Epilogue
1 августа 2018 г., 22:57
— Можете меня поздравить, — я вошла в кабинет Персиваля, протягивая ему чёрные корочки с позолоченной надписью «Зачётная книжка мракоборца».
— Поздравляю, Лорейн, прошло четыре месяца, а вы так и не научились стучаться в двери, прежде чем войти, — его ответ оказался таким же привычным, как и всегда — Грейвс был не Грейвсом, если не удостаивал колкостью. — Какой же повод?
— Я получила отметку «отлично» за экзамен по Травологии, — сообщила я. Персиваль не любил ярких проявлений эмоций, являясь сторонником сдержанности, от чего распирающую радость приходилось сдерживать внутри себя.
— Не вижу ничего удивительного, — Грейвс раскрыл мои корочки. — Вы сильны в травологии, я и думать не смел о более низкой отметке.
— Правда? — его слова ни на шутку меня удивили.
Сегодня Персиваль был добрее обычного, рассуждая о моих успехах в травологии, как о статье в газете. Получать его одобрение было непривычно, но в то же время приятно.
— А вы считаете себя глупой, Лорейн? — провокационные вопросы были излюбленным приёмом Грейвса.
— Мистер Грейвс, пожалуйста, — скривилась я, получая корочки обратно.
— Следующий экзамен состоится через три месяца, — сообщил он. — Защита от тёмных искусств. Приготовьтесь к трудностям, Лорейн, вы крайне слабы в этой дисциплине.
— Знаю, — я поджала губы.
— Тем не менее, вы положили достойное начало, — губы Грейвса дрогнули, словно он хотел улыбнуться, но быстро подавил это желание.
Дисциплины конгресса оказались намного сложнее школьных. Чего стоила одна Трансфигурация, на которой приходилось превращаться в животных и возвращаться в человеческий облик. Мои старания переодически претерпевали неудачи — несколько раз я едва не осталась лисицей, практикуя превращения самостоятельно. Среди служащих также гуляла шутка о том, что сиамский кот Ричард, живущий в стенах МАКУСА, был одним из начинающих мракоборцев, который так и не сумел вернуться к прежнему виду.
Как и было говорено ранее, Защита от Тёмных искусств давалась мне с огромным трудом. Приходилось возвращаться к школьным учебникам трёх последних курсов, зазубривая заклинания, отсутствовавшие в справочниках конгресса. В такие моменты непосильной тяжести новых знаний, я ругала себя за безответственность в Ильверморни. Ни один преподаватель не пророчил мне будущее мракоборца.
— Благодарю, мистер Грейвс, — кивнула я, оборачиваясь к дверям, чтобы выйти обратно.
— Лорейн, остановитесь.
— Что-то ещё? — я обернулась к Персивалю.
— Сообщите Криденсу, что Модести имеет прекрасную склонность к базовой магии, — произнёс Персиваль. — Патриция обучает её азам колдовства перед поступлением в Ильверморни. Она невероятно способный ребёнок.
— Рада слышать, мистер Грейвс. Мы… многим обязаны вашей сестре.
— Идентичные слова поступают в ваш адрес, — усмехнулся он. — Она была рада, когда узнала, что сможет воспитывать ребёнка волшебного происхождения.
Я покинула кабинет Грейвса, направляясь к главной лестнице.
Многое поменялось за эти несколько месяцев. О распаде Вторых Салемцев не вспоминал ни один житель Нью-Йорка, словно их и не существовало. Сторонники антиведьминских движений со временем утихли, как и громкие митинги, оставшиеся на перевёрнутых страницах истории этого города. Никто не знал, что привело к подобному исходу, а многие распускали небылицы о том, что волшебники и не-маги заключили мир. Каждый выбирал для себя наиболее приемлемую версию.
Эти события оставили отпечаток и на волшебном мире. Теперь, слухи о предстоящей войне с не-магами были полностью развеяны по ветру, словно их и не существовало. Беспорядки и разжигания конфликтов закончились, будто каждый внезапно обрёл собственное место под солнцем.
— «Бывший член Вторых Салемцев обладает магическими способностями», — кричали большие буквы на заголовке «Ежедневного пророка». — Криденс, ты всерьёз взволновал публику, — засмеялась я, демонстрируя ему утренний номер газеты. — Что думаешь об этом?
— То, что должен думать человек, о котором пишут в газетах, — улыбнулся он.
Криденс сидел на подоконнике, вращая над ладонью в воздухе три металлических шарика, с которыми играл джарви. Мне нравилось наблюдать за тем, как он осваивал ментальную магию, используя полученные навыки в жизни.
— Здорово получается, — произнесла я, усевшись рядом с Криденсом.
Я протянула ладонь и Криденс аккуратно опустил шарики мне в руку, накрыв её своей. Шрамов на его руках больше не было — об этом позаботился Ньют, приготовив хитроумное зелье, в состав которого входили слёзы феникса. Как сказал Скамандер — этот ингредиент являлся ключевым, заживляя любые изъяны.
Он наклонился к моему лицу, мягко поцеловав мои губы. Мои в миг щёки покраснели, не смотря на то, что такие поцелуи превратились в часть обыденности.
— А знаешь, — произнесла я, — до сих пор не верю в то, что ты являешься моим молодым человеком. Я была поражена твоей невероятной красотой, когда мы впервые столкнулись на митинге. Это так здорово, ведь теперь ты стал совсем другим, избавившись от прошлого. И пожалуй, эти изменения идут тебе, Криденс. Уилл не ошибся, когда сказал, что в тебе есть стержень.
— Думаю, я бы не сумел стать таким, если бы не познакомился с тобой, — он несильно сжал мою ладонь. — Ты потрясающая девушка, Лорейн, я люблю тебя.
