Of Trolls and wizard kids.

МакГонагалл, Снейп и Хагрид поднялись на вершину башни и вдалеке в небе увидели силуэты людей. Они быстро приближались и вскоре перед ними предстали три волшебника на метлах. Волшебники приземлились и после короткого приветствия закрепили клетку маленького дракона специально приготовленным для этого креплением. Все их движения были отработаны и казалось, что они делают это не в первый раз. Они еще раз выслушали настойчивые просьбы Хагрида позаботиться о маленьком Норберте, получили от полувеликана список Рекомендаций, которые он написал и улетели. Все это заняло меньше 8 минут. Хагрид достал большой носовой платок, чтобы вытереть слезы, катящиеся из глаз, пока его питомец улетал прочь. МакГонагалл похлопала его по спине. Ей нечего было сказать. — Звините, профессор…не могу… так ево люблю. — Уже поздно, Рубеус, идите отдыхать. — Да, мэм. Они начали спускаться вниз. — Профессор… Я не лезу, но… эти мелкие, я про то, им просто любопытно было. Они не со зла… Дык это я их… — Спасибо, Хагрид. — Минерва увидела, что он снова вытаскивает свой гигантский носовой платок и утирает слёзы. — Пойду пожалуй. Спасибо что с Норбертом подсобили. — Довольно об этом, Рубеус. — Невозможно обуздать любовь этого гиганта к опасным существам… Хагрид спустился по лестнице быстрее профессоров. Минерва молча шла рядом с Северусом. Наконец, они добрались до кабинета Чар. Пятеро детей сидели вместе, глядя сквозь прозрачную стену, которая не давала им выйти. Снейп повернулся к МакГонагалл . — Минерва, если не возражаешь, я заберу Поттера и Малфоя. — Возражаю, вдруг завтра в школе будет на двух учеников меньше. — Снейп кинул фирменный взгляд на так не вовремя вмешавшуюся ведьму. Но она была невосприимчива к подобным вещам. — Я могу контролировать себя, Минерва. — Я думаю, что мы все устали, Северус. Уизли нужно вернуться в лазарет, прежде чем Поппи начнет искать его. Я думаю, что у нее достаточно кроватей чтобы разместить наших нарушителей, и мы разберёмся с ними утром. — Я не собираюсь… Минерва остановила его, подняв свою руку. — Я уверена, что ты тоже с радостью останешься в Больничном крыле. Что касается меня, я бы с удовольствием свернулась клубочком около камина. — Я не могу взять в толк… Он сказал, что понимает, что я не захочу больше быть с ним. — Северус, объяснения подождут до утра. Ты сейчас готов? Северус глубоко вздохнул. — Да. — В таком случае, молодой человек, уберите с лица это зверское выражение. Дети должны спать, а не видеть кошмары вспоминая тебя.

***

Они вошли в комнату и МакГонагалл убрала стену, затем парой взмахов палочкой навела порядок. — Идите за мной. — велела она банде. — Да, мэм. — Прозвучало в ответ. Казалось, что все, кроме Гермионы, разучились говорить. МакГонагалл возглавляла процессию, за ней следовала Гермиона, потом Невилл, Рон, Гарри и Драко. Снейп молча шёл замыкающим. Он пытался понять ребенка, который, несомненно, являлся инициатором этой авантюры. Гарри с трудом сдерживался, чтобы не зареветь. Он испытывал чувство вины за то, что втянул своих друзей в этот ужас. Если он так стремился влипнуть в неприятности, то незачем было тащить их за собой. Рон поравнялся с ним и сказал: — Это было захватывающе, дружище. Я думаю, Норберт вспомнил нас и захотел поиграть. — Как ты? — Устал. Нам немного не повезло сегодня. — Рон почувствовал, что его другу нужна поддержка. — Снейп с нас шкуры спустит. — К ним присоединился Малфой и добавил реализма. — Мадам Помфри наложит приклеивающие чары на мою постель. — Как вы думаете, они снимут баллы? — Гарри вспомнились тревоги Гермионы. — Не стоит думать о таких пустяках, все равно утром мы все умрём. — Малфой явно получал удовольствие нагнетая обстановку. — Как вы думаете, куда они нас ведут? Кабинет МакГонагалл в другой стороне. — прошептала Гермиона. — Простите, что заставил вас пойти. — Ты не заставлял нас, приятель. — По крайней мере, я столкнулся с драконом лицом к морде. — Сказал Невилл. Гермиона сжала руку Гарри. Ей нечего было добавить, в любом случае она не хотела терять их дружбу. Скоро они добрались до Больничного Крыла. Медиведьма уже обнаружила пропажу пациента и успела послать сообщение Минерве. Рональд был немедленно уложен в постель и осмотрен. Ему пришлось выпить отвратительное зелье, предотвращающее раздувание руки. У него не было времени попрощаться со своими подельниками, но он успел узнать, что они все будут спать здесь. Минерва в нескольких словах объяснила Поппи, зачем им понадобилось Больничное крыло. Медиведьма поняла и сделала несколько необходимых взмахов палочкой. — Дети, на своих кроватях вы найдете пижамы. Приготовьтесь ко сну и побыстрее, уже довольно поздно. — Мадам Помфри взяла бразды правления в свои руки. Гермиона первая выбрала себе кровать. Мадам Помфри отгородила её ширмой со всех сторон. Невилл, колеблясь, занял место рядом. Малфой посмотрел на своего декана — обычно в Слизерине все происходило по-другому… Снейп качнул головой, и Малфой подошел к следующей кровати. Гарри хотел спать и притвориться, что это всего лишь дурной сон. Он посмотрел на очень сердитого мужчину и выбрал последнюю кровать. Вокруг нее тоже появилась ширма. Снейп не произнес ни слова. Это было очень плохо! Гарри не вынесет, если Снейп снова возненавидит его. Он снял одежду и увидел, что мантия порвана. Норберт не добрался до него, но у него были очень опасные когти. Это была новая мантия! Снейп решит, что он неблагодарный и… Переодевшись в пижаму и закутавшись в одеяла, Гарри позволил себе заплакать. Снейп услышал его, лежа в соседней кровати. «Хорошо, маленький разбойник в курсе, что у него большие неприятности!» — подумал он. Было заманчиво дать ему немного поплакать. После ночных событий, ребенку необходима разрядка. Северус решил вмешаться, когда через 5 минут всхлипы усилились, и похоже, ребенок не собирался успокаиваться. Гнев Снейпа полностью исчез. Он отодвинул ширму, закрывающую кровать Гарри, и сел на кровать рядом с сыном, положил руку на спину ребенка. Гарри понадобилось время, чтобы понять, что он не один. Он слышал голос, но был слишком поглощён своим горем. Снейп притянул ребенка поближе к себе и обнял. Он крепко держал Гарри, повторяя, что бы тот глубоко дышал, пока рыдания не утихли. Ребенок глубоко вздохнул. — Простите, простите, простите, сэр. — Успокойся, сын, давай не будем говорить о том, что произошло. Ты устал. Тебе нужно поспать. Вот увидишь, утром все покажется не таким ужасным. — Но, но это было глупо и опасно, и мои друзья могли пострадать, и я не послушался вас и… — Шшш. Это не первый случай, когда ты не слушаешься меня, Гарри, и зная тебя, не последний. Надеюсь, что этот случай исцелит тебя от твоего безрассудства. А сейчас тебе надо отдохнуть. — Но… — Шшш. Просто глубоко вздохни и постарайся заснуть. Гарри сделал глубокий вдох и почувствовал запах трав и зелий, исходящих от Мастера Зелий. Всё таки здорово вот так сидеть в объятиях отца. Он снова заволновался. — Но вы больше не захотите быть моим отцом. — Почему? — Все в порядке, я знаю, что я создаю слишком много проблем. И так будет лучше. Вы вовсе не должны… Я понимаю, всё было здорово… Снейп почувствовал, как закололо в сердце. Ребенок больше не хотел быть его сыном? Это плохо, после проведения кровного ритуала они стали настоящими отцом и сыном, как если бы Лили ждала ребёнка от него… и… Гарри больше не мог бороться со сном, он уютно устроился в объятиях и уснул. Снейп фыркнул. Для того, кто не хочет быть его сыном, Гарри слишком удобно чувствует себя в его руках. Он подвинулся ближе к изголовью кровати, откинулся на него и закрыл глаза, по прежнему держа на руках ребёнка, который когда-нибудь доведет его до сердечного приступа. Гарри не просыпался до утра. Он не почувствовал, когда зельевар в три часа ночи положил его в постель и укрыл одеялом. Северус хотел уже вернуться в свою кровать, когда вспомнил, какой испытал ужас, узнав голос Гарри в кабинете Чар. Все оборвалось, когда он увидел, что его ребенок сражается с драконом, используя стул. Северус трансфигурировал кресло-качалку и призвал одеяло. Он был слишком напуган, и когда закрывал глаза, ему мерещилось, что его ребенок ранен.

***

Минерва МакГонагалл проснулась отдохнувшей. Сейчас она не отказалась бы от чашечки чая и тостов. Она вызвала своего любимого эльфа принести завтрак в ее кабинет и подготовила несколько документов. Было немыслимо, что трое ее подопечных смогли прошлой ночью удрать из общежития! И это после того, как она лично дала конкретные указания префектам и Полной Даме. Ей придется принять кое-какие решительные меры. И её совсем не утешало, что среди проштрафившихся оказалась и одна из змеек Снейпа. Она отправила записку старостам и приготовилась встретиться со своими львятами. Наколдовала «Темпус» и решила поторопиться. Северус ночевал в лазарете, и, конечно же, он обязательно воспользуется этим преимуществом, чтобы хорошенько их отругать. Когда Минерва пришла в Больничное крыло, все обитатели еще спали. И стоило ей красться на цыпочках, молча, используя все свои кошачьи умения, чтобы обнаружить такое. — Минерва, что-то случилось? — Нет, все спят. Поппи, всё в порядке? — Дети были слишком взбудоражены, чтобы уснуть, я наложила на них умиротворяющее заклинание. — Я закажу завтрак. — Хорошо, я пока приму душ. Спасибо, Минерва. Профессор МакГонагалл уже собралась заказать завтрак, когда решила спросить Северуса, что он предпочитает. Его кровать была пуста. Заволновавшись, она отодвинула ширму около следующей кровати и обнаружила Северуса, спящего в кресле-качалке. Он держал Гарри за руку. Она подавила смешок и молча закрыла штору. Эти двое решили свои проблемы еще ночью. Запах недавно поджаренного хлеба и яичницы заставил детей выбраться из своих кроватей. Гермиона была первой. — Мисс Грейнджер. — Доброе утро, профессор. Следом появился Невилл, потом Малфой, он последовал за Гермионой и сел за стол, стоящий посреди лазарета. Вошла мадам Помфри и открыла кровать Рона. Рыжик был голоден, но не мог встать с кровати, потому что мадам Помфри приклеила его заклинанием к простыням. Гарри открыл глаза и потянулся. Почувствовав движение, Северус тоже открыл глаза. — Доброе утро, ребёнок. Гарри понимал, что не заслуживает хорошего отношения к себе, он закрыл глаза и сказал: — Вам вовсе не обязательно оставаться здесь. — Мне пришлось остаться из-за кошмаров. — Я не давал вам спать? — Гарри не помнил, что бы ночью ему снились кошмары, только как он сорвался и плакал. — Не твои, ребёнок. Мои кошмары. — У вас были кошмары, сэр? — Это что, невероятно, если мне приснится кошмар после того, как мой сын подвергся нападению дракона? У меня мог быть удар. — Вам не обязательно быть моим отцом, если вы этого не хотите. Я понимаю… Мне жаль, что вы испугались. — Опять он поднял тему отцовства. Снейп надеялся, что это только из-за вчерашнего стресса. — О чем ты говоришь, сынок? Почему я должен перестать быть твоим отцом? После кровного ритуала я не могу отказаться. Даже если бы я хотел, я не смог бы. — Откуда вы знаете, что это сработало? Вы обманули министра, вы могли обмануть и меня. Северусу вспомнился разговор с Дамблдором. Гарри должен был спать. — Итак, я должен добавить к твоим недостаткам подслушивание. Если так пойдёт дальше, ты будешь мыть котлы до окончания школы. — Северус тут же пожалел о своей шутке, Гарри еще больше изменился в лице и попытался объяснить: — Но, сэр, я знаю, я не заслуживаю того, чтобы у меня был отец. Я — бремя и урод. И я непослушный, небрежный, неисправимый и грубый. — Гарри не выдержал и зарыдал. Он сказал это. Теперь ему надо учиться жить без своего… Сев… Снейпа. Снейп не знал, что делать. Два последних месяца ребенок вел себя слишком хорошо. Гарри боялся отказа. Но как он мог сомневаться в волшебстве, которое их окружало? Потом он понял. Когда Гарри услышал о волшебных шарах и Министре Магии… Если они обманули Министра, что им мешает обмануть одиннадцатилетнего ребенка, изголодавшегося по любви? Снейп сел на кровать и снова крепко обнял ребенка. Малыш млел в его руках. Тот самый ребенок, который вчера вечером использовал стул, чтобы не подпустить дракона к себе и своим друзьям. — Гарри, Гарри, послушай меня. — Мальчик продолжал плакать. Северус понял, что надо действовать решительно. — Гарри Джеймс Эванс Поттер Снейп! Гарри перестал всхлипывать. Снейп никогда еще не называл его полным именем. Оно и правда такое длинное? И когда он говорит таким тоном, лучше не отвлекаться. Это был страшный Снейп из его кошмаров. Он открыл глаза, чтобы посмотреть на держащего его мужчину. — Ты слышишь меня? — Столкнулись взгляды черных и зелёных глаз. — Да, сэр. — Снейп шлепнул ребенка по попе. — Сын, прекрати говорить «сэр», я твой папа, и с этого момента ты будешь меня звать только так. — Удар был не сильный, но хорошо чувствовался через тонкую пижаму. — Да, папа. — сказал Гарри, а сам подумал, что ему не помешала бы еще одна рука, чтобы потереть попу, потому что обеими руками он обнимал отца за шею. — А теперь сын, ты был прав, мы обманули министра, чтобы он подумал, что опасно идти против древней магии крови. Но правда в том, что к тому времени ритуал уже был совершён. Он был зол, потому что мы это сделали не спрашивая Министерство. Они хотят держать всё под контролем. Они собирались торговаться по поводу твоего усыновления. Они узнали, потому что ритуал прошёл успешно. Мы оба хотели, чтобы это произошло, и это было по-настоящему. — Мне понравилось, что я почувствовал магию вокруг тебя и меня. — Как ты думаешь, это можно подделать? — Я не знаю. — Можешь мне поверить, это невозможно. — Но я… не послушался тебя, удрал из башни, подговорил Драко и Рона пойти со мной и… — Мисс Грейнджер и мистер Лонгботом как будто получили приглашение на пикник. — Как будто я нарушил клятву, и ничего не произошло. — А чего ты ожидал? Что тебя поразит молния? — Гарри спрятал голову на груди Снейпа и еще крепче обнял его. — Гарри, этот ритуал сделал тебя моим сыном. Он не изменил тебя. Тебе всего 11, и ты нормальный ребенок. Конечно, ты будешь не подчиняться и принимать неправильные решения. Вот почему я здесь — чтобы научить тебя. Ты ещё ребенок, мой ребёнок. — Значит, ты все еще хочешь быть моим отцом? — Снейп ответил еще одним шлепком. — Ой! Больно. — И еще получишь. Я буду наказывать тебя каждый раз, когда ты будешь настаивать на том, что ты не мой сын или что я не хочу быть твоим отцом. — Ой! — Ещё один чувствительный шлепок. Снейп бил не больно, но по одному и тому же месту — для включения мозгов. — Папа, пожалуйста, я понял. — Так-то лучше. — Но как мне обращаться к тебе на уроках? — Профессор или сэр будет приемлемо, но когда мы будем одни или с твоими друзьями, называй меня папа или отец, понял? — Гарри кивнул и уткнулся в грудь Снейпа. Он вспомнил, что они были в Больничном крыле и рядом его друзья. — Пап, они слышали нас? — Нет, Гарри, я поставил здесь заглушающие чары. Готов завтракать? — Да, папа. — Тогда пошли. Гарри оделся. Увидел прореху на мантии и взглянул на отца. Снейп взмахнул палочкой и починил одежду, не сказав ни слова. Гарри улыбнулся, магия ему нравилась. Они вместе подошли к столу, остальные уже заканчивали завтрак. Минерва указала на две накрытые тарелки. — Рада, что вы решили присоединиться к нам, джентльмены. - Спасибо, что подождали нас, Минерва. Гарри сел между Драко и Гермионой. — Гарри, ты в порядке? — Гермиона заметила как он вздрогнул, когда он садился. — Да, Гермиона. Минерва шёпотом рассказала Снейпу как она собирается наказать нарушителей, и он согласился.

***

Профессор МакГонагалл подождала, пока тарелки и бокалы не опустеют. Затем началась лекция. Минерва напомнила им, что правила были необходимы для их же безопасности и что их необходимо соблюдать. Что вне зависимости от того, кто всё это придумал (она покосилась на Гарри), все они показали полное отсутствие здравого смысла и избыток изобретательности — два качества, которые вместе более чем опасны. Ещё она сказала им, что они дети, и что они должны полагаться на защиту старшекурсников и преподавателей, находящихся в замке. Она заявила, что префекты их факультетов также несут ответственность за их глупость, и у них будут отработки с ней или с зельеваром, на которых будут обсуждены причины, почему их назначили префектами, учитывая их авторитет и ответственность за свой факультет.       Следующими пожинали плоды сами охотники на дракона. Пятерке авантюристов в течение недели было назначено время, когда они должны будут идти спать. И каждый раз, когда они лягут спать, их должен будет проверить префект, и если все в порядке, выдать специальный жетон. Через неделю, они будут должны предъявить жетоны своему декану. Если они покажут все 7, наказание будет окончено, если будет не хватать хоть одного — это продлится и на следующую неделю. Установленное время будет 8 часов вечера. В те дни, когда будут уроки Астрономии, проводившиеся ночью, они должны лечь спать через 25 минут после окончания урока. Кроме того, им назначались отработки — две с МакГонагалл и две со Снейпом. В течение этой недели им запрещалось заниматься какой-либо внеучебной деятельностью. В случае с Гарри это значило — никакого квиддича. И каждый должен будет писать строчки, по 100 каждый день. И, наконец, с каждого снималось по 10 баллов, 40 с Гриффиндора и 10 со Слизерина. Снейп не сказал ни слова. — Идемте в мой кабинет, я расскажу, что именно вам писать, а также покажу вам жетоны. Отработку получите в течение следующих двух недель. — МакГонагалл по очереди взглянула на каждого. — Мистер Малфой, вы можете пойти с профессором Снейпом. Мистер Поттер…- Она посмотрела на Снейпа. — Гарри, ты пойдешь со своим деканом, я буду ждать тебя дома через 25 минут. — Да, папа.

***

Гарри вошел в жилище отца. В коридорах было слишком оживлённо, чтобы ждать, пока он откроет дверь. — Пап, ты здесь? — Здесь, Гарри, в твоей комнате. — Гарри пошёл туда, откуда раздался голос, удивляясь, что отец там делает? Он надеялся, что у него не будут в наказание отбирать игрушки. Северус устанавливал зеркало. Оно было в деревянной раме, высотой с самого Снейпа. — Что ты делаешь? Мне не нужно зеркало, чтобы одеться. — Оно не для этого, хотя, оно может помочь тебе одеваться аккуратнее. — Для чего оно? — Подожди минутку, и я всё объясню. — Северус сделал шаг назад и проверил, как оно стоит. Прочные деревянные ножки надёжно держали зеркало на месте. — У меня самые длинные строчки, и МакГонагалл требует 100 каждый день, включая сегодня! — Это поможет попрактиковаться в каллиграфии.- Ну конечно, отец совсем не собирается ему сочувствовать. — Там…- Снейп встал рядом с Гарри. Их фигуры отражались в зеркале. — Теперь, сын, встань перед зеркалом и скажи мне, что ты видишь. — Это волшебное зеркало? Как Еиналеж? — Смотри. Гарри приблизился к зеркалу. Он видел только свое отражение с испачканной мордашкой. Наверное, сегодня он побил рекорд по плачу. Он попытался разглядеть, есть ли кто-нибудь сзади него, но ничего не увидел. — Я должен что-то сказать? — Просто скажи мне, что ты видишь? — Ничего, там только я. — Разве этого недостаточно? — Достаточно? Это просто я отражаюсь в зеркале. — Да, и что ты видишь? Опиши это мне. — Снейп взял стул и сел рядом с Гарри. — Ну, у меня черные волосы… — Очень непослушные. — Добавил Снейп. Гарри покосился на него и продолжил: — И зеленые глаза. И очки. У меня прямой нос и тонкий рот. Мое лицо немного грязное, я думаю, мне надо умыться. Я худой. На мне школьная форма и мантия. Это то, что я должен увидеть? — Это ты. Мой сын. Можешь мне сказать, послушный ли мальчик в зеркале? — Послушный? — Да. Может быть он ответственный или вежливый, если у него хорошие оценки, ложится он спать вовремя? — Это невозможно увидеть в зеркале. — В чём подвох? — Я знаю. — Снейп улыбнулся. Гарри был в замешательстве. — Там только я. Это обычное зеркало. — Это замечательное зеркало Гарри, потому что оно показывает мальчика, которого я люблю. И оно не может сказать мне, послушен мой сын или упрямится. Но это не имеет значения, потому что я люблю тебя, такого, какой ты есть. Хорошего и плохого. Потому что это ты. Как и твое отражение. — Ты. Любишь. Меня. Таким. Как. Я. Есть. — Гарри пытался осмыслить его слова и плакал. Снова! — Сынок, я бы не хотел, чтобы твои волосы изменились. — Ты все равно любишь меня, даже если я не послушался тебя и убежал после отбоя? — Гарри обнял отца, не в силах больше говорить. Поэтому, Северус продолжил вместо него: — И отправился за драконом посреди ночи. Мне может не нравиться то, что ты делаешь, но ничто не заставит меня перестать любить. Я твой отец, для этого и нужны отцы. И я больше не хочу ничего слышать о том, что бы прекратить быть отцом и сыном, тебе ясно? — Да, папа. — Гарри почувствовал вокруг себя запах зелий, пропитавших отцовскую мантию. Какое-то время они сидели обнявшись. В их глазах блестели слезы. Через несколько минут Гарри спросил: — Пап, ты собираешься добавить к наказанию профессора МакГонагалл? — Да, сын, я хочу, чтобы ты вспоминал, когда снова полезешь в неприятности. Но я думаю, что у тебя и так достаточно запретов и ограничений, поэтому я тебя отшлепаю. Что скажешь? — Ты уже шлепал меня утром. — Это было чтобы привлечь твое внимание.- Снейп гладил Гарри по спине.- Покончим с этим сейчас? Гарри хотел, чтобы все поскорее закончилось. — Да, сэр. — Гарри не ожидал удара по левой ягодице. Снейп должен был подождать, когда он будет готов! — Ой! — Не называй меня, «сэр». — Папа! — Гарри надулся, когда его положили на колени Снейпа. Северус отмерил ему шесть звучных шлепков. Затем поставил его на ноги и снова подхватил на руки. Гарри был рад, что ему не добавили писать эссе или строчки, и он чувствовал, что этот вопрос для его отца закрыт. Он плакал в его объятиях, освобождаясь от своих страхов. У него появилось новое зеркало для напоминания. Зуд от шлепков быстро утих. Через несколько минут отец сказал:  — Иди умойся, мы пообедаем, а потом сходим в Хогсмид. Я знаю одного мальчика, которому нужно мороженое, прежде чем он начнет писать свои строчки.