Ни единого слова

      Когда Крис очнулся, то погрузился в себя. Омега ни ел, ни пил, даже не плакал, он не обращал внимание на ребёнка. Мне пришлось три дня долбиться в стенку. Оказалось, что у Криса было молоко, как мне объяснили, такое редко бывает у омег мужского пола, но раз повезло, то это очень хорошо. Так как Крис был не досягаем для этого мира, ребенка кормить было некому, к счастью в соседней палате была женщина и она согласилась помочь. Правда на третий день ей это надоело и мне пришлось приводить в сознание Криса. — Солнце, я понимаю тебе больно, но ты должен вернуться к нам. Наш сын нуждается в тебе, — я сидел на краю кровати и гладил его по голове. Было десять утра, время кормления, акушер как раз зашёл, чтобы отдать малыша. — Он все ещё не отвечает? — спросила женщина, входя в палату. — Я понимаю, что вы платите, но девушка из соседней палаты не может его кормить. У вас очень крепкий малыш и он требует много молока, — я вздохнул и поднялся с кровати и подошёл к женщине. — Хорошо, я попробую его покормить. — взяв малыша и вернулся к Крису. — Зайчик, посмотри, это наш сын. Смотри, какой он чудной. Он хочет кушать, ты же по-кормишь его? — мне не ответили, я вздохнул и сел на край кровати, одной рукой придерживая ребёнка, а другой расстегнул пуговицы на рубашке омеге, открывая вид на его грудь, которая приняла округлый вид, а соски были набухшие. Усевшись поближе, я приставил малыша к груди, тот быстро нашёл сосок и стал посасывать его. Я посмотрел на Криса, за все это время из его стеклянных глаз, наконец, потекли слёзы. — Слава богу. — Крис наконец очнулся. Несмотря на то, что он проплакал ещё два часа и мне пришлось его успокаивать, ребёнка мы покормили. А потом, я заставил самого Криса поесть.

****

      Вечером того же дня.       Я сидел на стуле и смотрел на Криса, омега кормил ребёнка, казалось, он игнорировал моё присутствие. — Как ты? Как твоя грудь? Не болит? Доктор сказал, что пару первых кормлений будут болезненными. Мой отец обещал приехать и привезти вещи.       Закончив с кормлением, я помог Крису положить малыша в колыбель, которую он попросил поставить возле его кровати.       *Я скажу твоему отцу, что он не твой* — это заявление ввело меня в ступор, хоть я сам просил этого, но после всего случившегося я передумал и решил, что я буду отцом малышу. — Почему? Если это из-за того что я сказал, то забудь. Я не женюсь на Альберте и буду с тобой, мы вместе воспитаем малыша, я буду хорошим отцом.       *Нет! Я хочу, чтобы ты ушёл из моей жизни. Я устал от тебя. Я устал терпеть боль. Свадьба для тебя единственное верное решение* — его слова удивили меня. — Хорошо. — согласился я. — Но ты все равно можешь не говорить моему отцу. — он отворачивается от меня и нависает над колыбелькой ребёнка, малыш тянется к нему, а омега подает ему руку, и малыш хватает папу за палец. В палату подул легкий ветерок, разнося по палате нежный запах Криса. И почему я не замечал этого раньше? Постоянно думал о себе и никогда не спрашивал его о том, что чувствует он. — А ты любил меня по настоящему? — он так мило улыбался малышу, но тут мой вопрос ввёл его в ступор. Крис обернулся и недовольно посмотрел на меня, во взгляде я прочёл: «И ты смеешь у меня ещё спрашивать?». Я опускаю глаза и чувствую не передаваемую и невыносимую боль. — А я вот нет. Всегда считал тебя неполноценным. Я не понимал, почему тебе позволяют учиться с нами в одной школе, но сейчас все по-другому. Я не хочу жениться на том омеге, он страшный и абсолютно обычный. За эти дни, что я провёл с тобой здесь, я понял, что люблю тебя. Я хочу быть с тобой и нашим сыном! — я посмотрел на него в надежде, что омега растает, но нет, он все также смотрел на меня. Минуты три он смирно сидел, смотря на меня, а потом стал показывать на языке жестов:       *Знаешь, почему я не хочу тебя видеть? * — Ты устал. — вспоминая его слова ответил я.       *Нет* — помахал он головой. — *Твои слова: «Я не хочу…», «Я буду…», «Я хочу…»* — я не понимал его, неужели просто нельзя согласиться и быть вместе. — *Тебе не интересно чего хочу я! * — Крис решительно смотрел на меня. — *У тебя есть прихоти, которые все должны выполнять, но Солнце не крутиться вокруг Земли, как и весь мир не крутиться вокруг тебя. Ты не можешь заставить людей крутиться вокруг тебя* — я смотрел на него и не понимал к чему это он. Не хочет быть со мной? Зачем тогда загадками говорить. — * Ты не понимаешь? * — Нет.       *Я не хочу быть с тобой! * — вот, так бы сразу и сказал. — *Ты сделал мне больно! Ты обвинил меня! Ты пришёл и стал требовать, чтобы я сказал твоему отцу, что это не его внук. Тебя не волновало моё состояние, ты не знал, как мне тяжело было с этим животом, тебя не волновало моё настроение и мои переживания! Мне было страшно рожать! * — он закрыл лицо руками. Мне захотелось его обнять. — Крис. — Я потянулся к нему, и дотронулся до его плеча,меня ударили по ладони и стал продолжать:       *Мой отец умер! * — из глаз его текли слезы. — *А тебя волнует только то, что тебе приходиться жениться на омеге, который тебе не нравится! Ты подумал, что лучше уже немой, чем страшный?! *  — Хорошо, я уйду и женюсь на Альберте! — он судорожно выдохнул. — Ты позволишь мне приходить и видеться с тобой и сыном?       *Ты все ещё не понял? * — Что ты ещё хочешь?       *Ты даже не испытываешь раскаяния! Шон, ты оскорбил меня. Ты сделал мне больно. Хотел отказаться от нашего сына.* — Ты хочешь, чтобы я извинился? Я могу.       *Нет, потому, что ты не считаешь, что в чем-то виноват. У тебя всегда была такая позиция, что все тебе чем-то обязаны! Женись не женись, мне все равно. Живи, как хочешь, но оставь меня в покое! * — Хорошо, я уйду, но сейчас у тебя нет никого, кто бы смог о тебе позаботиться, поэтому до выписки тебе придётся терпеть меня. — не думал, что ему так невыносимо со мной. Крис всегда был рад мне.