Ни единого слова

      Прошло еще несколько дней. Как бы я не крутился возле Криса, он не разговаривал со мной больше. Хоть я и старался, каждое утро стоял в очереди, чтобы взять ему завтрак, чтобы он не вставал, а мог спокойно покормить малыша, ночью я укачивал мелкого, чтобы тот не плакал и не будил омегу. Все мои старание оказались напрасными. На второй день позвонил мой отец и рассказал об отце Криса и о судьбе булочной, я час пытался успокоить омегу, пока тот бился в истерике.       Сегодня мне сказали, что Криса и ребенка будут завтра выписывать. Я рассказал все омеге, он дал мне прилично большой список всего, что нужно было купить для малыша, а еще омега ошарашил меня тем, что ему некуда вести малыша. На квартиру, что снимал омега, пришел хозяин и выселил его, так как не потерпит детей в своем доме. В родительский дом по каким-то странным причинам, он идти не может. Я позвонил отцу и рассказал ему об этом, он накричал на меня и сказал, что все решит, а я могу ехать и покупать все необходимое.       Покупки это сложная вещь, скажу я вам. Я никогда не покупал детские вещи, поэтому долго соображал, что и где покупать. В больнице было проще, там сказали, сколько денег надо сдать — я сдал. А тут пойми, что такое пустышка, и где искать переноску, когда понятия не имеешь, что это такое. В итоге, полтора часа скитаний, и я увидел какого-то омегу с коляской и подошел к нему, вручил ему список и прямым текстом спросил: «Где все это взять?», он смеялся минут пять, а потом потащил меня в детский магазин, где помог мне все это купить.       В больницу я вернулся через три часа, там меня тут же встретили омеги на регистратуре: — Слава богу, вы вернулись! Ваш омега нас достал. Все время пытался с палаты выйти. Мы его обратно, а он вырывается и куда-то идет. Вы там с ним разберитесь. — слова омеги разозлили меня. — Раз он встал, то значит было нужно! — Мы же не знаем, что он хочет. Санитарка спрашивает: «ЧТО ВАМ НАДО?» — омега это громко продемонстрировал. — А он руками машет и вырывается. Мы ему успокоительное вкололи, — в этот момент я хотел врезать ему, несмотря на то, что он омега.       Когда я ворвался в палату, картина меня, честно говоря, шокировала. Омега лежал растрепанный, правая рука была привязана к кровати, а сам омега лежал и плакал. Я быстро бросился к нему и развязал руку, поднимая омегу и усаживаясь его на кровать, сам присаживаясь рядом. — Мокро! Почему мокро? — спросил я, потрогал простынь, а потом и между ног Криса. — Что они сделали с тобой?       *Я хотел в туалет, а они не пускали меня! Я пытался объяснить, но меня никто не понимал. Я даже листок просил, чтобы написать. Но меня затолкали, и уложить на кровать* — он плакал, а я вытер его слезы. — Успокойся, солнце, я сейчас уберу, пойдем помоемся, а потом пойдем и напишем жалобу. Хорошо? — обнимая его, спросил я, он кивнул. ***       День выписки.       С утра приехал мой отец, он сел на стул напротив Криса, меня попросили сесть рядом, что бы я мог переводить слова омеги. Удивляюсь, как за пару часов ему удалось найти квартиру и купить ее. Крис махал головой и от всего отказывался. — Так, а ну-ка перестань! Мы уже семья, пускай не зарегистрированная. — на этих словах он посмотрел на меня. — Он — семья, он мой внук, и я не позволю, чтобы он жил на улице. Я еду на встречу к адвокату и оформлю завещание. — То где ты оставляешь все ему? — я посмотрел на ребенка в руках Криса. — Ты что дебил? Там же написано: «И его родителям: его папе Крису Ривсу и отцу, моему сыну Шону Вазовски.» — Там так написано? — я даже удивленно подскочил и хотел было вырвать у отца папку чтоб еще раз прочитать, но тут встретился с взглядом Криса, омега как-то недовольно на меня смотрел, видимо своим поведением я еще больше злил его. — Вот дурак, а! — как всегда не удержался от колкости отец. — Ну, ладно, бог мозги ему не дал. Вы сыну имя выбрали? — Я отрицательно помахал головой, Крис открыл рот и пошевелил губами, слов не было, омега лишь прохрипел. — Ребенок, ты чего? — приподнял одну бровь отец. Омега махнул рукой на бумажки, отец дал омеге чистый лист и ручку, Крис тут же принялся что-то писать. Я заглянул в листочек и увидел, как сиротливо в уголке появляются буквы, имя нашего малыша: «Элли» — Ну, это же альфа! — напомнил я. — А что плохого? — спросил отец. — Будет Элом, а ласково Элли. Между прочим, хорошее имя — Эл, оно означает «потребность доминировать», а для альфы это качество в самый раз. Ну и мозг, а то будет как кое-кто, — отец опять посмотрел на меня.       Через полчаса нам принесли документы Криса. Отец уехал со своим помощником, оставив мне машину и адрес новой квартиры омеги. Кстати, та находилась подозрительно неподалеку от офиса моего отца, но мне все равно оставили навигатор с уже введённым адресом, видимо отец всячески пытается показать, что я тупой. За двадцать минут и без навигатора я довез омегу до нужного места.       Квартира была куда больше той, где мы жили с Крисом, а еще она была двухэтажной. Прихожая переходила в большую и просторную гостиную, большой диван стоял посреди комнаты, также в комнате был телевизор, два кресла, на стенах висели полки и какие-то картины, в искусстве я не разбираюсь. Еще тут есть барная стойка в левом углу, а возле нее лестница ведущая наверх. Также в гостиной был выход на балкон, еще там была дверь в туалет. Он был отдельно от ванны, так как та была наверху.       На втором этаже была кухня, ванная, и еще три комнаты, одна детская, а в двух других еще никто не жил. Вещи Криса были на первом этаже в сумках, я хотел остаться и помочь ему все разложить, но он выгнал меня.       Обдумывать все произошедшее, я пошел в бар. Даже не знаю, радоваться, что я стал отцом или плакать из-за того, что придется жениться на Альберте и забыть про Криса. В баре ко мне стали вешаться омежки, но меня тошнило от их вида, выпить мне не удалось и я трезвый пошел домой.