О пикниках, выборе вина и временах года
8 сентября 2019 г., 10:00
С каждым днем светлело все позже и позже, чему Альфред, раньше так радовавшийся каждому лучу солнца, был благодарен. Даже здесь, в холодной Трансильвании, летом он проводил с Гербертом всего несколько часов прежде, чем рассвет, пусть и сокрытый ставнями, крышей и стенами, начинал медленно вытягивать из вампира все силы. А теперь они снова могли вместе гулять или сидеть у окна, беседуя о жизни и смерти, очень и очень долго.
Или выходить на пикник, как сейчас.
Альфред полулежал, откинувшись на согнутые в локтях руки, смотрел в небо и не думал о волках. Правда, не думал. Только на задворках сознания воспоминанием мелькнули старые-старые страхи, переживания, казавшиеся теперь до смеха нелепыми. И в очередной раз он задумался о том, как же многое изменилось за столь короткий срок. И он бы ни за что не поверил, если бы кто-то тогда рассказал ему, как будет… Нет, все это подобно сказке, сну, бреду, в конце концов, и никто и никогда не смеет поверить в реальность происходящего. А оно есть. И потому Альфред сам порой переживал за свое кажущееся придуманным счастье. Ну, за их счастье, на самом деле.
— О чем ты задумался, милый? — Герберт, лежащий доселе, закинув руки за голову, приподнялся.
Юноша тряхнул головой, фокусируя взгляд на вампире, и улыбнулся уголками губ.
— Ни о чем.
— Врешь, — беззлобно протянул виконт и несильно толкнул его в плечо. — Нашел, кого обманывать. Вижу же! Я знаю тебя наизусть.
Альфред смутился, но от своего отступать не решился. И упрямо покачал головой, не зная, смирится ли Герберт, обидится наигранно или постарается его разговорить какой-то игрой и забавой. Например, юноша подумал о том, что, если бы его сейчас повалили на спину, обняли и несколько раз мучительно сладко поцеловали, он бы все-таки рассказал. Но этого не произошло.
Сев и подтянув ноги к груди, Герберт посмотрел в сторону замка и тяжело вздохнул.
— Сара сказала, что хочет в Италию, — пробормотал он.
Альфред резко выдохнул. Совершенно потрясенный и шокированный. Будто землю из-под ног выбили. Все было более чем предельно ясно. Если Сара хочет в Италию и если граф согласится выполнить ее желание, то им никакие путешествия не светят еще очень и очень долго. А Альфред боялся оставаться в замке, боялся безумия, которое уже однажды настигло его в этих бессмертных стенах.
— И… что теперь? — осторожно спросил юноша, садясь рядом с виконтом. Тот пожал плечами.
— Буду говорить с отцом. Я даже не знаю, озвучила ли она ему эту мечту, — Герберт поежился и запрокинул голову, будто хотел загореть под лунным светом. — Так или иначе, не смей отчаиваться. Еще ничего не решено. Просто информация.
— Когда ты вообще об этом узнал?
— Поболтал с Магдой, пока ты выбирал вино, — вампир усмехнулся. — Которое мы так и не открыли!
Альфред задумчиво кивнул. Что ж, расстраиваться и пугаться раньше времени действительно не следовало. Кроме того, у них есть все время мира, что путешествовать, страдать от меланхолии и лечить растревоженные раны души, строить планы и воплощать их…
Пили так — из горла. Потому что кто бы мог осудить их посреди леса за нарушение правил приличия? Герберт пил ленивым долгими глотками, прикрывая глаза и смакуя вкус. Альфреду казалось, что он лишь актерствует, потому что вино было не так уж хорошо. Наверное, он до сих пор так и не научился выбирать.
— А когда ты будешь говорить с отцом? — вдруг спросил юноша и сам испугался своей смелости, опасно граничащей с наглостью.
Герберт протянул ему бутылку, вытер губы тыльной стороной ладони (так неграциозно и просто, и Альфред не мог не влюбиться ещё сильнее) и запустил руку в волосы.
— Не знаю, chéri, не знаю. Грубо было бы идти с этим к нему сейчас — мы ведь только приехали. Согласен?
Альфред сделал глоток и кивнул.
— И тем не менее надо поторопиться, — продолжил вампир.
Ещё некоторое время сидели в тишине. Холодало. Альфред плотнее запахнул пиджак и отстраненно подумал о том, что без алкоголя замерз бы ещё сильнее. И, наверное, стоило вернуться в замок… Но как же не хотелось уходить. Хотелось сидеть плечом к плечу, слушать тишину да смотреть в небо. И заботы ленивым потоком струились где-то на задворках сознания, не тревожа ни капли.
Странное душе тепло вкупе с холодом физическим. Альфред подумал о том, что это очень любопытное сочетание, но так же быстро отвлекся от этой мысли.
— Я попробую мягко натолкнуть его на мысль о нашем путешествии завтра же, — вдруг произнёс Герберт и повернулся к юноше. — Не знаю, что из этого выйдет, но…
— Не торопись, — Альфред нахмурился. — Будет не очень здорово, если вы сейчас из-за этого поссоритесь.
Виконт махнул рукой и улыбнулся.
— Не поссоримся.
— Мне бы твою уверенность.
Лицо Герберта вдруг стало чрезвычайно серьёзным, так что Альфред даже испугался, не сказал ли он чего-то лишнего. Они, конечно, ссорились, но никогда ещё из-за неосторожных фраз скромного юноши, который едва ли мог кого-то обидеть своими вечно тихими, будто смущенными, репликами.
— Ты смотришь слишком пессимистично, — наконец, отозвался Герберт. И покачал головой. — Мы с отцом понимаем друг друга. Иначе и сложиться не могло, учитывая количество лет, наедине проведенных.
Альфред сглотнул.
— Я…я понимаю. Прости.
Виконт опустил голову, позволив прядям волос соскользнуть и прикрыть лицо. И это было немного страшно и волнительно. Кто знает, что он прячет за этой ширмой? Улыбается, скалит клыки или плачет?
Впрочем, Альфред уже успел придумать решение проблемы. Он опустил голову на плечо Герберта, ткнулся ему носом в шею и прикрыл глаза. Так и уснуть можно… Особенно учитывая то, что день был не самым лёгким. Юноша почувствовал, как в полудрёме, что его обняли и даже, кажется, поцеловали в макушку. Но реально ли это было? Если честно, было почти все равно. Альфред съежился, ссутулился в попытке сохранить тепло и подавил зевок.
— Пора в замок, да? — с улыбкой спросил Герберт.
— Не хочу, — парень упрямо мотнул головой, но даже не открыл глаза. — Давай еще посидим, пожалуйста.
Вампир негромко рассмеялся, крепче прижал к себе Альфреда и сделал новый глоток вина.
— Главное, не замерзни, — проговорил виконт через некоторое время. Он, конечно, еще подумал о том, что мог бы укрыть юношу своим же сюртуком, но, чтобы снять его, пришлось бы растревожить несчастного. А он слишком хорошо устроился и едва ли не сопел в неге полусна.
— А ты — не пропусти рассвет, — пробурчал Альфред. И снова потянулся, прижимаясь к шее холодным носом.
Но до рассвета время еще было. Герберт это чувствовал. Его ласкала ночь и нежное человеческое тепло, и трепет разливался по усталому телу. На самом деле, хотелось снова лечь, вытянуться, подставив луне и звездам лицо, и тоже хотя бы на несколько минут уснуть.
Но нет.
Герберт опустил опустошенную бутылку в корзину, в которой лежало еще вино и три ветви винограда, которых они так и не коснулись. И все же… придирчиво нахмурившись, виконт отправил в рот пару ягод. Сладкие. Но сезон кончался, и уже начинали облетать деревья, так что обо всех дарах природы вскоре придется на время забыть. На самом деле, раньше виконт фон Кролок тоже недолюбливал зимы. А потом пришло бессмертие, одновременно отобравшее жизнь и переменившее ее.
И все же даже спустя столетия Герберт любил весну. Со всеми ее красками, запахами… И что-то романтичное всегда ассоциировалось именно с этим временем года. В основном из-за того, что писалось в книгах, конечно.
Виконт почувствовал, что Альфред прижался к нему еще сильнее и даже обнял, цепляясь пальцами за одежду.
— Может, все-таки пойдем? — тихо спросил вампир.
В ответ юноша только что-то промычал, нахмурившись.
— Ты опять заболеешь.
— Ты меня вылечишь, — уверенно отозвался Альфред. И он бы ни за что не произнес чего-то подобного, если бы был абсолютно бодр и чуть более трезв.
Герберт изумленно вскинул брови, но перед столь логичным ответом отступил. И даже если у парнишки поднимется температура, у них хватит трав, времени и мастерства Магды, чтобы его вылечить. А до тех пор он будет трогательно растрепан и мил… Вампир усмехнулся собственным мыслям. Сколько бы Альфред ни старался, а изничтожить самолюбие и эгоизм хищника до конца у него не выйдет.
— Сколько до рассвета?
Герберт посмотрел на небо, на секунду прикрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям, и протянул:
— Около часа, я полагаю. А что?
— Тогда нам действительно стоит идти, — не шелохнувшись, все тем же слабым сонным голосом буркнул Альфред. И лениво открыл глаза.
Потом он приподнял голову, оглядываясь, будто мир должен был непременно измениться за это время. Но ничего не произошло. Было все так же темно, холодно и тихо. И все так же едва-едва улыбался Герберт. А потом вампир вдруг поцеловал его в лоб и встал, отряхиваясь. Через полминуты поднялся и Альфред, ухватившись за протянутую ему холодную ладонь.
— Надо почаще так выходить, — решительно заявил виконт, поддерживая юношу за руку, потому что тот, кажется, готов был уснуть на каждом шагу. — Особенно пока хорошая погода и не выпал снег.
Альфред нашел в себе силы только для того, чтобы кивнуть и перешагнуть через корень какого-то дерева, торчащий над поверхностью земли.
— А еще можно сходить на озеро, пока оно не замерзло опять, — вдруг проговорил юноша, зевая. — В смысле, я бы действительно очень хотел.
Герберт удивленно взглянул на него и улыбнулся. Очень широко.
— Как скажешь, mon amour.
