"Крыша"

Кир Сказать, что я очень удивился, увидев Макса, значит тупо промолчать в тряпочку. Но хвала небесам, шок длился совсем недолго и через пару секунд я ляпнул: - Что ты здесь делаешь? На мой несуразный и совершенно глупый вопрос Макс лишь широко улыбнулся и, отхлебнув из бокала, вперил взгляд в небо. Затем он глубоко вздохнул, и всё так же, не отрывая взгляда от блестящих звёзд, произнёс: - Отдыхаю, - и улыбка вновь заиграла на его губах, - а ты откуда здесь? Почему не на работе? - Дима вышел, - признался я, пытаясь очистить свою майку от последствий моего провала. – Он сказал, что у меня сегодня выходной. - Ааааа… Ну, да. Димка любит творить в одиночестве. А потом повисла тишина, такая глубокая и обволакивающая, что ли. Так мы просидели около десяти минут, каждый погружённый в свои мысли. Не знаю, о чём там думал мой босс, но мысли в моей голове на данный момент имели вид кашицеобразной массы. А Макс всё так же сидел, развалившись на шезлонге, пялясь в небо и потягивая вино из хрустального бокала. Его пальцы так небрежно держали его, что, казалось, будто он сейчас выскользнет из рук и прольёт рубиновую жидкость на бледную кожу своего обладателя. Однако этого так и не произошло, а Макс всё продолжал улыбаться. Наконец, бросив тщетные попытки отчистить свою майку, я откинулся на свой шезлонг и, потихонечку, стал цедить свой пакет с соком. - Как твоё самочувствие после вчерашнего? – полюбопытствовал вдруг Макс. - Отошёл слегка. - С чего вдруг решил набраться? - Да так… Девушка бросила, - тихий вздох сорвался с моих губ, - не сдержался, наверное. - Кир, это не повод, - он осуждающе нахмурил брови. - Да я в курсе. Просто всё как-то неожиданно было, спонтанно, что ли. Вот, ну, что ей стоило просто прийти и поговорить по душам? Рассказала бы мне «что к чему», глядишь, и мне от этого жилось бы проще. А то пришёл, называется, к любимой девушке, а там тебя ждёт этакий шкаф на ножках, да ещё ухмыляется, придурок. - Женщины… - многозначительно выдал Макс, делая очередной глоток. - То-то и оно… - Понять их совсем невозможно, о логике я уж и совсем молчу. - Ага… - Знаешь, хорошо, что ты пришёл сюда, может, хоть развеешься. - Хах, надеюсь, - усмехнулся я. Хотя, на самом деле, мне давно уже было хорошо. Просто замечательно, ибо только один вид Макса, ощущение того, что он сидит рядом, доставляло мне несказанное удовольствие. Его расслабленная поза, свидетельствовала о том, что он реально отдыхает, а улыбка, что порхала на губах, была настолько умиротворённой, что самому хотелось улыбаться. Я разглядывал своего начальника так, будто видел его впервые в жизни. В глаза отчего-то бросились две неприметные родинки, что сидели у него на шее. Они располагались так близко и так удачно, что казалось, будто это укус вампира. Ещё я заметил, что нижняя его губа немного больше верхней. Наверное, забавно смотрится, стоит только надуть губки. А ещё глаза. Огромные шоколадные глаза с мелкими вкраплениями чёрного у края радужки. Интересно, какие они в моменты страсти? Я так был увлечён рассматриванием его лица, что сразу и не заметил, как он смотрит мне прямо в глаза. И нехилое стадо мурашек пронеслось в этот миг по моей спине. - Я сегодня должен буду выступать, - снова заговорил он, продолжая буравить меня взглядом. - Где, - не понял я, всё ещё находясь в оцепенении. - Здесь, - лениво произнёс он, опять откидываясь на шезлонг, - Сергей попросил. - Ты умеешь петь? - удивился я. - Увидим, - ухмыльнулся Макс. И тут он вдруг резко повернулся в мою сторону и так на меня посмотрел, что у меня дыхание спёрло. - Ты ведь придёшь меня послушать? В этот момент я готов был дать ему всё на свете, стоит только попросить. Я никогда не видел столько мольбы в его взгляде, всегда таком твёрдом и решительном. Казалось, он может повелевать армиями, если захочет. Но сейчас он был похож на ребёнка, который отчаянно стремился заслужить похвалу. - Конечно, - только и смог вымолвить я, отчего улыбка вновь озарила его лицо, расползаясь от уха до уха. - Тогда пошли, - Макс лихо встал со своего места и, схватив меня за руку, потащил вниз. Оказавшись в зале, на нас обрушился рёв грохочущей музыки, под которую ещё пытались двигаться те, кто пока был в состоянии находиться в вертикальном положении. Однако весь этот шум не помешал Максу целеустремлённо куда-то тащить меня через весь зал. Он всё так же продолжал сжимать мою руку, увлекая меня за собой вглубь квартиры. Вскоре он достиг своей цели, а точнее, нашёл своего друга и что-то сказал тому на ухо. Естественно, я ничего не слышал, спасибо за это музыке, грохочущей в помещении. В отличие от меня, Серёга услышал, что хотел от него друг, на что дал своё согласие, одобрительно кивнув головой. От этого Макс ещё больше просиял, и, не скрывая своей радости, обнял друга левой рукой, ибо в правой по-прежнему находилась моя. Затем, потащив меня за собой, он направился на первый этаж, где было гораздо тише, ибо некоторые особо старательные гости успели уже знатно набраться и мирно спали кто, где смог. Одним из таких помещений оказалась комната с «философами». Видно, что те так устали от своих диспутов, да ещё на пьяную голову, что просто вырубились. Однако моему начальнику эти коматозные тушки совсем не мешали, поэтому он сразу перешёл к делу: - Кир, помощь нужна… - Эээ, а именно? - Дай мне свой телефон. - Что? – остолбенел я. - Телефон, прошу, - и он вытянул вперёд свою ладонь. Колебался я не долго, поэтому уже через мгновение я выполнил его просьбу. Как только мой начальник получил желаемое, он тут же залез в мой музыкальный проигрыватель, и начал сосредоточенно копаться в музыке. Через мгновение его лицо просияло, и Макс развернул телефон экраном ко мне. - Ты хорошо знаешь текст этой песни? На экране светилось название «Voices» группы Our Last Night. - Наизусть, а что? - Отлично, будешь мне подпевать, - совершенно серьёзным тоном заявил он. - Что? Ты сбрендил? - Ничуть. Я совсем не умею петь один, мне нужен друг на сцене, - всё так же серьёзно вещал Макс, хотя внутри он готов был расхохотаться. - Бля, - растерялся я, - я же совсем не готов! - Тут не надо готовиться, будешь просто подпевать. - Легко сказать. - Ну, хочешь я тебе для уверенности гитару в руки дам, м? Тут я задумался. Ещё раз поиграть на гитаре - вещь офигительно заманчивая, из расклада, что свою я оставил у предков, и у меня уже началось некое подобие ломки. Но, блин, выступать на сцене, пусть и на подпевках, это совсем другое дело. - Тем более и песню ты знаешь, - продолжал умасливать меня начальник. – Пожалуйста. Чёрт, вот снова этот просящий детский взгляд, в точности как был на крыше. Кот из «Шрэка» съел бы свои сапоги от зависти. - Ладно, уговорил. - Вот и ладушки, - обрадовался Макс. – Тогда я сначала спою парочку песен, а на третьей выйдешь ты и мы споём вместе. Он взял мои руки в свои изящные ладони и легонько сжал, заставляя взглянуть ему в лицо, на котором играла самая милая улыбка, от которой и самому захотелось воссиять во все свои тридцать два отбеленных(хотя, если честно, двадцать восемь). - Всё будет хорошо, - тихо сказал он. – Я буду рядом. После этих слов Макс хитренько подмигнул мне и вышел из комнаты. Но и не прошло и минуты, как он вернулся, держа в руках гитару. Она была не такая красивая, как его собственная, но тоже очень хороша. Гитара была тёмно-зелёного цвета, на её глянце отражались блики светильников, а на деревянном грифе был нарисован небольшой коронованный скелет. - Пойдём, - нежный шёпот коснулся моего слуха, и мы отправились наверх. На втором этаже уже не были слышны оглушающие клубные ритмы, лишь только громкий нестихаемый гул толпы. Народ предвкушал выступление. Макс уверенной походкой шёл через весь зал прямиком к сцене, а я как маленькая послушная собачонка мелко семенил ему вслед, ибо рука моя до сих пор была в крепком захвате его такой изящной, но сильной ладони. И только возле самой сцены он отпустил меня, оставив ждать возле ступеней и снизу наблюдать за ним. Зрелище было грандиозным. Он стоял в своей кожаной куртке у самого края сцены, а в руках была моя любимая гитара. Он был так красив, так притягателен. Но в то же время недоступен, словно звезда, спустившаяся с неба, что озаряет своим светом всякого в этом зале. Её сияние видит каждый. Каждый может почувствовать его тепло, но никому не дано владеть им. Макс ни сказал, ни слова, он лишь молча подсоединил гитару к усилителю и провёл медиатором по струне. Зал мгновенно заглох. А Макс всё так же молча начал играть вступление к какой-то совсем знакомой песне, вот только вспомнить что за она, мне было в тот миг не под силу. Мой босс запел, а я потерял дар речи. Удар сердца. Вздох. Влюбился.