"Крыша"

Пока я старался ликвидировать последствия своего позора, то бишь, вовсю носился с тряпкой по кухне по одной единственной траектории: от плиты к мусорному ведру, к раковине и обратно, мой милый гость уже успел с кем-то душевно потрындеть по телефону. И это в три ночи то? Если бы мне позвонили в подобное время, то утром человека проще было бы смыть тряпочкой со стенки, нежели привести его в исходное состояние. Как бы то ни было, но через пару минут Кир свободной медленной поступью зашёл на кухню, держа руки в карманах своих джинсов. Оценив масштабы проделанной мной работы, он хитро ухмыльнулся, а после чего осведомился: - Где я могу взять всё необходимое для пирога? - Кухня в твоём полном распоряжении – хозяйничай, – милостиво разрешил я. На что Кир скорчил рожу, типа «хозяин дал Добби носок», а потом, со словами: «Жду тебя через час», – выставил меня за дверь. На протяжении всего часа я не знал чем себя занять, успел посмотреть телевизор, полистать какой- то журнал, на гитаре побренчать. Короче, сделал всё, лишь бы развлечь себя. Вскоре до моего носа стал доноситься прелестный запах выпечки, что не хило так подняло мне настроение и разбудило, спавший до этого, аппетит. Вдруг резко захотелось узнать, что творит этот бесёнок, там, за закрытой дверью, в полном одиночестве. Я аккуратно приоткрыл дверь, оставляя лишь небольшую щёлочку, чтобы туда влез только мой нос. Но улавливать лишь сладкий и манящий запах пирога было недостаточно для моего любопытства, поэтому я решил открыть дверь пошире и просунуть туда всю голову. Зря я так сделал, ох, зря, ибо, как только я высунулся посмотреть, что здесь происходит меня резко, но легонько огрели ложкой по лбу. - Уууууй, ты чего дерёшься? – взвыл я. - Ты слишком рано, научить тебя часами пользоваться или кукушку подарить? Сказано же тебе было, через час. - Дятла себе персонального купи, чтобы в голову точно так же стучал, – обиделся я. – Может мне просто интересно, что у тебя здесь происходит. - У любопытного Макса нос откусила хромая такса, – отшутился Кир, спрыгивая с высокого табурета, примостившегося около двери. – Ладно, я всё равно подозревал, что ты не утерпишь, всё готово, садись за стол. Я сел. Перед моими глазами оказалось здоровенное блюдо, спрашивается, где он его откопал, ибо я не помню его в списке моей кухонной утвари. И вот на этом самом блюде красовалось шоколадно-яблочное нечто. Подобное вижу в первый раз в своей жизни, хотя десертов на своём веку перепробовал немало. По крайней мере, выглядело оно странно. В голову тут же закралась совершенно бредовая идея, а не хотят ли меня отравить подобным образом? Но потом я вспомнил, что это всё-таки Кир и он, вроде как, не собирался калечить мой организм. Пока я размышлял о насущном, перед моим носом уже успела материализоваться кружка горячего зелёного чая (и снова удивил, ибо я его уже неделю по шкафам искал) и добротный такой кусок пирога. - Ешь! Повторять дважды для меня бессмысленно, голод, как говорится, не тётка. В моём случае он дядька, усатый и пузатый дядька, который требует пищи. Поэтому я сходу, не раздумывая, засунул себе в рот добрую половину куска. С минуту я просто жевал и офигевал, а вот потом меня накрыло и с дикими воплями типа: «Как ты это сделал?», я стал приставать к Пожарскому. В тот момент я понял, что накрыло на этой кухне не только меня. У Кира началась истерика. Он ржал, дико ржал, колотя ладонями по столешнице и вытирая выступившие слёзы руками. Его смех был такой громкий, что я начал уже бояться за психику, спящих сейчас за стенкой соседей. Когда всё же он перестал ухахатываться и мог адекватно воспринимать реальность, то смог лишь вымолвить, что у меня была самая неожиданная и смешная реакция из всех, что у него когда-либо была. - Это всего лишь яблочный пирог, покрытый мороженым и залитый шоколадом. Поверь, ничего сверхъестественного, – уже полностью успокоился он. - А жаль, реально вкусно же, – пробормотал я, поднося ко рту чашку и делая глоток. – Ммм, ты тоже кушай, давай. - Хах, нет, я сыт, а пирог только тебе и готовил, так что не в этот раз. Да и вообще, мне уже пора, завтра рано вставать. - Оставайся, ночь уже, нет смысла идти. - Ничего, не маленький. С этими словами Кир развернулся и лёгкой походкой пошёл в зал одеваться. Через пару минут он вернулся на кухню. - Ну, я пошёл, запри за мной, а то стырят тебя ещё посреди ночи, где мне потом нового босса себе искать? « А если стырят тебя, то, что потом буду делать я?» – эхом отдалось в моей голове, но рот не издал ни звука. На губах Пожарского играла лёгкая улыбка, лишь глаза вновь наполнились той печалью, с которой он пришёл сегодня ко мне. Теперь они были тёмно-зелёные, а золотые искорки, которые так мне нравятся, скрылись за тенью грусти и тоски. Кир медленно подошёл ко мне и, заглянув в глаза, крепко обнял. Удивительно, откуда в таком маленьком теле столько силы. Мы стояли так минут пять, ощущая тепло друг друга, вдыхая аромат чужого тела вперемешку с ароматом свежеиспечённого пирога, носившегося по квартире. Не знаю, о чём он думал в тот момент, но я явственно ощущал, ещё до конца не осознанные им, сигналы о помощи, которые источало само его существо. Оно подсознательно требовало защиты. В тот момент я готов был дать ему всё, стоит лишь попросить. Но он не попросил, он просто, молча, стоял и обнимал меня. А потом вдруг резко отстранился и, ни слова не сказав, подхватил свою сумку и вышел за дверь. А я так и остался сидеть на кухне, вдыхать аромат его кулинарного шедевра и всё ещё ощущать на руках тепло его тела, которое только что прижималось ко мне. Которое вышло за дверь, оставив меня наедине со своими запутанными мыслями, непонятными чувствами и свихнувшимся сознанием.