Глава 2
9 декабря 2016 г., 15:40
Реджина вернулась в замок в оцепенении и с единственной целью — найти Дэниела. Да, Эмма ушла, но будь королева проклята, если позволит себе снова потерять мужчину. Она поспешила в медицинское крыло, куда недавно отвели конюха.
Дверь была открыта с помощью магии от короткого взмаха руки, прежде чем Миллс даже успела достигнуть ее. Ни на секунду не замедлившись, брюнетка прошла в дверной проем и направилась к дальней кровати, где расположился Дэниел с тревожно парящей над ним Белоснежкой. Рядом стоял Джеймс, перебрасываясь с мужчиной фразами.
— Ты догнала ее? — спросил принц, когда королева приблизилась.
— Нет, — жестко ответила Миллс.
Конюх с удивлением взглянул на женщину. На мгновение ему показалось, будто перед ним стоит незнакомка. Реджина замедлилась и улыбнулась ему, мужчина улыбнулся в ответ, заметно расслабляясь.
— Как ты себя чувствуешь?
— Дезориентирован, — конюх тяжело сглотнул. — До сих пор пытаюсь понять, что происходит.
— Я тоже, — брюнетка положила ладонь на щеку мужчины. — Я видела, как моя мать стерла твое сердце в пыль, — сморгнув слезы, прохрипела она.
Соленые слезы все равно скатились по смуглым щекам, когда она наклонилась вперед и поцеловала мужчину в лоб.
— Я скучала по тебе, — сглотнув комок в горле, прошептала королева.
— Я… — запнулся конюх. — Они мне ничего не рассказывают, — его глаза пробежались по Белоснежке и Джеймсу. — Я хочу знать, что произошло, пока я… спал…
— Я понимаю, что ты в шоке, дорогой, но сейчас тебе нужно хорошенько отдохнуть, — взяв руки мужчины в свои, успокоила Реджина.
— Почему никто ничего не рассказывает? — затравленно спросил Дэниел. — Все так сильно изменилось, и я… — Миллс могла видеть панику в его глазах.
— Многое произошло, — женщина чувствовала, как в уголках глаз снова собираются слезы, но все равно взяла мужчину за подбородок, приподнимая и заставляя взглянуть на нее. — Я делала то, чем не горжусь. Пожалуйста, давай поговорим об этом позже, а сейчас тебе нужно отдохнуть…
— Хорошо, — Дэниел сжал ее руку.
Реджина подалась вперед и нежно поцеловала его. Мужчина со всей готовностью принял поцелуй, нежно отвечая, но что-то было не так — он не чувствовал прежнего трепета. Раньше их поцелуи дарили легкость и улыбку, заставляя сердце биться быстрее. Королева тоже ничего не ощутила. Никакой улыбки, никакого бешеного сердцебиения. Отстранившись, она заметила ошеломленное выражение лица некогда возлюбленного и поняла, что он ощутил то же, что и она — ничего.
— Все будет хорошо, — пригладив волосы конюха и прижавшись губами к его лбу, произнесла брюнетка.
***
Дэниел смотрел в пол, взгляд его был пустым, а вздохи — глубокими. Они остались одни в медицинском крыле. После дня расспросов, Реджина, наконец, сломалась и рассказала ему обо всем, что происходило, пока он спал. Конечно, повествование прерывалось волной вопросов или некоторых возражений, но он стойко выслушал истории об убийствах и усыновлении Генри. — Могу ли я встретиться с ним? — напряженно спросил конюх. — Да, — ответила Миллс. Больше он не задавал никаких вопросов, просто внимательно слушал, а женщина так много рассказывала, что ее голос охрип. — Ты была в отношениях с принцессой Эммой, — внезапно подняв голову, сказал мужчина. — Как это сказывается на нас? — Реджина буквально видела, как крутятся шестеренки в его голове. — Никак, — накрыв руку Дэниела своей, ответила королева. — Это никак не влияет на нас. Ты моя истинная любовь, — заверила женщина, вспоминая их поцелуй, что состоялся днем ранее. Она могла бы даже поклясться, что конюх думал о нем же, когда соскользнул с кровати и стал на ноги. — Мне нужно прогуляться и подумать, — мужчина подошел к двери. Реджина не двигалась, однако он сам замер, внезапно разворачиваясь и возвращаясь к ней. Прежде чем она даже успела среагировать и спросить, что случилось, Дэниел подался вперед и поцеловал ее. Миллс ответила на поцелуй мягко и нежно, но этот поцелуй, как и предыдущий, не вызвал никаких эмоций. — Я все еще люблю тебя. Мне просто нужно немного времени. — Я понимаю, — поцеловав его ладонь, кивнула брюнетка.***
Верная своему слову, Эмма носила отцовский меч с собой повсюду. Гонец, которому она давала указания, уже пятый раз опускал взгляд на оружие. Видимо, носить при себе мечи на рынках не обыденное явление. — Эй, ты, — рыкнула Свон. — Ты вообще слушаешь, что я говорю? — Да, конечно, мэм, — глаза мужчины тут же испуганно поднялись вверх. — Вы хотите, чтобы я отвез это, — он развернул кусок ткани, придерживая деревянного кролика, вырезанного и обтесанного до совершенства, — во дворец? — он приподнял бровь. — Да, — сказала Свон. — Это для принца Генри. Он поймет, от кого. — Я не уверен, что мне позволят… — Если везти анонимный подарок принцу тебе страшно, то скажи королю с королевой, что тебе дала это надоедливая блондинка, — спасительница усмехнулась. — Они поймут, кто я. Мужчина все еще мялся. Эмма закатила глаза и вынула из кармана несколько золотых монет. — Может быть, это станет решающим аргументом? Взгляд гонца при взгляде на монеты возбужденно заблестел. — Мы договорились? — уточнила Свон. — Да, мэм, конечно, — закивал мужчина, пряча монеты и направляясь прочь. Эмма вздохнула, падая на лавку. Рынки точно не для нее. Она кинула взгляд на лотки со всякими деревянными игрушками. Они явно не могли конкурировать по количеству с лотками, где продавалась одежда и различные инструменты. Действительно, ведь только богатые люди могли позволить себе тратить деньги на безделушки. Деньги не беспокоили бывшего шерифа, у нее был целый мешочек монет, спрятанный в сумку и тщательно завернутый в несколько рубашек, чтобы золото не звенело. И не смотря на присутствие денег, желания ходить по рынку не было. Скучно. Нужно было чем-то заняться, отправиться куда-то. И желательно выдвинуться не позднее завтра. Сегодня она слишком близка к замку. Ближе, чем была весь этот месяц. Зато был большой плюс. Гонцу не понадобится слишком много времени, чтобы передать подарок Генри. Естественно, Снежка и Джеймс захотят узнать, где она. Возможно, даже попытаются разыскаться. Но Эмма еще не готова вернуться. А подарок сыну женщина отправила для того, чтобы они знали, что она в порядке. Эмма сделала глубокий вдох и медленный выдох. По крайней мере, я многое повидала, — подумала она. Однако эти мысли не сильно успокоили Свон.***
Реджина смотрела в открытое окно, что выходило на внутренний двор замка. Ветер шелестом пролетал по шелку ее платья и ласкал кожу — приятный прохладный контраст на фоне палящего солнца. Опустив взгляд ниже, женщина заметила Дэниела, который седлал лошадь Снежки, собираясь с ней на выгул. Миллс улыбнулась — видеть мужчину живым и здоровым приносило радость. Однако спустя пару мгновений, улыбка на прекрасном лице погасла, когда она обратила внимание на еще трех слуг, которые седлали коней, принадлежащих Джеймсу, Генри и ей. Единственный конь, которого не хватало, был Эмминым. — Ты скучаешь по ней? Королева обернулась на голос Джеймса, моментально возвращая своему лицу маску безразличия. Маску, которую Дэниел ненавидел больше всего. Брюнетка изо всех сил старалась быть с ним максимально открытой, но это было слишком сложно. Особенно, когда рядом появлялся еще кто-то. Джеймс остановился в футе от Реджины, выглянув в окно. — О, — улыбнулся он. — Я вижу, Снежка собирается поговорить с Дэниелом. Миллс повернулась к окну, чуть наклонившись, и заметила фигуру Белоснежки, идущей к центру двора, где конюх проверял крепление седла. — Похоже на то, — она попыталась скрыть инстинкт самозащиты, внезапно вспыхнувший внутри. — Ничего не случится, ты же знаешь, — мягко произнес король. — Снежка умрет, нежели причинит тебе боль снова. — Я уверена, так и будет, — приподняв бровь, кивнула Реджина. — Она хотела… — начал Джеймс. — Ох, она все еще злится на тебя, как и я, разумеется, но она считает, что и ты, и Дэниел достаточно страдали, чтобы причинять вам новую боль. Она просто хочет двигаться дальше. Королева смотрела, как конюх смеется над словами Снежки. Он передал поводья женщине в руки, а сам взял лошадь Реджины. — Они собираются прокатиться? — Снежка считает, что им есть о чем поговорить, — прислонившись к стене, произнес Джеймс. — Мы оба так считаем. Есть определенные вещи, которые нам нужно обсудить с вами двумя. — Да? — Да, — кивнул мужчина, сделав паузу. — Ты скучаешь по Эмме? И, пожалуйста, будь со мной честна. — Да, — спокойно ответила Миллс. — Ты все еще любишь ее? — Да, — снова произнесла королева, прежде чем добавить: — Но не так сильно, как люблю Дэниела. — Вы оба очень изменились с того момента, как он в последний раз видел тебя, — сказал Джеймс. — Я знаю. — Со стороны кажется, что между вами много напряженностей. Я вижу, что он способен приносить счастье, но мне хотелось бы быть уверенным, на самом ли деле он твоя истинная любовь, — мужчина приподнял руку, когда Реджина хотела заговорить. — Я не говорю, что он никогда не был этой любовью, но ты уже не тот человек, которым была, как сказала мне Снежка. Он больше не может быть твоей истинной любовью. Реджина сжала челюсти, нахмурившись. Во дворе Снежка с Дэниелом оседлали своих коней и направились сквозь ворота к мосту. Миллс понимала, что может доверять конюху, ведь он не оставил ее, не смотря на то, что она натворила. Да и она была ласкова с ним, как никогда и ни с кем со дня его «смерти». Однако более интимные прикосновения, которые обычно разделяют двое влюбленных, были недопустимы в силу своей неловкости, которую оба очень сильно ощущали. Несмотря на все подозрения, которые закрадывались в голову, Реджина отказывалась сдаваться. Она свято верила — им просто нужно время. Спустя несколько минут неловкой тишины, Джеймс коротко вздохнул и отошел от стены. — Я не хотел тебя обидеть, Реджина, — он положил руку на ее плечо и легонько сжал. — Я согласен со Снежкой. Былое нужно оставлять забытым. Ради нас всех, ради Эммы и ради Генри. Пожалуйста, не ныряй с головой в прошлое, потому что тогда ты не видишь настоящее, — мужчина отошел на шаг. — Тем не менее, если ты уверена, я желаю вам с Дэниелом счастья. — Спасибо, — прошептала Миллс. Она знала, что король ждет от нее большего, что хочет, дабы она сказала что-то еще, но женщина смотрела далеко за ворота замка, туда, где исчезли Дэниел и Снежка. Спустя пару мгновений Джеймс ушел, а брюнетка осталась на месте, позволяя себе вновь задуматься над тем, чего боялась.***
Эмма победно улыбнулась, когда огонь стал потрескивать и освещать местность. Температура на дворе ощутимо упала и Свон натянула на себя шубу, чтобы согреться. Женщина решила не ограничиваться крышей над головой и устраивать кемпинг в лесах, что не сильно отличалось от жизни в ее старенькой машинке. Она вздохнула. Часть ее хотела спать в постоялых дворах, в то время как вторая — бунтовала против этого. Пребывание в мотелях — это, в первую очередь, слухи, которые могли бы привести к ней родителей. Она скучает по ним, но вернуться все еще не готова. Свон вообще надеялась, что время сможет помочь, но пока все было безрезультатно. Единственная проблема заключалась в том, что женщина скучала по близким людям — Генри, Снежке и Джеймсу. Больше всего она скучала по Реджине. Ей хотелось знать, как она там живет. И, разумеется, разум решил помочь с исполнением этой мечты, подогнав картинку, где брюнетка счастливо улыбается Дэниелу, а потом они целуются. Эмма зажмурилась. Она вспомнила последний раз, когда они с Реджиной занимались любовью, как та вздыхала и стонала, как ее тело выгибалось под ласками спасительницы в надежде прижаться ближе. Свон вспомнила, как брюнетка содрогалась в экстазе, а потом расслабленно погрузилась в сон. И нежность, которую бывший шериф испытывала в этот момент, тоже вспоминалась. А потом картинка снова сменилась. На этот раз, в простынях Реджина запуталась вместе с Дэниелом. Глаза Эммы широко распахнулись, а слезы угрожали скатиться по щекам. Она вытирала их с остервенением, подбрасывая дров в костер и пытаясь отогнать навязчивые мысли. Искры подпрыгивали в воздух, освещая поляну, на которой она разместилась. А Свон отрешенно смотрела на крохотные, разлетающиеся угольки, что медленно тлели, отделенные от своего родителя — костра.
