По ком звонит колокол

В начале двенадцатого вся команда собралась на заднем дворе школы. Стояла безлунная ночь, улица был ярко освящена неподвижным светом фонарей. Винтер-скул был расположен вдали от центра и главных магистралей города, их гул почти не тревожил безмолвия этих улиц. То и дело молчание школы пронзал крик ночной птицы или шорох шин одинокого автомобиля где-то вниз по дороге. - Жуткова-то здесь, - пожал плечами Квентин, держа руки глубоко в карманах толстовки. - Ты ещё внутри не был, - напомнила Агнешка. - И всё-таки в этом есть и доля романтики, - не согласилась Ребекка. Они прошли через старую калитку в старом саду, мимо теплицы для уроков ботаники и клумб с цветами к окнам кабинета химии. - Надеюсь, мы знаем, что делаем, - сказала Кармина, шаря с остальными по рамам в поисках незапертого окна, и из её рта валил пар. – Подумать только, там сейчас призраки и демоны бог знает, чем промышляют. - Они могут оказаться вполне невинными созданиями, - предположила Хилл. - Да, конечно, и в чистой невинности своей совершенно нечаянно бросают людей с лестницы и крадут учеников и учителей прямо средь бела дня! И этот колокол, ты всё время забываешь про колокол, Ребекка, - бормотала Кармина. – Интересно, сегодня мы его услышим? - Давайте уже лезем, а то мне холодно, - буркнула Агнешка и, когда парни нашли и отворили нужное окно, добавила, - подсадите меня, я ростом не дотянусь. - У тебя весь рост, наверное, в сись… - хотел было ляпнуть, что-то Мак'лауд, но Патрик его перебил. - Я подсажу. Компания друзей ловко влезла в окна кабинета химии. Не считая пары синяков и небольшого грохота, проникновение прошло гладко. - Только бы дверь не была заперта, - прошептал Патрик. - Никто не запирает эти кабинеты, никогда не запирали, - сказала Кармина. - В свете недавних событий, могли и запереть, - напомнил Айвен так спокойно, как будто они вовсе и не перлись в глухую тьму бродить по зданию с призраками. - Я знаю, но мне удалось выяснить, что наша уборщица, которая убирает эту часть школы и запирает кабинеты, очень забывчивая, - ответил Сейнт, - будем надеяться, что она предоставит нам возможность восстановить справедливость… Он положил руку на ручку двери, и та поддалась. Патрик спокойно выдохнул. - Открыто, - коротко прокомментировал он и вышел в коридор школы, друзья последовали за ним, тонкие лучики их фонариков быстро скользили по стенам помещения, освещая путь. - Вы это слышали? – остановил «отряд» Квентин, прислушавшись, - какие-то звуки… Все притихли, настороженно оглядываясь. - Похоже на… - продолжил Мак’лауд с таинственным видом, но потом захихикал, - биение сердец до чертиков напуганных школьников! - Идиот! – пискнула Агнешка. - Черт, Квентин, это не место и не время и вообще… ничто для шуток, - толкнул его Патрик, - где-то здесь лазает демонический Локхарт… а ты… - Все-все, - поднял руки Мак'лауд, признавая вою вину и поражение, - никаких шуток. - Нам нужно к колокольне, - напомнила Кармина, - чем скорее мы найдём наших и обольём монстров святой водой, тем быстрее выберемся отсюда. И имейте в виду, охранники делают обход каждый час! – посветила она фонарём Квентину прямо в лицо, чтоб тот особенно это запомнил. Отряд «следователей» двинул наверх. Все были уверены, что там прячется главный зачинщик школьных бедствий, потому каждый немного побаивался, и никто не хотел отставать, однако, не смотря на все их страхи и опасения, колокольня оказалась пуста и безмолвна. - Ничего не понимаю, - вздохнула Кармина, оглядываясь, - здесь всё тихо. - И пусто, - добавил Квентин «обшаривая» лучом фонаря углы помещения. - Если убийца и есть, то точно не в колокольне, - добавила Ребекка, заглядывая под купол колокола. - Черт… - вздохнул Патрик и задумался. - Фигня всё это, ваши теории, - всплеснула руками Агнешка, - призраки невидимые, как мы их найдём? И колокол звонил сам по себе. Фуонг просто дебил, а Олден споткнулся! - И Хансен тоже, что ли споткнулась? - Ну, блин, какой нормальный демон, да ещё и такой обаятельный, как Локхарт, станет тут нас дожидаться? Он скорее к нам домой придёт, в кровать, как Дракула, благоухая розами и шампанским. Всё, я устала, мне холодно и я хочу пủсать. Давайте спустимся на рабочий этаж. - Проклятье, Агнешка, ты не могла сходить у меня дома? – рассердилась Кармина. - Я сходила, я ещё хочу, разве не ты наливала мне целые лохани кофе? Пошлите пủсать, а то я сделаю прямо здесь. - Обещаю, я не буду смотреть, - усмехнулся Мак’лауд. - Господи… - прикрыл глаза рукой Айвен. Ребекка хихикнула и отвернулась. - Нам надо духов ловить! – напомнила Кармина. - Стойте, кажется, я знаю, где они могут прятаться, - всполохнулась Ребекка. – В школе всегда шумно днём, охранники чешут территорию ночью, но старое западное крыло на ремонте, там могут быть какие-то тайные помещения, куда не ступает даже руководство… Санузел там тоже должен быть. Коридоры западного крыла были заметно больше подвержены времени. Здесь словно витал дух древности из-за слоя пыли, груды припёртых к стенке ненужных вещей, остатков мебели и замуленых стёкол. Охранники занимались обходом рабочих этажей, им не составило труда проникнуть сюда, не подняв много шума. Старая часть здания была перекрыта только сигнальной лентой, но все комнаты и залы заперты на ключ. Всех, кроме старого балетного класса, у дверей которого Агнешка недавно наткнулась на мистера Локхарта. - Чёрт возьми, это то самое место, - узнала его девушка, - в темноте всё по-другому, но это точно та самая комната, из которой выпрыгнул Локхарт в первый учебный день! - Что такое, что это, - хихикнула Кармина, налегая на дверь спиной и хватая ручку, - кажется, я слышу запах роз и шампанского! – и первой двинула в зал. - Лучше б ты услышала запах сортира, - буркнула недовольно Агнешка, заходя последней. Огромный балетный класс был пуст и мрачен. Здесь практически не было мебели, не считая двух шатких стула и старого письменного стола. С высоких под потолок окон свисали обрывки тряпок, некогда бывших занавесками. Из зала был только один ход – в раздевалки, где по идее должны были находиться и душевые, пристроенные в военные времена, когда здесь размещали больных. У противоположной стены был расположен большой камин. В тот момент, как они вошли, раздался одиночный удар колокола. В тишине и мраке ночи это звучало, как вызов. Его эхо ещё долго играло в ушах и умах ночных гостей школы. Была ровно полночь. - Слышали? – испугалась Агнешка, - это чёртов колокол… он опять ударил! - Проклятье, - выругался Квентин, - мы же только что были на колокольне… - И там было пусто, - подтвердил Патрик. - Ну и по ком он теперь звонит? – поинтересовалась Кармина. - По нам? – предположил Айвен, но все предпочли проигнорировать его ответ, оставить его без комментариев. Агнешка с Карминой пошли обследовать раздевалки, остальные принялись шарить по залу, хрустя осколками стекла и всяким мусором под ногами. - Что делал Локхарт в заброшенном балетном классе? – задал вопрос альбинос точно самому себе, разглядывая свое отражение в уцелевших зеркалах. - Странное местечко, - хмыкнул Квентин, пиная какой-то обломок деревяшки. - Здесь раньше давали уроки танцев…- снова послышался «зачарованный» голос Айвена, который, скорее всего, разговаривал сам с собой, чем с остальными. - Что бы Локхарт здесь ни делал, - пожал плечами Патрик, - он явно приходил сюда не для того, чтобы поупражняться в балете. - Эй, кажется, здесь что-то есть! – позвала всех Ребекка, которая оглядывала камин, - не уверена, что это важно, но… внутри камина заметно не так много паутины, как на стенах, и пыль размазана… Думаю, им пользовались, но нет следов огня или дров. Не успели они, как следует убедиться в словах Хилл, как в зал вбежали девочки из раздевалок, свет их фонариков судорожно скакал по стенам. - Чёрт побери, там кто-то пользовался туалетом! – шёпотом закричала Кармина. - Воняет, как он свиной навозной кучи. - Как будто слоны опорожнялись, целое стадо, ей богу! - подтвердила Агнешка, обвивая себя руками и стряхивая одежду, будто боясь замараться. - Вы же не думаете, что это всё сделал Локхарт, - нахмурилась Ребекка. – Или учителя. - Я уже ничего не хочу думать, давайте скорее уйдём от сюда. Здесь какие-то сраные полтергейсты обитают… - Это не просто камин! – воскликнул Патрик, который успел обшарить заднюю стенку очага, - здесь ход… и оттуда веет холодом. Думаю, я могу пролезть туда. Все на мгновение притихли и посмотрели на «капитана команды», который ловко протиснулся в ход между стенкой камина и стеной помещения. - Пожалуй, я согласен с Агнешкой, - произнес Айвен, - надо уходить отсюда. - Не ссы, Белоснежка, - толкнул в плечо альбиноса Мак’лауд, - раз уж мы сюда пришли, давайте доведем дело до конца. Я остаюсь с Патриком. Квентин присел на корточки перед камином и вскоре последовал за своим другом. Альбинос посмотрел на девушек: - Не ходите туда, - тихо произнес он. Сложно было сказать наверняка, но, похоже, он за них волновался, - вы можете не вернуться… Вдруг это портал в потусторонний мир. - Вот и выясним это, я пойду с мальчиками, - сказала Кармина, - вы оставайтесь здесь, если мы не вернёмся через десять минут, зовите подмогу, только не полицию. Охранников. - Ты же не собираешься лезть в этот проклятый старый камин! – испугалась Агнешка. Не успела Кармина ответить, как раздался ужасный грохот и хриплый голос за стеной. Без сомнения, звуки были из потайной комнаты, куда проникли Квентин с Патриком! - Черт, - пробормотал Айвен, - они нашли его… На страх и долгие размышления не было времени, один за другим друзья быстро проскользнули в лаз на помощь своим. Потайное помещение было совсем небольшим, освещаемым несколькими свечками, тусклый свет которых отплясывал какой-то демонический танец на темных, почерневших от времени и сырости стенах. - Дети… - раздался все тот же низкий и хриплый голос. Посреди комнаты маячила фигура незнакомца, которого участники «экспедиции по восстановлению справедливости» впервые в жизни видели. Вид его был таким диким и пугающим, что никто не стал сомневаться в демоничности его сущности. Безволосый и безбровый он, с горящими красными глазами и искаженным какими-то мелкими шрамами лицом, напоминал ожившего персонажа жутких историй. - Дети, дети… любопытные твари, сколько вас здесь ещё будет, чёрт вас всех возьми. - Пробормотал он, хватая какой-то острый металлический предмет. - Ну что ж, добро пожаловать в мою скромную обитель! Вашу… последнюю обитель. - Назад-назад-назад, - поймал Квентин Айвена и Кармину, которые успели проскользнуть внутрь, - надо валить отсюда, живо! - Куда! – зло рыкнул незнакомец, - не надейтесь улизнуть и рассказать мой маленький секрет! Отправитесь за своим дружком на тот свет! В один ловкий прыжок лысый чуть не наскочил на Мак’лауда, чтобы помешать ему вернуть друзей обратно в балетный зал, но Патрик схватил свечу со стола и бросил ее ему прямо в лицо. Незнакомец взвыл от боли, пытаясь стряхнуть раскаленный воск со своих век. - Бежим! - скомандовал Сейнт и все, как один шмыгнули обратно в лаз. - Проклятые выродки! – матерился монстр, нащупывая свой нож. Дети быстро один за другим протиснулись в выход, благо, что почти все они были худенькими подростками. Но незнакомец успел в два шага прыгнуть к выходу и схватить за юбку Агнешку, которая сунулась последней и, то ли от поспешности, то ли от округлости своих ягодиц, застряла. Друзья схватили её за руки и куртку и тянули изо всех сил, она брыкалась как пойманный карась на берегу, и завопила так, что у всех в ушах зазвенело. Монстр по ту сторону камина получал массу ударов каблуками, пока тянул за юбку. В итоге от подюбника с треском оторвалась тесьма, и он резко опрокинулся на спину, а Агнешку по инерции вынесло и повалило на её спасителей. Подорвавшись, все бросились бежать из зала. Высыпавшись из балетного класса, они понеслись, громко топая, в сторону рабочих помещений и увидели, как навстречу бежит охранник с большим фонарём. - Эй! Эй, кто такие?! Что происходит! «Надо бежать назад!», - промелькнула мысль в голове Квентина, но, оглянувшись, друзья увидели как сзади быстро и бесшумно движется высокая тень незнакомца. На перепуганных школьников наступали с обеих сторон. - Сюда, живо! – скомандовал Патрик, и они повернули на лестничный пролёт. - Стойте! Дети! Эй… О, чёрт! – последнее, что они видели, взбираясь на этаж выше, так это, как охранник, спохватывается от неожиданности, достаёт дубинку, и его настигает мрачный силуэт того монстра. - Он сожрёт его, сожрёт! – скулила Агнешка. – О, Боже, о, Боже… В этот момент они уже добрались до просторного коридора, ведущего к пожарной лестнице, и готовы были мигом пересечь его, как тут их путь срезали внезапно объявившиеся охранники. Громадные и боевые, как тройка бравых легионеров, они быстро похватали их, как зайцев. Только Ребекке удалось вырваться и добежать до запасного выхода. - Кто это тут у нас ночами шастает! – рыкнул один из них. - Винс? - Кармина?.. Что за шутки! - Вы должны спасти своего коллегу, его вот-вот сожрёт дух! Духи, что вы искали! Они внизу. Клянусь, это чистая правда! – запищала Агнешка. Доказывать не пришлось, снизу донесся голос первого охранника, а потом в рациях раздалась просьба спуститься в служебное помещение. «Легионеры» не отпустили свою «добычу», повели за собой. Кармина, увлекаемая Винсом, оглянулась назад – Ребекка спряталась на пожарной лестнице, никто не спросил о ней, и все дружно решили не выдавать шестую участницу их «святой экспедиции». - Вы только посмотрите, какие гости захаживают в Винтер-скул! – воскликнул первый охранник вошедшим, стоя над обмякшей на стуле грудой, слабо напоминающей то кошмарное существо, что дети нашли в потайной комнате. Охранники зажгли в помещении, куда привели всех нарушителей, свет, и всем стало очевидно, что это обычный человек, чрезвычайно отталкивающей наружности, грязный и грубый, но никакой не дух. На лбу его была небольшой кровоподтёк, очевидно, от драки с охранником, и кровь его была совсем обычная. Он сидел смирно, то и дело потирая свою лысину и щуря взгляд на свету, к которому не привык. Одна рука его была привязана к трубе центрального отопления за неимением других полицейских средств, но он уже и не думал бежать или сопротивляться. - Что за… - скривился Квентин, оглядывая лысого «бомжа». - Дьявол, надо звонить Мастерсу, - сказал Винс. - Уже сделано. Я вызову ещё и полицию, - один из охранников снял трубку стационарного телефона, - что-то подсказывает мне, мы действительно нашли вашего «духа», Винс. - Он что… человек? – шепнул Айвен. - Так, вы все сядьте здесь, на стульях, и не вздумайте высунуться, - скомандовал детям, Винсент, - парни за вами присмотрят. Пусть с вами замдиректора разберётся. Господи, Кармина, ты же обещала, что не будешь! Что я твоей маме скажу? - Извини, Винс, но мы должны были… вобщем, найти призрака, что убил Олдена Пайла, - Кармина, виновато сидя на стуле, натянула свитер на свои кисти и сунула их между колен. – Вы ведь тоже искали его со стариком Томасом! - Да, но это совсем другое дело! – потряс энергично пальцем тот. - Мы охранники! Мы… да как вы вообще, господи, да я же шутил! Томасу мерещилось что-то, я ему подыгрывал, я тебе всё это рассказал в шутку. Вы же… Чёрт. - Но это правда, смотрите! – вступился Патрик, указав на пойманного «монстра». Пусть он вовсе не был демоническим отродьем, Сейнта немного радовало то, что они его поймали… хотя бы кого-то поймали, – он же жил в нашей школе… - И пользовался старым туалетом, - вставила Агнешка. - И он проговорился, что отправил Олдена на тот свет, - добавила Кармина. - Вас это не касается, вас вообще ничего не должно… - Зазвонил его мобильный, и Винс выругался и ответил. - Да? Да, мистер Мастерс… Да, он здесь, никто не пострадал… Мы позвонили в полицию, сказали, всё под контролем, так они прибудут с минуты на минуту… Не совсем один… Вобщем… тут дети ещё… - Винс неловко почесал бровь и заходил по комнате, - нет, мы не сообщили об этом в полицию. Да. Как скажите. – Он положил трубку и ткнул в притихших зачинщиков всего этого кошмара, - сидеть здесь! Приглядывай за ними, Берт, я отворю ворота для машины замдиректора. Друзья переглянулись, точно прощаясь друг с другом. Агнешка взяла под руку близ сидящего Патрика и примостила голову ему на плечо. Айвен глубоко вздохнул, вцепившись руками в колени. Он больше всех боялся того, чем ему может обернуться эта встреча с Бенедиктом Мастерсом… Окна служебного помещения выходили на парадный вход. И вскоре было видно, как сверкнули фары Ягуара, разрезали комнату светом и погасли прямо у главной лестницы. Из машины поднялся мистер Мастерс, как всегда воплощение силы и величия. Он был одет в элегантное чёрное пальто нараспашку и костюм, но без галстука жилетки, даже шарфа. И в свете фонарей можно было заметить, как сердито его лицо и стремительны жесты. - Где дети? В мой кабинет всех! Оставьте с ними Берта, скажем, что он делает обход, – прогремел его голос в коридоре, - потом подменим его, полиция захочет сразу взять показания, ни слова им о детях, понял? Где тот охранник, что поймал его? Пусть идёт со мной. Открой учительскую, там побеседуем с органами правопорядка. Шаги их отдалялись в сторону второго этажа, где располагалась упомянутая учительская. Берт провёл всю команду подростков в кабинет Мастерса, где они ждали возвращения Дракона почти четверть часа. - Попались мы, - мрачно прокомментировал ситуацию Квентин. - Нам крышка, крышка, может, выпрыгнем из окна? – шептала Агнешка остальным. - Со второго этажа? На шпили парапета? – съязвила Кармина, - или, может, ты летать умеешь? И потом, как ты обойдёшь этого бугая? - Я вас прекрасно слышу, леди, - встрял в разговор «бугай», стоя у окна и играясь со своим мобильным телефоном. Они замолчали и обмякли на диване, но вскоре всем пришлось подскочить и повставать, потому что в кабинет влетел Дракон. - Господи-боже! Айвен! – воскликнул он первым делом, - твои родители мне звонили трижды, ты в курсе, что тебя уже ищет по всему городу полиция? Ты не вернулся домой после школы, ни звонка, ни сообщения, телефон выключил, какого чёрта ты здесь делаешь среди ночи! С этой компанией! Молчать, я спрашиваю Айвена! - приказал он Патрику и Кармине, которые хотели, было, заступиться. Айвен старался не смотреть в глаза Бнедикту, нервно переминая пальцы. Он знал, почему не позвонил, почему решился на такой… скверный поступок. Любопытство, будут ли его искать? Волноваться о нем? Хоть кто-нибудь? Ему хотелось заставить своих родителей помучиться. Нехорошее желание, но, порой, необходимое. Увы, сказать о нем напрямую альбинос не мог. Это был вызов установленным и намозолившим сознание правилам дома. - Я не мог сказать родителям, Бенедикт… м-р, Мастерс, сер, - тут же исправился он, запинаясь, - они бы… не разрешили. Айвен покосился на своих друзей и добавил: - Восстановить справедливость. - Что? – недоумённо переспросил он, склонив голову и не сводя с Айвена ожидающего взгляда, но от альбиноса было сложно что-то вытянуть, тем более, сейчас. - Мы ловили убийцу Олдена Пайла и… - Помолчите, мистер Сейнт, я прекрасно знаю, что вы здесь делали! За одну только эту ночь я имею право сделать выговор всем вашим родителям, а если вы причастны к несанкционованному звону колокола, а, скорее всего, так и есть, то это уже нарушения общественного правопорядка! Это уже дело полиции, которая, как вы знаете, одним выговором не обойдётся, не думаю, что вам это будет так же приятно, как действовать мне на нервы!! - переведя гневный взгляд с Патрика на всех остальных, он, развернулся и походил по кабинету, стараясь успокоиться. - Только что я разговаривал с двумя офицерами полиции, этот человек, которого вы нашли – серийный убийца и вор, он сбежал из тюрьмы и прятался здесь два месяца. Вы представляете, какой опасности подвергли себя? А если бы это стало известно общественности? На руководство школы родители могли подать иск в суд! Вам бы понравилось искать другое учебное заведение прямо посреди учебного года? Убил он Олдена Пайла или не убил, вас не касается, вы дети! Кем вы возомнили себя? Суперагентами? Это вам не игры, в конце концов! – выговорившись и вымотавшись, Мастерс устало бросил на стол ключи от машины, опустился в своё кресло и долго сидел молча, нервно потирая лоб длинными пальцами. Никто не смел нарушить эту сердитую тишину, царящую в кабинете, даже охранник. – Господи, сядьте уже все куда-нибудь, хватит стоять надо мной, - наконец, раздражённо, но тихо произнёс замдиректора и махнул им рукой. – Альберт, вызови такси, пусть развезёт всех этих лягушат по домам. Поедешь с ними и проследишь. - Уже звоню… - Но, мистер Мастерс, мой дом прямо… «За углом», хотела, было, признаться Кармина, но тот ей перебил и повысил голос. - Никаких «но», мисс Бурана! Вам ещё нет шестнадцати. Все поедут на такси! Я не вызову родителей, не назначу вам ни наказания, ни выговора, но и не выражу благодарности за то, что вы поймали преступника. Потому что вы сами преступники. А теперь выметайтесь все отсюда, и чтобы больше не попадались мне на глаза со своими играми или, я клянусь, в следующий раз я вас всех живьём съем! - Идёмте, дети, идёмте, - охранник принялся выталкивать остолбеневших и ослабевших от таких угроз подростков в коридор, чтобы отвезти вниз, дожидаться машины. - Айвен, а ты останься, - поднялся Бенедикт и взял ключи со стола, - я сам тебя отвезу. По пути к своему алому Ягуару мистер Мастерс позвонил отцу Айвена и сообщил, что его сын жив, здоров и сейчас с ним, пообещал сейчас же привезти его домой в целости и сохранности. - …нет проблем, обрадуй Вирджинию, я буду через несколько минут, - Бенедикт отключился и распахнул дверцу машины для Айвена. – Садись, малыш. Винсент, береги школу, поймаете ещё кого-нибудь, звони, не стесняйся, - бросил он охраннику, что их провожал, чтобы открыть ворота. - Всегда рад, сер Обойдя Ягуар кругом, он скинул своё пальто и бросил его на заднее сиденье, ибо вся эта заварушка с подростками и серийным убийцей его сильно разгорячила, и сел на водительское место, хлопнув дверцей. - Пристегнись, - сказал он, завёл мотор и плавно развернул автомобиль, - а теперь, рассказывай, что с тобой происходит, Айвен? Зачем ты связался с этой компанией – Мак’лауд и Бурана возглавляют у меня чёрные списки! Сейнт – тоже не самородок. Родители твои мне жалуются, возобновили сеансы психоаналитика… Какое-то время Айвен наблюдал за тем, как друг его отца мягко разворачивает руль, затем перевел завороженный взгляд с его рук на лицо и спокойно произнес, хотя на душе у него бушевал шторм. - Я уже не маленький, не нужно так за меня волноваться. Впрочем… вы же ничего не знаете. - Ты прав. Не знаю, поэтому и спрашиваю. Айвен вздохнул и опустился поглубже в кресло. Он очень устал. Ночь и мерное гудение машины действовали очень успокаивающе, почти мистически. Небесный мрак и ярко-оранжевые блики одиноких фонарей поглощали всякие логические догмы, подталкивая на безумства и искренность. - Родителям плевать на меня, - тихо произнес альбинос, глядя в окно, - все, что их волнует – это репутация. Поэтому они держат меня, как восковую куклу, которая не умеет двигаться и не может помешать процветанию их рода в лице моего восхитительного и всеми обожаемого старшего брата… - Возможно, ты всё преувеличиваешь, они любят тебя, волнуются… - Я им не нужен, - снова посмотрел на Бенедикта Айвен, - не хочу туда возвращаться, не хочу там жить, я их всех ненавижу. Пожалуйста, не везите меня туда. - Айвен, послушай… Внезапно для Мастерса, Айвен крепко схватил его за руку, как будто одним этим движением мог остановить машину и переубедить друга своего отца. - Не везите меня к ним. Скажите, что вы меня потеряли, - умоляюще посмотрел он на него, так как это было самое искреннее чувство, которое нельзя было скрыть под маской отстраненного безразличия, - пожалуйста… я могу жить у вас, никто не узнает, обещаю. Мастерс обеспокоено посмотрел на парня, такое проявление эмоций было почти нереально для альбиноса, но водитель вынужден также следить за дорогой, поэтому он быстро сбросил скорость, остановил машину у ближайшей обочины и развернулся к Айвену. - Что ты такое говоришь? Я не могу сказать им, что потерял тебя, они твои родители, Айвен… Я хорошо знаю твоего отца, я уверен, что он любит тебя. Я обещаю, что поговорю с ним и твоей мамой, чтобы они не давили на тебя. - Взял он его руку, - думаю, тебе стоит отвлечься от дома. Больше времени проводить с друзьями. Записаться на кружок музыки или танцев… только не сбегай из дома, хорошо? Айвен высвободил свою руку из ладони Мастерса. Бенедикт не хотел вести его к себе домой, не хотел укрывать от этих ненавистных родителей, и этот факт нельзя было затмить никакими обещаниями… По крайней мере сейчас. - Вам ведь тоже на меня плевать, м-р Мастерс, - прошептал он, не глядя на него, - вы просто хотите меня поскорее довести домой, чтобы мой отец не сомневался в вашей дружбе, чтобы можно было, как раньше пить чай… с ним… или с д-ром Фрименом. Я все понимаю. Нам лучше ехать. Он откинулся на спинку сиденья и отвернулся к окну. Бенедикт вздохнул и повернулся к баранке, у него не было детей, помимо учащихся, поэтому ему было трудно разговаривать с подростками. - Мне на тебя не наплевать, Айвен. Наверное, ты единственный ученик в нашей школе, о котором я действительно беспокоюсь, - он вновь завёл мотор и выехал на дорогу. - Ты мне почти сын, ведь я помню, как носил тебя ещё ребёнком на руках. У меня не возникало подобной привязанности к Адриану, а ведь вы родные братья. И чай с доктором Фрименом не имеет к этому никакого отношения, Айвен, не понимаю, к чему ты это сказал... Айвен молчал, больше он не совершал попыток уговорить м-ра Мастерса забрать его к себе. Где-то очень глубоко в душе, альбинос знал, что Бенедикт прав. Друг его отца всегда очень хорошо относился к нему, даже слишком. Все эти гостинцы, подарки на День Рождения, что Айвен получал от него, но больше всего – внимание, которого так не хватало от родителей. Словом, Бенедикт Мастерс был настоящим источником жизненно-необходимого участия и тепла. В конечном счете, это избаловало Айвена и он больше не мог довольствоваться приятными сувенирами или мягкой опекой, он хотел большего, он хотел быть с ним, жить с ним, пить чай с ним… Но при всей своей хорошести, Бенедикт не мог освободить его из-под «гнета» родителей, никто не мог, и это была трагедия... Патрик Сейнт никогда не ощущал родительского «гнета». Его мать была чрезвычайно демократичной женщиной, если дело касалось вещей, которые она поощряла, а поощряла она практически все, кроме насилия и татуировок. Но Патрик еще никогда не сбегал из дома и не знал, как она может отнестись к ночным приключениям с настоящим маньяком-убийцей в школе. С одной стороны, он хотел рассказать ей правду, так как привык делиться с ней своими переживаниями и мыслями, с другой – он не был уверен, что правда в таком случае уместна. Локхарт вовсе не был таинственным звонарем, Олдена Пайла убил какой-то преступник, все это время скрывающийся в школе и было совершенно неизвестно, что на самом деле произошло с мисс Хансен и Фуонгом. Все эти вопросы не давали ему покоя и очень скоро Патрик осознал, как дико у него болит голова, когда он ехал в такси со своими друзьями. Кармину, в отличие от Сейнта, в тот момент больше всего волновала роль Александра Локхарта в этом сложном уравнении событий. Поскольку демоном-оборотнем-духом он не оказался, оставались совершенно неясными мотивы его столь странного поведения в последнее время. Её предположения так запутались в тугой клубок мыслей, что Кармина выбросила их вон и стала помышлять о зубной щётке и тёплой кроватке. Квентин же, убаюканный гудением мотора, уже беззаботно спал. Наверное, он был единственным из всей этой команды, которого меньше всего тревожили вопросы кто кого убил и чем все это закончится. Он здорово провел ночь в острых ощущениях, которые заглушали мысли о проблемах, которые жили у него дома с бутылками пива и скверным настроением. Теперь же ему ничего не мешало пристроиться на плече Бураны и окунуться в Царство Забвения. А вот Агнешка и подумать не могла о сне, она была обижена. В первую очередь тем, что ей не оказали должного внимания со стороны замдиректора. Он даже не поднял на неё голос, как на Кармину и Патрика! Он вообще её там как будто не заметил – ЕЁ, Агнешку! А ведь она всегда надеялась, что Дракон рано или поздно как-то выделит её среди простых смертных школы Винтер. Все должны любить Агнешку, все должны её превозносить, ну, или хотя бы ругать, оскорблять и отсчитывать, что выдало бы их зависть или скрытое влечение. Она всего ожидала от Великого-и-Ужасного Мастерса, но только не безразличия! Она сидела, насупившись, и прямо лучилась от ревности Бенедикта к Айвену. Дракон его единственного звал только по имени, без этого железного «мистер» и «мисс», что он припаивает к каждому, точно забрало на голову. Дракон с ним единственным разговаривает, как с подростком, а не рядовым на военной службе. Дракон его единственного из них взялся подвезти домой лично! Это же просто немыслимо, несправедливо и вообще – противоестественно! Только Агнешка достойна такого исключительного отношения, и ей было откровенно плевать, что Мастерс друг семьи Айвена, пусть хоть сама его семья – Дракон обязан любить только Агнешку или не любить вообще никого! А за «измену» он пожалеет, он жестоко… пожалеет! Так горе-команда по восстановлению справедливости была доставлена по домам, досыпать или страдать бессонницей эту напряженную ночь. Кармина забрала к себе Агнешку и Квентина, которые убедили сопровождающего их охранника, что родители сами отпустили их ночевать к подруге, и выяснять это у них посреди ночи – дело бессовестное. Патрику же пришлось тихонько лезть к себе в окно, чтобы притвориться, будто ничего не было. Спустя час все участники ночных приключений безбожно дрыхли за пазухой у Морфея.