Тридцать три (Thirty-Three)

Примечания автора: фанфик был написан до выхода Assassin’s Creed III. Точнее, он был написан всего лишь месяц спустя после выхода ACR, и он основан на предположениях о том, что могло бы произойти, когда современные ассасины добрались бы до последнего святилища. Конечно же, по отношению к канону фанфик оказался абсолютно неточным (я была бы очень испугана, если бы было наоборот), поэтому относительно AC III его можно считать полнейшим AU, хотя он согласован с предыдущими сериями игры. Выход из программы Анимуса во многом напоминал по ощущениям пробуждение от долгого сна, но сейчас он чувствовал себя саблезубым тигром, который упал в преисподнюю и провел 8 часов агонии, пытаясь вытащить себя обратно из цепких лап абсолютной черноты. Даже когда он открыл глаза в салоне автомобиля, и увидел размытые очертания людей, он все еще мог видеть на периферии зрения Константинополь и чувствовал вкрадчивые усилия Анимуса затащить его обратно. Или, может быть, это был не Анимус? Может быть, это был просто Дезмонд, тот самый Дезмонд, который все эти годы убегал от своей судьбы и сейчас пытался укрыться от правды о Люси и от истины о том, что он сделал, и что ему следует сделать. Пока он выкарабкивался в современную жизнь, он мог слышать Шона, Ребекку и его отца, которые ему что-то говорили, но он не мог понять, что именно. А затем – и это было страннее всего – он услышал свой собственный голос, хотя он не разобрал слов. Внезапно его накрыла волна истощения, и он понял, что всё время в Анимусе он провел бодрствуя, и пусть его тело не получало ни капли нагрузки, но его мозг работал неделями без перерыва. - Мне надо поспать, - непроизвольно произнес он вслух. - Ты что, шутишь? – поразился Шон, и его обычный презрительный голос в этот раз был окрашен чем-то более глубоким и отталкивающим. - Шон! – предупреждающе произнесла Ребекка. – Давайте вернемся в наше убежище в городе. Мы знаем, где располагается святилище, и теперь нам спешить некуда. - Но он же ничего не делал, а только лежал в этой штуке неделями, пока мы таскали его туда-сюда, как коробку с хламом. А теперь он сказал, будто точно знает, что делать, и внезапно решил вздремнуть? Ради всего святого… Шон продолжал свою тираду, но Дезмонд почувствовал на своем плече ладонь отца, и голос Шона внезапно словно выключился, как радио, и Дезмонд слышал лишь голос Уильяма, громкий и четкий. - Все в порядке, сын, - серьезно проговорил он, и Дезмонд откинулся на сиденье Анимуса, и заснул так крепко, что по прибытии в Нью-Йоркский штаб его пришлось буквально волочить до кровати. ________________________________________ В своей свободной, гедонистической жизни бармена Дезмонд не мог похвастаться особо большим количеством связей на одну ночь. Иногда с утра девушка исчезала, иногда оставалась, и каким-то образом, еще не открывая глаз, он всегда мог с точностью сказать, находился он в кровати один или нет. Этим утром Дезмонд проснулся и понял моментально, что он был не один. Он лежал, не шевелясь, мысленно считая до десяти, а затем выбрался из постели и надел незнакомые ему вещи, которые лежали на комоде. Это убежище было куда приятнее того склада, куда вначале отвезла его Люси, и уж конечно в нем отсутствовал упадок, охвативший виллу Монтериджони. В воздухе витало настроение старого семейного дома, а его комната имела смежную современную ванную, куда Дезмонд и пошел. Он почистил зубы, чтобы оттянуть момент, когда ему придется столкнуться лицом к лицу со своими опасениями. Над раковиной висело зеркало, но он избегал смотреть в него, пока полоскал рот. Наконец он поднял голову, посмотрел прямо в свои глаза и мысленно произнес, так четко, как только мог: «Ты меня слышишь?» Никакого эффекта это не возымело. Ну, по крайней мере, мысли принадлежали лишь ему одному. Затем он задал еще один вопрос, на сей раз вслух. - Это ты? «Ну а кто еще?» - ответил Объект Шестнадцать.