Тринадцатый дракон

- Ты могла бы позвонить ему, - вздрагиваешь, услышав голос Юн ГаЫн. Вы находитесь на кухне в их с ГынУком доме. ГаЫн складывает в посудомоечную машину посуду, оставшуюся после ужина, а ты сидишь на высоком табурете. - Кому? - наигранно улыбаешься и удивленно смотришь на миловидную девушку. - Тому, о ком думаешь, - говорит она несколько смущенно и тут же отводит взгляд. - Ты ведь постоянно о ком-то думаешь в последнее время. Мрачно усмехаешься. Пожалуй, ты наконец понимаешь, ГынУка и его выбор. ГаЫн обладает каким-то особым даром чувствовать других людей. Особенно, когда им плохо. И это уже не первая ее попытка за эту неделю вызвать тебя на откровенный разговор. Но ты не готова обсуждать с кем-то свои личные неурядицы. - Не думаю, что ему это нужно, - довольно резко парируешь ты, показывая всем своим видом, что разговор на этом завершен. Качает головой, продолжая засовывать тарелки в посудомоечную машину. - Откуда ты знаешь? Может быть, ему это нужно еще больше, чем тебе. Мужчины не всегда способны первыми сделать шаг к примирению. Если бы я всегда ждала этого, то мы с ГынУком уже раз десять разбежались бы в разные стороны. - Вскидываешь бровь, с иронией глядя на ГаЫн, та ту же смущается еще больше. - Ну, ладно, не десять. Но раза два точно. Цокаешь языком и качаешь головой. Уже тянешься за портсигаром, лежащим в сумке, но в последний момент одергиваешь себя. Бросаешь взгляд на уже весьма заметно выступающий живот ГаЫн и чувствуешь себя виноватой. Не стоило грубить беременной женщине. - Прости, ГаЫн, я просто слишком устала. Сама знаешь, что эти съемки дались мне со скрипом. Видимо, я старею. Улыбается тебе. Неожиданно протягивает руку и убирает с твоего лица упавший на него локон. И тебе почему-то тут же ужасно хочется расплакаться. Просто броситься девчонке в объятья и разрыдаться. Прошло две недели, как в твоей жизни больше нет ЧжиЁна, но боль никуда не уходит. Не уменьшается ни на грамм, а порой тебе даже кажется, что наоборот нарастает. Чудовищная пустота, одиночество и жалость к самой себе - все, что у тебя осталось. Пожалуй, последний пункт ненавидим тобой особенно остро. - Ты прекрасна, - с какой-то детской восторженностью произносит ГаЫн. - Почему ты сама этого не видишь? Почему и я, и ГынУк считаем, что ты заслуживаешь счастья, а ты сама так не думаешь? Качаешь головой. Соскакиваешь с табурета и подходишь к окну. Пожимаешь плечами, задумчиво глядя на реку Хан. Гын Ук считает, что ты заслуживаешь счастья? Это что-то новенькое. Хотя, надо сказать, что он не дергает тебя эти две недели. Ни о чем не просит, кроме того, чтобы иногда составлять компанию его беременной женой. А еще твой босс странно на тебя смотрит. У него снова настороженный взгляд, как тогда, когда он обнаружил тебя на полу трясущуюся, с перерезанными осколками руками. - Ты ничего обо мне не знаешь. Испытываешь злость. Не на девчонку - на себя саму. Из-за того, что окончательно расклеилась, не смотря на то, что упорно делала хорошую мину при плохой игре. Чуть не сорвала съемки из-за своей рассеянности. Не смогла даже запомнить текст, который и заключался-то в двух простых предложениях. Восприняла заслуженную критику более чем неадекватно, разрыдавшись прямо на глазах у всей съемочной площадки. Если так пойдет и дальше, то в лучшем случае тебя посадят на антидепрессанты, в худшем - придется лечь в клинику где-нибудь за границей и подлечить расшалившиеся нервы. - Знаю, - вдруг тихо говорит ГаЫн, и ты стремглав поворачиваешься к ней. Смотришь шокировано на потупившую взгляд девчонку, не в силах произнести ни слова. Становится невыносимо стыдно. Ты даже не думала, что вообще способна на такое сильное чувство стыда. Даже не от того, что ты занимаешься проституцией, а из-за того, что изображали перед этой девочкой примадонн, хотя на деле это именно она была на голову выше вас всех вместе взятых. А ГаЫн виновато и робко улыбается. - ГынУк во всем мне признался. - Сжимаешь зубы теперь уже от злости. - Не сердись на него. Он действительно не хотел причинить тебе зла. Просто... Не знаю, поймешь ли ты... Ему было невыносимо и дальше врать мне. Тем более сейчас, когда мы ждем нашего первенца. Смотришь, как девушка с нежностью прикасается ладонями к своему животу и грустно улыбаешься. Раскаявшийся сутенер. Только этого тебе сейчас и не хватало. Вот к чему все эти несмелые вопросы о том, как ты себя чувствуешь и что у тебя с ЧжиЁном. - Если ты все знаешь обо мне, то к чему все эти разговоры? - устало бросаешь ей и отворачиваешься. - Может быть, сутенеры и могут найти счастье с любимыми людьми, но для нас, шлюх, это слишком щедрый подарок. ГаЫн смотрит на тебя так, словно хочет что-то сказать, но не решается. Или просто боится, что ты не поймешь. И ты чертовски этому рада - тому, что девчонка не озвучивает свои мысли. Только этого немного наивного участия тебе сейчас и не хватает. Тогда тебя точно окончательно размажет прямо здесь от жалости к себе. - О чем болтаете? - голос ГынУка заставляет тебя обернуться. Смотришь на него сердитым взглядом, и у мужчины улыбка застывает на губах. Видимо, интуитивно догадывается, что что-то не так. Но решаешь не устраивать разборок и сцен. Даже не ради самого ГынУка, а ради его молодой жены. - Да так, - наконец цедишь ты, хватаешь со стола сумку и прощаешься с ним, перебирая в воздухе тонкими холенными пальцами. - Пожалуй, я пойду. У меня была трудная неделя. Уже дома плюхаешься на диван и глядишь в экран плазменного телевизора. Переключаешь каналы один за другим, пока не натыкаешься на до боли родное лицо ЧжиЁна. Сердце болезненно сжимается. Смотришь, как уже не твой мальчик касается невероятно красивыми, выразительными руками твоего лица. Ваш совместный клип. Тот самый, с которого все началось. Хочется выть от тоски, но понимаешь, что вой-не вой, это тебе уже не поможет. И легче уже тоже не станет. Сидишь и, словно мазохистка, наблюдаешь, как вы с ЧжиЁном на экране играете в любовь. Легко прикасается губами к твоим губам, а ты обнимаешь его за шею. Ты отдала бы все на свете, лишь бы вновь оказаться в его объятьях. Хотя бы один - самый последний раз. Но гонишь эти мысли прочь. Что бы изменила такая вот ночь? Закрываешь глаза. Начинаешь горько смеяться, когда слышишь, как ведущие вечернего шоу начинают анонсировать выход на экраны нового клипа. Клипа, в котором ты снялась совсем недавно и который явно не пришелся бы по душе ЧжиЁну, если бы вы остались с ним вместе. Но сейчас ты даже не уверена, что он вообще вспоминает о тебе. Не было ни одной весточки от мальчишки, кроме сплетен о том, что после последних двух концертов он сперва укатил в Европу, а затем в Таиланд. Опять все в той же компании таких же золотых мальчиков и девочек, как и он сам. Хотя нет. Квон ЧжиЁн на порядок выше их всех. Именно поэтому вся жизнь компании вечно сосредотачивается вокруг него. А ты, одинокая жалкая тридцатилетняя женщина, каждую ночь вертишься в своей пустой и такой холодной кровати. Мучаешь себя размышлениями о том, кто согревает постель Квона в эту ночь. Ненавидишь себя, но не можешь не думать об этом. Это даже не ревность в нормальном ее проявление. Ты словно одержима мальчишкой, хоть и понимаешь, что вы уже никогда не будете вместе. Изнуряешь себя на беговой дорожке, но все равно думаешь, думаешь и опять думаешь только о ЧжиЁне. Слышишь звонок мобильного и раздраженно смотришь на табло. Номер узнаешь сразу, хотя его и нет в твоей записной книжке. ШинРи - девушка из твоего агентства. Переводишь взгляд на часы, стоящие на каминной полке. Если девчонка звонит тебе в такое время, значит случилось что-то серьезное. Отвечаешь на звонок, хотя интуиция подсказывает, что лучше бы тебе оставаться в неведении. Слушаешь сбивчивую речь ШинРи, не произнося ни слова. - Я сейчас приеду, - произносишь наконец, проклиная про себя ГынУка и его новую жизнь из-за которой он начал отключать мобильник по ночам. Уже набираешь номер ДжеДжонга, но потом передумываешь и, накинув пиджак, выходишь из квартиры. Спускаешься на лифте вниз, выходишь на улицу. Удивительно, но тебе почти сразу удается поймать такси. Называешь нужный адрес и набираешь номер ГынУка. Ничего не поменялось - "абонент не доступен". С досадой сжимаешь телефон в руке. Придется самой разрешать ситуацию с ШинРи и ее товаркой - самой молоденькой девчонкой, занимающейся эскорт-услугами, в вашем агентстве. Не удивлена, что позвонили именно тебе. Все знают, что хоть СоЁн и холодная стерва, но по части прикрытия попавших в неприятности задниц, тебе нет равных. Пока из разговора ты поняла лишь то, что СоХен должна была отправляться к важному клиенту, а в итоге заперлась в ванной комнате и не желает оттуда выходить. ШинРи подозревала подругу в том, что та попросту обнюхалась под завязку. Что же, кому, как не тебе, разбираться теперь со всем этим геморроем, хотя по сути ты и могла бы просто забить на все. Но ты неоднократно слышала об этом клиенте из уст ГынУка. До этого момента мужчина не пользовался вашими услугами. Но господин Вонг был известен своей щедростью и по отношению к девушкам, и - к их поставщикам. Ты никогда не общалась ни с кем по поводу его личных предпочтений, но среди элитных шлюх ходили упорные слухи, которые впрочем вполне могли оказаться действительно лишь слухами, о нереальных суммах поверх привычной таксы. Стучишь в дверь. Ждешь, пока тебе откроют, поправляя элегантный браслет на запястье. Наконец тебе открывает ШинРи. Выглядит так, словно сама что-то приняла не так давно. Запускает дрожащие пальцы в копну взлохмаченных волос и качает головой. - Блядь, СоЁн, что делать? Эта сучка обдолбалась под завязку и не открывает, - кивком указывает на дверь ванной. - Хер с ним уже - с этим клиентом! А вдруг она там кони двинула. Блядь, так и знала, что нельзя пускать ее к себе жить. Один геморрой от нее! Стучишь в дверь, но тебе никто не отвечает. Прислушиваешься, но за дверью гробовая тишина. Начинаешь волноваться. Еще этого вам не хватало. Мало того, что эта малолетняя дура могла навредить сама себе, так еще разбирательств с полицией агентству только и не хватает. Рассматриваешь замок, затем оглядываешься по сторонам. Наконец находишь то, что тебя устраивает. Просовываешь пилочку в замочную скважину и с осуждением смотришь на ШинРи, когда слышишь характерный щелчок. Не будь девушка сама под кайфом, вскрыла бы дверь на раз-два. Открываешь дверь. Находишь СоХен на полу. Сидит, прислонившись спиной к стене, и улыбается. Взгляд отсутствующий, хотя девушка почти сразу тебя узнает. Бормочет приветствие, пытается помахать рукой, но та так и остается безвольно лежать на ее колене. - Откуда она такая нарядная? - спрашиваешь угрюмо, понимая, что до такого состояния еще нужно умудриться дойти. ШинРи небрежно передергивает плечами. Наклоняется и собирает с пола рассыпанные по нему кредитки и косметику, очевидно выпавшие из сумочки ее подруги. - Прилетела из Таиланда днем. Была там на какой-то крутой вечеринке. Говорила, что там было много наших. Кровь отливает у тебя от лица. Тебя охватывают нехорошие предчувствия. Начинает подташнивать. Смотришь на девчонку, сидящую на полу. СоХен глупо и тихо смеется, закрыв глаза. - Много-много наших, - едва ворочая языком, повторяет она. - Люблю корейские члены. Киваешь и, уже хочешь набрать номер врача, который обычно помогает вам в таких случаях, как этот, но замираешь, выхватив взглядом зажигалку, валяющуюся на полу рядом с ногой СоХён. Кажется, что тебе просто с размаху вмазали в солнечное сплетение. Ты столько раз видела этот предмет в руках ЧжиЁна, что просто не можешь ошибиться. Интересно, сколько дней продержался Квон, прежде чем снова оказаться в компании шлюх? И держался ли вообще? Это кошмарное, болезненное осознание собственной незначительности. Только сейчас наконец признаешься самой себе - ты действительно все это время глубоко внутри, как дура, ждала того, что случится чудо, и мальчишка вернется. И что сможет убедить тебя в том, что вам действительно стоит и дальше встречаться. "Долбанная идиотка. Долбанная идиотка. Долбанная идиотка.", - все время крутится в голове и невыносимо хочется наклониться к СоХен и отхлестать ее по щекам. Вовсе не для того, чтобы привести ее в чувство, а чтобы причинить девушке боль. Пусть и не такую сильную, как в этот момент испытываешь ты сама. Потому что кажется, что больнее просто не может быть. Сама пугаешься собственной ярости, которая начинает подниматься в тебе, и делаешь шаг назад. - Вызывай доктора, - бросаешь ШинРи, прислоняясь спиной к стене и изо всех сил вцепляясь пальцами в дверной косяк, так что кости начинают болеть. - Неизвестно, сколько она приняла. Хозяйка квартиры покорно набирает номер. Разговаривает с врачом, объясняя ему ситуацию, а потом растерянно смотрит на тебя. - А что делать с господином Вонгом? Автомобиль прибудет за ней с минуты на минуту. Закрываешь глаза. Долбанный Юн ГынУк. Неужели семья важнее такого клиента, как этот китаец? Усмехаешься. Конечно, важнее. Если бы у тебя было то, что есть у твоего босса, то тебя бы вообще не было сейчас в этой квартире. Но у тебя ничего нет. Ни семьи, ни друзей и теперь даже надежды на то, что ЧжиЁн... Открываешь глаза. Ослепительно улыбаешься. Надо помочь ГынУку, ведь он никогда не бросал тебя в беде. - Я поеду вместо СоХен. И вот ты уже сидишь в представительском лимузине, который мерно везет тебя к новому клиенту. Презираешь себя, но считаешь, что так действительно лучше. Нужно возвращаться к прежней жизни. Пусть и такой грязной. Хватит мечтать и надеяться на чудо, словно ты молоденькая дурочка. А потом все, как всегда. Стандартный договор о неразглашении. Ты привычно подписываешь его, лишь вскользь пробежав по нему взглядом. А потом тебя провожают к клиенту. Господин Вонг красив. Ему около сорока пяти, у него благородное лицо, а его волосы уже слегка покрыты сединой. Вы молча ужинаете. В комнате звучит классическая музыка. Мужчина лишь изредка посматривает на тебя и улыбается. Что-то настораживает тебя в этом элегантном, дорого одетом мужчине. Наверное, взгляд. Ведь его взгляд совершенно не соответствует внешнему виду Вонга. Наполнен каким-то холодом, но совершенно не таким, как у ЧжиЁна. Интуитивно жалеешь о том, что пришла. Тебя порядком напрягает молчание клиента и то, как он на тебя смотрит. Даже радуешься, когда у тебя в клатче начинает звонить телефон. Извиняешься и направляешься в туалетную комнату. Закрываешь дверь, облегченно выдыхаешь и вытаскиваешь мобильник из сумки. Мурашки бегут по коже, когда ты видишь высветившееся на табло имя - "ЧжиЁн-а". Ты так и не стерла номер мальчишки из списка контактов. Не решаешься ответить. Просто стоишь и смотришь на табло. В висках стучит, когда наконец принимаешь звонок. Осторожно прикладываешь телефон к уху. - Слушаю, - стараешься, чтобы голос звучал как можно спокойнее, но это не особо получается. - Я смотрел сейчас клип, - говорит, не тратя время на приветствие. - Я рад, что в нем все не так криминально, как я себе разрисовал. Кажется, что кровь в венах только что совершила пике до пяток, а потом резко устремилась вверх. Бросает в жар, а потом в холод. Выдыхаешь, чтобы не разрыдаться от какого-то идиотского ощущения полного счастья. - Мне реально плохо без тебя, СоЁн. Можно, я приеду сейчас к тебе? Удивленно смотришь на свое отражение. ЧжиЁн спрашивает разрешения? Это что-то новенькое. Сперва ГынУк, теперь он. Вспоминаешь тут же о тайских приключениях СоХён. И хотя ты уже готова простить Квону даже безудержный групповой секс-марафон со шлюхами, все же тихо говоришь: - Я думала, что ты еще в Таиланде. - Я вернулся вчера. СоЁн, мне все без тебя не в радость. Даже этот долбанный отдых. Можно я приеду? Улыбаешься, едва сдерживая слезы. Плевать на все, что ты думала раньше о ваших отношениях. Плевать на ГынУка и его бизнес. Плевать на господина Вонга. - Я не дома сейчас, но я уже еду. Подожди меня. Нажимаешь отбой, поправляешь волосы и направляешься в столовую этого роскошного, загородного дома, явно снятого Вонгом специально для встреч с девушками типа тебя. Тебе абсолютно плевать, что подумает о твоем уходе этот странный, холодный мужчина - мыслями ты уже с ЧжиЁном совершенно в другом месте. Рада безумно, что не успела натворить глупостей. Ну, кроме того, что из-за своей ревности вообще оказалась здесь. - Простите, господин Вонг, но мне нужно вас покинуть. Я... - начинаешь было, изображая искреннее сожаление, но мужчина прерывает тебя властным взмахом руки. Не осталось и следа от вежливой улыбки. Лицо словно маска, а глаза... Тебе действительно становится жутко. - Сядь, - не просьба, а приказ, и ты от шока замираешь на месте. - Сядь, сука. Я уже перевел деньги, так что ты отработаешь по полной. Кажется, что от напряжения у тебя просто отказали ноги. Не можешь заставить себя пошевелиться. Никогда не сталкивалась по работе с такой неприкрытой агрессией. Осознаешь, что выражение "все бывает в первый раз" подходит к этой ситуации, как нельзя лучше. - Вы заплатили не за меня, - пытаешься казаться уверенной, но даже сама чувствуешь страх в своем голосе. - Господин Вонг... Не успеваешь и шагу сделать, как мужчина оказывается рядом. Хватает тебя сзади за шею и сжимает пальцы. Кажется, что он вот-вот поломает тебе шейные позвонки. Сажает на стул и хватает свободной рукой твою челку. Так сильно, что из глаз тут же начинают катиться слезы. - Думаешь, какая-то грязная шлюшха будет решать, когда ей уходить? - шипит тебе на ухо и резко отпускает волосы. - Я купил тебя на эту ночь, а она только началась. Нагибается к тебе снова и проводит языком по ключице. Думаешь в этот момент о ЧжиЁне, который, возможно, уже ждет тебя в твоей квартире. Становится настолько мерзко от всего происходящего, что не можешь сдержать свои эмоции и тебя слегка перетряхивает от прикосновения Вонга. И самое страшное, что он это замечает. Неожиданно хватает тебя за волосы, поднимает на ноги и волочит к стене, которую украшает огромное зеркало в позолоченной раме. Сжимаешь зубы от боли, но не вырываешься. Понимаешь, что во-первых, это бесполезно, а во-вторых, мужчина явно садист. Таких, как Вонг, сопротивление лишь заводит еще больше. Поэтому покорно перебираешь ногами, стараясь хоть таким способом облегчить себе жизнь. Останавливаетесь в двух шагах от зеркала. Вонг смотрит на ваше отражение и улыбается. Почти ласково, хотя во взгляде скользит что-то безумное, не свойственное адекватным людям. Мелькает понимание того, за что же именно он так щедро расплачивается с девушками из эскорт-агентств. - Считаешь себя лучше меня, шлюшка? - спрашивает все с той же улыбкой на губах. - Что есть в тебе, шалава, кроме твоей красивой мордашки? Кажется, сердце остановилось на мгновение. На интуитивном уровне понимаешь, что именно сейчас произойдет, но не успеваешь даже дернуться. Мгновение, и ты уже разбиваешь головой зеркальную поверхность. Щеку и лоб пронзает такая боль, что моментально начинает темнеть в глазах. Сознание начинает меркнуть, но ты даже рада этому, потому что на тебя, лежащую калачиком на битом стекле, тут же обрушивается град нереальных по силе ударов. И ты знаешь абсолютно точно, даже в этом пограничном состоянии между чудовищной реальностью и обмороком, что Квон ЧжиЁн сегодня тебя уже не дождется. И тебе уже даже не больно. Просто все глубже погружаешься в темноту. Пока она наконец полностью не поглощает тебя.