сохранить в себе. — Но ты запомнишь их. Каждую. — Да. И тебя.