Глава 3
13 декабря 2016 г., 00:48
— Мама! — крикнул Генри.
Реджина оторвалась от расчесывания коня, чтобы глянуть, как сын мчится через двор к конюшне.
— Мама, смотри! — мальчик перепрыгнул через кучу сена и остановился перед матерью.
Он улыбнулся, сжимая что-то в руке.
Реджина замерла на месте, заметив, как Дэниел наблюдает за ними из соседнего стойла. Генри нахмурился, когда обратил на него внимание. Он был против присутствия мужчины, и хоть он не говорил об этом, Миллс прекрасно понимала, что мальчик винил именно его в том, что Эмма ушла.
— Что это, Генри? — спросила брюнетка, вытягивая вперед кисть.
Мальчик протянул деревянного кролика, когда женщина опустилась рядом на колени, чтобы быть с ним на одном уровне. Она взяла игрушку из его рук и повертела, осторожно осматривая.
— Очень красивый. Откуда ты его взял?
— Эмма прислала его мне, — улыбнулся ребенок.
Реджина оторвала пораженный взгляд от игрушки.
— Эмма? — она ощутила, как сердце забилось с новой силой.
— Да. Извини. Я подумал, ты бы захотела увидеть кролика… Это же значит, что с Эммой все в порядке, и она думает о нас.
Миллс быстро моргнула несколько раз и вернула игрушку сыну. Она положила ее в ладонь мальчика и свернула его пальчики вокруг нее, прежде чем убрать свою руку.
— Ты прав. Она прислала письмо?
— Нет, — ответила ребенок, нахмурившись. — Я думаю, она просто хотела дать нам знать, что с ней все хорошо. Наверное, она пока не готова вернуться.
Будет ли она готова когда-нибудь вообще? Недели тянулись, а Реджина стала осознавать, что до Сторибрука, блондинка кочевала с места на место, сбегая от проблем. Она думала, что все изменилось, но, возможно, Эмма сбежала и от них. А надежда на то, что Свон вернется, таяла с каждым днем.
Должно быть, мысли королевы отразились на ее лице, потому что Дэниел вышел из стойла и присел рядом с ней, положив руку на плечо.
— Она вернется, Реджина. Я уверен.
Несмотря на все трудности, которые преобладали в их отношениях, Дэниел оказался на удивление понятливым человеком, когда дело касалось желания Миллс, которое заключалось в возвращении Эммы. Женщина подалась к нему, положив голову на плечо, а он обнял ее и поцеловал в макушку. Их действия были такими невинными, буквально источали собой комфорт. Королева даже удивилась легкости этого взаимодействия.
Она заметила, как Генри изучает их; позволила себе еще на один момент задержаться в объятиях конюха, а затем мягко отстранилась и встала.
— Хэй, Генри. Почему бы нам не пойти и найти в твоей комнате место для кролика?
— Хорошо, — ответила мальчик.
Он подождал, пока они приблизятся к замку и будут подальше от Дэниела, и добавил:
— Я думаю, вам с Дэниелом лучше быть друзьями, чем парой.
— Что? — дрогнув, спросила королева.
— Я знаю, ты не думаешь, что я замечаю, но ты и Дэниел… — Генри запнулся на мгновение, сморщившись в поисках нужного слова. — Странные, — он пожал плечами. — Вам действительно неловко, когда вы пытаетесь вести себя, как пара, — мальчик посмотрел на мать снизу вверх. — Но зато между вами нет неловкости, когда вы общаетесь, как друзья.
Реджина изо всех сил старалась сохранить самообладание. Генри был умен, но ему всего одиннадцать лет, и, казалось, что невозможно объяснить такому маленькому ребенку ее смутные чувства и эмоции, чтобы ему было понятно. Да и как он мог понять и почувствовать, что она потратила столько лет, веря, что человек, которого она любила больше всего на свете, был мертв. Человек, за чью смерть она стремилась отомстить. Чтобы потом, вдруг обнаружить, что он был жив все это время?
Она не знала, что делать, поэтому просто промолчала.
***
Прошло еще два месяца, когда Эмма, наконец, поняла, что не в состоянии жить в одиночку. Она нуждалась в людях рядом с собой, в своей семье и друзьях. Она не могла выдержать годы в одиночестве и отношениях максимум на одну ночь, как раньше. Да даже полгода были ей не под силу. Сторибрук разрушил ее. Это была плохая идея, — снова и снова звучало в мыслях Свон. Она вела коня ровным шагом через лес к поляне, пока не увидела деревянный домик. Эмма улыбнулась, когда увидела фигуру с красными волосами и в плаще, выходящую из курятника. Соскочив с лошади, женщина направилась к дому. — Эй, Руби, — окликнула она. Девушка повернулась к шерифу и завизжала от радости, опустив корзину на землю и рванув навстречу спасительнице. Она обняла блондинку за шею, чуть ли не сбивая с ног. — Эй, я знаю, что ты очень соскучилась, — засмеялась Свон. — Мы все так переживали за тебя, — произнесла девушка, от чего бывший шериф ощутила новую волну вины. — Я знаю, что ты отправила Генри кролика несколько недель назад, но это все… — Прости, — сказала Эмма. Руби отстранилась, легонько шлепнув ту по руке. — Мне просто нужно было пространство. Там Дэниел вернулся и, в общем… — Реджина скучает по тебе, — произнесла Руби, бросив на блондинку сочувствующий взгляд. — Она не говорила мне, но Генри проболтался. — У нее есть Дэниел, — покачала головой женщина. — О, Эмма, вам на самом деле нужно поговорить. — Но Дэниел… — Я не знаю всего, но знаю, что каждый раз, когда кто-то упоминает твое имя, по ее взгляду видно, что она скучает. Пожалуйста, просто иди и поговори с ней. Если тебе нужно больше времени, чтобы разобраться во всем, возьми его, а после пойди и поговори. — Я не думаю, что она хочет говорить со мной, Руби. Я имею в виду… — Эмма хотела еще что-то добавить, но Руби бросила на нее строгий взгляд. — Но я тоже очень соскучилась по тебе. Можно мне остаться у вас на недельку? — Оставайся на столько, на сколько нужно, — улыбнулась девушка.***
Стук в дверь спальни оторвал Реджину от чтения книги заклинаний, над которой она сидела уже битый час. Вздохнув, женщина отложила книгу в сторону и отворила дверь, за которой стояла Белоснежка с непроницаемым выражением лица. — Что-то случилось? — спросила брюнетка, придерживая дверь одной рукой. — Руби прислала мне письмо, — женщина протянула бывшему меру кусок пергамента. — И что? — Миллс приподняла брови. — Эмма у нее дома, — сделав вдох и успокоившись, произнесла Снежка. Реджина изо всех сил сжала пальцы на двери, чтобы сдержать маску бесстрастия. — Оу, — ее голос звучал напряженно. Эмма нашлась. Она была уверена, что на двери останутся вмятины от ее пальцев, с такой силой она их сжимала. Взгляд Снежки скользнул на руку бывшего мэра, а затем вернулся к глазам. — Когда я разговаривала с Дэниелом, сказала ему то, что тебе сказал Джеймс. Ты должна сделать выбор. Я все еще не простила тебя, но Эмма моя дочь. По какой-то причине она тебя любит. Так что… — Снежка сунула пергамент Реджине в руку. — Я написала, как добраться к дому Бабушки на обороте письма. Эмма не останется там навсегда, так что, решай в кратчайшие сроки, — на этих словах женщина развернулась и пошла прочь. Миллс повернула письмо на другую сторону и уставилась на запись.***
Дэниел оторвался от расшнуровки своих сапог, когда Реджина вошла к нему в комнату. Она остановилась в дверях, давая себе несколько секунд, чтобы собраться с мыслями, которые были до жути рассеяны. Сделав глубокий вдох, она таки вошла в комнату полностью, прикрывая за собой дверь. — Хэй, я смотрю, кому-то нужно поговорить? — мужчина похлопал по месту на кровати рядом с собой. — Почему бы тебе не присесть? Миллс села рядом. — О чем ты думаешь? — спросил конюх. — Эмма, — ответила брюнетка, боясь встретиться с мужчиной взглядом. — Ты хочешь пойти к ней, — сказал Дэниел. Он не казался расстроенным или злым. Королева подняла глаза, чтобы встретиться с его взглядом и увидеть грустную улыбку. — Это нормально, Реджина. Я много думал, и ты… Ты должна отыскать Эмму. — А что на счет тебя? — глаза бывшего мэра расширились. — Я буду в порядке, — ответил конюх. Он положил свою руку поверх руки Миллс, которая лежала на ее колене. — Мы пытались все наладить, пытались наверстать упущенное, но нам это не подвластно, — продолжил мужчина, сделав глубокий вдох. — Прошло слишком много времени, за которое слишком многое случилось, — он сжал руку женщины. — Я люблю тебя, Реджина. И всегда буду. Просто теперь это другая любовь. Миллс улыбнулась, а по ее щекам скатилось несколько слезинок, которые Дэниел осторожно смахнул своими пальцами. — Я тоже люблю тебя, Дэниел. Он наклонился и поцеловал брюнетку в лоб, а затем встал и потянул женщину на ноги. — А теперь иди и найди свою принцессу.***
Несколько дней спустя, когда Эмма открыла входную дверь Бабушкиного дома, на пороге стояла Реджина с таким выражением лица, словно забыла, как женщина выглядит. Именно тогда Свон решила, что Руби пора прибить. Оборотень она или нет, но бывший шериф обязательно убьет ее, когда они с Бабушкой вернутся из города. — Что ты здесь делаешь? — спасительница придерживала дверь, готовясь в любой момент захлопнуть ее. — Я пришла поговорить с тобой, — ответила Миллс, пробежавшись взглядом по телу Эммы снизу-вверх и, наконец, встретившись с ней глазами. — Тебя не было несколько месяцев. — Всего три, — пожала плечами блондинка. — Ты бы удивилась, если бы узнала, на сколько я могла исчезать до того, как попала в Сторибрук. Я не планирую оставаться здесь надолго. На прекрасном лице королевы отразились нотки паники. А это интересно, — подумала про себя Свон. — О чем ты хотела поговорить? — Я никогда не хотела, чтобы ты думала, будто я не люблю тебя, — надломившимся голосом произнесла Реджина. — Пожалуйста, вернись. Сердце Эммы колотилось, словно бешенное, а сама женщина напряглась. — Ты назвала меня своим другом. — Дэниел только проснулся после двадцати лет зачарованного сна. Я думала, что он умер! — голос Миллс сорвался. — Он был дезориентирован и смущен, и последнее, что помнил — чем мы занимались, — слезы сорвались из-под ресниц королевы. У Свон сжалось сердце. — Я не знала, что делать, — похоже, отчаяние перевесило гнев брюнетки, и она потянулась к спасительнице, которая отшатнулась от нее, словно от огня. — Пожалуйста. — Ты любишь его, — шериф скрестила руки на груди. — Ты счастлива, когда он рядом. И то, как ты смотришь на него… Ты никогда не смотрела так на меня. — Ты права, я до сих пор люблю его, — кивнула Реджина, и Эмма ощутила, как неумолимо защипало глаза. — Но поняла, что мы больше не влюблены друг в друга. Слишком много времени прошло с той ночи. Дэниел по-прежнему тот человек, в которого я влюбилась, однако я уже не та, которую он полюбил. Мы не можем закрыть на это глаза. Эмма отвернулась. Просто потому, что Реджина и Дэниел не могут закрыть на что-то глаза, не значит, что она готова быть заменой. — Я никогда не хотела, чтобы ты уходила, — повторила Миллс. Свон почувствовала, как рука женщины накрывает ее собственную. — Я поехала за тобой в тот же день. Они сказали мне, что ты ушла, а я пыталась остановить тебя. Мне так жаль, Эмма. Шериф сморгнула слезы. Она не хотела, чтобы королева видела ее слабость. Но Реджина сама сделала еще один шаг вперед и положила ладонь на щеку блондинки, пальцем поднимая ее подбородок, чтобы встретиться с ней взглядом. — У нас с Дэниелом всегда будет особая связь. Мы по-прежнему друзья, и он будет отличным образцом для подражания для Генри. Но я выбираю тебя, Эмма. Свон всмотрелась в глаза бывшего мэра, внимательно изучая ее на предмет лжи. А потом подалась вперед и поцеловала Реджину в губы, прижимая к стене. Руки вцепились в бедра женщины, а затем скользнули вниз, замирая на ее заднице. — Я люблю тебя, — выдохнула между поцелуями брюнетка. — Я тоже тебя люблю, — Эмма просунула руку в штаны королевы, испуская тихий вздох, коснувшись голой кожи. Она сжала задницу Миллс и та одобрительно застонала в ответ. — Как думаешь, Бабушке сильно не понравится, если мы займемся сексом прямо у входной двери ее дома? — Все возможно, — хихикнула Реджина. — У тебя есть своя комната? — Да, — Свон прикусила мочку уха брюнетки и зарычала. — Отведи меня в нее, — застонала женщина.***
Реджина положила голову на грудь Эммы, испустив удовлетворенный вздох, когда блондинка принялась поглаживать ее кожу кончиками пальцев. Она запечатлела поцелуй на груди шерифа, поддавшись какому-то душевному порыву, и прижалась ближе. — Я скучала по тебе, — прошептала королева, уже возненавидев себя за то, что голос дрогнул. — Прости, — ответила Свон. — Я должна была уехать. Реджина не смогла найти слов, чтобы отрицать это, поэтому просто оставила еще один поцелуй против обнаженной кожи женщины. — Но ты, разумеется, возвращаешься со мной, — это было прямым заявлением, но голос королевы вновь дрогнул, обозначив маленький намек на вопрос. — Конечно, — губы Эммы прижались ко лбу бывшего мэра. Женщина вздохнула с облегчением. Несколько минут они просто обнимались в полной тишине. — Дэниел решил остаться в замке? — вдруг спросила спасительница. Реджина напряглась, боясь, что Свон изменит свое решение. — Да. Он работает на конюшне, — она услышала, как блондинка издала одобрительный гул. — Это не станет проблемой, Эмма. Он знает, что я чувствую к тебе. Мы говорили на эту тему. — Хорошо, — кивнула женщина. — Я верю тебе.***
Во дворе замка сразу же засуетились, когда Эмма и Реджина вернулись домой. Джеймс стоял у ворот с улыбкой на лице. Свон нахмурилась, увидев Дэниела, стоящего рядом с ее отцом. Взгляд конюха был полон нервозности и надежды. — Я рад, что ты нашла свою истинную любовь во время путешествий, — ухмыльнулся Джеймс. Эмма одарила его улыбкой, соскочила со своего коня и остановилась напротив Дэниела, который нервно наблюдал за каждым ее действием. Позади них раздался короткий шум — Миллс тоже слезла с коня. — Я рад видеть, что вы вернулись, принцесса Эмма, — сказал конюх. — Рад, что Реджина смогла отыскать вас. Он искренне радовался за брюнетку, и Эмма ощутила, как враждебность по отношению к этому парню отпускает ее. — Я тоже, — улыбнулась она. — Спасибо, Дэниел. И вы можете называть меня просто Эммой. Конечно, должно пройти какое-то время, прежде чем бывший шериф сможет доверять ему и не беспокоиться, что присутствие этого человека не поставит под угрозу их с королевой отношения, но она попытается изо всех сил. Особенно, обуздать свою ревность. Он важен для Реджины, а Свон очень не хочет, чтобы женщина теряла кого-то, кого любит. Рука брюнетки легла в Эммину. Спасительница заметила, как Миллс обменялась улыбкой с конюхом, прежде чем тот увел лошадей на конюшню. Она ревностно прижала женщину к себе. — Он хороший друг, — сказала блондинка, ощущая, как исчезает напряжение Реджины. — Я рада, что он твой друг, — и она действительно была рада, не смотря на все свои сомнения. — Спасибо. — Я люблю тебя, Реджина, — повернувшись к брюнетке лицом и осторожно сжав ее руку, произнесла Эмма. И тогда, женщина подалась вперед, целуя Свон так, что улыбка расползалась на губах.
