Ius sanguinis - Право крови

...И вот уже воздвигнуты кирпичные четырехэтажные особняки на территории в несколько десятков гектаров, обнесенной каменным забором; кругом на многие и многие километры простирается хвойный лес с ручьями и озерами. В последние дни перед началом учебного года поток прибывающих стал значительно гуще: кто-то до последнего возился с документами, кто-то же хотел больше времени провести с семьей. Поэтому очередь из ожидающих паспортного контроля выстроилась с самого утра. В основном очередь состояла из детей десяти-тринадцати лет, но попадались среди них и более взрослые. Как, например, среднего роста темноволосая девушка, равнодушно скользившая взглядом по очереди, ожидая, когда подойдет ее черед. - Ваше имя? – заученно и бесстрастно, в который раз за день спросил служащий в синей форме. Шатенка встрепенулась и повернулась к нему. - Франка Фальконе, - глядя на мужчину, ответила девушка. - Ваше имя, - после секундной паузы охранник поднял глаза на девушку. - Теперь у меня другого нет, - еле слышно произнесла Франка и, наклонившись к служащему, что-то быстро прошептала ему на ухо и указала свое имя в списке. Почти никто не обратил на этот эпизод никакого внимания: то и дело возникали путаницы в написании имен и фамилий, и очередь уже привыкла к тому, что кто-то что-то уточняет или исправляет. Служащий, кивнув, что-то отметил в списках и пропустил девушку. Пройдя контроль, девушка, как и остальные ребята, пошла в сторону первого корпуса… На территории, помимо двух административных строений, нескольких общежитий и учебных корпусов, было возведено отдельное здание для преподавателей. Лишь некоторые из учителей поселились при общежитиях студентов на правах деканов. Среди них была и Маргарет. Женщина стояла на балконе своих апартаментов на четвертом этаже третьего корпуса общежития и наблюдала за гуляющими студентами. Уже скоро начнутся занятия... Почти в последний момент решение всех вопросов, связанных с обучением, на высшем уровне передали министерству военных дел. Это а) закономерно вызвало недовольство представителей министерства образования и б) грозило обернуться военизацией обучения, а этого допустить никак нельзя было. Споры и обсуждения продолжались и по сей день. К несчастью для Маргарет, в силу своей должности женщина подчинялась пришедшему к власти военному министерству – несмотря на то, что Маргарет была решительно не согласна с министерской политикой. Маргарет не знала, что именно в этот момент наконец было принято решение, которое должно было положить конец спорам. После очередного рассмотрения вопроса в высших кругах было решено устроить состязание: спорящие стороны должны в течение полугода обучать специально выбранных учеников. По прошествии срока устраивается проверка, и чей подопечный лучше её пройдет, за той стороной и останется победа. Дело оставалось за малым: прописать все детали и известить Академию… Внезапно раздался стук в дверь, Маргарет вынырнула из своих дум и пошла открывать, однако сделать этого не успела. - Простите, профессор, - в помещение заглянула Эльвира, старший психолог, со стопкой личных дел учеников по итогам тестирования. – Можно вас обеспокоить одним вопросом? – Маргарет кивнула, скрестив руки на груди. - Вам не кажется странным, что почти половина всех учеников происходят из неполных семей? – Эльвира протянула женщине один из верхних листков; Маргарет углубилась в изучение предложенной информации, а психолог продолжала: - И почти в семидесяти процентах случаев наблюдаются различные психологические проблемы? Маргарет вздохнула и, отложив листок, повернулась к женщине. Психологом Эльвира была хорошим, но о Волках Ветра знала мало. Вернее было сказать, что почти ничего, и уж тем более не разбиралась она в вопросах психологии этого народа. - Что ж, - вздохнула Маргарет, собираясь с силами перед неизбежно долгим разговором, - для начала, у кого из нас нет психологических проблем? Просто далеко не все проходят такое хорошее тестирование, какое устроили вы. А в остальном этому есть вполне логичное объяснение. Я ручаюсь, что из неполных семей происходят полукровки. И что в вашем списке нет ни одного человека, кто был бы на три четвертых Волком. - Я с такой точки зрения не рассматривала этот вопрос, - замялась Эльвира, шелестя листами. - Проверьте при случае, и вы убедитесь, - легко сказала Маргарет, поправляя очки. – Объяснение же заключается в том, что Волки Ветра склонны к перемене мест, неусидчивы. Они постоянно в движении, их вечно куда-то тянет. Но больше всего их тянет на Родину. Даже чтобы покинуть ее через сутки. Влюбляются, выходят замуж, женятся, заводят семью они совершенно искренне, веря в то, что делают. Но потом настает срок, и Волк, вне зависимости от пола, хочет продолжить свой путь, пройтись по неведомым тропам, если угодно. И семья – даже самая любимая и самая распрекрасная – его не остановит. Это разность культур, мировосприятия, это происходит неизбежно. У детей же добавляется еще и тот фактор, что они зачастую не знают о своем специфическом происхождении, это мешает им полноценно развиваться. Многие ощущают потребность в перемене мест, но единицы могут удовлетворить и удовлетворяют ее. В свое время я занималась изучением этого вопроса вплотную. - Так вы думаете, что большая часть проблем учеников… Это все оттого, что их неправильно растили?.. Вернее, - Эльвира силилась подобрать более емкое определение, но не смогла и замолчала. - Это больно, когда ты не такой, как все, - усмехнулась Маргарет, - особенно ощутимо – когда так сильно тянет на родину, и никому этого не объяснить, никак это не передать. Смогут понять лишь те, кто так же обречен жить на две страны, кто любит обе свои родины – место рождения и историческую - всем сердцем. И кто, в итоге, так и не найдет себе покоя. Большинство, повторюсь, не знают о своем происхождении… Не знали, до этого года. Тем тяжелее понимать, куда тебя тянет из родного, казалось бы, дома, почему даже в разгар вечеринки с лучшими друзьями душу вдруг охватывает холодная тоска и ощущение полной чуждости. Поэтому большинство – поправьте, если ошибаюсь – становились одиночками, избегали шумного общества. Многим же присущи беспричинное беспокойство, неусидчивость? - Вы так много знаете о психологи Волков! – потрясенно покачала головой Эльвира. – Куда уж мне до вас! Но скажите… - тут женщина осеклась, но все же, запинаясь, продолжила: -Скажите… Для чего все это нужно? Меня нанимали как квалифицированного психолога, не предупредив о какой бы то ни было специфике работы. Я думала, что иду во вполне обычную Академию Высшего Образования, и лишь потом стала догадываться... Так зачем все это? Маргарет грустно усмехнулась. Для того, мысленно ответила она, чтобы дать Волкам Ветра шанс. Чтобы пополнить их ряды молодыми и сильными. И чем скорее, тем лучше. Программа была рассчитана так, что десятилетние ребята обучались довольно размеренно, у остальных же нагрузка увеличивалась пропорционально возрасту. Первоочередной задачей было в кратчайшие сроки выучить взрослых недорослей и выпустить их в жизнь – это неустанно повторялось и многократно обговаривалось. Обо всем этом Маргарет подумала в мгновение ока, вслух же произнесла следующее: - Для того, чтобы помочь многим и многим способным ученикам развить свои таланты и не дать загубить свою жизнь. Обучение для них очень важно. Но испытание после него, пожалуй, даже важнее всех полученных знаний. Оно определяет жизнеспособность каждого… - А те, кто не сдаст испытание, что тогда? Их убьют? – ужаснулась Эльвира. Ей отчего-то привиделись старинные страшные традиции далеких предков убивать слабых детей, добивать увечных и покалеченных… - Нет, - сардонически улыбнулась Маргарет, - не убьют. Ему ничего не будет. Но спокойно жить он вряд ли сможет. Осознавать, что ты никогда не сможешь летать меж звезд в ночной тиши? Что никогда не будешь таким же чутким, как твои собратья? Что не будешь обладать и сотой долей тех знаний, которые доступны Волкам? – голос Маргарет зазвенел и прервался. Маргарет ошибалась: некоторые гибли при испытании. Те, кто не мог называться Волком, поскольку духу его были чужды все традиции Волков Ветра. Те, кто уже избрал другой путь. Женщина не могла этого знать, поскольку выросла среди тех, кто либо мечтал стать Волком, либо никогда о них не слышал. Несколько мгновений женщина молчала, переводя дыхание, затем продолжила: – Мало кто смиряется с этим, мало кто готов вернуться к обычной жизни, почти что прикоснувшись к чуду. Кто-то сходит с ума от огорчения, большинство же исчезают в неизвестном направлении. Что с ними происходит? Не знаю. Ни соответствующих опросов не проводилось, ни ученые этим вопросом не занимались. Теряются в обычной жизни, вот все, что могу сказать с уверенностью. Куда же идут потом – кто знает! - Простите, но вы сами..? – слова успели слететь с языка прежде, чем Эльвира успела его прикусить. - Да, я тоже Волк. Наполовину. Я прошла испытание. Но я отказалась быть Волком, - Маргарет опустила голову, - да, я могу превращаться, способна на то, что и не снилось простому человеку. Но это ничтожная часть по сравнению с тем, что может Волк. – Голос Маргарет зазвенел и смолк… На выходе Эльвира столкнулась с темноволосой девушкой, заносившей вещи – очевидно, что она только приехала. Эльвира нечаянно налетела на нее, когда резко повернула из-за угла, и наступила девушке на ногу. Незнакомка молча отшатнулась с каменным выражением лица и, перехватив поклажу, скрылась в глубине здания. Эльвира посмотрела девушке вслед и, подумав о том, сколько анкет вновь прибывших еще предстоит изучить, поспешила вернуться к работе. В отличие от многих, Франка не выразила никакого удивления при виде великолепия зданий, богатства внутреннего убранства. Никто даже не догадывался, с какой болью сжалось сердце девушки при взгляде на интерьеры, так похожие на интерьеры ее собственного дома. Бывшего дома. На секунду девушке почудилось, что ничего не было, что она все еще с мамой проживает в доме деда на окраине Нидо, скоро забежит к соседке-тетушке на пять минут, а потом они с мамой отправятся в город… Франка с шумом выдохнула, отгоняя наваждение, и продолжила подниматься по лестнице на свой этаж. Во всех корпусах царила небольшая суматоха. Те, кто прибыл раньше, помогали новичкам устроиться и показывали территорию. По лестницам беспрестанно сновали ученики. На четвертом этаже большую часть занимала библиотека, жилых комнат для учеников было только три. В одну из них и поселили Франку. Здесь было существенно спокойнее, по сравнению со вторым и третьим этажом на четвертом царила мертвенная тишина. Франка оглядела комнату, из двух кроватей выбрала ту, что была ближе к окну, и стала разбирать вещи. Время близилось к обеду, на который девушка собиралась успеть. В столовой, оформленной в лучших традициях модерна, подавали только классические блюда Волков Ветра. Не только легендарные праздничные деликатесы, но и самые простые «волчьи» завтраки, обеды и ужины. Было решено обучающихся приобщать к культуре всесторонне. Арина переступила порог столовой, раскрыв рот от изумления. Уже не в первый раз она ела здесь, но все равно каждый раз восхищение овладевало девушкой. - Это еще что! – покровительственно усмехнулась Диана, похлопывая подругу по плечу. – Ты еще тут десерты не пробовала! – И, заметив удивление на лице Ши, снисходительно добавила: – Печенье не в счет! В столовой первые пять минут любого приема пищи неукоснительно соблюдалось правило «когда я ем, я глух и нем!»: обед был выше всяких похвал. Арина, посапывая от наслаждения, поедала спагетти в томатном соусе, Диана разделывалась с тушеными овощами. Во всем помещении стояла тишина, лишь раздавалось позвякивание приборов о посуду. Когда наступило время десерта, столовая наполнилась тихим гулом голосов; за чаем (кофе, какао, стаканом воды) все, уже насытившись, принимались общаться друг с другом. - Какие люди! – Арина вздрогнула, когда прямо над ухом раздался возглас на луполине. Буквально в следующую секунду рядом с улыбнувшейся Дианой сел высокий русоволосый парень. - Будем знакомы, Гаэтано, - очаровательно улыбнувшись, юноша протянул руку оторопевшей Арине. – А как зовут столь очаровательное создание? Ши замерла, держа в руке чашку. - Ой, не могу! – расхохоталась Диана, наблюдавшая всю сцену с улыбкой. – Тан, прекрати смущать Арину! А ты познакомься – это несносное создание теперь будет крутиться около нас, я с ним имела несчастие подружиться! - Ога, на свою голову! – ответил Гаэтано, но по его виду было понятно, что слова девушки его ничуть не обидели, скорее уж наоборот. Вся беседа проходила на луполине, и некоторые соседи уже начали поглядывать в их сторону, Арина сказала об этом Диане и Тану. - Как сказал этот зануда команданте Серджио, - юноша принял самый серьезный вид, но глаза продолжали азартно поблескивать, - мы обязаны говорить на луполине! Так что, милые дамы, я говорю, и вас призываю! В конце концов, это наш родной язык или где? - Добрый день, мой друг вас не сильно утомил? – слева от Арины присел темноволосый юноша постарше. Во всей его фигуре ощущалось спокойствие, которым не обладал Гаэтано. Арина вспомнила, что именно он подшутил над суровым команданте в день её приезда. - Пьетро, и тебе привет, мой каменный* друг! – кивнул Тан и обратился к Арине: - Познакомься, этот славный человек зовется Пьетро и по счастливой воле судьбы именуется моим другом… - Может, хватит нести ахинею? – миролюбиво поинтересовался Пьетро с таким видом, что Ши и Диана прыснули со смеху.